Заклейменный раб

Королева горько и беззвучно рыдала, стоя у камина. Такого разочарования, такой обиды и безысходности она еще ни разу не испытывала за всю свою недолгую жизнь. Гвен обернулась к роскошной кровати, на которой сладко спал Артур, и даже закрыла рот ладошкой, чтобы не всхлипнуть и не разбудить его. А ведь сегодня была их первая брачная ночь. И, Боже мой, как же все было восхитительно! Муж был так нежен, заботлив, так старался не доставить ей боли и дискомфорта. Он действительно любил ее, он так трепетно произносил слово «жена»... А она? Гвен вытерла слезы и задумалась. Она решила стать подружкой, а хорошо бы и женой принца, как только увидела его. А любила ли? Любит ли?.. Королева снова обернулась к Артуру и почувствовала, как комок больно сдавил горло. Она мечтала о принце, она вышла замуж за короля, а кто она теперь? Рабыня! Гвен до хруста сжала кулаки, и ее взгляд уперся в бедро Артура, где красовалось старое клеймо: буква R в красивых завитушках. Гвен судорожно вздохнула и присела на краешек кровати. Она видела так много вот таких вот выжженных отметин... Когда Элиан ушел из дома, поссорившись с отцом, кузнец с неделю выдерживал характер, а потом взял дочь, обратился за помощью к знакомому рыцарю, и они втроем отправились искать непокорного сына. Сколько земель они тогда обошли! Сколько ужаса, горя и слез они тогда видели! Первое, что осматривали отец с дочерью, были рынки рабов, где Гвен начала разбираться в страшных нюансах этого жуткого бизнеса. И в частности, она узнала, что клеймо раба — это первая буква имени хозяина, а ставится это клеймо на руке. Если, конечно, раб предназначен для работы, а если для утех и развлечений — на бедре. «Какая же я теперь королева? — схватилась за голову Гвен,— Я теперь просто бесправная рабыня, потому что вышла за раба». Женщина с отвращением посмотрела на спящего Артура и задумалась. Она пришла работать в замок и познакомилась с принцем, когда ему было пятнадцать лет. До этого Гвен ни разу не видела наследника престола. Когда же он заработал это клеймо? Кто был его хозяином? Как он попал в Камелот к Утеру? Неожиданно ее мозг опалила страшная догадка: Утер был его хозяином! Король не мог иметь детей, поэтому выдавал своего раба, свою ночную игрушку за принца. Гвен бесшумно вскочила и пробежалась по комнате. Ну, конечно! Рабство и работорговля в Камелоте были запрещены, но одного работорговца Утер Пендрагон всегда принимал с распростертыми объятиями. Скорее всего, именно этот человек когда-то давно подарил или продал королю симпатичного светловолосого мальчишку, который был назван сыном, а стал любовником стареющего Пендрагона. Женщина неожиданно замерла и с ужасом посмотрела на бедро мужа — Райан, того работорговца зовут Райан... буква R в красивых завитушках... — Джеффри,— королева с неприязнью смотрела на многочисленные полки замковой библиотеки,— Джеффри, я вчера почему-то задумалась и испугалась. Скажи мне, пожалуйста, если Артур захочет, он может со мной развестись? Старик почтительно развел руками: — Если это можно считать разводом, Ваше Величество. Есть только два варианта: король может вас изгнать или казнить. — В каком случае? — опешила Гвен. — За измену — казнить, за любую другую провинность, которую Его Величество никому не обязан объяснять,— изгнать. Гвен усмехнулась, собираясь ответить что-то достойное уверенной в себе королевы, но в библиотеку быстро вошел Артур. Он кивнул вставшему Монмуте и повел свою королеву наверх. — Я ищу тебя по всему замку,— шептал он, переходя на легкий мальчишеский бег,— Мерлина уже до пены загонял, а ты книжки читаешь? — А что случилось? — тоже переходя на легкий бег, спросила Гвен. — Райан приезжает, надо его встретить! Гвен неожиданно остановилась — Артур! Почему мы принимаем у себя этого работорговца?! Ведь Камелот осуждает торговлю людьми! Король тоже резко затормозил и удивленно посмотрел на жену: — Он был другом моего отца. Они дружили с юности, когда Райан еще не занимался этой торговлей. Ты же знаешь, как король Утер придирчиво относился к людям, настоящих друзей у него было очень мало, поэтому нужно ценить тех, кого ценил отец,— Артур взглянул в глаза Гвен,— и мы будем принимать в Камелоте работорговца Райана. Уже не держась за руку супруга, Гвен быстро пошла за ним, делая новые неутешительные выводы: конечно, Утер был очень благодарен Райану, тот обеспечил его мальчиком для развлечений и сыном в одном лице. Приветствуя приятного седовласого мужчину на лестнице, улыбаясь ему во время пира, Гвен обдумывала свое положение. Рано или поздно могут выяснить, кем, на самом деле, является король Камелота, тогда Артуру не избежать жесточайшего наказания и вечного заточения в подземельях замка. А она? Что будет с ней? Королева-рабыня? Господи! Будучи служанкой, она была хотя бы свободной! Райан был спокойным, уверенным в себе и прекрасно держался, он внушал уверенность, и Гвен решила, что может попросить у него помощи. — Простите, сир, что разбудил вас в столь поздний час,— взволнованный Райан стоял перед еще не ложившимся королем. Артур в тот день просто утопал в бумагах, забыв о времени. Он растерянно взглянул за окно и увидел темное небо и яркие звезды. Король несколько раз незаметно моргнул и внимательно взглянул на старого друга отца: — Не тревожьтесь, Райан, я еще не ложился. У вас что-то случилось? — Скорее у вас, Ваше Величество. — Присядьте,— Артур показал рукой на стул напротив,— и расскажите мне, какие у меня проблемы. Король едва улыбнулся и посмотрел на работорговца. Однако к концу его повествования Артур уже не улыбался. На его лице играли желваки, а побелевшие губы превратились в тонкую нить. Он долго молчал, а потом переспросил: — Значит, Гвиневра хочет, чтобы вы тайно вывезли ее из Камелота. Одну. И ничего не объясняет? — Нет,— покачал головой мужчина,— она говорит какими-то намеками, словно я что-то должен понимать. Но я ничего не понимаю, Ваше Величество! — Простите за бестактность, Райан, но когда вы планируете уезжать? — Через два дня, сир. — Хорошо,— кивнул Артур,— жду вас завтра к себе в это же время. Я сообщу вам свое решение. Король застал свою жену, собирающей вещи в большой сундук. — Что ты делаешь? — нежно поцеловав ее в завитки волос, спросил Артур. — Собираю свои старые платья, отдам завтра девочкам в нижнем городе,— спокойно заметила Гвен. — Как прошел день? — король сел за стол и принялся за очень поздний ужин, который больше был похож на ранний завтрак,— и почему ты не спишь? — Без тебя скучно,— вздохнула Гвен,— и день прошел скучно. — Поэтому ты решила теперь скучать всю оставшуюся жизнь, сбежав от меня? — секунду назад мягкий и ласковый голос короля зазвенел сталью, а взгляд стал тяжелым и холодным. — Откуда ты... — Я король, Гвен. Я должен знать все. Почему ты хочешь сбежать от меня после недели совместной жизни? Гвен уже стояла перед едва сдерживающимся мужем, нервно теребила в руках какую-то косыночку, размышляя, что же сказать. — Я жду ответа,— напомнил Артур. — Артур, я знаю, кто ты. Кем был все это время... для Утера. Я всю сознательную жизнь мечтала о принце, о короле, а теперь оказалось, что... Артур! Я так не могу! Отпусти меня. Король удивленно смотрел на свою жену, он ничего не понял из сказанного. — У тебя кто-то есть? — тихо спросил он. — Нет! — Я не устраиваю тебя как мужчина? — осторожно поинтересовался Артур. — Нет, ты прекрасен. — Тогда почему?!! — Король так грохнул по столу кулаком, что кубок с вином подпрыгнул и перевернулся. Артур заворожено смотрел на красную жидкость и мечтал, чтобы повисшая тишина поскорее была нарушена. — Ты не тот, кем кажешься. Ты не тот, о ком я мечтала. Твоя роль скоро закончится и тогда всем, кто рядом с тобой, будет несладко. Я не хочу страдать из-за тебя. Отпусти... Артуру показалось, что его сильно, наотмашь ударили по лицу. Из бессвязного и бессмысленного бормотания жены он разобрал только ужасающую фразу: «Я не хочу страдать из-за тебя». Король встал и, не глядя на эту, неожиданно ставшую чужой женщину, отчеканил: — Я отпускаю тебя. Уезжай. Бери все, что хочешь. Райан тайно вывезет тебя из Камелота, я придумаю, как объяснить ситуацию подданным. Но только учти, Гвиневра,— Артур судорожно сглотнул и жестко закончил: — если ты попадешься мне на глаза, я велю тебя казнить за измену. Исчезай далеко и навсегда! Дверь в комнатушку Мерлина распахнулась от мощного удара ногой, и маг увидел на пороге своего бледного короля. Артур сел рядом со слугой на кровать и опустил лицо в ладони. — Что случилось? — брюнет сдвинулся на противоположный краешек своей кровати. — Мне нужна твоя помощь, Мерлин. Через два дня Камелот останется без королевы. Нужно придумать объяснение этому... — А что с Гвен? — Маг ничего не понимал. — Она бросает меня. Мерлин открыл рот, хотел еще что-то спросить, но понял, что не нужно, нельзя. Поэтому молча соскользнул с кровати и предложил Артуру: — Оставайся. Моя кровать не такая удобная, как твоя, но на одну ночь сойдет, а я пойду, подумаю. — Да. Хорошо,— кивнул Артур,— да... Мерлин пошел к выходу, но оглянулся и грустно покачал головой, видя, что его король сидит так, как и сидел. «Ничего,— прошептал про себя маг,— голова поднимется, плечи расправятся, ты же король». Прошло два года... Елена еще дрожала и чувствовала, как капельки пота стекают по шее. Волосы разметались по подушке, в теле еще пульсировала боль, смешанная с наслаждением. Артур лежал рядом и нежно улыбался ей, ласково накручивая светлый локон на палец. — Извини,— прошептал он,— это же в первый раз. — Все хорошо,— она провела ладошкой по его щеке,— так и должно быть. Спасибо тебе, ты был очень сдержан. Спасибо. Я тебя потом отблагодарю, попозже. Девушка заливисто засмеялась и поцеловала ладонь мужа. Он осторожно прижался к ней, осыпая поцелуями шею и плечи. Елена провела рукой по телу своего короля и остановилась на клейме, «украшающем» бедро мужчины. — Артур, что это? Откуда у тебя клеймо? Король чуть отстранился и рассмеялся: — Помнишь сэра Ричарда? Мы росли вместе: вместе учились, играли, устраивали всякие шалости. Я всегда был равнодушен ко всяким украшениям, а Ричард с ума от них сходил. С детства. Однажды родители подарили ему очень красивый медальон с первой буквой его имени и всякими цветочками-веточками вокруг. А мы как раз изучали свойства всяких металлов. Вот и решили попробовать, расплавится ли это украшение в огне,— Артур улыбнулся,— ой, дураки были! Мы раскалили этот медальон, а потом Ричард его каким-то невероятным образом уронил мне на ногу. Я сидел, скрестив ноги, поэтому быстро вскочить не мог и он не только прожег мне штаны, но и кожу. Хорошо, что рядом было озеро, в которое я тут же залез и простоял там около часа, чтобы охладить ожог. — А Утер знал об этом? — Нет! Я сам ходил к родителям Ричарда и просил их не говорить королю. Он увидел клеймо, когда мне было лет двадцать. Меня ранили, и отец помогал снимать одежду. Вот тогда и пришлось все рассказать. — Как он отреагировал? — Очень бурно! Велел выжечь. Сказал, что не хватало, чтобы его сын ходил с чьим-то клеймом. Но Гаюс уговорил его сделать это, когда я оправлюсь от ранения, а потом как-то все забыли,— Артур посмотрел на жену,— Тебе оно не нравится? — Не нравится,— кивнула Елена,— я не хочу, чтобы мой муж и король ходил с каким-то клеймом. — Хорошо, завтра пойду к Гаюсу, он выжжет его. — Нет,— решительно приподнялась на локтях Елена,— я пойду с тобой и я сделаю это! Привыкай, что твое тело теперь принадлежит и мне, поэтому завтра у Гаюса это клеймо выжгу я! Нежно, аккуратно, красиво и, очень постараюсь, безболезненно. Артур улыбнулся и поцеловал жену в губы. Они долго не могли оторваться друг от друга, а когда сумели, мужчина, задыхаясь, прошептал: — Как скажешь, моя королева.