На грани.

Какие, черт возьми, тяжелые веки. Я с трудом силюсь открыть глаза, но все попытки тщетны. С запозданием осознаю, что не чувствую своего тела, да и в голове пустота. Что происходит? Страх, словно паутина, опутывает сознание, а глаза уже без труда распахиваются. Пустота. Лишь только море белого и света. Или же белого света? Как я и думала. Я умерла. Как жаль. Я столько всего не успела сделать. Ангел. Перед глазами появляется лицо ангела. Прекрасное лицо ангела, столь доброе и улыбчивое. Так это от тебя столько света? Тепло и приятно. Неужели я попала в рай. Разве я заслужила? Нет, это определённо не за мои заслуги. Награда за нетронутую невинность? Это больше походит на правду. Лицо ангела пропадает, а на его месте всплывает другое лицо. Вот теперь все сходится. Дьявол. Я в аду. Так мне и надо. А он красив. Это не маленький красный чёртик с рожками. Передо мною красивый мужчина с прекрасными янтарными глазами. Он ведь падший ангел, что был любимчиком Бога. Я не против, забирай меня куда угодно, я совсем не против. - Рин, как ты себя чувствуешь? – даже голос у него красив. - Ты меня слышишь? Осознание происходящего приходит мгновенно, от чего настрадавшаяся голова начинает нещадно гудеть. - Я ненавижу тебя, – янтарные глаза смотрят с непониманием. - Ненавижу, – шепчу я, чувствуя как слезы начинают литься из глаз. - Эй, только не плачь, - печальный, немного сконфуженный голос. Красный король сгребает меня в охапку и прижимает к себе. Моя голова на его плече, а губы почти касаются его шеи, стоит только чуть поддаётся вперёд. Я бы раскраснелась, не будь все так хреново. И я не про этот момент, а про ситуацию в целом. Без зазрения совести вдыхаю его запах, запах Микото. Как же приятно и головокружительно. - Я так испугалась. Думала, что умерла и сам дьявол пришёл за моей грешной душой, - непонятно зачем шепчу я ему в шею. - Я так испугалась... Слез стало только больше. Он грустно усмехается, с его тела спадает напряжение и он сильнее прижимаете меня к себе. Как же головокружительно. Силюсь обнять его в ответ, но что-то я все ещё не чувствую своего тела. - Прости, Микото, - зачем-то извиняюсь я. Он отстраняется, тепло улыбаясь. Приятно. Так и где же я? А оказалась я на той самой злополучной поляне, лёжа в траве, а моя голова мирно покоилась на ногах красного короля. По поляне рассредоточились красные, кто пот деревом сидел, кто что-то в телефоне делал. Изумо нервно ходил на другом конце поляны, что-то бурно обсуждая по телефону, а слево от меня мирно сидели Анна с Тотсукой, пристально глядя на меня. Девочка нервно ерзала на месте, сжимая в ручках красные шарики. - Анна? – хотела бы я взять её за руку, поддержать, но пока не в силах. - Как ты себя чувствуешь? - Все хорошо, Рин, - тихо отвечает Анна, отводя взгляд. - Что случилось? – напрягаюсь я. - А... Где ещё два анимора? – девочка бросает взгляд на поляну. Я следую за её взглядом и вижу Мамору. Девушка сидит, прижавшись спиной к дереву, её тело все ещё под действием сил. Один её рог прибит моей катаной к дереву. На лице её раны и кровь. Взгляд пуст и затуманен. Кто это сделал? - Хикари... – шепчу я. О небо, я же убила её. Мамору вздрагивает. Она смотрит на меня и её глаза расширяются от ужаса. - Демон, - шипит она. Что за бред происходит? - Что произошло? – сново смотрю на Анну, пытаясь привстать. Постепенно тело приходит в норму, вот только отзывается адской болью. Уж лучше бы и дальше не чувствовала ничего. - Анна сказала, что на вас напали четыре анимора, - отзывается Тотсука. Соберись, тряпка. С трудом принимаю сидячее положение, опираясь руками о землю. Ребята, видя мои трепыхания, подходят ближе к нам. Один лишь Изумо, стреляя в нашу сторону глазами, продолжает бурно обсуждать что-то по телефону. - Да, напали, - отвечаю я, смотря на свои перепачканные грязью и кровью руки. - Изумо созвонился с синими, - подаёт голос красный король, - Скоро они приедут и заберут рогатую, - он небрежно машет в сторону Мамору, - Опасные аниморы это их заботы. Опасные аниморы... Эти слова пульсом бьют в голове. - Что с ней сделают? И... Что со второй? - Скорее всего её запрут в тюрьме, - к нам подходит Изумо, устало убирая телефон в карман штанов, - А что до второй... Так она мертва. Не нужно быть врачем, чтобы понять это, - его взгляд падает мне за спину. Я должна это видеть. В голове все ещё сохраняется наивная надежда, что все не так, как твердит мне память. Хватаюсь рукой за чью-то ногу. Неважно. Мне тут же подают руку и помогают подняться. - Ты вся мокрая, плавала без нас что ли? – пытается разрядить обстановку Шохей, за которого я как раз и схватилась. Действительно. Мокрая. Хотя волосы почти высохли, топорщась спутанными локонами, в отличие от одежды. - Хрен его знает, не могу вспомнить, - честно отвечаю я. На ватных ногах иду к телу, что лежит в почерневшей от крови траве. Мамору сново вздрагивает, когда я кидаю на неё взгляд. Странно. В начале всего этого она была... Была другой, в общем-то. Осматриваю Хикари и моё сердце пропускает пару ударов. Да, Мертва. Её убил Ледо моими руками. Нет! Нет! Я вру! Вру себе... Ведь это я убила её. В ушах поднимается жуткий гул, в перемешку с писком. Дышать трудно. Ноги немеют. В глазах темнеет. Падаю на колени перед трупом. Я теперь убийца. Убийца. В глазах потемнело окончательно. Кто-то бьет меня по щекам, но от этого только хуже. Сознание сново покидает меня. Как бы это в привычку не вошло. Шум. Голоса. Гул. Чей-то шёпот. И настойчивый голос Ледо, который я не в силах разобрать. Все слилось в море неприятных звуков, что волнами накатывали на меня, утаскивая меня в глубь... На дно... Тьма окутывает меня. Непроглядная. Пугающая. Ледяная тьма. Я не хочу умирить. Рот наполняется водой. Горло. Легкие. Вода везде. Я не хочу умирать! Ледяную тьму отгоняет чьё-то касание. Тёплое и приятное. Лениво приоткрываю глаза и вижу номер отеля. Да, наверное, это он. Слишком ярко и смазано. Глаза против воли сново закрываются. Сново темно и страшно. Сново гул. Но эти тёплые руки... Открыв глаза в следующий раз я вижу чьё-то плече и окно машины. Кто-то везёт меня куда-то. Интересно кто и куда? И это тёплое плече... Чьё оно? Сознание медленно возвращается и быстро пропадает... Снова и снова... А картинки перед глазами все меняются и меняются. Но чьи-то тёплые руки меня не покидают ни на мгновение. На этот раз сознание возвращается быстро, даже слишком. Словно на меня таз ледяной воды опрокинули вместе с этим самым тазом. Вскакиваю на кровати и туже сворачиваюсь калачиком от сильной боли во всем теле. - Аргх... – сквозь слезы шиплю я. Почему так больно? «Доброе утро, солнце, - бодро отзывается голос в голове. - И тебе не хворать, - забывшись, произношу я вслух, продолжая корчится в конвульсиях на кровати. «Хороший выдался отпуск. Взгляд падает на тумбу возле кровати, точнее на стакан воды и пару таблеток рядом. Не долго думая, выпиваю таблетки. Надеюсь это обезболивающее. И так? Что мы имеем? Во-первых, я нахожусь в своей комнате в Хомре. Моя сумка с отдыха и оружие покоятся возле двери. Во-вторых, я одета в свою большую домашнюю футболку и к тому же я чистая. Кто меня раздевал и мыл? На ногах видны розовые пластыри с мультяшными рисунками. Приподнимаю футболку и вижу, что весь торс плотно обхватывают бинты, слишком сильно сдавливая рёбра. В-третих, у меня очень сильно болят все мышцы и особенно спина, которая ко всему этому ещё и неприятно зудит. «А это я постарался, - весело хихикает Ледо. «В смысле? «В здравом, ну или почти, - я хмурюсь, ожидая объяснений, - Ну ты чуть не умерла тогда в море, - воспоминания неприятно всплывают в сознании, - ты отключилась, а я занял твоё тело, - так же весело заканчивает он. «Как это занял моё тело? «Ну просто взял и занял. Как-то так. «И что же ты делал пока я была в отключке? – я хмурюсь ещё больше, как же отвратительно не знать то, что ты обязан знать. «Подожди секундочку, сама все увидишь, - ехидно шепчет Ледо, а его голос словно отдаляется и уходит на задний план. Словно ушат холодной воды воспоминания обрушиваются на мою страдальческую персону. Я как будто переживаю чьи-то чужие воспоминания. Словно это я мучила тогда Мамору. Словно это я ломала ей руку и «рисовала улыбку» от уха до уха. Страшно. Я возвращаюсь в лежачее положение и словно кусочки пазла собираю все воспоминания, мои и Ледо, в единую картину. Весьма скверная картина выходит. Через пол часа самобичевания, воспоминаний и разговора с Ледо, все встаёт на свои места. Я убийца, жизнь Мамору, благодаря мне, превратилась в ад, а Ледо теперь может занимать моё тело против моей воли. Хотя он и говорил, что это вышло у него случайно, все же стоит помнить об этом. Как-то не очень все хорошо. Ещё пол часа я провела в размышлениях, но это ничего не изменило и не изменит. Как же теперь быть? В голове полный аврал. Нервы ни к черту. В груди больно щемит от осознания всего произошедшего. Я чуть не погибла. Одна фраза до сих пор пульсирует на задворках сознания – я не хочу умирать. Но не смотря на это, сейчас желание сдохнуть перевалило допустимую черту. Боль уже давно отступила, уступая место легкому онемению, но ведь лучше не чувствовать боли. Хорошее обезболивающее. Нужно встать и разведать обстановку в баре, а ещё разобраться с Рейши. Ух, как трудно дышать из-за этих проклятых бинтов на рёбрах! Одев полюбившиеся треники красного короля, я спустилась в бар, предварительно оглядев бар с лестницы на наличие посетителей. Так как было ещё достаточно рано, в баре кроме самих представителей клана никого не было. Кстати, чего это они всем составом собрались? Нет других дел, кроме как с утра жопы в баре просиживать? - И чего здесь все собрались? – с порога начала я. - Рин! – Анна, сидевшая на привычном месте - рядом с королем, подорвалась с места. - Наконец-то ты проснулась! Подбежав ко мне, девочка обняла меня, уткнувшись лицом мне в живот. Приятно. - Да, долго же ты проспала, - обратился ко мне Изумо, тепло улыбаясь и наливая кофе. Надеюсь это для меня. - Ничего рассказать нам не хочешь? – спросил красный король, вальяжно покуривая на своём обычном месте. Парни поддержали его дружным угуканьем. Я тяжело выдохнула. Собственно для этого я и спустилась в бар. Подойдя к диванчику, я забралась на него с ногами, сев по-турецки. Анна уже собиралась вернутся к Суо, но я схватила её за руку, притянув к себе, усадила девочку на свои ноги. Анна же даже не сопротивлялась, уютней устроившись в моих объятьях. Мне так легче. Нужна поддержка. Тотсука, забрав кофе у бармена, подошёл к нам и поставил на кофейный столик рядом кружечку живительного напитка. В голове тут же всплыло мгновение, когда я подумала, что Тотсука ангел. Мгновение когда я думала, что умерла. Я похлопала рукой по месту рядом с собой, и Тотсука послушно опустился рядом. Парни, в ожидании объяснений всего произошедшего, тоже устроились по удобнее. Даже Ята смотрел на меня с интересом, хотя и пытался скрыть это. Эрик забавно выглядывал из-за книги, а Изумо, покинув своё место за барной стойкой, сел рядом с Суо. Прижав к себе Анну и оперевшись плечом о Тотсуку, я начала свой рассказ: - Ну, что ж... Наверное, Анна рассказала вам, что было до того как она отключилась. Девочка кивнула и, подняв голову вверх, глянула на меня: - Я рассказала до того, как тот худой анимор упал с утеса. Я усмехнулась, вспоминая этот нелепый момент. - Да, он использовал на Анне какую-то способность, от чего она потеряла сознание. Не успела я её поймать, как её схватила девочка-осьминожка. - Осьминожка? - недоверчиво спросил Косуке, приподняв бровь. - У неё из спины торчали огромные щупальца, - я принялась рисовать руками в воздухе неясные даже для себя фигуры. - Одно из щупалец и схватило Анну, – среди парней пронеслось дружное «фу». - Я думаю, что она так и не показала мне все свои силы, наверное, она способна на большее. После этого у нас с младшей сестрой Мамору – Хикари – завязался бой. - А у неё какая способность? – спросил Тотсука где-то над моим ухом. - У неё была способность такая же как и у старшей сестры, - грустно отозвалась я, - Вот только рог у неё был один, прямо на лбу. Я побежала в лес, что бы мы не зацепили Анну. Там... – я замолчала, думая как лучше сказать. Мою ладонь сжала маленькая ручка Анны. - Не бойся, Рин, - Изумо добродушно мне улыбнулся, - Мы же семья и мы примем любую правду. От членов семьи не должно быть секретов, - в конце он подмигнул мне. - Это точно, мы же семья, - Суо прикурил новую сигарету и откинулся на спинку диванчика. Семья, да? Что бы вы сделали, если бы узнали, что один из членов семьи крыса и предатель? Предатель пропитанный ложью и обманом. «Они бы убили тебя, - прошептал Ледо. Выкинув из своего сознания Ледо и собравшись с мыслями, я продолжила. Продолжила лгать. - Там мои силы вышли из под контроля... И я... Я убила её, - по другому и не скажешь. - Потом я вернулась к утесу и забрала Анну. Мамору побежала искать свою младшую сестру, а девочка-осьминожка – она же Оки – побежала за мной. Пока ты была без сознания, Анна, - я потрепала девочку по волосам, мягко улыбнувшись, - Я пробежалась с тобой по большей части городка. Пришлось вынести окно, что бы попасть в номер, - сконфуженно произнесла я, на что Изумо залился смехом: - Да уж, пришлось платить за это окно, - на это я пожала плечами, мол «а что же ещё было делать?» - Ну простите, пришлось, - я смущенно почесала затылок. - После того как я оставила Анну в номере, я отправилась искать Оки, но она нашла меня раньше, - нахмурилась я. - Своим щупальцем она отправила меня высоко в небо, - я глупо захихикала, вспоминая ещё один глупый момент. - Потом я оказалась в море, а так как плавать я не умею, то я тонула. В воде на меня напал тот самый паренёк, который сорвался с утеса. Он оказался... Точнее его сила... Даже не знаю как сказать. Короче, у него был хвост как у русалки, - среди парней послышался смех. - Он ударил меня в живот и я потеряла сознание. После этого я очнулась уже с вами, - на коленях красного короля, закончила я фразу уже мыслено. Воспоминание приятным теплом окутало сердце. - А как же эта рогатая? – удивился Ята. - Она утверждала, что это ты её так отмутузила. - Я не знаю, честно, - врала я, уставившись на макушку Анны. - Ну, а теперь вы рассказывайте. - Ну, - роль рассказчика на себя взял Изумо, - Из бара мы вернулись под утро. Увидели растрепанную Анну и разбитое окно. Анна рассказала нам все и с помощью её силы мы нашли тебя и тех двух аниморов, – бармен закурил. - Я позвонил Авашиме, синие приехали через несколько часов после того как ты потеряла сознание. Они забрали красноволосую и труп, – и тут он засмеялся. - Твою катану мы выдирали из дерева общими силами, – я усмехнулась. - Других аниморов они не нашли. - Ну вот мы и разобрались со всем! – воскликнул Шохей. - А откуда у тебя такой синяк на спине? – спросил Эрик, выглядывая из-за книги. - А, это... Это меня Хикари в дерево швырнула, - я неловко почесала затылок. - Ладно, раз уж мы разобрались, то пойду я отдирать бинты от спины, да и кто их так вообще затянул? Тотсука засмеялся, отворачиваясь от меня. Понятно. - Это мы с Тотсукой за тобой ухаживали, - глянула на меня Анна. - Спасибо, Анна. – я уткнулась носом в макушку девочки. - А сколько я проспала? - Чуть больше суток, - ответил мне Тотсука. - Нехило, - произнесла я, вставая с нагретого места. - ладно, пойду я. Не успела я дойти до лестницы, а большая часть парней уже покинули бар. Видимо всем им было интересно послушать меня и они собрались здесь только ради этого. Это льстит. В ванной комнате перед зеркалом я крутилась долго... Кожа была бледнее чем обычно, под глазами залегли темные круги, а небольшие царапины и синяки виднелись то там, то тут. Все царапины были заклеены розовыми пластырями, что вызвало у меня смех, но убирать их я не стала. Бинты опутывали тело от самых плеч до поясницы. Спина болезненно ныла, но вроде рёбра целы. Под бинтами чувствовалось множество ран и царапин. Запекшаяся кровь прилипла к бинтам. Отобрав с поясницы первый лоскуток бинта, я поняла, что одной мне не справится... Под бинтом оказалась небольшая часть темно-фиолетового синяка, покрытого мелкими ранками и царапинами, которые от такого жёсткого обращения, тут же налились кровью. Видимо это была плохая идея... Одев футболку на бинты, я отправилась на поиски помощника. В баре я нашла только Изумо и первых утренних посетителей. - Изумо, - обратилась я к бармену, стараясь не привлекать внимания посетителей к своей весьма пугающей персоне, - А где Анна или Тотсука? - Они ушли в магазин за конфетами, - усмехнулся бармен. - А все остальные? - Тоже разошлись по делам. Микото кажется пошёл спать. Что-то случилось? – Изумо обеспокоено глянул на меня. - Нет-нет, все хорошо, - улыбнувшись блондину, я быстро пошла к лестнице на второй этаж, дабы быстрее скрытая от, косящихся в мою сторону, посетителей. Значит только Суо остался... Можно конечно подождать пока придёт кто-нибудь другой, но спина так сильно чешется, что даже плакать хочется. Все только сильнее прилипнет к повязкам. Черт, что же делать? Ну, была не была. Я направилась к обители его величества. Нерешительно замерла перед дверью на несколько минут и постучалась. - Что нужно? – из-за двери послышался не слишком добрый голос короля. - Микото, - я приоткрыла дверь, - Мне тут помощь нужна, - я обвела тёмную комнату взглядом. На окнах висели темные плотные шторы, скрывая комнату от солнечного света, от чего здесь царила полутьма.. Пустой письменный стол, заваленный одеждой стул, полки с всякой мелочью и парой книг, шкаф. Не густо. В углу комнаты стояло красивое и, наверное, очень удобное кресло, не вписываясь в окружающую обстановку. Ну и, собственно, большая двуспальная кровать в темных тонах, на которой лежал сам обладатель комнаты. Без верха. Пора бы уже привыкнуть к тому, что он меня не стесняется, да и не только меня. Но каждый раз когда я вижу его в таком виде, его подкаченный торс приводит мою гормональную систему в полный восторг. Лечится мне пора, ей богу. Микото лениво встал с кровати и поплёлся в мою сторону. - С чем же тебе помочь? – с каким-то странным оттенком ухмыльнулся он. - Мне бы бинты от спины отодрать, да и обработать, - я смущенно уставилась в пол. - Я не достаю... Хотелось подойти к нему близко-близко и закричать ему в лицо, что есть мочи – оденься! - Ладно пошли, коротышка, - он тепло улыбнулся мне и, положив руку на мою макушку, направил в сторону ванной комнаты. Что это ещё за прозвище новое?! Ну и что, что ростом не вышла! Насупившись, я ускорила шаг. Ванна, я и Микото. Смущающие воспоминания... Хотя и сейчас моему смущению не было предела. Я стояла перед зеркалом спиной к королю, опираясь руками на стиральную машинку. Почему у нас в ванной целых два зеркала – над стиральной машинкой и над раковиной – как-то отстранённо подумала я. - Снимай футболку, - тоном не терпящий возражений проговорил Суо. Дура, конечно же нужно снять футболку... А я тут встала как истукан. Стараясь не смотреть на Микото в отражении зеркала, я сняла футболку. Благо я додумалась до этого одеть домашний топ поверх бинтов, заменяющий мне бюстгальтер. Взяв чистый кусочек бинта и намочив его, Микото принялся смачивать мои раны, дабы отлепить от них бинты. Умно. Я бы, наверное, продолжила отрывать их от ран грубой силой... Холодная вода просочилась сквозь бинты, обжигая своим холодом воспалённую и горячую кожу. Вздрогнув и издав весьма смешной звук, как мне показалось, я прогнулась в спине, коснувшись пятой точкой Суо. Даже боюсь представить чего я там коснулась! За спиной послышался смешок, я же уставилась на свои руки, боясь взглянуть на отражение в зеркале. Все действие заняло больше получаса. Я же все это время то вздрагивала от прикосновений его рук, то шипела от боли. Черт, его прикосновения вызывали дрожь во всем теле, мурашки на коже и приятную тяжесть внизу живота. Мне, определённо, пора найти парня. - Осталось только сново все это завязать, - сказал король, заканчивая обрабатывать спину перекисью. Я же крутанулась перед зеркалом, желая лицезреть свои побои. Уф, выглядело отвратно, должна признаться. Темно-фиолетовый синяк на большую часть спины и множество мелких ран. Тут я почувствовала тёплое прикосновение на талии. Развернув лицо к Микото, я шумно выдохнула. Слишком близко. Почему я всегда попадаю в неловкие ситуации именно с ним? Хотя я совсем не против... Его тёплые пальцы аккуратно касаются моего подбородка, заставляя приподнять голову. Да, все же я коротышка. Тону в его янтарных глазах, что смотрят в мои с теплотой. Моя рука сама опускается на его грудь. В его груди бешено стучится сердце, словно дикая птица загнанная в клетку. Да, в унисон моему. Это сносит крышу. Он быстро подаётся вперёд, но нерешительно замирает в нескольких сантиметрах от моих губ. Продолжай... Мне нравится... Ждёт моего согласия? Не хочет решать за меня? Боится сделать лишнего? Поддаться – это значит признать поражение? Да? Запретный плод сладок, а такому запретному плоду как Суо ещё и нельзя не поддаться. Всего разок. Всего на один раз я стану проигравшей. Я буду жалеть. Очень горько жалеть, но не сейчас. Сейчас я буду делать то, что хочу. Касаюсь его плеча своей рукой и подаюсь вперёд. Наверное здесь будет уместна фраза - «искра, буря, безумие». Его губы тёплые и слегка грубые, но до боли приятные. Он касается моих губ легко и нежно, с каким-то придыханием. Внутри меня все сходит с ума. Блаженно прикрываю глаза, утопая в этих чувствах с головой. Уже более уверенно опутываю его шею руками, плотнее прижимаясь к нему телом. Его язык скользит по моим губам и я охотно приоткрываю их. Поцелуй углубляется, переходя из разряда «подростковый» в разряд «восемнадцать плюс». Его руки сжимаются на моей талии. Больно, но приятно. С моих губ срывается неосознанный стон. С его губ срывается рык. Крышу сносит окончательно, видимо не только у меня. Он подхватываете меня, я плотнее прижимаюсь к нему, обхватывая ногами. Кажется, меня усадили на стиральную машинку. Неважно. Совсем не важно. Припухшие разбитые губы горят. Да что там? Все тело горит, а внизу живота образуется приятная тяжесть. Поцелуй становится все более страстным, влажным, диким. Дыхание сбито, как у загнанной лошади. Его зубы смыкаются на моей нижней губе. Еще один стон наполняет ванную комнату. Его руки сжимают мои ягодицы. Ты трогаешь меня руками, а я трогаюсь умом. Поцелуй кажется слишком нетерпеливым, жадным, таким, что взрывает сознание, заставляя его помутнеть. Все мысли вылетают из головы как ненужный мусор, есть только он и я. Я хочу окунутся в омут примитивных чувств, выпадая из жестокой и суровой реальности. Чуть сжимаю его волосы на затылке в своей руке и кусаю его в ответ. И тут между нами встаёт чьё-то самомнение. И это явно не у меня оно встало. Если не остановится сейчас, то потом будет уже слишком поздно. Каждый из нас это понимает. И мы оба замираем глядя друг другу в глаза. Меня останавливает то, что, по-сути, я им враг. А что останавливает тебя, Микото? Мы не можем стоять здесь целую вечность и надрывно дышать друг другу в губы. Или можем? Хватит этих игр. И так все ясно – мы не должны это делать. Мы не можем быть вместе. - Поможешь, - голос срывается на тихий хрип, - Бинты завязать?