***
После возвращения с экскурсии которую провела ему Ино, парень был просто измотан бесконечной болтовнёй девушки и взбешён её новоиспечённой привычкой хвататься за его руку. Одно его выражение лица, когда блондинка впивалась своими острыми как лезвия ноготками, в его ладонь, чего только стоило. Столько боли, отчаяния и ярости в одном лице, редко когда можно увидеть. Вернувшись в свою крепость, шатен с усталым видом шлёпнулся на кровать и какое то время не предпринимал попыток даже шевельнуться. Но шило в его заднице дало о себе знать довольно скоро и он заёрзал на кровати, что собственно и послужило причиной, его скоропостижного падения с неё же. Парень, удачно приземлившись своей пятой точкой на ламинат, звезданулся локтём о край кровати. В тот момент, его посетила мысль об уборке. Где то спустя пол часа все вещи в комнате были уложены в цветовом порядке спектра, все книги были расставлены по алфавиту, а когда то разбросанные по всей комнате носки, нашли каждый свою пару и удобно расположились на нижней полке шкафа. И только опечаленный Киба сидел по среди комнаты, заботливо грея ламинат своей задницей, выстроив вокруг себя китайскую стену из учебников и тетрадей. Схватившись руками за голову и раскрыв рот в немом крике, шатен непонимающе вглядывался в текст из учебника физики. В эти минуты когда хотелось рвать волосы на голове, он познал всю горечь безысходности. И только тогда, когда шатен был уже готов расплакаться в этой безвыходной ситуации, его остановил звук, чего то, что шмякнулось на кафель ванной. Быстро среагировав и подорвавшись с пола, Инудзука рванул в сторону ванной комнаты. Распахнув дверь и включив свет, он увидел лишь тюбик с гелем для душа, что так одиноко валялся на ледяном кафеле. Будучи тронутым такой атмосферой в ванной, шатен, дабы поддержать гель для душа и дать ему понять что он не один тут такой одинокий, улёгся рядом с ним на кафель и прижал к себе. В его опечаленных глазах, так и читалась фраза: "такие как мы должны держаться вместе". От одного только взгляда на эту картину, любой даже самый заядлый пофигист, расплакался бы, забился в противоположный угол комнаты и отвернувшись к стенке, изредка пошмыгивал и подтирал сопли, носовым платочком. В один прекрасный момент, Киба резким движением задрал ногу вверх, задев рядом находящуюся полку, и на них, с его новым другом "Палмоливом", грохнулась огромная куча таких же одиночек как они сами. Тогда, Киба поднявшись и состроив грустную мордашку, сказал: "Теперь ты не одинок. Я больше не могу оставаться.", за тем расплакался и покинул ванную, так и не удосужившись повесить полку на её законное место и расставить на ней, всех своих новых знакомых. Немного оправившись от трагедии произошедшей в его жизни парой минут назад, он отправился на кухню.***
Заварив себе кофе и устроившись поудобнее на роскошном деревянном стуле, взор чёрных глаз, устремился прямиком в стену. Отчаяние что переполняло Инудзуку было столь сильно, что можно было подумать что в любой момент, он резко встанет и пройдя пару шагов, усядется за хрен знает когда успевшее появиться пианино, и начнёт горланить грустные песни о боли и разочаровании. Примерно так выглядел Киба, будучи покинутым лучшим другом. С каждой секундой в голове шатена появлялись тысячи мыслей о том, что Харуно могла сделать с Узумаки. И честно сказать, ничем хорошим там и не пахло. Чуть ли не в каждой третьей Инудзуковской мыслишке было либо убийство с расчленёнкой, либо изнасилование, либо увенчавшаяся успехом попытка, затащить Наруто в ЗАГС. Пожалуй, последнее - было самым худшим из всевозможных прогнозов. Так прошло около полу часа. Перебрав все возможные и невозможные причины долгого отсутствия Узумаки, Киба снова начал злиться. Он уже придумал очень длинный текст с нотациями, который он проорёт Узумаки и набросал скромненький планчик по тому как поймать, убить, расчленить и закопать Харуно во дворе за школой. И в какой то момент, хитрожопо заулыбавшись, он даже начал представлять себе всё то, что напридумывал.