Я всегда буду любить тебя/ I will always love you

Передо мной стоял парень. Учитывая мой рост, 1,6 метра, он был выше меня сантиметров на 10. Мои глаза скользили по его телу. Парень был одет в джинсы, черную футболку, которую было видно из-за расстегнутой черной кожаной куртки. На ногах красовались белые конверсы. Ветер раздувал его «блондинистые» волосы, тем самым освобождая от челки левый глаз, на который она спадала. На лице парня сияла улыбка. Я, наверно, сошла с ума. Это все сон. Сейчас прозвенит будильник, и я встану, соберусь и отправлюсь в школу. Я зажмурила глаза, пытаясь «проснуться», но, открыв глаза, поняла, что я стою все на том же месте, где и была. Лицо «незнакомца» было плохо освещено, но…Либо я сошла с ума, либо передо мной стоит Мильковский и улыбается во все 32 зуба. Я стояла и наблюдала за ситуацией. Было глупо что-то говорить, поэтому я «пропустила ход». Мы так простояли, как мне казалось, достаточно долго потому, что у меня начали замерзать ноги. Окончательно убедившись, что передо мной стоит не кто иной, как Женя, я с неким «облегчением» выдохнула. Он протянул мне букет гербер, который все это время держал за спиной. Я посмотрела ему в глаза и, улыбнувшись, приняла цветы. Не знаю, сколько бы еще продолжилось это молчание, если бы Женя не начал разговор. -Привет, ты, вероятно, не меня здесь ждала, - улыбнувшись, сказал он. – Сегодня я побуду вместо Ани, хорошо? -Конечно, - смущенно произнесла я. Я всегда стеснялась говорить с незнакомыми людьми. Но передо мной стоял человек, которого я очень хорошо знаю из прочитанной информации, в обществе которого я готова находиться сколько угодно. Но которого я стеснялась больше, чем кого-либо. -Пойдем, прогуляемся? На одном месте холодно стоять, - заботливо сказал он, наверно, увидев, как мои ноги подкашиваются от холода. Я кивнула. Это всего лишь интеллигенция, а меня трясет, как на первом свидании. Я шла и разглядывала букет. Какой же он красивый. Я люблю цветы, но редко их получаю. Цветы обычно дарят парни своим половинкам, ведь так? Уже минут десять мы молча ходили по улицам Москвы. Я смотрела под ноги, думая, что будет дальше. Что выйдет из этой «прогулки»? Женя, засунув руки в карманы джинсов, уверенно куда-то направлялся и смотрел по сторонам, периодически приглядывая за мной. Пока мы шли в, как я думала, запланированное Мильковским место, я успела согреться. Но, как оказалось, ненадолго. Меня снова начало трясти и морозить. -Милая, ты замерзла? – черт, «милая», он специально? Сердце забилось учащенно от одного только слова. -Немного, - призналась я. Женя улыбнулся мне. Он подошел ко мне поближе и приобнял меня за плечи. Мне было так комфортно. Мы знакомы, можно сказать, только час. Уважающая себя девушка должна отстраниться, но мне было настолько хорошо, что делать лишние движения я не хотела. Мы направились прямо по улице. Я, находясь в объятиях Мильковского, почти согрелась. Разговаривая о совершенно разных вещах, мы с Женей забрели в неизвестный мне район. Будь я одна, я бы запаниковала, но рядом был Он. Дойдя до какого-то здания, я увидела яркую надпись «Martinez». Что-то я слышала об этом. Когда у мамы был день рождения, она хотела с подругами сходить в этот ресторан. Но в итоге, решили идти в другой. Но зачем Женя привел меня в ресторан, если мы вполне могли сходить в кафе? Женя открыл дверь, пропуская меня внутрь. Зайдя в здание, я увидела очень уютную обстановку. Мягкие диванчики, маленькие столики. Романтика. Так, что? О чем я? Какая романтика? Женя подошел ко мне сзади так близко, что, казалось, я чувствовала, как вздымается его грудь. Нет ничего приятнее, чем ощущать его присутствие. Нет, это был не сон. Во сне я лишь вижу, но не чувствую. Женя положил свои руки мне на плечи, я поняла, что он всего лишь хотел помочь мне снять пальто. Неудивительно, что у меня разыгралась фантазия. Народу, на удивление, было много. Вечер вторника. С чего бы это? Сняв верхнюю одежду, мы с Женей сели за столик в углу. Здесь, по-моему, было очень уютно. Мы, сделав заказ, ждали его и разговаривали о совершенно банальных вещах. Он спрашивал меня про жизнь, про увлечения, про школу. Сам же рассказывал про концерты, про то, как ему иногда бывает одиноко. Как я его понимаю. Не смотря на то, что у меня есть родители, друзья и лучшая подруга, я часто чувствую себя одинокой. Сколько бы людей меня не окружало, никто не поймет меня полностью. Поужинав, мы решили долго не сидеть в ресторане, чтобы не занимать столик. Я, достав кошелек, пересчитывала деньги, чтобы расплатиться. Женя тем временем достал нужную сумму, положил в «счетницу» и, подойдя ко мне, приобнял за талию, давая понять, что можем уходить. Я успела только открыть рот, чтобы возразить, но Женя улыбнулся и приложил указательный палец к моим губам, показывая, что «не нужно слов». Мне ничего не оставалось делать, как послушаться его. Пока Женя брал наши вещи в гардеробе, я «красовалась» перед зеркалом. Мильковский незаметно подошел сзади и положил руку мне на талию. Я вздрогнула от неожиданности, и мои щеки залились румянцем. -Ммм, ну как ты красива без этого платья из самых крутых бутиков… - пропел Женя. Мне стало неловко, поэтому я повернулась к нему лицом, чтобы возразить, но его взгляд, устремившийся глубоко в мою душу, как будто забрал у меня голос. Я отвела взгляд, молча вырвавшись из его «объятий» и взяв свое пальто, отошла в сторону, чтобы одеться. Мильковский немного офонарел от такого поведения, но улыбнувшись, быстро натянул на себя куртку и подошел ко мне, чтобы помочь. Одевшись, мы вышли на улицу. На часах было уже 22:31, и мне стоило идти домой, но, видимо, в Жениных планах такого не было. Мне было так хорошо с ним, что я решила не прерывать эти счастливые мгновения. Это, казалось бы, недолгое время, что мы сидели в ресторане, пролетело быстро, но на улице заметно похолодало. По спине пробежали мурашки. Я не хотела, чтобы эта прогулка заканчивалась, поэтому молчала. Мы гуляли по парку, разговаривали о жизни, разглядывали ночное небо. Наш разговор нарушил телефонный звонок. Угадайте, чей телефон разрывался уже от одиннадцатого звонка мамы? -Да, мам? – ответила я на звонок. -Валер, когда домой? Поздно уже, завтра школа, - без какого-либо намека на строгость спросила мама. -Скоро, мам. Все хорошо. Скоро буду, - улыбнулась я и сбросила трубку. Время 23:47. Нужно было домой, как бы мне этого не хотелось. -Жень, уже поздно, мне нужно домой, - виновато сказала я. Мне так не хотелось его бросать. Я хотела прижаться к нему и никогда не отпускать. -Да, конечно, я провожу тебя, - он улыбнулся и взял мою руку в свою. Его действия заставляли меня краснеть. -Ты совсем замерзла, - произнес Мильковский и снова обнял меня за плечи. Мы двинулись к моему дому. Подойдя к моему подъезду, я повернулась к Жене, смотря ему прямо в глаза. -Мне было очень комфортно с тобой. Буду рад, если мы еще раз встретимся, - сказал Женя, взяв меня за руки. -Я оставлю тебе свой номер. Можешь звонить когда угодно, - улыбнулась я, а Мильковский протянул мне свой телефон, чтобы я ввела номер. -Спасибо за кота. Он будет напоминать мне о тебе, - он улыбнулся, убрав телефон в карман. Я сначала, как всегда, не въехала, что за кот. «Спасибо за кота. Он будет напоминать мне о тебе» - раздавалось в моей голове. Я не успела отреагировать на его слова, как Женя подошел ко мне вплотную и прижал к себе. Я уткнулась лбом в его плечо, обхватив его спину руками. Мне было так хорошо, что я не заметила, как по моей щеке скатилась слеза. Мне казалось, что это все сон. Женя отстранился от меня и улыбнулся. Его улыбка сводила меня с ума. -Я позвоню, - сказал он и, подмигнув мне, развернулся и ушел. Я осталась стоять так и смотреть ему вслед. Не знаю, сколько бы еще продлились эти «проводы взглядом», если бы мне не позвонили. Даже не посмотрев на номер, я машинально ответила. -Мааам, я уже у подъезда. -Забаавно, -раздался на том конце провода Женин голос, - проверка связи. Спокойной ночи, милая. Надеюсь, что завтра встретимся.