Обман обманом

Теперь она ненавидит темноту. Она знает, что дальше будет. И она готова кричать. Капля воды падает на лоб, а за ней вода бешеным потоком льётся сверху. Вокруг лишь темнота. И даже если она знает, что в темноте есть люди, она всё равно кричит. Она всё равно одна. Полотенце на лице нещадно мокнет, не позволяя вздохнуть, открыть глаза. Будто тонешь, но всё не умираешь. «Нужно только открыть глаза». И она их открывает. Пот струится по лицу, спине, груди, из которой будто кто-то пытается вырваться, но не может преодолеть последнюю преграду. Она дышит, тяжело, сипло, задыхаясь. Будто еще чуть-чуть и она вовсе перестанет дышать, но она дышит, плохо, но дышит. Вокруг нет той комнаты, обитой кафелем, нет того спёртого воздуха, ржавого солёного запаха и нет крови. -Это был сон, - девушка произнесла это вслух, будто так она отгоняет остатки сна, всё больше и больше возвращаясь к реальности. Это повторялось не первую ночь, с того момента как она живёт в этой комнате. Отчасти она была благодарна Курану, за то, что теперь она живёт в этом помещении, а не за решёткой и тем более не в подвале. Это помогало избавиться от приступов паники. Она здесь, но кто-то сих пор там. Юки не раз вспоминала об этом. Разве честно, что из них двоих она одна в условиях лучше прежних? Но исправить этого не могла. Вернуться обратно было страшнее, чем поддаться морали, тому, что она считала правильным. Последние пару дней она ожидала, что будет дальше, день и ночь проводя в этой комнате. И её не трогали, будто её вовсе не существовало. Сегодня ей принесли другую одежду, и девушка долго не решалась её взять. Уже почти час вещи спокойно лежали на тумбе, а девушка безапелляционно запрещала себе на них смотреть . Быть обязанной им она не хотела больше всего. -Оденься уже, - Юки вздрогнула, а русоволосая девушка вновь стояла на пороге. Эти пару дней она приносила еду и каждый раз ненавидяще смотрела на «гостью» комнаты. Будто хотела что-то сказать, но не говорила. Однажды Юки даже показалось, что холодность этой девушки предаёт ей что-то особенное, прекрасное, но когда равнодушие сменялось ненавистью во взгляде, то её лицо становилось безобразным, ужасным, уродливым. Это пугало. -Ты не можешь появиться перед хозяином в таком виде. Отчитают либо меня… либо тебя, - на конце фразы на её лице опять появилась эта странная улыбка, вызывающая ассоциации с чем-то липким, холодным, противным. -Хорошо, - девушка даже не стала поворачивать голову в сторону русоволосой, она уже понимала, что тут её никто не будет слушать. Из одежды ей предоставили чёрную юбку-колокол из приятного тёплого материала и бордовую шифоновую блузку с широкими, сужающимися к запястью рукавами амадис, высоким горлом. Слегка не её, но девушка не жаловалась. Стук в дверь и на пороге снова стоит она. -Пойдём. *** В этом кабинете всегда правил полумрак. Во всяком случае, девушка так считала. Хоть на улице и было солнце, но этой комнаты оно так и не достигало. В комнате никого не было, что Юки даже не сразу решилась остаться. Она тихо села на кушетку, боясь создать шуму, и стала ждать. Дверь тихо распахнулась, и Куран вошёл в комнату, но этого было достаточно, чтобы девушка насторожилась и встала. Он остановился, дойдя до середины, и холодно произнёс: -Сядь, - и она села. Он прошёл дальше к столу и сел сам. Одного взгляда на нее было достаточно, чтобы понять, что она боится. Она сидела на краю, усиленно разглядывая одну точку, руки были сведены, а плечи опущены. Её тело говорило о ней больше, чем сказала бы она. Он молчал и она тоже. Тихий вздох. Мужчина прикрыл глаза, будто на секунду усомнившись в своих прошлых решениях, а потом продолжил. -Ты ведь не спишь, не так ли? – голос был отстранённым и уставшим. Девушка затаила дыхание, нервно покусывая губу и не решаясь взглянуть на собеседника. Она знала, что мешки под глазами были настолько видны, но не думала, что он акцентирует на этом внимание. -Я был слишком жесток? – это прозвучало слишком неожиданно, и девушка рефлекторно повернулась к нему лицом. Его глаза всё так же были прикрыты. Она не понимала, как он мог спрашивать такое, когда он сам сидел и всё видел. «Или для них это не жестокость?» - со злостью подумала девушка и опустила глаза, всё так же оставаясь повёрнутой к нему. -Я не могу тебя отпустить, но сегодня я могу дать тебе свободы, - он хотел, чтобы она на него смотрела сейчас. Так он мог управлять ею, вести её эмоции, и ему это нравилось. -Сегодня? – девушка не могла ему верить и поэтому подняла глаза. Точно то, что он хотел, то, что он ожидал. И он смотрел на неё словно хищник, контролируя жертву. А она больше не могла отвести глаз, страх не позволял этого. -Да, это будет моим извинением, - мужчина слукавил, он не собирался извиняться, для него это было ещё одной частью игры. А она и не поверила, но приняла его правила. -Тогда я могу идти? – руки невольно сжали подол юбки. С невинным трепетом она ждала его следующих слов, наблюдая за каждым движением его губ. Он поймал её, как и хотел. -Тебя отвезут, - мужчина расслабился и откинулся на спинку кресла, из-под прикрытых глаз наблюдая, как она уходит. На секунду девушка доверилась, испытала жалость к его усталости, поверила ему, но лишь на секунду. Остальную часть пути от кабинета до своей комнаты девушка готова была бежать, она позволила себе идти так быстро, как только могла, пока сердце припадочно вырывалось из груди. Только она вбежала в комнату и закрыла дверь, её ноги подкосились, и она упала на пол. Опираясь на дверь спиной, девушка смотрела в одну сторону, будучи полностью поглощена собой. Рука невольно прижалась к груди, и хоть их разговор шел в размеренном, плавном темпе, адреналин полностью завладел её телом. Она понимала, что это игра, обман… но где-то глубоко в груди ей это понравилось. *** Сбежав по лестнице к главному входу, девушка не знала, чего ожидать. Никто не знал, что она собиралась уйти прямо сейчас, но машина уже стояла. Юки слегка замешкалась, прежде чем сесть в машину, но волнение и радость от возвращения домой с легкостью заглушили остальные чувства. Водитель, так и не показав своего лица, высадил её около станции метро, чему девушка была отчасти рада. Она волновалась, изредка прикусывая губу. По дороге её чуть не сбили прохожие, но это была малость, на которую она даже не обратила внимания. Встав перед домом, девушка оглядела всё вокруг, будто это были не три недели отсутствия, а что-то большее, что-то долгое, но уже прошедшее. При приближении она слегка насторожилась. Извечная соседка неодобрительно осматривала её, провожая её до самого входа в подъезд. Юки понимала, что что-то не так, но продолжала настойчиво подниматься по лестнице. За дверью её ожидала относительно пустая квартира. Уведомительное письмо на двери оповещало о том, что часть её вещей изъята для предварительного погашения долгов. Забрали технику и прочие мелкие атрибуты, но девушку это не расстроило. В сравнении с тем, что с ней было, это опять же малость. *** За время, проведенное в доме Юки успела поспать в своей кровати, принять свою же ванну, переодеться в свои вещи, что несказанно радовало её. Время близилось к вечеру, и она понимала, что уже пора. Дорогая машина с другой стороны дороги не вписывалась в скудный пейзаж её двора. Дом был среднего класса, и такие дорогие машины были новшеством в этом месте. «Контролируют?» - сидя на подоконнике с мокрыми от воды волосами, она с апатией наблюдала за всем происходящим внизу. Она уже не в первый раз за сегодня думала сбежать, но тут же понимала, что это невозможно. Люди с такими деньгами найдут её везде, да и некуда было бежать. Она бы не оставила дом. Наблюдавшая за ней машина уехала, и через несколько минут подъехала другая, остановившись уже у ближней стороны дороги. Скорее всего, еще более дорогая. «Теперь точно пора» - размышления были не весёлыми, но побывав в своём доме, в своей ванне, кровати, она чувствовала себя намного лучше. Собрав маленькую сумку, девушка закрыла дверь и вышла на улицу. Он уже ждал её. Облокотившись на дверь машины, он с мягкой улыбкой наблюдал за её плавными движениями. Она не понимала, к чему это, но игнорируя ощущение опасности, продолжала идти к нему навстречу. Она почти дошла до машины, когда он резко схватил её за локоть и прижал к себе спиной. Хоть на его лице и продолжала играть мягкая улыбка, но глаза продолжали оставаться равнодушными. Будто они всегда смотрят вдаль, не воспринимая ничего ближе. Он прижал её слишком сильно и близко к себе, до боли выворачивая локоть. На секунду ей показалось, что она чувствует его дыхание на своёй шее, возможно, его губы, но боль перекрывала всё. Абсолютно всё. Его рука медленно соскользнула вниз по талии, коснулась её юбки, бёдер и замерла... А потом он достал что-то маленькое из её кармана. Это была записка. Мелкий неаккуратный почерк, столь знакомый ей с детства. Девушка продолжала следить за его действиями, и когда Куран свернул бумагу и положил в свой карман, с губ сорвался едва слышимый выдох. -Что там? – её голос выдавал её волнение, и она начала вырываться, а потом замерла, когда Куран молчаливо и грубо отпустил её. Откинул, будто выкидывает отслужившую ему вещь. Он молча сел в машину, а ей ничего не оставалось, кроме как последовать его примеру. По пути обратно к резиденции он игнорировал любые её вопросы. А она все сильнее осознавать свою беспомощность. Тогда она поняла, что он жестоко её использовал. С каждым разом спрашивать было всё труднее. В горле будто встал ком, и она перестала спрашивать, молча отвернувшись к стеклу. *** Она не заметила, как уснула, но проснулась она уже в своей кровати. Вставать не было смысла, она и так понимала, что он не отдаст ей записку, но ни о чём другом она больше не могла думать. Робко постучав в его дверь, она дождалась ответа и вошла. Он вновь сидел на кушетке, держа в руке папку документов. Девушка остановилась, не зная, что ей делать. Возможно, он подумал, что она знала о записке, и поэтому девушка не знала чего ждать, что ей позволено на этот раз. Но записка... Всё её тело пробивало от любопытства и волнения. Она не знала, что хочет в ней увидеть. Извинений, прощания или же обещания, что он вернётся и разберется со всем? Пожалуй, последнего она хотела больше всего. -Я не знала, что она была у меня, поэтому, пожалуйста... - её голос слегка дрожал, но не смотря на страх, она продолжала. -Скажите, что было в записке? – казалось прошло много времени, прежде чем мужчина ответил. -Скажу, если ты расскажешь мне о твоём мужчине, - он не поднимал на неё взгляда, но в его голосе слышалась заинтересованность. Будто он хотел оценить и понять собеседника. -Я уже всё рассказала, - она смутно, но помнила, что отвечала на их вопросы, как рассказала всё, что знала, и всё, что было бы полезно для них. -Я хочу услышать это ещё раз, - рукой он указал на место подле себя, будто не сомневался в её покорности. И она послушно села рядом. Девушка не знала, что рассказывать, но ей нужно было рассказать хоть что-то, что могло его заинтересовать. Ей нужен был этот клочок бумаги, он был необходим. -Он… мой друг детства,- девушка начала робко, следя за реакцией оппонента. -Он живёт вместе со мной,- она продолжала. Ей надо было найти то, что его заинтересует, поэтому она выжидала его реакции. -Продолжай. -У него никогда не было проблем с законом или же чем-то подобным, поэтому... - Юки не знала, стоит ли теперь продолжать. Её собеседнику было не интересно, он продолжал рассматривать рабочие бумаги, а то, что она может рассказать о друге им уже давно известно. Но ей нужно было добиться его реакции. -Если он и попал в какую-то передрягу, то лишь не по своей воле. И более того он не мог убить человека, что бы вы ни говорили, - ей нужно было привлечь его, поэтому её голос становился всё громче и громче. Теперь это была её игра. И ей это нравилось. На секунду она закрыла глаза. -Он не из тех людей, кто будет использовать других так, как вы, играть их жизнями, как вы, и он никогда не сподобится вам. Вам неизвестно, какого это дорожить чужой жизнью, но он не такой, - теперь девушка тяжело дышала, не желая открывать глаза. Она была уверена в своих словах. И уверена, что такие обвинения хоть как-то заденут мужчину. Она ждала, но реакции не было. Улыбка исчезла, когда девушка поняла, что ей больше нечего сказать. Она ничего не могла больше сделать. К горлу подкатил ком, и девушка до боли закусила губу. -Поэтому я… - девушка замерла, она не хотела этого говорить. -Ты… - Куран опустил на неё взгляд, ожидая услышать то, что он ещё не слышал, но то, что он уже знает. -… его люблю, - девушка закончила тихо и без эмоций, широко распахнул глаза и смотря прямо на мужчину. А потом полностью спряталась в своих волосах. Ей казалось, что искусанная губа не может болеть ещё сильнее, и не может быть ничего отвратительней, чем открываться чужому человеку. Она посмотрела на мужчину, но он вновь вернулся к документам. Это было ударом по всему: по её самолюбию, гордости, личности. Грубо, больно, обидно. Но в тот же момент Куран медленно вытащил записку из кармана. -Всё, что ты о нём знаешь, так ли это на самом деле? – это было произнесено холодно, но без издёвки. После этого он вышел, оставив девушку один на один с маленьким измятым клочком бумаги. Её пальцы медленно отогнули лист, потом ещё раз. Она ждала объяснений, хоть каких либо, но получила лишь три коротких слова. «Не влезай в это».