Не бойтесь перемен.

Разочарованно выдохнув, Андрей прикоснулся губами к моей щеке и спросил: -Почему? -Я уже все сказала, - сделала еще один рывок в тщетной попытке освободиться и почувствовала на шее его горячие губы. Тело, уставшее сопротивляться, мгновенно расслабилось и поддалось навстречу мужчине. Умом я понимала, что это неправильно, что надо уйти, но поделать уже ничего не могла. Руки сами потянулись вверх, чтобы обнять, а губы сами отвечали на его пылкие поцелуи. Создавалось впечатление, что каждая часть тела живет своей собственной жизнью, не обращая внимания ни на что. Его руки уже начали путешествие под моей блузкой, как сквозь громкое и тяжелое дыхание до моих ушей донесся какой-то непонятный звук. Еще толком не понимая, что происходит, я попыталась прислушаться и спустя мгновение поняла, что звонит телефон, скорее всего это мобильный Жданова. -Андрей… телефон, - прошептала я, упершись ладошками в его грудь. -Что? – спросил он, смотря на меня затуманенным взглядом. -Тебе звонят. Возьми трубку, - все еще пытаясь справиться с дыханием, повторила я. Андрей, с трудом возвращаясь в реальность, повернул голову к комнате, в которой находился его телефон, как звонок резко стих. -Перезвонят, - прошептал он и снова потянулся к моим губам, но бодрая мелодия снова дала о себе знать. -Возьми… Вдруг что-то важное, - прошептала я, уворачиваясь от поцелуя, от чего его губы угодили куда-то в щеку. – Возьми, - еще раз попросила я. Жданов с глухим стоном оттолкнулся от стены позади меня и пошел на звук, ероша руками свои волосы. А я осталась стоять, прислонившись спиной к стене. Не в силах что-либо понять из происходящего, я прикрыла глаза и откинула голову назад. Тут же из комнаты послышался тихий и сдавленный голос. -Да, Кирочка. Что-то случилось? Нет, я дома. Нормальный у меня голос, простыл чуть-чуть. Приезжаешь? Завтра? Хорошо я встречу. На меня как будто вылили ушат холодной воды. Дальнейший разговор я слушать не стала. Быстро подхватила с пола свое пальто и сумку и убежала прочь, пока не появился Жданов. Глаза застилали слезы, и на улице я все же позволила себе разреветься, отчаянно пытаясь надеть неподдающееся пальто. Вот значит как! Конечно, он развлекается в отсутствие невесты, а я как дура повелась, уши развесила! И он рад стараться, актер, блин! Ненавижу! И его, и себя. Неужели ему мало тех девушек, которые готовы на все, что бы провести с ним время? Почему именно я? Других ощущений захотелось? Ненавижу! Сквозь душившие рыдания, я подбежала к дороге и вытянула руку в попытке поймать машину. На свой внешний вид не обращала никакого внимания. Хотя стоило бы. Растрепанная прическа, размазанная по лицу косметика, расстегнутое пальто, а под ним сбившаяся и помятая блузка, и в довершение всего тянувшийся по земле пояс от верхней одежды – все это выглядело, мягко говоря, странно. Но сейчас меня ничего не волновало, и я прыгнула в первую подъехавшую машину. На вопрос водителя явной кавказкой национальности «Куда едем красавица?» я быстро сказала свой адрес и отвернулась к окну. Где-то на задворках мелькнула мысль, что опасно вот так по ночам ездить на попутках, но тут же все мое внимание заняло то, что произошло только что в квартире моего начальника. Не помню, как доехала домой, как отвертелась от расспросов родителей, как переоделась и легла спать. Ничего не помню. Только перед самым сном тихо зажужжал под подушкой телефон и на экране высветилась фамилия Андрея. Нет уж, сейчас мне не до разговоров с ним. Все завтра. А завтра ничего и не изменилось. Мне хватило только увидеть его, выходящим из лифта вместе со счастливой Кирой, которая крепко вцепилась в локоть своего жениха и что-то весело щебетала. То и дело она дергала его, пытаясь обратить на себя внимание, когда понимала, что его мысли начинают уходить куда-то далеко. Андрей выглядел раздраженным и уставшим, улыбался натянуто. Как только он увидел меня, тут же попытался вежливо отойти от Киры. Но я быстро схватила почту, которую приготовила Тропинкина и побежала к себе, на ходу обещая Маше дослушать ее историю за обедом. Все время перед глазами стояло улыбающееся лицо Воропаевой. Какой же я была все-таки дурой! Чуть не совершила глупую ошибку, которая могла привести к страшным последствиям. В какой-то мере я была благодарна невесте Жданова. Сама того не зная, она уберегла меня вчера от этой ошибки своим звонком. А иначе… я даже боюсь представить, что произошло бы тогда. Впредь я буду умней. -Катя! – послышался голос Жданова из его кабинета. -Да, Андрей Палыч, - вышла я на зов своего начальника и села в кресло перед его столом, стараясь не пересекаться с ним глазами. -Кать, - немного подумал и продолжил, - почему ты вчера ушла? Я, было, задохнулась от его наглости и непонимания, но тут же заговорила свистящим шепотом, вперив в него горящий взгляд. -Почему? Ты меня спрашиваешь «почему»? А сам не догадываешься? -Кать, я… Как же все сложно то, - обреченно потер руками лицо и спрятал тем самым свой растерянный взгляд. – Ну, ты же понимаешь, что я не люблю Киру. -И что? – моему возмущению не было предела. – Что от этого меняется? Ты предлагаешь мне стать твоей любовницей? Прости меня, конечно, но нет. Я на такое никогда не пойду. -Да нет же, - отчаянным жестом вернул на глаза очки. – Ты меня не так поняла. -А как я должна понимать? Объясни! – развела руки в глупом жесте. -Давай сегодня вместе пообедаем, и я все тебе объясню, - пытливо вглядывается мне в глаза, боясь услышать отказ. – Да, Катя? -Андрей, тебе не кажется это глупым? – устало откинулась я на спинку кресла. - Что тут можно объяснить? Ты женишься, а я если соглашусь на отношения, остаюсь твоей любовницей. Так? Больше выходов я не вижу. -Нет, все не так. Я тебя прошу, давай поговорим, - не выдержав его отчаянного взгляда, я согласилась. Все-таки это всего лишь обед. – И еще, я сейчас собираю совещание. Хочу сказать о выпуске новой коллекции. -Да? И как же мы объясним столь поспешное решение? -Что-нибудь придумаем. К тому же я – президент, и мое слово решающее. -Привет честному народу! Что трудимся с утра пораньше? – в кабинет, словно вихрь, влетел улыбающийся Малиновский. -А ты удивлен? Тебе бы тоже не помешало чуть-чуть поработать. Как ты на это смотришь? -Я? – наигранно задумался Роман. – Конечно, я согласен. С чего начнем? – обошел стол и сел на его край. В голове тут же всплыли кадры из разных фильмов и сериалов, где секретарши вот так же присаживаются на краешек стола, чтобы соблазнить своего начальника. Правда все они закидывали ногу на ногу, и были обтянуты в коротенькие юбки. -Для начала принеси мне отчет, который я тебе поручил сделать еще неделю назад, - Малиновский спрыгнул со стола и весело приложил руку к голове, тем самым вернув меня в реальность. Попытавшись скрыть улыбку, навеянную своими мыслями, я заметила: -К пустой голове руку не прикладывают, Роман Дмитриевич. Отвесив шуточный реверанс, он скрылся из виду. -Я свободна? -Да, конечно. Только принесите мне расчеты по материалам для новой коллекции. Я их изучу перед совещанием. Собрание проходило в напряженной обстановке. Совет директоров настороженно принял предложение Жданова. Кира уверяла его чуть-чуть подождать. -Андрей к чему такая спешка? Мы же только недавно выпускали коллекцию. Но Андрей был непреклонен и пытался доказать целесообразность принятого им решения. А я, молча, кивала и иногда подтверждала все цифрами из своего отчета. Многие смотрели на меня совсем не дружелюбно. Ветров, наш коммерческий директор, злился, что Жданов поручил мне проводить все финансовые операции. Нельзя, чтобы он знал информацию о продажах. Со слов Андрея, Ярослав – человек Воропаева. Если Александр узнает, что дела на фирме идут, не совсем хорошо, он сделает все, что бы Жданова сняли с должности. Кира не понимала, почему Андрей посвятил меня в свои дела. Она мне не доверяла. Насколько я успела ее узнать, она не доверяет всем девушкам, которым доверяет Андрей. А Милко… Милко просто не любил меня. Без какой-либо на то причины. С самого первого дня. -Милко, когда будут готовы эскизы? – спросил уставший и раздраженный Андрей. -Что? Что значит «кОгда»? Я не швЕя-мотористка. Милко нЕ может работать без вдОхновения. -Милко, ну успокойся, - примирительно погладила его по плечу Кира. -УспОкойся? УспОкойся?! Я успОкоюсь, скоро. Когда вы мЕня в гроб положите, тОгда я и успОкоюсь. -Милко! – разозлился Жданов. – Никто в гроб тебя загонять не собирается! Даю тебе две недели. Чтобы все было готово! -Что? – задохнулся он от возмущения. – Это ты мне прИказываешь? ЗнаЕшь что? Командовать будЕшь своими секрЕтаршами, - и махнул рукой на меня, хотя я являюсь помощником президента. – А Милко – вЕликий дИзайнер. И тЕрпеть это не нАмерен. Встав с кресла и гордо подняв голову, он вышел из конференц-зала, громко хлопнув дверью. Кира выразительно постучала себя по виску и убежала вслед за Милко, чтобы успокоить его. -Все собрание окончено. Все по рабочим местам! Через полчаса к Андрею пришла Воропаева. -Ну что? Как наш великий гений? – язвительно спросил Жданов. -Андрей, ну как ты можешь быть таким черствым? Ты же знаешь, что Милко – очень чувствительная натура. Нельзя как-то помягче? -Кира! – воскликнул он. – Я не намерен носиться с этой истеричкой, как курица с яйцом. Он за свою работу получает деньги. Значит, пусть выполняет ее. К тому же я ничего ему не сказал. Я просто спросил, когда будут готовы эскизы. -Ну, ладно Андрюш, не горячись. Ты придумал, куда мы пойдем обедать? -Обедать? – глухо спросил Андрей. – Ах, да. Кирюш, я не смогу сегодня. Много работы. Давай в другой раз? -Работа, опять работа! Андрей! Неужели ты не соскучился? Меня так долго не было, а ты даже не можешь найти время, чтобы пообедать со мной! -Хорошо, хорошо, Кир. Я что-нибудь придумаю. -Ну, вот и отлично, - обрадовалась Кира. Послышался приглушенный звук, явно свидетельствующий тому, что Кира закрепила обещание жениха поцелуем. Потом стук каблучков и хлопок двери. Я лишь горько усмехнулась и откинулась назад. Тебе снова показали твое место. Неужели, Пушкарева, ты ожидала чего-то другого? Через мгновение на пороге возник смущенный Жданов. Я быстро опустила глаза и уставилась в монитор, делая занятый вид, чтобы он не заметил увлажнившихся глаз. -Катюш, такое дело. - Я слышала. Все нормально, - севшим от сдерживаемых слез голосом сказала я. -Кать, - присел на корточки перед столом. – Ну, не обижайся. Мы обязательно поговорим. Просто Кира, она не отстанет. -Как ты можешь так говорить? – удивилась я и, забыв о конспирации, посмотрела прямо ему в глаза. – Она же твоя невеста. Она… Ты… -Просто ты не знаешь всего. Я обещаю, мы поговорим, и ты все поймешь. -Поговорим, поговорим. Это уже какое-то магическое слово. Ты давно хочешь поговорить, но, ни разу этого так и не случилось, - в ответ он покаянно опустил голову на сложенные руки. -Прости. Я понимаю, как выгляжу в твоих глазах. Но я попытаюсь все исправить. Обещаю. -Иди, - прошептала я. Он глубоко вздохнул, но послушался. Медленно встал и направился к выходу, а я смотрела на его спину затуманенным от слез взглядом.