Виолетта: в ритме Панема

      В Панеме насчитывается двенадцать дистриктов. Когда-то их было тринадцать, но когда вспыхнул мятеж, один из них был повержен. Теперь каждый дистрикт должен расплачиваться за вспыхнувший мятеж. Каждый год двенадцать девушек и двенадцать юношей вынуждены участвовать в Голодных играх. И только один победитель. Каждый год - это загадка. Кто-то становится фаворитом, а кто-то очень обаятелен, что ни один спонсор не будет равнодушным. А что будет, если на играх окажутся не совсем обычными? Капитолий очень любит издеваться над жителями Панема. То и дело, трибутом становятся дети самих победителей! А иногда и просто вытаскивают из чаши с именами, имена детей одной семьи, каждый год!       Наступают пятьдесят восьмые Голодные игры.       В каждый дистрикт съезжаются миротворцы, фотографы, репортеры, и самое главное - кураторшы, которые выбирают трибутов - юношу и девушку. Наступает ровно двенадцать часов и во всех дистриктах собираются жители. Не исключение - и наши друзья из Аргентины. POV Диего Дистрикт-1       Я стою в толпе вместе со всеми и слушаю речь мэра. Он призывает нас к победе. Потом молодая капитолийка подходит к чаше с именами и зачитывает имя: - Диего Эрнандес.       И тут меня сердце бешено застучало. - Ну, Диего. Ай да к нам!       Это случилось! Как такое возможно? И почему я?       Я нахожусь в ступоре около пяти секунд, и после, заметив, что все парни вокруг меня расступаются, я бреду к сцене. Если такое случилось, то обратного пути нет. Надо улыбнуться и идти. - Поприветствуем юношу-трибута от Дистрикта-1!       Все хлопают. POV Виолетта Дистрикт-2       Я стою вместе со всеми на площади на церемонии Жатвы. Рядом со мной Кассандра, та самая девушка, которая является дочкой мэра. Оказалось мы ровесники, и поэтому мы стоим в одной возрастной группе.       Мне кажется это ужасным варварством - устраивать игры. Кассандра мне показывала пару видеозаписей с прошлых игр и я поняла, что это очень ужасно.       Во мне бушует два чувства: страх - попасть на игры, а еще - тоска по моему отцу и Анджи. Что же там происходит? Они наверно нас ищут, но так и не найдут. От этих мыслей мне становится еще грустней.       Мэр зачитывает нудную речь, но все стоят без единого намека на скуку. Как меня убедила дочка мэра - у нас игры - это радость, и попасть на игры в нашем дистрикте - это в почете.       Мэр отрывается от листочка и дает право начать жатву молодой капитолийке - чьей-то будущей кураторше. Она подходит к чаше с именами парней и зачитывает первый попавшийся листок: - Крис Уилсон!       Не проходит и секунды как из толпы выходит красивый накаченный парень, но с глуповатым лицом. - Что же? А теперь дамы!       Этот кульминационный момент и она зачитывает листочек с именем девушки: - Виолетта Кастильо!       Моё сердце сначала останавливается, а потом начинает бешено стучать. Я? Неужели я? Почему?       Я поворачиваюсь к Кассандре и она говорит шепотом: - Ну же! Иди.       Я медленно иду к сцене и она снова говорит: - Вот трибуты от нашего дистрикта! Пожмите друг другу руки.       Крис протягивает мне руку и смотря мне в глаза, улыбается. - Ну что же? Поздравляем наших трибутов!       Все жители дистрикта ликуют и нас уводят в дом правосудия. POV Людмила Дистрикт-5       Я стою со всеми в толпе на какой-то жатве. Сын мэра, в семью которого я попала, мало мне рассказал о том, что представляют собой эти игры. Игры на выживание. Зачем?       Он уверил меня в том, что эти игры опасны, потому что выживает кто-то один. Я конечно люблю быть в центре внимания, но на игры, я знаю, что попасть не хочу.       Я стою и думаю, что же стало с другими, с Нати? Куда же они попали? Пока я теряюсь в догадках, мэр что-то читает, а потом разукрашенная, да и разодетая в пух и прах, женщина зачитывает имя парня, который будет участвовать в играх. Впрочем плевать. Я даже имя его не расслышала. Потом эта женщина подходит к шару с кучкой листочков по правую сторону от нее. Она окунает руку а шар и зачитывает имя: -Людмила Ферро!       Сначала я не понимаю, что происходит. Почему прозвучало мое имя? Я иду через толпу и выхожу к дороге на сцену, но всё таки останавливаюсь и заявляю: - Это наверно ошибка. Я Людмила Ферро. Я только недавно прибыла в дистрикт.       Как я говорю эти слова, все начинают смеяться. - Здесь все равны, - заявляет мэр, который хохочет со всеми.       Я решаюсь обратно пойти к своим сверстникам, но меня хватают миротворцы и несут к сцене.       Я кричу и плачу. POV Леон Дистрикт-12       Проходит около несколько месяц как случилась эта неразбериха. Каждый день я просыпаюсь в надежде проснуться дома в Буэнос-Айресе, но просыпаюсь в доме мэра. У мэра есть сын и он мой ровесник. Мы хорошо с ним сдружились. Его зовут Майк. Я научил его всему, что знал, а он меня. И тем более, он, не смотря ни на что, даже на то, что обычно дети мэров не попадают, готовится к играм.       Кстати о играх. Как мне объяснил Майк, игры уже проводятся около пятидесяти восьми лет и наш дистрикт не из самых больших фаворитов. Сегодня жатва и нас с ним готовят к церемонии жатвы. - Ну что, ты готов? - спрашивает у меня Майк, после того как я посмотрел в зеркало на себя. - Да. - Ну что же пошли.       Мы приходим на площадь, там у нас берут кровь и потом нас располагают по возрасту и полу. Мы становимся с Майком рядом со нашим общими друзьями.       Сначала выходит мэр, потом чей-то будущий ментор - Хэймитч Эбернети, а потом и кураторша, девушка из Капитолия - столицы Панема.       Довольно странно, что власти Панема заставляют нас участвовать в играх, в то время как они сами не участвуют и наслаждаются тем, что мы убиваем друг друга.       Мэр читает речь, а потом дает слово кураторше: - Что ж, выберем наших трибутов!       Она идет со странной походкой в сторону шара с бумажками с именами, и достав одну - читает: - Леон Варгас!       Я не делаю и движения. Мне кажется это ожидаемым и не удивительным.       Уверенно иду к сцене и встаю рядом с кураторшой. - Ну что же? Вот и наш юноша-трибут.       Что происходит дальше, я не понимаю, потому что я окунаюсь в воспоминания. Когда-то меня не было здесь, я жил в радости и у меня было всё. Через какие-то несколько дней, возможно, я умру.