***
Спаннер шел по коридору и вспоминал, что же он должен сделать сегодня. По его списку выходило, что сегодня он должен найти, наконец, причину чрезмерного потребления энергии в двигателе нового Моски. Где-то через два часа блондин понял, что сам он эту задачку не решит: в расчетах одно значение, на практике – в пять раз больше. Но Спаннеру совсем не хотелось идти за помощью к рыжему конкуренту, только случайно снова взглянув на расчеты, он понял, что еще совсем чуть-чуть и он сойдет с ума окончательно. Кое-как собрав нужные бумаги в папку, блондин встал из-за стола и пошел к Шоичи.***
…Минут через надцать работы за столом Ирие почувствовал, что внизу живота немного потягивает. В тот момент Шоичи понял, что таблетки он выпил совсем не те. Тем не менее, рыжик понадеялся, что ему кажется. А очень даже зря. С каждой минутой ощущение только усиливалось, перерастая во вполне такое определенное желание. Идти сейчас разбираться, каким образом эти пилюли оказались у него в аптечке, было бы верхом неблагоразумия. Несмотря на угрозу того, что могут прийти Червелло или еще кто, рыжий решил остаться в своей комнате, только не сидеть за столом, а перелечь на кровать и в случае, если кто-нибудь все-таки придет, сказать, что плохо себя чувствует. Не учел Шоичи только одного: терпение у него все-таки не железное…***
Блондин уже минут пять пытался достучаться до Шоичи, находящегося по ту сторону двери. “Наверняка опять спит…” – Спаннер тяжко вздохнул и ввел в замок особый код, открывающий любые двери в этом муравейнике. Блондин зашел в комнату. Зрелище, которое предстало ему, было весьма необычно: Шоичи, лежащий на кровати, скрючившись в три погибели. Все бы ничего, можно было бы подумать на вновь разболевшийся живот, вот только рыжик всхлипывал через раз. “Так он просто не слышал, как я стучал”, - подумал механик смущенно, оставляя принесенную с собой папку на столе. - Шоичи? - А, Спаннер… Уйди, пожалуйста… мне очень плохо… - слова прерывались всхлипами и… стонами. Блондин обошел кровать Шоичи и с удивлением обнаружил весьма недвусмысленную картину: на щеках у рыжего был румянец, на штанах весьма красноречиво выступал бугорок. Заметив, что Спаннер смотрит на него, Ирие зажмурился и покраснел еще больше. А механик тем временем сел на свободную половину кровати (рыжик лежал на краю) и разулся, а затем и вовсе в наглую лег, решив для себя, что просто поможет другу, не больше. Спаннер попытался перевернуть горе-начальника на спину, что ему с трудом, но удалось: Шоичи сопротивлялся так, словно думал, что его сейчас убивать будут. А когда Спаннер осторожно провел ладонью по бедру рыжего, последний перехватил гладившую руку, завязалась потасовка, в конце которой Ирие особо остро пожалел, что не ходил на физкультуру: на одну руку Спаннер лег сам, вторую держал рукой, ноги механик мало того, что обездвижил, так еще и немного развел в стороны. Только вместо того, чтобы смириться со своим положением, Шоичи щипал Спаннера за бок или же пытался освободить ноги. - Спаннер, ну зачем ты это делаешь? Отпусти меня! – Шо все-таки надеялся как-то отвлечь механика и вырваться, только все бесполезно. - И как далеко ты уйдешь в таком состоянии? – в этот момент Спаннер расстегнул пуговицу на штанах рыжего, вызвав у последнего приступ легкой паники, из-за чего Шоичи закрыл глаза. - Нет!.. Не надо, пожалуйста… - страх и смущение в этом голосе поселили в голове у механика весьма такие интересные мысли, которые он с сожалением отогнал, напомнив себе, что просто решил помочь другу, а не отыметь его. Вздохнув, механик приспустил с рыжего штаны вместе с нижним бельем, а затем рукой обхватил его член. Шоичи вздрогнул, застонал и как-то сразу расслабился. А Спаннер тем временем начал поглаживать плоть рыжего по всей длине, периодически сжимая головку, заставляя выгибаться и стонать. Рука, которая до этого щипала Спаннера за бок, теперь мертвой хваткой вцепилась в его же одежду, а вторая кое-как высвободившись, переплела их пальцы. С каждым движением механика Шоичи стонал все более развратно. По крайней мере так казалось самому Спаннеру. Из-за этого звукового сопровождения у блондина капитально выносило крышу. В конце концов, Спаннер убрал руку, вызвав волну возмущение у рыжего, но только для того, чтобы окончательно стянуть с Ирие штаны и футболку, а с себя снять комбинезон. Встав перед распластанным Шоичи на коленки, блондин, густо смочив слюной свои пальцы и согнув рыжему ноги в коленях, протолкнул в Ирие первый палец. Шоичи зашипел от боли, а Спаннер, добавив еще один палец, наклонился и начал целовать рыжего, проникая своим языком в его рот, заглушая сначала стон боли, а потом и удовольствия, когда пальцы наконец нащупали простату. Блондин разорвал поцелуй. У него постепенно сдавало терпение, а сам насаживающийся на пальцы Шоичи стал последней каплей, так что вскоре Спаннер убрал пальцы, а затем осторожно ввел свой член. Первые толчки показались мучительными для обоих: Спаннеру хотелось взять более быстрый темп, но он боялся причинить еще большую боль Ирие, а для рыжего это пока было очень больно. Только потом механик изменил угол, и Шоичи снова застонал от удовольствия. Спаннер двигался все быстрее, попутно целуя и оставляя собственнические засосы на партнере, а рыжий вцепился ногтями в спину механика, оставляя на ней полосы или даже царапины. Вскоре два голоса слились в один: ученые кончили одновременно. Спаннер перекатился и лег на спину, пытаясь отдышаться. Нещадно горела расцарапанная спина. - Шоичи, ты еще жив? – рыжий так и не открыл глаза. - Не-а, - по крайней мере он ответил. - Так плохо? - Не-а, наоборот хорошо… - судя по голосу Шоичи засыпал. - Повторим? - Потом… Обязательно, но потом… - сказав это, рыжий уснул.