Полчаса до весны

Fabrizio Paterlini - After The Rain There Will Always Be The Sun

POV Уми.       Маски… Мы снимаем их вновь. Также, как, ночь снимает блестящую упаковку дня, обнажая всё сокрытое людскими нормами и устоями. Мы сидим на крыше неизвестной многоэтажки, забывая на время что нужно притворяться и играть. Мы становимся собой, но ещё какое-то время продолжаем заниматься людскими делами.       - А ну, что там у тебя, Уми? – Таканори, плюхается рядом со мной на край пропасти, внизу которой шумит обыденная жизнь. Он заглядывает в экран ноутбука, где открыто окошко браузера, со вкладкой твиттера. Я не сопротивляюсь – пусть читает, он ведь всё равно увидеть написанное, если не здесь, так через свой мобильный. Как глупо это сейчас, когда хочется хоть немного отдохнуть от чужого мира. – Я тебе люблю, Уми-сан.       Кошусь в его сторону недоверчиво, а он всего лишь читает твит какой-то фанатки, заливается смехом, и как он умудряется скрывать этого вечного ребёнка, за непреодолимой стеной пафоса и высокомерия? Его смех, такой живой и звонкий, что привлекает внимание Акиры, скользящего неподалёку, и пугающего кошек, которые выбрали это время года для своих громогласных свиданий. Хлопает по плечу, и я едва не срываюсь туда, где машины скользят по лабиринтам дорог, сигналя, вечно спеша куда-то. Глупый, непонятный мир…       - Люблю и как музыканта, и как человека, – дочитывает Аки, явно озадаченный прочтённым вслух, а у Таканори, новый приступ веселья.       - Как че-ло-ве-ка! – всхлипывает он, пытаясь успокоиться, и вновь заваливается на бок, стуча когтями по бетонному полу. – Представляешь, Акира?! Уми, как человека!       - Эм… А это как? – Акира всегда немного тормозит, в особенности в отношении простых смертных чувств, он обычно скрывается за таинственным молчанием, одеваясь в мрачную ауру. Но на самом деле, он проще, гораздо проще. Вот и теперь, смотрит растеряно, то на Таку, но на ноутбук. А я усмехаюсь, почти не слышно. И действительно, почему всё не может быть так просто? Почему нельзя вот так, просто взять, и влюбиться по-человечески?! Прожить короткую, но яркую жизнь и не маяться от тоски бессмертия…       - Потому что ты демон! – Така хлопает по плечу с всё той же, нечеловеческой силой, от которой порой тошнит, как всегда без спроса влезает в мою голову, копаясь в мыслях. Бесит! Толкаю его ногой посильнее, и он с безумным смехом подает вниз, туда, где живут жалкие беспомощные существа, которым я завидую, и которых я, наверно, люблю… По-своему. Они так легко, так безвозмездно дарят нам свои эмоции, что я просто не могу не любить их.       - От твоего уныния, зубы сводит, – Акира приходит к самому своему обычному заключению, и прыгает вслед за Таканори, с громким жизнерадостным воплем. Я не смотрю им вслед, и не спорю. Зачем? Пусть, хоть кто-то, радуется этой игре.       А я ещё какое-то время, на автомате, листаю колонку сообщений, ниже-ниже… Запись добавлена час назад, два часа назад… Как будто отматываю время, от одной бессмысленной точки, до другой. Вот сообщения от согруппников – они честно играют в игру под названием «Музыкальная группа» поддерживают разговоры на публику о новых релизах, репетициях и ивентах, о музыке – единственном, что ещё заставляет чувствовать меня живым. И я знаю, и Акира, и Таканори, живут ей же – своей, по-особенному прекрасной музыкой. И любят её так же. По-особенному.       Бездумно возвращаюсь к последнему комментарию незнакомой, но за что-то любящей меня девушки, и перечитываю его ещё несколько раз.       Как человека… Как…       …человека.       И, правда, как это? Я не представляю, что это значит, даже если очень сильно представить стараюсь, но… ничего не выходит. Я не могу чувствовать то, что вложено в это короткое скромное сообщение, но почему-то становиться немного теплее, когда я вновь пробегаю по нему глазами.       Улыбаюсь, и даже хохочущие тела, снующие в беззвёздном небе, не могут испортить мой настрой. Пробегаю по клавиатуре, с какой-то новой непонятной нежностью нажимая каждую кнопку, и наконец, щелкаю на заветное «Отправить» удовлетворённо кивая, и отставляя глупое изобретение человечества в сторону.       Ветер треплет тёмные пряди, норовя бросить их прямо в лицо, но я не злюсь на него как обычно. Сегодня он тоже немного иной, чем раньше, теплее и живее, он не бездушен, обволакивает меня своей легкостью, и я встаю, выпрямляюсь в полный рост, давая ему вдоволь наиграться с полами длинного плаща.       Завтра, всё повториться по кругу – килограммы грима, стрижка когтей, прятанье хвоста, и ещё тысяча мелочей, позволяющая играть вместе с ними – живыми. Но сегодня про это можно забыть. Ненадолго. Шаг вперёд. Падение. Огни города приближаются так быстро, что сливаются перед глазами в одно большое пёстрое пятно. Расправляю крылья, и неспешно ловлю волны воздушного моря. Моего моря.       - Ну, наконец-то! – Таканори, не может воздержаться от комментария, а я улыбаюсь, когда он скользит совсем рядом, норовя задеть плотную кожистую часть крыла рукой.       - Улыбающийся Уми! – язвит Акира, хохоча как ребёнок, и обгоняя нас.       И мы втроём летим куда-то вперёд. Просто летим, наплевав на расстояния и время. Наше время не закончится, пока мы сами того не захотим, пока последний взмах крыла не разрушит эту невесомую обволакивающую нежность ночи. Ночи, в которой мы срываем маски, и живём только для себя.       Закрываю глаза, отдаваясь этой беспечности всецело, и улыбаюсь, потому что знаю, что где-то далеко, а может не очень, но кто-то радуется, читая короткое, но искреннее сообщение.       «Я вас тоже, по-своему, люблю…»