Rein

Утро встретило неко ярким солнечным лучиком, что надоедливо скакал по кровати из распахнутой на окне шторы. И сколько тот ни пытался, зайчик не уходил. Словно солнышко попыталось посмеяться над черношерстным неко, что любил поспать подольше. - Встаю, встаю… - распахнув одеяло, Гарри устроил пять минут поваляшек, затем сполз на пол и тихонько недовольно фырнул – пора было мыть полы. Юноша наконец поднялся. Сходил в ванну, наскоро там умылся и спустился вниз, включил кофеварку и начал рыться в холодильнике. - Вот уж не думал, что со всей этой кутерьмой забуду заказать молоко… - Поттер почесал ухо и решил, что на завтрак будет яичница. С колбасой. И кофе. Жаль, что без молока, но можно просто сделать его не таким крепким, а там уже и поработать. Несмотря на то, что денег у него в сейфе было полно, а как неко ему полагалось еще и ежемесячное содержание, Поттер работал переводчиком, ведь в маггловском мире его имя не значило ничего, кроме описания в досье – учился, претендую, умею. Так что теперь на почте дожидалась еще одна глава иностранной книги, а телефон скорее всего придется включить в розетку – а то работодатель будет потом орать. Ему и так не очень-то нравилась привычка Гарри спать допоздна и сдавать работу только в ночи. Кнопка включения компьютера, привычный огонек, шум старенького процессора, кружка, что Поттер автоматически поставил на круглый держак, благо, после нескольких попыток восстановить документы от кофе - они, кстати, не удались (палочки-то нет) - неко таки поставил эти удобные гаджеты: держак для кофе, поднос для тарелки, что выдвигался из-за стола, и пепельница. Тоже складная, естественно. Неко не курят? Бред. Нет ничего лучше, чем хороший, крепкий, ароматный табак, или сигарилла. Яичница кончилась быстро, полупустая кружка с кофе оказалась на своем месте, а неко, поправив очки на переносице, погрузился в работу, на время забывая о своем положении и достаточно странном упорстве Гермионы. Ведь каждые полгода пристает, будто от этого зависит ее собственное выживание… Очнулся Гарри от урчания собственного желудка, когда глаза уже стали болеть от излишней яркости экрана, а вокруг как-то было слишком темно. На экране высветилось время – 20.30. - Вот черт… - это ж надо, поработал. Зато файл почти закончен, а значит - завтра можно будет отправить и еще неделю отдыхать. Именно столько времени требовалось агентству для переправки Гарри следующей главы книги. Выключив технику, парень побрел на кухню, потирая глаза и тряся одной рукой с зажатыми в ней очками – даже запястья затекли от однообразного положения. - Таак… - осмотр холодильника и придирчивое разглядывание продуктов привели к тому, что Гарри решил приготовить себе мясо с подливой, чем и занялся, включив обычное радио с любимым джазом и фолк-музыкой. Жил один, ну, почти один, не считая приблудного кота. Откуда тот, и почему среди всего Лондона он выбрал именно его, Гарри не понимал. Но факт оставался фактом: выбрав один раз, очухавшись и чуть отъевшись, вылечив глаза и уши, эта зверюшка превратилась в наглую и любящую пожрать животину. Не поесть, а именно пожрать, потому что ел он столько же, сколько и Гарри, еще и мурчал при этом и облизывался, умудряясь испачкаться аж до самого горла. Куда это все девается в таком маленьком теле и как кот до сих пор не лопнул, Поттер уже давно перестал задумываться, но готовить уже привык на двоих. Кстати, даже после того, как он переехал сюда и оставил животное на Гермиону, кот непонятно как умудрился сбежать из дома девушки и найти его в этой заброшенной деревне. Правда, иногда исчезал, но ненадолго, возвращаясь недовольным, в репьях, и голодным. Мышей он не ел в принципе, умывался в ванной комнате и пардон, ходил в туалет, в туалете же прекрасно справлялся с кнопкой слива лапами. Удивляться Гарри уже устал. Зато воспоминание о мышах улыбнуло – когда в последний раз неко увидел мышь на полу и с воплем бросился за шваброй, и таки убив несчастного грызуна, притащил его коту, Гарри показалось, что на него вылили ушат холодной воды – взгляд желтых зрачков поражал своей брезгливостью и презрением, так что Поттер, в общем-то, взрослый человек, слез с дивана и спрятал мышь за спину, выбросил ее потом втихаря. И нет, сам он мышей не любил, и грызунов ненавидел, поэтому в своем доме не терпел катастрофически. Вот так. - Где же ты, лимонная зараза… - Гарри сел за стол и понемногу начал есть, вспоминая. Этот кот был во всем странный. Начиная от действительного лимонного оттенка своей почти белоснежной короткой шерсти, кроме длинных волосков на спине, и заканчивая манерами. И все же к нему парень уже привык - к грязи у его мисок, к мурчанию под боком у камина и белым волосам на подушке – Снежку разрешалось ходить даже в хозяйскую спальню, куда людям, в общем-то, да и остальным посетителям домика, вход был закрыт. Вечер прошел быстро, посуда была помыта, а очередной томик стихов прочитан от корки до корки. Гарри поднял голову, разомлев от жара камина и принюхался. В кухне что-то грохнуло, бахнуло, и затихло. Поттер насторожился и поднялся, хвост взбудораженно бил по сторонам, когти чуть выпущены, шаги осторожны и шерсть вздыблена. Дверь кухни оказалась чуть приоткрыта и оттуда послышалось чавканье. - Лимо-о-ончик… - Гарри расслабился, а белая тушка обернулась, ненавидяще окинула хозяина желтым взглядом, возмущенная ненавистным именем, мявкнула и продолжила есть, с упоением впиваясь зубами в кусок мяса, да так, что парень рассмеялся и сел рядом, тиская рассерженно урчавшего, но терпевшего кота. Все, кто ему был нужен – были дома. Большего не нужно.