Жаркое лето

Летнее утро тихое, жаркое. В воздухе колышутся едва заметные струйки знойного воздуха, а в траве - ни единой росинки. Кажется, что если такая погода продлится ещё хоть несколько дней, то цветочные поля ссохнутся до соломенно-желтого цвета, растеряв все свои сочные, яркие краски. Феличита, растянувшись прямо посреди поляны, где высокая трава может спрятать её от любопытных глаз, всматривается в небо и наблюдает, как, словно на нежно-голубом полотне, по нему лениво плывут пушистые облака. Дыхание её рваное, грудь постоянно вздымается, но это отнюдь не от летней жары. Она, изредка приподнимаясь на локтях, всматривается в сторону моря, пытается отыскать взглядом до боли знакомую, высокую фигуру мужчины, обещавшего ей вернуться как можно скорее. На девушке, вместо её черно-белой формы, просторное полупрозрачное платье, под которым ничего нет. Оно едва достает ей до коленей, а от мысли, что легкий ветерок с легкостью может всколыхнуть мягкую ткань и оголить бархатную кожу бедер, щеки девушки заливаются розовым румянцем. Но так нравится ему, и отказать она, даже если бы захотела, не может. Недалеко, совсем рядом, море: шум волн и соленый запах доносятся до неё и, сливаясь воедино с ароматами цветов и чуть пожухлой травы, создает свой неповторимый дух. Крик чаек наполняет жизнью это пустынную частичку острова, а она все также молчаливо продолжает с нетерпением ждать его в том самом месте, которое, кажется, стало для них любимым. И вот, не так далеко, виднеется расплывчатая фигура, ступающая по песку, обжигающему ступни. - Бамбина! - громко и радостно раздается впереди, а человек в расстегнутой белой рубашке машет рукой. Девушка моментально поднимается на ноги и, со счастливой улыбкой на лице, бросается к тому, кто только что позвал её. Медные волосы развиваются на ветру, несколько прядок выбиваются из туго затянутых хвостиков и лезут в лицо. Немного колючая, короткая трава неприятно лижет пятки, но девушка, будто не замечая ничего вокруг, продолжает свой бег. Ничто не может удержать её, когда перед глазами - он. Седоволосый же мужчина медленно, вальяжно идет ей навстречу, для него время течет медленнее, чем для неё, но как только Феличита с восхищенным и таким детским возгласом «Дебито!» бросается ему на шею, он забывает обо всем, ласково принимая молодую леди в объятия, и падает на спину вместе с ней. Счастливый звонкий смех разрезает тишину, изредка нарушаемую криком чаек и тихим шумом волн, накрывающих берег. Падая на хрустящую траву, Дебито с нежностью и трепетом смотрит желтыми глазами на зардевшееся румянцем смущения лицо Фели. - Бамбина, - томно выдыхает он. Заводит тонкими длинными пальцами упавшие ей на лицо пряди медных волос за ушки и, лишь спустя такое долгое, мучительно мгновение, наконец дотрагивается своими губами до её, таких сладких и нежных на вкус. - Я скучал. Холодные, словно и не его вовсе, пальцы расслабленно, почти невесомо скользят по нагретой солнцем золотистой коже, пробираются под платье и задирают его вверх, отчего девушка блаженно прикрывает глаза и содрогается от ощущения распространяющегося по всему телу импульса удовольствия. Раньше ей стало бы стыдно, но не сейчас, когда их отношения, тайные встречи, о которых не знает никто из их Дома, длятся так долго. Настолько, что уже точно не вспомнить. Секунда, и рука Дебито устремляется туда, бесстыдно, беспринципно, как кусочек льда для бокала с виски, разгоняя жару. Феличита раздвигает ноги, чтобы он потрогал там ещё своими холодными, вызывающими дрожь, пальцами и, возможно, кое-чем другим, не таким холодным, а скорее наоборот. Такое поведение совершенно на неё не похоже, но рядом с ним она, будто бы перевоплощаясь, становится более смелой и раскованной. Дебито прекрасно знает, чего желает его Бамбина. И скоро между ног девушки становится влажно, жарко так, что даже он согревается. Девушка издает полный истомы полувскрик-полустон, когда палец резко входит в её лоно, и сжимает бедра, чтобы почувствовать его в себе сильнее. Мужчина же улыбается, довольный донельзя, стягивает с Фели платье, обнажая пышную грудь, и раздевается сам. В это месте безлюдно, и не нужно сдерживаться. Когда вместо пальца в Фели входит член, она сладострастно кричит. Каждый её стон усиливает возбуждение Дебито, но сам он не издает ни звука, лишь закусив губу, двигается в ней, постепенно наращивая темп. Оргазм накрывает Феличиту несколько раз, прежде чем сам Дебито, насытившись вдоволь, кончает сам. Он, измотанный, падет на неё сверху и целует в лоб, тяжело дыша. От таких действий и солнца, давно зашедшего в зенит и палящего землю еще больше, по двум телам, смуглой и золотистой коже, сплетенных сейчас воедино, мелким бисеринками струится пот. - А ты, - немного погодя и робко краснея, начинает вдруг Фели. - Любишь меня, Дебито? Мужчина усмехается, прижимает к себе девушку крепче и вместо ясного ответа произносит: - Разве это не идеальное преступление, если я украду твое сердце, а ты украдешь мое? Уткнувшись в грудь главе Монет Принцесса вздыхает, а соленый запах моря и внезапно подувший с него ветерок перебирает ей волосы. «Конечно люблю», - думает про себя Дебито и, приподняв краешек губ, сладко щурит глаза.