Походные исследования вулканцев в бытовых и не очень условиях

Вулканцы могут быть уютными. Неделю спустя добрый доктор Леонард соблаговолил выпустить спасённого капитана, настаивая на том, что раны и ссадины всё же серьёзнее, чем кажутся, и вообще «Джим, я чёртов доктор, поэтому заткнись и лежи». Сколько бы незаслуженно вылеченный Кирк не называл доктора «проклятым эгоистом, дай только гипошприцы повкалывать», он не мог не заметить, что все следы пребывания на планете успешно прошли. Кроме ран в душе. Капитану никогда не снились кошмары – за день столько набегаешься по кораблю, выискивая неполадки, потом выведывая, кто сможет их устранить, а, выяснив, что никто кроме командора и, собственно, капитана не в силах оторвать задницу от работы, с криком «Спок, не суйся, я сам!» полезть всё чинить, что, как только голова касается подушки, мгновенно засыпаешь, только успевай будильник ставить. С лихорадочным вздохом он сел в кровати. В голове еще крутились остатки сна – леденящий тело и душу стол, заинтересованные в диковинке лица анатомов. Поворочавшись для порядка в постели и осознав, что так делу не поможешь, Джим нашарил ногами тапочки – одна из его старомодных привычек – и решительно постучал в дверь его старшего помощника. Словно и не середина корабельной ночи, Спок сидел за столом, увлечённо набирая что-то в падде. Таким Джим не видел его никогда – без обычной голубой форменки, в просторной рубашке вулканского покроя, Спок казался источающим уют. – Поскольку ты еще не являлся сюда в такое время, а также судя по твоему дыханию, – он оторвал взгляд от записей, – могу предположить, Джим, что случилось нечто необычное. – Всё-то ты знаешь. Кошмары замучали, – пробормотал капитан, опрокидываясь на кровать, слишком низкую и жёсткую для человека. – Ужас, Спок, как ты тут спишь вообще? Вулканец присел на край кровати, не выпуская из рук падд. «Чтобы обороняться, если вдруг мне взбредет в голову еще что-нибудь», – мысленно усмехнулся Джим. – Ранее мне не приходилось задумываться над этим. Ты первый, кто обратил на это внимание. – Смелости не хватало? – Джим со смаком зевнул, потягиваясь. – Просто не ложился никто, – вулканец протянул руку, касаясь плеча человека. – Джим, чем я могу тебе помочь? – Знаешь, мне почему-то спокойнее с тобой. Можно, я тут побуду? Спок не ответил, лишь забрав со стола некоторые документы, и сел поудобнее. – Я останусь рядом. Спи спокойно, Джим. – Ночи, Спок. Внезапно страх перед ужасами прошлого и будущего отступил – ведь у него рядом есть его помощник. А если и ему нужна будет поддержка, Джим сможет ее оказать. Спок не признается себе, но именно в ту ночь к его душе добавился новый кусочек нежности, сейчас посапывающий на плоском камне, по недоразумению называющемся подушкой. Больше Джиму никогда не снились кошмары.