9 пустяков о Джоне Ватсоне

Шерлок Холмс — человек 403 слова. Он снова их спас. Не просил благодарностей и на облегчённое «Спасибо, Шерлок» Ватсона лишь отмахнулся. — А? Что? Ах, да… Конечно. Без проблем. Джон был на грани. Его семья, едва не погибшая в этот вечер, теперь была совсем рядом. Когда один из очередных психопатов, которых так много на дороге детектива и его блоггера пригрозился сжечь всё дотла, доктор не воспринял это всерьёз. Но когда пришла загадочная записка, ясно указывающая на то, что если не успеть — дом, в котором его дочь и беременная жена заперты, совсем скоро выгорит дотла. И чем больше попыток будет предпринимать Джон, тем быстрее это случится. Это была игра только Шерлока и его психа-соперника. Но тем не менее, детектив думал не о себе. Согласился на немыслимые условия ради спасения Ватсонов. И сейчас, глядя на свой уцелевший дом, на Мэри, успокаивающую дочь, глядя на всё это затуманившимся от страха взглядом Джон вдруг понял простую истину: Шерлок — человечнее, чем все люди, что он когда-либо видел в своей жизни. А видел он немало. Но детектив превзошёл их всех. Он невыносимый, иногда психованный, совершенно сумасшедший и бесконечно брюзжащий, но человек. Он ледяной, безэмоциональный. Но он готов отдать свою жизнь. И это делает его не просто консультирующим детективом, что когда-то повстречался Ватсону. Это делает его другом Джона. Доктор ещё раз убедился, что его семье ничего пока не нужно и направился к калитке. Высокая фигура поспешно двигалась в ночи, лишь изредка озаряемая светом от мигалок полицейских машин. Шерлок застёгивал пальто, когда Джон встал рядом, даже не зная, с чего бы начать. — Я уже принял твои благодарности. — Я хотел сказать… Холмс внимательно глядел на него, изучающе, почти не моргая. — …Да? .. — Если тебе вдруг что-то понадобится, ты знаешь куда прийти. — Да, разумеется. Что-то ещё? — Ох, ну что за… не заставляй меня. Ты же уже догадался обо всём, что я хотел сказать! Шерлок беззвучно рассмеялся, лишь кивнув.

— Я тебе сердце выжгу. — Из достоверных источников известно, что у меня его нет.

— Ты солгал тогда. Когда сказал Мориарти, что не имеешь сердца. — О, Джон, ну конечно. Сердце — главный орган. Если бы его не было, я бы, скорее всего, умер. — Тебе так обязательно всё выворачивать? — Джон помолчал, а потом на выдохе произнёс: — Я хотел сказать, ты лучший человек из всех, кого я встречал. Улыбка всё ещё не сходила с губ детектива. Он усмехнулся, делая вид, будто это ничего не значит. Что это всего лишь бред воспалённого страхом за близких мозга доктора. Но на самом деле, ответ Джона пришёлся ему по вкусу.