Bilberry

Если подумать, то в Велигде наблюдалась просто туева куча недостатков. Занудство. Самое настоящее, форменное занудство по серьезным и несерьезным темам, по самым ничтожным мелочам. Особенно на тему образования, эти же часовые лекции могут вестись абсолютно в любое время. Хорошо, если удастся заткнуть. А если нет? Педантичность. Уж это в нем никак не искоренить, и порой Ану это просто зубами от злости скрежетать заставляло. Серьезность. Во всем, в любом деле. По-настоящему расслаблялся он редко и слишком, слишком серьезно ко всему относился - даже к тем вещам, где этой самой серьезности просто было не найти. Его работа-жизнь-работа, потому что Велигд действительно буквально-таки жил преподаванием и предметами, которым он обучал в своем универе студентов, а теперь в Алфее - фей. Его сложно было вытащить куда-либо, главным активизатором в их отношениях работала Ана. От Велигда редко можно было дождаться какой-то инициативы или фантазии (потому что таковая у него почти отсутствовала). Его нужно было тормошить. С ним едва ли можно было заняться привычными, такими крутыми и молодежными вещами, тем, что модно, тем, что разделяют ее обычные, нормальные ровесники. Велигду была свойствена некая старомодность, и это его отсутствие в социальных сетях, пренебрежительное отношение к каким-то крутым мейнстримным вещам, пожалуй, иногда бесило. Он жил в каком-то своем мире, и ему было хорошо там, а над всем этим "абсурдом" он только посмеивался. Поэтому прежде, чем предложить ему сделать то или это, Ане еще приходилось несколько раз подумать. И если подумать, то ему она тоже особо не подходила. Велигд едва ли терпел вот эти перепады настроений, скачки эмоций, импульсивность - пусть не всегда, да, далеко не всегда, но достаточно часто, чтобы его это раздражало. Он имел привычку все планировать - Ана действовала экспромтом. Он мог работать и так - Ане всегда требовался определенный настрой. Ана бесилась, смеялась, плакала, радовалась - у Велигда все эмоции проходили достаточно ровно. Она говорила с жаром, используя сленг и нормальную для людей речь - он изъяснялся порой такими выражениями, что ее это ставило в ступор. И несмотря на это, они так ни разу и не поссорились. Да-да, именно так. У них не было скандалов, ругани, да даже просто ссор. Споров? Ну, может быть, но только они так быстро заканчивались, что не успевали доходить до точки кипения. Почему? Ана и сама едва ли может ответить на этот вопрос. Вернее, может. Тут просто много факторов вместе складывается. Возможно, основная причина в том, что ей это, по сути-то, и не нужно. В двадцать драм как-то уже не хочется. Да, не будь этого в свое время, Ана бы сдохла сейчас. С Шейном были все прелести подростковой любви. Любви-зависимости, обожествления объекта своего обожания, любви с трясущимися коленками, зашкаливающими эмоциями и видениями мира в черно-белом цвете. С Блейном - любви, которая случается уже в более старшем возрасте. Когда постоянно тянет в кровать, когда во всем видишь двухсмысленные намеки, когда просто прикосновений друг к другу мало, и колбасит, колбасит, колбасит, когда у вас у обоих эмоции через край хлещут, в одну минуту ругаетесь, в другую - уже смеетесь и беситесь. Да-да, с Блейном было все то, что Ана казалось идеальным: эти внезапные прижимания к стене и чуственные, обжигающие губы поцелуи по несколько часов, сумасшедший секс, эмоциональные качели - ну а как по-другому, как по-другому можно было? Когда-то ей казалось, что только так, по-другому - это фальшиво и не по-настоящему. Что чувства должны быть бурными и захлестывать с головой - ну а как иначе? С Велигдом Ана узнала, как можно иначе. Она честно, искренне удивлялась, офигевала от того, что, оказывается, есть такие люди, как Велигд, и что они правда могут как-то любить, и это еще видно, и, что самое главное, ей будет это нравится. От Велигда едва ли дождешься спонтанности, все эти моменты можно по пальцам одной руки пересчитать и чуть ли не молиться на них - надо же, разродился. Но просто в двадцать лет лично ей хочется уже не драм и не безумства. Хочется, чтобы ее любили просто за то, что это именно она, любили в ней женщину, которой она является, а не просто крутую симпатичную телку, которую можно легко заменить на другую, и неважно там. Сейчас в Ане любят не ее грудь, жопу и нахождение на одной волне. В Ане любят ее саму. И это подкупает. Она сколько угодно может ловить фейспалмы от этого человека, но... Именно он позволил плести ей на своих волосах всевозможные виды кос и почти не заикнулся о том, насколько это... Странно и глупо использовать в качестве подопытного его? Именно он всегда слушал ее, когда она психовала, и даже если был с ней коренным образом не согласен, то все равно лез со своим мнением только тогда, когда Ана более-менее успокаивалась. Именно он не посмеялся над ней, когда однажды перед сексом у нее внезапно начались месячные, нет, он просто притянул ее к себе, успокоил и сказал, что ничего страшного, все он понимает. И именно с ним она обсуждала все то, что горячо любимые однокурсницы советовали ни в коем случае "со своим мужиком не обсуждать", в итоге это знали абсолютно все кроме того самого несчастного мужика. По любым мучавшим ее вопросам, насущным, касающимся их отношений или просто внезапно пришедшим в голову, Ана обращалась к Велигду. И не было еще ни одной темы, на которую они не поговорили бы без всякого стеснения. Велигд был странным - это однозначно. Но на самом деле со всем этим можно было прекрасно мириться. И послушать хотя бы иногда, что накопилось у него на душе. Просто позволить ему всласть выговориться о том, как раздражают его феи, которые ничего не учат, как система образования скатывается с каждым днем все сильнее и что в его время было однозначно лучше. Можно. И потом он обязательно выслушает ее, причем гораздо больше, чем она его. Можно не тормошить его постоянно, а просто несколько выходных подряд проваляться с ним в Алфее, ничего особо не делая и просто отдыхая, как нравится ему. Зато потом он затаскает ее по всему Магиксу так, что у Аны буквально ноги будут отваливаться. Можно просто сказать ему, что она планирует делать этим вечером, и быть спокойной, когда он ответит "хорошо" и не ринется в ее личное пространство с ненужными вопросами. И его пассивность в данном случае не была признаком того, что ему все равно, нет. Это означало, что он всегда ждал ее и ценил, что она сообщала ему, как собирается провести время. А Ана радовалась, что ей было кому написать об этом. Можно рассказать этому человеку, у которого мысли, наверное, - сплошная научная статья с редкими вкроплениями проблем насущных, все то, что происходит сейчас в молодежных тусовках. И просто даже посмеяться с того, что он думает обо всем этом. Чувство юмора у Велигда было странное. Но Ана его любила, впрочем, как и самого Велигда со всеми его недостатками и достоинствами, которые она видела очень четко. Ведь если подумать, у нее тоже была куча недостатков. Сколько раз она врывалась к нему, когда он был занят, сколько раз она своими порывами вводила его в ступор просто потому, что другому она бы не выговорилась, сколько раз она тащила его туда, куда сам бы он добровольно не пошел... И сколько раз он на нее за это все не разозлился. Если подумать... Оба они были хороши, и если опять же подумать, то можно было много к чему придраться. А секрет их отношений очень прост: они просто не думают - они любят, они выслушивают, прислушиваются, идут на компромиссы и учитывают мнения друг друга. У них далеко не идеальные отношения. У них просто отношения двух разных людей, которые умеют ценить заботу друг о друге и которые сделают все, чтобы совместных вечеров у них было больше. Велигд был странным. Но порой, что признавала Ана, именно с ним ей было гораздо легче, чем с остальными. И это заставляло ее довериться ему. А его - ей. Поэтому у них и не было еще глобальных и не особо ссор. При таком раскладе их просто не могло быть. Если подумать, у них у обоих были свои недостатки. Но они научились жить с ними и принимать их. И это, пожалуй, и было самым здоровским в этих странных и непонятных отношениях.