Жизнь изменчива

***

Уйдя с арены вдвоем, они поднимались к местам, где расположились финалисты, когда она решила поднять тему, которую ее соперник начал на поле. — Что ты имел в виду… — начала Наруто, но не успела закончить. — Ты девчонка, — перебил ее Канкуро. — Ну да, — она моргнула, — я вроде не скрывал, думал, что это понятно. — Не совсем, — покраснел парень в легком смущении. — Но у меня действительно глаз наметан, — подмигнул он. — Кто еще знает? Потому что такое ощущение, что остальные не в курсе. — Я, — раздался голос позади, от которого на лбу Канкуро выступил пот. — О, Гаара, правда же я был крут? Я надрал задницу твоему брату, — улыбнулась она, выглядывая из-за более высокого парня, явно гордясь собой. — Да, — кивнул тот. На лице Канкуро появилось то самое выражение лица, когда ты знаешь что-то такое невероятное, но не можешь в это поверить. Он смотрел на них, попеременно переводя взгляд от одного на другого и обратно. — Нууу… — протянул он, обхватывая своего брата за плечо. Гаара напрягся, но не оттолкнул его. Что уже было хорошим знаком. — Как я вижу, вы хорошо познакомились, — хитро ухмыльнулся он. — Держись, брат, я в тебя верю и поддерживаю. Я в медпункт, — бросил он напоследок, после чего, насвистывая, свернул за угол и растворился в коридорах. — Спасибо? — пробормотал джинчурики в пустоту. Он не понял, что имел в виду его старший, но тот впервые смотрел на него без тени страха и даже обнял. — Мне нужно идти на арену, — повернулся он к Наруто. — Хорошо, — улыбнулась она, после чего наклонилась к нему и чмокнула в щеку. — На удачу, — захихикала Узумаки и, махнув рукой, поспешила подняться на свою трибуну. Если бы она осталась, то увидела бы, как сильно заалело его лицо, но ее здесь не было. Когда Гаара вышел на поле, то от былого смущения не осталось и следа, кроме слегка покрасневших кончиков ушей. Повсюду можно было услышать роптание зрителей, которые замерли в ожидании крови. Его противником должен был быть тот парень, который объединился с его сестрой и, судя по всему, был знакомым Наруто, поэтому Собаку но не собирался сильно его калечить. Его противник, казалось, не собирался спускаться, пока его самого не скинули силой. — Проблематично, — пробормотал тот парень и поднялся. Казалось, этот парень, Шикамару, был самым обычным, обычное лицо, обычная одежда. Он ничем не выделялся. И что Наруто в нем нашла? Казалось, они очень мило беседовали до начала турнира, — кольнуло что-то внутри него. — Шикамару Нара против Собаку но Гаары, — объявил Хаяте, махнув рукой. Гаара едва ли успел призвать песок, когда его противник поднял руку и в своем ленивом темпе объявил: — Я сдаюсь. Джинчурики моргнул в недоумении. Жаль, что битва не состоялась, он надеялся дать честный бой другу Наруто. — Победитель Собаку но Гаара… — объявил Гекко, все также безразлично, за что тут же зрители стали освистывать Нару. Раз уж он выиграл, то ему стоит вернуться. Должно быть, Наруто дала мне слишком много удачи, — подумал он. — Я должен вернуть ей остатки.

***

Асума тяжело вздохнул, он должен был ожидать, что Шикамару так поступит, но все равно неприятно. — Твой ученик все такой же ленивый, — усмехнулась его возлюбленная. Какая же она была красивая, когда смеялась. Да и обычно тоже. — Ну, это было ожидаемо, — пыхнул он сигаретой. — Просто не думал, что он сделает это так быстро. — Ну, учитывая кто его противник, это вполне разумно, — кивнул Какаши. — Ему стоило показать свою силу юности! — возразил им Гай. — Это турнир и тут присутствуют Каге. Не думаю, что этот парень стал бы вытворять всякие глупости. — Ну, будем иметь дело с тем, что имеем, — остудил его пыл Сарутоби. Следующим боем был Абураме и дочь Казекаге, было бы интересно это посмотреть, поэтому он не хотел затевать спор. Они могли поговорить об этом сегодня в баре, когда будут отмечать. Следующий бой был не столь захватывающий, как первый, но и не самый скучный. Девчонка оказалась вспыльчивой и яростной, а еще действительно сильной. Техники, которые она использовала, требовали большого количества чакры и умелое использование оружия, что она с блеском и продемонстрировала. Скоро должен был начаться полуфинал и Асума бросил взгляд на трибуну полуфиналистов, от чего его глаз дернулся. Узумаки о чем-то мило болтал с сыновьями Казекаге, один из которых явно с ним флиртовал. А второй, про которого ходит лишком много слухов, явно не испытывал никакого дискомфорта. Только время от времени явно неодобрительно смотрел на своего старшего брата. Было забавно видеть детей Каге, которые собрались вместе, если бы он не был одним из них. Он посмотрел на Наруто, который явно был счастлив от того, что он в финале. Асума помнил, как тот, будучи младенцем, громко плакал, когда Третий впервые принес его домой. Первое время тот не давал им продыху, явно чувствуя свою потерю. Тогда он смотрел на младенца, но вместо обжигающей ярости за смерть своей матери, в его груди горело лишь горькое сочувствие тому, кто в этот день тоже потерял своих родителей. Он видел как тот рос, но не застал того времени, когда Наруто мог бы осознать себя. Он лишь глупо лепетал: Сума, — тянул к нему руки и также глупо улыбался. Интересно, для него Третий был таким же отвратительным отцом, каким был для Асумы? Сарутоби явно не церемонился с ним: его пеленки меняла приходящая медсестра, а большую часть времени с ним постоянно были АНБУ и он отправил жить ребенка одного когда тот еле встал встал на ноги и стал изучать окружающий мир. К сожалению, в тот момент сам старший ниндзя подался в охрану Дайме и ничем не мог помочь. Он не питал ненависти к Какаши за то, что тот не стал присматривать за Наруто, хотя Третий не был против, чтобы тот находился рядом с ребенком, пока тот жил с ними. Но и близким для Узумаки человеком явно не считал. Уж если кто и был его названным братом, то только он.

***

Саске никогда не считал себя гением, особенно на фоне Итачи. Он был сильно подавлен своим проигрышем, но старался не показывать этого. Ему выпала неудачная карта, когда вокруг него было слишком много врагов и не было никого, кто бы хотел объединиться с ним. Он победил человек больше, чем думал, но к тому времени, как он это сделал, союзников уже не осталось. Учиха знал, что экзамен будет жестким, и даже ожидал, что Узумаки сможет пройти, но от этого не становилось менее обидно. Наруто там, на арене, бился с Роком Ли, который выпустился годом ранее и смог победить «гения клана Хьюга», воспользовавшись его слабостью. Тот, казалось, не расстроился. А может, он подавлял все в себе, как и сам Саске, ведь на трибунах сидел отец Хьюги. Он глазами прошелся по трибунам и нашел Итачи, болтающего с их кузеном Шисуи, который не отрывал глаз от боя. Но тут он поднял голову и их глаза встретились, после чего его брат улыбнулся и кивнул ему, будто и не был опозорен его проигрышем. Саске вновь перевел свой взгляд вниз, где происходил турнир. Наруто явно не дотягивал в тайджицу до своего старшего товарища и ему оставалось только уклонятся в быстром темпе, стараясь не попасть под сокрушительный удар. Его товарищ по команде явно был очень гибким. Сейчас шел матч не на силу, а на истощение. Узумаки явно поставил все на свою выносливость. Что-то горькое внутри просыпалось от того, что он уступил Наруто, когда явно всегда выигрывал у него. Но там же глубоко внутри, куда даже он сам не осмеливался заглядывать, теплилось что-то волнительное и мягкое, что не давало ему спокойно смотреть матч, заставляя его волноваться за товарища по команде. Когда бой закончился, он выдохнул и тут же напрягся, потому что если Узумаки и должен сразиться в финале, то у него явно есть только один соперник. Учиха тяжело сглотнул и поднялся, заставляя себя идти. Он не хотел, чтобы его друг соперник умирал из-за какого-то дурацкого экзамена. — Саске-кун, — окликнула его Сакура. — Ты куда? — он не ответил ей. Ниндзя спустился с трибуны, ожидая, когда участники станут возвращаться на трибуны. И когда он увидел весело болтающих бывших соперников, у него почти разболелась голова от шума, что исходил от них. — Добе, — позвал он, надеясь, что тот отвлечется от своего нового друга. Серьезно, он мог бы быть хоть немного менее дружелюбным? — Иди пока без меня, — повернулся блондин к Року и неспешно подошел к нему. — Теме! — расстроенно сказал он, — я хотел сразится с тобой в финале! Я столько сил потратил на тренировки. — Что-то теплое свернулось в его груди от слов Наруто и уголки губ сами собой подергивались вверх. — Не повезло, — пожал он плечами. — Я хотел сказать тебе, чтобы ты отказался от следующего матча, — серьезно произнес он. — Хэй, никто еще даже не знает, кто будет моим соперником. — Это было и так понятно, — опять нахмурился Учиха. — Это будет тот псих. Я видел, во что он превратил людей на экзамене. — Не называй людей психами только потому, что они тебе не нравятся. Мы, шиноби, должны привыкать к такому. — Послушай… — попытался вразумить его он, но тут послышались шаги и его глаза наткнулись на бирюзовые, от которых ему захотелось повести плечами. — Спасибо, что беспокоишься, Саске, но я сам смогу всех победить. Вот увидишь! — кивнул для доказательства своей правоты Узумаки и повернулся к песчанику. — В следующем бою я у тебя выиграю! — на что тот только кивнул головой. — Я надеюсь на то, что ты будешь биться в полную силу, потому что я не буду сдерживаться, — ответил тот. Наруто от этого просиял, а Учиху бросило в дрожь. И он ничего не мог с этим поделать.

***

Третий Хокаге еще раз внимательно окинул взглядом трибуны, в ожидании последнего матча. После новостей о том, что Орочимару был замечен на экзамене, он усилил охрану настолько, насколько это было возможно. Он знал, кто победит в поединке между песчаным джинчурки и мальчиком из клана Абураме. Абсолютную защиту нельзя пробить насекомым, а выкачать абсурдное количество его чакры и подавно. Раса рядом с ним был явно доволен победой своего сына, даже если другие его два ребенка проиграли, они явно показали уровень подходящий для того, чтобы стать чунинами. И тогда, когда на поле вышла Наруто, его любимая внучка, вот тогда он действительно занервничал. Та явно не собиралась сдерживаться, как и Гаара, жажда крови которого уже проявила себя, но тот явно не терял концентрации, как до этого докладывали его шпионы. Хуже разъяренного джинчурики может быть только джинчурики, который мог пользоваться своей силой в здравом уме и твердой памяти и при этом жаждать крови сильнее, чем кто бы то ни было. Когда Хаяте объявил матч, все напряглись на своих местах. Но ни один из участников не двигался, заставляя напряжение буквально искриться в воздухе. Они стояли друг напротив друга и ощущение их чакр росло в геометрической прогрессии. Когда Наруто явно подключила чакру хвостатого, напряглись уже все в ложе и даже некоторые зрители на трибунах вздрогнули. Но не ее противник. Они оба ухмылялись и выглядели безумнее с каждой секундой. Казалось, что если они сейчас начнут битву, но она превратится в сущий кошмар и еще не известно, что случится со зрителями. Глядя сейчас на Казекаге, можно было сказать, что тот слишком сильно занервничал, ибо осознал кем была Наруто. Раса нервно посмотрел на Хокаге и кивнул головой, на что Хирузен кивнул своей и поднял руку вверх, давая сигнал судье.