Химические тайны

POV - Mikey. Мы назвали нашу группу "My Chemical Romance". Я никогда не задумывался, почему мы выбрали именно это незаурядное название, не было особых поводов задумываться над этим. Всё произошло как-то спонтанно и скомкано, на тот момент было записано много материала, а группа всё ещё не имела названия. А потом кто-то из парней случайно предложил "My Chemical Romance", сейчас даже трудно вспомнить, кто именно, и все остальные дружно переглянулись, утвердительно пожали плечами и согласились. Да, повторюсь, я никогда не задумывался, почему мы выбрали именно это название, а со временем начал понимать многие вещи, которые раньше не хотели уживаться в моей голове. Я не замечал очевидного, не хотел смотреть дальше своей гитары, а ответ всегда скрывался настолько близко... Химический Романс. Романс, состоящий из отдельных элементов, созданный на основе смешения чего-то с чем-то, на основе притяжения разноименных зарядов, которые то и дело переплетаются между собой, создавая что-то единое. Какие-то элементы реагируют между собой сильнее, какие-то - слабее, и вот те, что реагируют сильнее, стараются притянуть к себе остальные, но, тем не менее, не подпускают к себе больше никого. На самом деле, я совсем не силён в химии, так что о химических реакциях вам лучше поговорить с Менделеевым, а я лишь вот что хотел сказать... Вы замечали, какие у них отношения? Репетиция, продлившаяся несколько часов, наконец-то закончилась. Мы, лишившиеся последних сил, откладываем в сторону инструменты и падаем на диван, стараясь прийти в себя. Рэй начинает заводить разговор о том, как хорошо мы сегодня сыграли, но, между делом, подмечает недочёты, которые мы должны будем доработать в следующий раз. Боб тут же наливает себе стакан яблочного сока, и, не обращая внимания на всех нас, жадно поглощает его. Я глубоко вздыхаю, ощущая внутри себя волну свободы, и изредка поддакиваю рассуждениям Рэя. Мой брат начинает перебивать Торо, рассказывать что-то своё и глупо шутить... На самом деле, никто не смеётся, кроме нашего гитариста, который буквально вникает в каждое слово Джерарда, пытается услышать его всеми клеточками тела. От каждой нелепой шутки брюнет тут же расплывается в улыбке, не отводя взгляда от вокалиста. В этом взгляде читается столько восхищения и теплоты, столько интереса и некоей заботы. Фрэнк всегда был слишком эмоционален, но в этот момент, кажется, все положительные эмоции в нём просто собрались воедино и зажигают свет его глаз. Между ними будто особая химическая связь, они понимают друг друга с полуслова, шутят фразочками, которые понятны только им. А Джерард буквально купается в этом внимании со стороны Фрэнка, позволяя себе более непринуждённо рассуждать на какие-то немыслимые темы. За столом они чаще всего сидят рядом друг с другом. Остальные садятся, где придётся. Я люблю наблюдать за действиями Фрэнка и Джерарда со стороны, тайком улыбаться, но в то же время делать вид, что я не замечаю того, что между ними происходит. Как Джерард подкладывает Фрэнку побольше еды в тарелку, а потом заботливо приказывает всё это съесть. Фрэнк убирает правую руку под стол, через несколько минут Джерард убирает левую, и здесь уже невооружённым взглядом видно, что эти двое просто держатся за руки, время от времени смущённо поглядывая друг на друга и улыбаясь. Недавно я получил жестокий выговор за то, что назвал Джерарда Джи. Рэю с Бобом тоже досталось, "для профилактики". Но Фрэнк очень часто называет Уэя старшего Джи, от чего тот широко улыбается, словно чеширский кот, и что-то бормочет Айеро на ухо. Кстати, брюнета Джерард называет Фрэнки, а тот буквально тает от подобного обращения. Но я уверен, что его не так заводит само обращение, как то, КТО его произносит. Я много раз замечал, как во время остановок в отеле в номере Джерарда то ломалась сантехника, то не работал телевизор, но заедал дверной замок, а он, якобы оставшись без свободного номера, вынужден был переехать в номер Фрэнка. Ни ко мне, ни к Бобу, ни даже к Рэю, который обычно берёт номер с двумя раздельными кроватями из-за того, что не любит спать на больших двуспальных. Он переезжает к Фрэнку. И по их невыспавшимся, но очень довольным лицам, можно без Ванги определить, что они явно даже не пытались заснуть. А как они ругаются... Весь день Фрэнк ходит грустный и обиженный, кажется, не только на Джерарда, но и на весь мир. Его голова поникла, в глазах нет былого задора и огня, он лишь отстранённо слушает какие-то философские реплики Рэя и невпопад кивает, всеми силами стараясь не показывать, что его что-то тревожит. Рэй несколько раз спрашивает, случилось ли что, но после нескольких отрицательных мотаний головой, забивает на это. Бобу, если честно, не важно всё это с самого начала. А я замечаю. Джерард же начинает много злиться. Он может кинуть микрофон, разбить хрустальный графин, перевернуть столик с журналами. Начинает обвинять Боба, что тот задал слишком медленный ритм, Рэй не настроил четвёртую струну, я слишком часто витаю в облаках, а Фрэнк вообще виноват во всех смертных грехах: у него и ритм не тот, и струны не настроены, и облака, в которых он витает, расположены гораздо выше моих. А потом наступает перемирие. Обычно оно ознаменовывается радостными улыбками обоих, горящими глазами, частыми смешками, неловкими взглядами, заставляющими краснеть их обоих, незаметными касаниями... В общем, всё как всегда. И знаете, за этим так приятно наблюдать. А как они обмениваются вещами. Рубашки Джерарда, которые я много раз наблюдал на Фрэнке. Шапки Фрэнка, которые постоянно примеряет Джерард. Кроме этого, вечный обмен ремнями, шарфами, футболками. Недавно я чуть не пролил кофе на "новую футболку Джерарда, которая очень похожа на футболку Фрэнка, но это не его", так он мне чуть ли глаза не выцарапал. А Фрэнк как-то случайно оставил в отеле "любимую рубашку", так нам пришлось возвращаться с чёрти знает откуда, чтобы забрать её. Как-то раз перед концертом Джерард очень сильно волновался. Знаете, обычно он никогда не волнуется, скорее, он успокаивает тех, кто волнуется, но на этот раз всё было наоборот. В его в глазах действительно читался страх, руки лихорадочно тряслись, а губы буквально посинели от внезапно нахлынувшего волнения. Сначала мы подумали, что он приболел или что-то типа этого, а потом он сам сказал, что боится. Фрэнк увёл его куда-то в дебри кулис, после чего они вернулись в хорошем настроении, полностью готовые к выступлению. Сначала я подумал, что они что-то употребили, однако, по слегка опухшим губам Фрэнка и ярко-красным губам Джерарда я понял, в чём дело. Концерт прошёл на ура! Помню, как с Фрэнком заигрывала симпатичная блондинка, подружка девушки Боба. Айеро всячески пытался отвязаться от неё, советовал ей присмотреться к Рэю или ко мне (прошу заметить, он сватал её ко всем, но только ни к моему брату), намекал, что не заинтересован в отношениях. А Джерард наблюдал за этим и злился. Разумеется, особо свою злость не демонстрировал, но если понаблюдать за ним несколько минут, можно отчётливо увидеть в глазах ненависть к этой девушке и ревность к Фрэнку. Он был готов испепелить её глазами, а Фрэнка закрыть в подвале, лишь бы не подпускать к нему никого, кроме себя. Он даже как-то раз сказал Бобу, что "девушки на репетиционной базе появляться не должны, это священное место, в котором царит лишь музыка и пять парней, которые создают эту музыку". Боб тут же попытался подшутить, мол: "что, Джерард, ревнуешь?", однако, получив в свою сторону недовольный взгляд, замолчал. Девушки на репетиционной базе не появлялись, но это не мешало блондинке поджидать Фрэнка после репетиции, после концертов и вечно таскаться за ним по пятам. Немного позже мы познакомились с парнями из The Used, а Джерард и Берт вообще конкретно сдружились. Совместная песня, постоянное времяпровождение наедине, выпивки в барах и показушные поцелуи. Если у Джерарда не было особых причин ревновать Фрэнка, то вот у Фрэнка их было достаточно. Он тогда даже на репетиции ходить перестал, скидывая всё на неизвестную болезнь, которой, разумеется, не было. Но вскоре Берт и Джерард перестали общаться. Неизвестно, в чём причина, могу только догадываться... А вы знаете точно, кому Джерард посвящает свои песни? У него есть большая тетрадь со стихами, которую он никогда никому не даёт. Он готов убить любого, кто хотя бы на метр приблизится к ней. А особенно он не хочет давать её Фрэнку, он будто боялся, что эта тетрадь скажет брюнету о его чувствах больше, чем он сам говорит вслух. Больше половины из них так и не были положены на музыку и никогда не будут. Это нечто личное, что останется лишь в этой тетради. "You're not in this alone Let me break this awkward silence Let me go, go on record Be the first to say I'm sorry"* "That the world is ugly But you're beautiful to me Well are you thinking of me now?"** "I'm trying, I'm trying To let you know just how much you mean to me And after all the things we put each other through and"*** Я не знаю точно, насколько мои мысли в этой стороне верны, но такими счастливыми взглядами эти парни не окидывали никого, кроме друг друга. Между ними была и нежность, и страсть, и забота, и некая химическая связь. Когда они вместе, кажется, всё остальное уже теряет смысл. Есть мы, которые также притягиваемся к ним, но нас они всё равно будут держать на определённом расстоянии. И я не требую, чтобы они рассказывали о своих отношениях нам, фанатам или кому-то ещё, я просто хочу ощущать эти радостные эмоции, которые буквально излучаются ими, видеть эти счастливые улыбки и свет обоих пар глаз. И именно этим излучением питаемся и вдохновляемся все мы, сами того не подозревая. Пока между ними есть эта связь - она есть и у нас. Пока они вместе - есть MCR. * - Skylines and Turnstiles. ** - The World Is Ugly. *** - Demolition Lovers.