Жить спокойно никто не запрещал.

Жить спокойно никто не запрещал.

      Маленькие отрывки воспоминаний всплывали в памяти, заставляя вновь испытывать разные ощущения. Их много. Они заполняют разум. Что происходит? Вспышка. Незнакомый мужчина в белом халате. Едва различимый шепот и маленькая догорающая настольная лампа. — Вам обязательно это делать? — Другого способа нет, иначе пострадают невинные люди. Он неудачный проект. Голос затих, сопровождаясь головной болью. Какие ужасные воспоминания... Вторая вспышка. — Ты поняла свою задачу? Грубый голос резал слух. Он давил на перепонки. Становилось ужасно больно. — Да… — Только попробуй что-нибудь сделать не так, мы тебя сразу уничтожим… Лисанна. Третья Вспышка. Малиновые волосы. Наклоненная вниз голова. Руки и ноги в кандалах. — Тебя ведь Нацу зовут, да? А меня Лисанна. Легкая улыбка на губах. Он поднимает голову и встречается с лазурными глазами. — Лисанна… Опять вспышка. На этот раз его сильно не пытали. Разрешили оставить один день свободы. Дверь тихо приоткрывается, впуская в помещение лучик света. — Тебе нужно бежать, Нацу! Благодаря твоим способностям, ты можешь все! А убежать тебе будет проще простого. Неуверенный взгляд серых глаз. Губы едва дрожат. Послышался звук цепей. — Ты уверена? Немного неуверенный кивок. — Да. И еще одна вспышка. Огонь, словно щит, полностью покрывал его тело. Свирепый взгляд серых глаз и грозный оскал. — Если не уберетесь с дороги, я не буду сдерживаться. Чья-то усмешка. — Вот как? Ты собираешься бросить свою больную подругу? Зря, ведь эта девчонка смертельно больна. — Лисанна? И опять эта вспышка. — Прости меня, Нацу! Он молчит. Низко опустил голову, скрывая свою боль в глазах. Злится ли он? Конечно, злится. Ведь ему не рассказали правду. И не собирались. Кажется, вспышек больше не будет. Голова раскалывалась на тысячи осколков. Больно. Ужасно больно испытывать это. Нацу… простишь ли ты меня?

***

      В гостиной, где догорал свои последние моменты огонь в камине, была напряженная обстановка, сопровождаемая тишиной. Темнота заполнила пространство, лишь маленькие лучики огня кое-как освещали помещение. Пару секунд назад раздался выстрел, после которого послышался чей-то женский крик. — Нацу!!! Все в удивлении смотрели на розоволосого юношу, который, не двигаясь, стоял перед мужчиной. В руках у мужчины находился маленький револьвер, который стал причиной выстрела. Все молчали. И смотрели на стоящую между ними девушку… с пепельными волосами. — Лисанна! Ноги отказывались держать, потому девушка осела на пол. Волосы прилипли к лицу, губы посинели, а в лазурных глазах стояли слезы, накопившие столько боли. Кофта девушки пропиталась липкой и теплой кровью. — Идиотка! – выкрикнул Зейбацу, опуская револьвер. Уж лучше бы он молчал. Драгнил моментально покрыл свою правую руку огнем и направил кулак в лицо мужчине. Послышался хруст. Нацу не поленился сломать нос Зейбацу, впечатывая того в стенку, где недавно висела замечательная картина с пейзажем. Отец Хартфелии сполз по стенке на пол и потерял сознание. Люси не могла произнести и слова. Буквально минуту назад она была зла на блондинку, которая так жестоко подставила Нацу, а сейчас эта девушка пожертвовала собой. Люси не могла понять ее мотивов. Лисанна закашлялась кровью. Яркий огонек в ее когда-то красивых голубых глазах начал угасать. Из уголка рта виднелась струйка крови, проделавшая путь к подбородку. — Нацу… — она попыталась протянуть к парню руку, но та безжизненно упала на пол. — Зачем ты это сделала? – прорычал Нацу, подбегая к девушке и приподнимая ее голову. – Меня бы все равно не убили. — Я просто хотела искупить свои грехи. – Тихо прошептала девушка. Ее голос охрип. – Я так тебя подставила, Нацу. Потому не заслуживаю жить. Он молчал. Просто не знал, что сказать. Столько людей погибло по его причине, столько раз он смотрел на их смерть. А сейчас не было той холодности в его глазах. Сейчас его сердце учащенно билось, в горле образовался ком, а глаза подозрительно стали влажными. Но он был бы не ассасин, если бы не умел это все хорошо скрывать. Люси, воспользовавшись замешательством Скарлет, вырвалась из ее цепких рук и подбежала к Нацу и Лисанне, садясь на колени рядом. Она взяла край своей красной кофты и изо всех сил потянула, заставляя ткань затрещать. Хартфелия быстро приложила бывшую часть кофты к кровоточащей ране. А Лисанна тем временем продолжала. — Нацу, я ведь похожа на тебя… Розоволосый внимательно посмотрел на блондинку. Неужели… — Я искусственно созданный человек, — сказала Лисанна, все больше теряя голос. Она с усилием подняла обе руки и взяла Нацу за щеки. Юноша моментально почувствовал, как в его подсознании появляются короткие вспышки. Воспоминания Лисанны. Она их передала, пытаясь объяснить свои поступки. Она могла легко передавать любому человеку информацию. Такая была у нее запрограммированная способность. — Передайте Бисклоу, что я его люблю. Руки упали на пол, глаза закрылись, а губы растянулись в едва заметной улыбке. Драгнил взял девушку на руки и положил на диван. Всем было понятно, что ей уже никто не поможет. Эрза в ступоре смотрела за происходящим. — Пожертвовать собой ради кого-то… — пораженно прошептала она. – Даже роботы способны на такое. Она была права. Лисанна была роботом, который действительно очень хотел жить, а эта ее жизнь находилась в руках организации Фейри Тейл, которая проводила жестокие эксперименты над созданием роботов с чувствами. Таким образом, они и создали Лисанну, которую сразу же поставили перед выбором. «Либо ты живешь и выполняешь свои обязанности, либо ты прощаешься с жизнью». Именно такой выбор стоял перед пепельноволосой девушкой. И Нацу это узнал, после того, как Лисанна поделилась с ним воспоминаниями. Вся злость сразу улетучилась, оставляя лишь жалкие воспоминания. Он прекрасно понимал, почему Лисанна его предала, почему она так поступила. Она просто очень хотела жить. В первые минуты своего создания, она, открыв глаза, сразу же захотела испытать все чувства, которые только существуют в этом мире. От любви и радости, до горя и страдания. И она действительно испытала все это. Она испытала любовь, когда встретила Бисклоу. И даже прекрасно зная, кто она такая, он не относился к ней, как к роботу, или чему-то созданному руками человека. Он любил ее. Любил всем сердцем, ту, которая постоянно озаряла всех своей улыбкой. Ее веселое настроение всегда передавалось окружающим. И Бисклоу, несомненно, любил это в ней. А потом они поженились и решили уйти из организации. Но вся их жизнь начала рушиться, когда Макаров подобрал маленького десятилетнего мальчика, с волосами цвета сакуры. Лисанна не знала, про него, и Бисклоу решил ей рассказать. Да зря. Ведь девушка сразу захотела подружиться с невинным ребенком, которого ожидает ужасное мучение. Она это прекрасно понимала и хотела хоть как-то приукрасить его жизнь. А организация воспользовалась их маленькой дружбой, заставляя Лисанну играть по их правилам. Нацу прекрасно увидел момент, когда ей придумали историю про неизлечимую болезнь. Как она тогда впервые познала страдание и злость, ведь так не хотелось предавать Нацу. Но, как бы ужасно это не звучало, жизнь…дороже. Ведь так хотелось жить. А потом, что бы заставить Нацу работать на них, она сказала ему убежать. Они прекрасно спланировали тот момент, когда Драгнил вышел из здания, а ему сообщили, что девушка больна. В тот момент сердце покрылось ледяной оболочкой. Столько лжи, столько обмана. Драгнил наморщился, отгоняя все эти воспоминания, но они настойчиво лезли в голову. Когда Бисклоу узнал об использовании жены, он тайно стал похищать некоторые фрагменты формулы из лабораторий. Ведь он тоже не знал, что все было подстроено. Хотя и удивлялся, зачем ей лекарство, ведь она фактически… не может умереть от болезни. Он спрашивал у Лисанны, но девушка только невнятно что-то бормотала о том, что эта болезнь может уничтожить даже неживое существо. Странная, однако, болезнь. Но рисковать ее здоровьем не хотелось, потому он продолжал свой план. А потом в квартиру ворвалась Эрза, разнося всю мебель своим мечом. Она единственная, кто пользовалась этим древним видом оружия. Только ей было это разрешено. Бисклоу тогда заступился за Лисанну, пытаясь хоть как-то задержать Скарлет, пока Лисанна спасается. Но… Эрза была бы не Эрзой, если бы не придумала запасной план. Она сильно ударила Бисклоу по голове, от чего тот мешком упал на пол, и позвала подкрепление, которое отвезло его назад в организацию и посадило «под замок», за нарушение правил и кражу собственного имущества организации. А потом пришел и Нацу с Люси. Дальше все было понятно. Одним словом, Скарлет все хорошо продумала. Настолько хорошо, что почти убила двух зайцев одним ударом. Она хотела убить Нацу, пока тот будет в замешательстве, узнав о подставе Лисанны, и хотела схватить Хартфелию. Но поступок этой искусственно созданной девушки просто не шел из головы Эрзы. Она поразилась. Ведь Лисанна так хотела жить, а тут просто пожертвовала собой, ради того, кого так старательно обманывала. — Нацу. До ушей Драгнила донесся тихий, взволнованный голос Люси, которая стояла с ним рядом. Нацу посмотрел на девушку, криво улыбнулся и… притянул её к себе. Хартфелия сначала удивилась, но потом только прижалась к юноше, словно утешая его. Она прекрасно понимала, что ему было сложно свыкнуться с жестокой правдой этой никчемной жизни. — Люси, — прошептал парень ей на ухо. – Прошу, просто будь рядом. Хартфелия улыбнулась, крепче прижимаясь к Нацу. — Я всегда буду с тобой, Нацу, — сказала она. – Я не оставлю тебя одного. — Спасибо… Скарлет покинула дом, не желая больше выполнять это проклятое задание. Это, наверное, впервые было на ее памяти. Сама Скарлет отказывается от задания! Но, как говорится, всегда в жизни что-то случается впервые.

***

— Знаменитая организация Фейри Тейл была распущена, из-за забастовки, которую организовала Эрза Скарлет! – верещал писклявый голос женщины в телевизоре. Девушка с золотыми волосами, внезапно взяла в руки пульт от телевизора и прибавила громкости. Люси Хартфелия сидела на диване и не знала, чем себя занять, пока Нацу спит. После того происшествия он наконец-таки отвел ее к себе домой, причем девушка поразилась размерам этого дома, и завалился спать крепким младенческим сном. Её отца посадили за решетку, за попытку убийства собственной дочери. Тогда Люси в полицейском участке все очень изрядно приукрасила, стараясь, чтобы выглядело как можно жалостнее. Отца совершенно не было жалко, ведь правду говорят «У детей нет возможности выбирать родителей». Организацию закрыли, узнав, что те нарушают все правила города, запрещающие проводить какие-либо эксперименты над живыми существами. Бисклоу, к сожалению, покончил с собой. Люси очень надеялась, что там, на небесах, они обязательно встретятся и всегда будут вместе. Там уж им точно никто не помешает жить счастливо. Теперь на кладбище прибавилось еще две могилы, которые стояли рядом друг с другом. Хартфелия, вместе с Нацу, каждую субботу будет навещать их могилы, принося по две гвоздики, которые Лисанна так любила. Ближе к вечеру проснулся Нацу, который сразу же подошел к девушке и сказал, что бы та собиралась. — У нас еще есть одно не законченное дело, — сказал юноша, надевая пальто. Люси только оставалось последовать его примеру. Главное здание «Банк Фиора» занимало большую часть улицы, пытаясь дотянуться прямо к небу. Люси уже давно забыла о завещании, а Нацу, как ни странно, все прекрасно помнил. Он также помнил, что именно в этот день у девушки был день рождения. — Люси Хартфелия? – спросил ее пожилой мужчина, в черном костюме. Девушка кивнула головой и расписалась на белой бумажке, подтверждающей ее личность. Роспись у Хартфелии состояла из множества закорючек, так что подделать ее было весьма сложно. — Сейф номер шесть, пожалуйста. Нацу открыл дверцу сейфа, позволяя Хартфелии заглянуть внутрь. — Мама… Она аккуратно протянула руки внутрь, доставая на свет божий толстую книгу в красной бархатной обложке, где большими золотыми буквами было написано название «Золотой ключ». — Вот о каком сокровище говорила мама, — счастливо улыбнулась Люси, прижимая книгу к груди. Это был единственный экземпляр книги, которую написала ее мама, вкладывая в каждую строчку частичку своей души. Нацу, смотря на счастливую девушку, невольно улыбнулся. Впервые в жизни. На выходе из банка Нацу остановил девушку. Он одной рукой взял ее за подбородок, а второй притянул к себе. В следующее мгновение их губы соприкоснулись в легком поцелуе. — Неужели, все закончилось. – Прошептала Хартфелия, завороженно смотря в серо-зеленые, такие родные глаза. — Жить спокойно никто не запрещал, — ответил Нацу, вновь вовлекая девушку в поцелуй. Корочка льда окончательно растаяла, а сердце забилось в бешеном темпе.