Не бойтесь перемен.

Забежав в подъезд, я обессиленно опустилась на нижнюю ступеньку лестницы и лбом прислонилась к перилам. Казалось подняться на свой этаж, сейчас было выше моих сил. Увидела бы меня мама, сказала бы, что на холодном бетоне сидеть нельзя. Но мне было настолько все равно, что я не могла не о чем думать. Меня поцеловал сам Жданов! Это нереально! Случилось ли это нечаянно, или он сделала это намеренно? Конечно, нечаянно. Разве может быть по-другому? Жданов, наверное, сейчас проклинает себя за это. Конечно! Я же не модель. Думает, как докатился до такого, чтобы поцеловать Катю Пушкареву. Но как поцеловал! Я поначалу даже забыла, где нахожусь. Для него это, разумеется, обычно, можно сказать повседневно. Судя по рассказам, у него, что не день, то новая интрижка. Но для меня… Так как опыта общения с противоположным полом у меня нет, то это, можно сказать, первый поцелуй. Что же теперь делать? Теперь он точно меня уволит. Правильно, Жданов и так все время на меня кричал, срывал злость, а теперь еще и этот поцелуй. Подумает, что я сейчас буду претендовать на его сердце и не давать ему прохода, как это делали другие девушки. А зачем ему проблемы со мной? Правильно, не зачем. У него живая невеста, которая к тому же работает на этом же этаже. Нет, он не сможет так поступить. Надо будет просто с ним поговорить и объяснить, что я мешать ему не буду. Он поймет и успокоится. Но, как же страшно! Все эти недомолвки и непонятые моменты создают еще большее напряжение и волнение. Все, пора вставать, а то папа хватится и выбежит меня искать. Если он меня увидит в таком состоянии, то расспросов не избежать. Нужно сразу забежать в ванную и привести себя в порядок. Встав и отряхнувшись от подъездной пыли и грязи, я на не слушающихся ногах поднялась на свой этаж. Там обнаружилось, что у меня нет сумки. Я так пыталась быстрее убежать от Жданова, что даже не согласилась забрать сумку. А там еще и ключи лежали. Вот растяпа! Сегодня не мой день. Точнее все дни, которые я работаю в Зималето. Если дверь откроет мама, а я в таком виде? Тоже мне, нашла, где сидеть. Ужас… Здесь же все грязное. Хорошо, что пальто черное, не так заметно. Дрожащей рукой я нажимала на кнопку звонка, а сама пыталась как можно естественней улыбнуться, но все тщетно. Вместо улыбки на лице появлялась какая-то нервная гримаса. На мою радость дверь открыл Зорькин. И опять он что-то ест! -Пушкарева, привет! – радостно поприветствовал меня друг детства, но заметив мой потрепанный вид, заволновался. – Эй, ты чего? За тобой кто-то гонится что ли? -Потом, Коль. Я сейчас. И оттолкнув Зорькина, я быстро прошла в ванную, пока меня никто не заметил. С кухни донесся папин голос. -Коль, ну кто там? Дальнейший разговор я не слышала, оставив все объяснения на Зорькина. Ванная помогла мне приобрести надлежащий вид. Вроде даже прилично. Спасибо Зорькину! -Мам, пап, привет! Как у вас дела? – преувеличенно бодрым голосом спросила я, ступив на порог кухни. -О, неужели Катерина пришла домой? А чего так рано? Еще и двух ночи нет, - возмущенно сыронизировал отец. -Пап, ну чего ты? Я же тебе говорила, что работы много, - получив приветственный поцелуй от мамы, обессиленно села за стол. -Говорила она! А еще ты говорила, что будешь звонить и предупреждать. А ты не то, что не позвонила, ты даже трубку не берешь! -Прости, я забыла телефон зарядить, - проговорила банальную отмазку. Что-то придумывать и изворачиваться я сейчас не могла, так как мыслями находилась где-то далеко. -Кстати, Кать, а почему ты в дверь звонила. Ты что ключи потеряла? - взволновалась мама, подливая масла в огонь. -Нет, я просто сумку на работе оставила. Замоталась как-то, не заметила, а потом поздно было, - немного смутилась, когда вспомнила, как я «замоталась». -А как же ты за проезд оплачивала? Ты что деньги в карманах носишь? Ведь украсть могут! – распалялся отец. -Нет, пап, - обреченно продолжила я, мечтая чтобы этот допрос побыстрее закончился. – Деньги я ношу в сумке. Просто меня подвезли. -Опять ты с кем-то по ночам в машине ездишь! Мысленно возведя глаза к потолку, я возразила: -Почему с «кем-то»? Меня коллега подвез. Поздно же уже, а на автобусе было бы опаснее. -Что за коллега? Отчаянно улыбаясь, я пыталась решить, что мне сказать. Если скажу, что это был Андрей, папа начнет расспрашивать, почему меня почти женатые начальники уже который раз домой подвозят. Совру – будет выпытывать паспортные данные моего «водителя». С какой стороны не посмотри, а оправдываться придется. Но от ответа меня спас телефонный звонок. Все тут же переключились на него, размышляя, кто же может звонить нам в столь поздний час. -Катенька, это тебя. Андрей Палыч, - прошептала мама, закрывая динамик у трубки. Черт! Засада по всем углам. За столом папа, который ждет от меня ответа, а на другом конце провода Жданов, который, по-видимому, тоже что-то от меня ждет. Зачем он мне звонит, я даже боюсь представить. Немного поколебавшись, я выбрала второй вариант. Все же по телефону можно в любой момент сослаться на усталость или домашние хлопоты и отложить разговор на завтра. -Да, я вас слушаю, - осторожно приложила к уху трубку, так, как будто она была раскаленной. -Катерина, здравствуйте еще раз. -Здравствуйте, - тихо ответила, скрывая дрожь в голосе и опасаясь дальнейшего разговора. Дальше последовала длинная пауза. Складывалось впечатление, что он пытается подобрать слова. Не похоже это на Жданова. – Вы что-то хотели? – напомнила я собеседнику про свое существование. -Да, извините, задумался. Я поговорить хотел. -О чем? -Давайте не по телефону. Вы можете сейчас спуститься? – это предложение повергло меня в шок. Неужели он еще не уехал? Осторожно посмотрела на родителей и Колю, собравшихся за столом: все с интересом смотрели на меня. Шепнув им, что это по работе, я подхватила телефон и вышла из кухни. В спину мне донесся раздраженный голос отца, и успокаивающий его мамин. -Андрей Палыч, вы на время смотрели? – прошептала я, оглядываясь на закрытую дверь кухни. – Я уже спать собиралась. -Извините. Просто это очень важно. -Я сейчас не могу. Если это важно, скажите по телефону. -Нет, мне нужно видеть вас лично, - не сдавался Жданов. -Меня родители не отпустят. Уже очень поздно. Давайте завтра… поговорим, - упрямо стояла я на своем. -Ну, хорошо, - согласился Жданов. – Поговорим завтра. Но хотя бы сумку заберите. До чего же он настойчивый. Конечно, сумку я забрать могу. Но, он же захочет выяснить отношения. А для моих нервов на сегодня это слишком. Глубоко вздохнула и продолжила. -Андрей Палыч, у меня очень строгий папа. Если вам не сложно, привезите ее завтра на работу… Хотя нет! Помните моего друга, Николая? Он сейчас спустится и заберет. Положив трубку, я попыталась выровнять дыхание. Во время всего разговора я ужасно волновалась, а сердце чуть ли не выпрыгивало из груди. Хорошо, что из-за тихого разговора, он не услышал, как дрожит мой голос. -Коль, спустись вниз, пожалуйста. Там мою сумку привезли, - подозвав в коридор Зорькина, попросила я. -А ты что сама не можешь? -Тихо, не кричи, - испуганно посмотрела в сторону двери. – Не могу. Потом расскажу. -Пушкарева, я вообще-то еще не доел. -Коленька, миленький. Ну, пожалуйста, - умоляюще протянула я. Идти сейчас самой к Жданову, ну ни как не хотелось. -Эх, что с тобой поделаешь? – театрально вздохнул Зорькин. – Только ради тебя. Но если я упаду в голодный обморок, будешь виновата ты. -Спасибо, Коль! – радостно воскликнула я. -У кого мне ее хоть забрать надо? Какой такой коллега к тебе приехал? – на ходу натягивая куртку, спросил Зорькин. -Какой коллега? – не поняла я. -Ну, ты же дяде Валере сказала, что тебя коллега подвез, значит, сумку привез он же. -С чего такие выводы? -Просто водитель машины, из которой ты выходила, был странно похож на Жданова. Кстати, а машина у него ничего, - мечтательно вздохнул. -Так, ты идешь или нет? – не желая продолжать разговор, уткнула руки в бока. -Иду-иду. Кстати, а чего ты так вынеслась из машины, что даже сумку не забрала? Не думаю, что он успел за это время вернуться на работу, а потом опять сюда. -Коля! – возмутилась я. – Иди уже! -Эх, сдается мне, что здесь что-то неладное, - весело пробормотал Зорькин, и поспешил к лестнице, не желая быть побитым.