Greatest Weakness

- С кем ты там все переписываешься? - с хитрой улыбкой интересуется мачеха, и Давина, ойкнув, прячет сотовый в карман джинс: - Ни с кем, - фальшиво заверяет она, принимаясь с удвоенным энтузиазмом накручивать спагетти на вилку. Мачеха... То есть, теоретически, Ребекка может зваться и ее приемной матерью, но она все-таки вышла замуж за ее отца уже после того, как Марсель удочерил Давину. Она не имеет ничего против того, чтобы назвать светловолосую жизнерадостную женщину "мамой", но боится, что будет против она. Давина не подслушивала, это была просто случайность, после того телефонного разговора она обрела представление, как хотела бы Ребекка собственного ребенка. У Давины нет повода испытывать к мачехе какие-либо отрицательные чувства. Она отлично ее понимает, может поэтому их отношения скорее напоминают дружеские, чем родственные. Телефон в кармане вздрогнул, оповещая о новом сообщении от Лиама. Он тоже приемный, но у него другая семейная фигня: матери у него нет вообще, зато отцов две штуки. Родители-геи, лучший друг - гей, Давину всегда удивляло как при таком окружении Лиам умудрился остаться мальчиком, которому нравятся девочки. Сейчас он в очередной раз переживает последствия своих проблем со сдерживаем гнева, но отцы отнеслись к этому на удивление понимающе, и Давина не может не завидовать: когда она расколотила стекла в летнем саду Клэров - семьи, которая была до Марселя - она вновь оказалась в своей комнате в приюте быстрее, чем вообще можно произнести "летняя оранжерея". Миссис Клэр жутко орала, что маленькая дрянь сгубила все ее розы. Первую ночь вновь в скрипучей продавленной кровати семилетняя Давина проплакала бы навзрыд, если бы не шестилетний Лиам, с недетской серьезностью гладивший ее по волосам и шептавший утешительные глупости. С тех пор они упрямо дрыхли под одним одеялом, вполголоса обмениваясь перед сном новостями за день. Его забрали первым. Доктор из медицинского центра, проводивший плановый осмотр, однажды просто пришел без белого халата, но со своим партнером, и спросил Лиама, хочет ли он такую вот семью. Позже они переехали в Калифорнию, а Давина, наконец, встретила Марселя. Они ненадолго потеряли связь после этого, пока новоявленный Данбар не нашел ее в страничку в Tumblr - а как, разве что только с помощью магии. Пока они были младше, пока они были вместе, Давина всерьез считала, что Лиам, должно быть, ее потерянный младший братик. Но с течением времени ей стало казаться, что она как-то уж слишком скучает по нему. От Луизианы до Калифорнии далеко - почти две тысячи миль, а она не привыкла видеть его лицо только на мониторе компьютера. Он стал выше. Голос изменился. Он наверняка завел множество новых друзей. Но ведь и она тоже. Это Лиам живет в захолустье, а у нее - почти культурная столица, старый город, полный мистики и историй. Она даже начала учить французский вдобавок к стандартному школьному испанскому. Только тоска все равно поедом ест, и ни одна городская легенда об очередной ведьме, ни один карнавал не может ее заглушить. А Лиам и не думает об этом. Он просто упорно учится и играет в школьной команде по лакроссу, прекрасно зная, что билет с открытой датой до Нового Орлеана только и ждет, когда он предьявит отцам годовой табель с отличными оценками.