Только попробуй мне завтра отказать!
1 февраля 2014 г., 14:23
Так холодно. Почему же мне так холодно? Дрожь по всему телу пробегает волнами, и я должен открыть глаза. Они меня совсем не слушают. Хочу спать, но холод не дает мне погрузиться в царство Морфея. Черт. Мне лень открывать глаза, я не хочу их открывать. Но холодно...
Пустота рядом, и пустота внутри. Его рядом нет... Может он проснулся и сидит на кухне, а может он ушел домой? Не буду гадать, нужно проверить все мои догадки.
Я поднимаюсь на кровати и нехотя спускаю ноги на холодный паркет. Весна, так почему же сегодня так холодно? На комоде я не наблюдаю его сложенных вещей. Видимо, все вернулось во круги своя. Это может быть и к лучшему. У него своя жизнь, у меня своя, и никаким образом я не имею права его тащить к себе и проводить каждый вечер в каких-то заведениях.
Чертово похмелье. Нужно выпить.
Как только я зашел на кухню, то сразу на душе стало по-спокойней. Он сидел у окна и курил. Разглядывая что-то на улице, он не заметил, как я прошел и встал рядом.
— Давно не спится? — я положил руку ему на плечо.
— Кхм, — он поперхнулся дымом, — какого лешего ты меня так пугаешь? Не видишь, что не сплю же.
Да ладно, напугал я его.
— А я-то думал, что тебя только ядерная война напугать сможет и то вряд ли, — я выдавил смешок, — ты кушать приготовил?
— Жена готовить тебе завтраки будет, а я вообще гость, сам готовь!
—Ты явно сегодня встал не стой ноги, что такой нервный-то?
— Не знаю, просто настроения нет, — он опять отвернулся к окну и продолжил дымить, докуривая сигарету.
Трогать я его больше не буду, захочет, сам заговорит. У него так депрессия. Тоже мне, герой-любовник. Нужно заняться завтраком. Конечно, выбор не из великих, яйца и бекон, но для завтрака сойдет. Конец недели как-никак, запасы в норе заканчиваются, нужно готовить новые.
С этой ужасной пасмурной погодой я не хочу вообще никуда выходить из своего дома. Даже за продуктами. Но это нужно сделать, ибо умирать дома от обезвоживания организма тоже не вариант, а такое может случится, если я буду всё время обращать внимание на эту курящую принцессу, и у меня будет такое же настроение, как и у нее. Нет голодной смерти! Еще была одна причина, по которой нужно было выйти из дома, и это — моя машина, которую я оставил вчера у того клуба, в котором мы зависали с Круспе.
Вечером он пришел снова, ссылаясь на то, что ему одному скучно у себя дома, и он погостит у меня. Я, конечно же, был не против, только за. Делать было нечего, и мы решили выпить. Он принес с собой пива. Отменного темного пива. Распивать его на кухне показалось нам слишком скучным, поэтому мы прошли в гостиную поближе к источнику шума. По телевизору шли новости, и это никак не поднимало нам настроение, и мы стали перелистывать каналы, пока не наткнулись на реслинг. Рихард был рад такому раскладу, он даже выпендривался своим прошлым, что когда-то занимался подобным видом спорта. Я в этом толком ничего не понимал, но слушал уже хмелевшего Рихарда. Мне нравилось слышать его речь, как он рассказывает те или иные истории из его жизни, хоть я и знал их наизусть, мне не надоедало слушать его. Мог часами слушать его болтовню про детство и Америку, мне это приносило радость, от того, что сейчас у него хорошие воспоминания.
Мы были уже порядком пьяные, но разум еще никого не покидал. По телу разливалось пиво. Он будто шло по каждой вене и приносило за собой расслабление. Такое отличное чувство непринужденности, когда тебе кажется, что ты способен спасти весь мир.
Нет, больше я ждать не буду. Я слишком долго ждал, и моему терпению настал конец. Я когда-нибудь бы все равно не выдержал этих мучений. Мое сердце больше не может так страдать, как и моя душа. Я сдамся, и пусть желание и страсть делают свое дело. Мозг только мешает всему происходящему...
Отпив с горла уже выветривающиеся пиво, я подвинулся поближе к Рихарду. Он на это даже не обратил внимания. Действуем дальше.
— Рихард, повернись ко мне, — и он повернулся. В его глазах присутствовала нотка недоумения. Что сейчас происходит или произойдет? К черту все страхи, время идет, нельзя его спугнуть.
Впившись в его сухие губы страстным поцелуем, я навалился на него всем телом. Его губы такие желанные для меня, не отвечали мне, но и сам Рихард не сопротивлялся, лишь его рука освободилась от пива. Оно упало на пол. Плевать на ковер, и пусть он будет в пиве, сейчас это неважно. Продолжая поцелуй, я настойчиво промычал, на что Рихард ослабил железную хватку своих губ и ответил на поцелуй. Он не отверг меня! Это уже что-то значит. Его теплый и влажный язык проник в мой рот и начал исследовать его. Так напористо, что я был в шоке, что Рихард сам идет ко мне навстречу. Этот жаркий поцелуй, казалось, длился вечно. Я просто ликовал над этой победой. А может, я вовсе еще и не победитель? До провала всего один шаг, или даже одно неловкое движение.
Жарко. Становится слишком жарко. Животная страсть уже давно бушевала в моем сознании, и Рихард это заметил. Его рука проскользнула под мою футболку. Она блуждала по моему торсу, спине, позвоночнике.
Одежда мешает.
Я снял с себя этот лишний в данный момент элемент гардероба и поспешил помочь Рихарду. Все летело к чертям. Вся одежда. На утро придется изрядно потрудиться чтобы ее найти. Плевать! Сейчас для меня нет ничего важнее этого человека и его прекрасного накаченного тела.
Я принимал, все то же положение, сверху, а Рихард так и был подо мной. Его ноги обвили мою поясницу, а голова была опрокинута назад. Я целовал его всего и везде. Начиная от мочки уха, я вырисовывал языком по его телу различные узоры. Я просто ставил засосы на шее. Теребил его соски, в то время наслаждаясь его глухими стонами. Поглаживал по его торсу, и вновь принимался за его соски.
Боясь спугнуть его, я осторожно провел ладонью по внутреней части бедра, и понял, что он не против такого поворота событий. Он с самого начала был не против — гад! Взяв его уже готовый, горячий орган в свою ладонь, я водил ладонью по его стволу, иногда задевая большим пальем его головку, от чего Рихард невольно дергался.
- Не хочу причинять тебе боль, но хочу тебя. Я дико тебя хочу, Рихард! - вырвалось из моих уст это предательское выражение.
Он ничего не ответил, лишь только притянул меня к себе, и наши губы вновь соприкоснулись. Это был такой же долгий и горячий поцелуй, как тот, наш первый. Языки переплетались, тела соприкасались, не хватало еще одной соединяющей части этой игры.
Достав у себя из-за спины подушку, я приподнял Рихарда за поясницу и подложил ее туда. Теперь его мужское «лоно» открывалось для последующих действий. Обильно смачив слюной пальцы, я сначала осторожно ввел в него один безымянный палец, его колечко сжалось, но через некоторое время он расслабился. Он привык. Следующий палец и следующий. Его задний проход уже был немного готов к приему чего-то большего. Так же, как и пальцы, я смазал свой набухший член слюной, обильно плюнув на него и прислонил его к дырочке Круспе.
— Прости, — сказал я и резко вошел в него. Приглушенный крик и стоны боли вырывались из его рта, но он держался хорошо. Сначала сфинктер немного сжался над моим членом, но опять же, Рихард попытался расслабиться и у него это получилось.
- Доверие, главное доверие. Доверяй мне, Рихард, и все будет хорошо.
Ускоряя темп своих покачиваний бедрами в сторону Рихарда, я стонал, как и Круспе. Ему тоже было хорошо, я и был этому рад. Еще и еще раз, толчком за толчком, я приближался к оргазму. Рихард был уже на готове. Конечно, массаж простаты делает свое дело. Взяв в свободную руку его покачивающуюся плоть, я несколько раз сделал тоже самое, что делал в начале этой прелюдии, и вязкая, белая жидкость начала вулканом изливаться на мою руку. Сокращение его мышц внутри, привело меня к экстазу. Не вытаскивая из него член, я кончил. Концовка настигла нас почти одновременно. В бессилии я упал рядом с ним и обнял его.
- Это было супер, - восхищался Рихард задыхаясь, - не думал, что это будет так клево.
- Да, согласен с тобой, но завтра ты явно будешь плакать от боли, - язвительно сказал я и улыбнулся, на что тот только пожал плечами, - пошли в спальню, здесь спать не удобно.
- Пошли.
Завтра я ему скажу, как сильно и как давно я его люблю, и он не посмеет мне перечить, а на сегодня любви достаточно, пора спать.