Обнимая твою душу. Часть 2

В холле было прохладно из-за включенного кондиционера. Белые офисные стены навевали уныние, а жалюзи не позволяли прямым солнечным лучам проникнуть сквозь стекла в комнату. Это все напоминало морозильную камеру, где Хисао было совсем не комфортно. Впрочем, сорокаминутное ожидание еще больше раздражало. Хисао был уверен, что Като-сан специально заставлял его сидеть одному в приемной и мучиться. Это было одним из наказаний за то, что пару месяцев назад Хисао уехал из Токио, не сказав ему ни слова и тем самым нарушив условия контракта. И он точно знал, что это самая малая часть того наказания, которое последует за ней. За ошибки надо платить, и Като воспользуется этим по полной. Больше всего Хисао было противно от того, что это било по его гордости, но раз уж он вернулся в свою прошлую жизнь, то и должен вести себя теперь как раньше, то есть наплевательски даже по отношению к самому себе. - Вы можете пройти. Като-сан готов вас принять. Хисао поднял глаза на помощницу менеджера, худенькую девушку с прямыми черными волосами до плеч. - Спасибо. Хисао зашел в кабинет, замечая, как мужчина невысокого роста изучал за столом чье-то портфолио. Он даже не поднял головы, полностью игнорируя посетителя. - Добрый день, - по обычаю Хисао слегка поклонился. - Садись, - коротко ответил ему менеджер и показал на кресло у противоположной стены рядом с диваном и низким столиком, которое было знакомо Хисао до каждого шва на светлой коже обивки. Здесь всегда подписывались бумаги, принимались посетители. А еще они занимались здесь сексом с Като, быстро, четко, без всяких прелюдий. Так было уже давно, как только Хисао исполнилось двадцать, а, значит, он достиг совершеннолетия. Сев на кресло и закинув ногу на ногу, Хисао провел ладонью по подлокотнику. - Я ждал, что ты вернешься. Хисао поднял голову: менеджер изучал его, отложив бумаги на стол. Потом он поднялся, прошел к дивану, сел ровно посередине и сложил руки на груди. - Но не думал, что так быстро, - Като усмехнулся. – Итак, зачем пожаловал? Конечно, менеджер прекрасно понимал причину визита Хисао, но эта была своеобразная игра – Хисао знал это наверняка, как и ее правила. - Я хочу вернуться в модельный бизнес. - У тебя слишком завышена самооценка, Хисао, раз ты считаешь, что я снова подпишу с тобой контракт. Ты уже разорвал один. Думаешь, мне нужны такие риски? Тем более что, пока ты шлялся неизвестно где, я уже нашел пару перспективных юношей, в которых определенно стоит вложить деньги и силы. - Ты всегда говорил мне, что я лучший из твоих моделей. - Хмм, - мужчина улыбнулся. – Чего не скажешь в порыве страсти… Поезд уехал, Хисао. И ты сам спрыгнул с него на полном ходу. А теперь извини, у меня скоро важная встреча. Мне надо подготовиться. Менеджер уже собирался встать с дивана, но Хисао окликнул его. - Я приношу свои извинения за те неудобства, которые принес тебе. Като посмотрел на него, внимательно вглядываясь в карие глаза молодого человека за тонкими стеклами очков. - Впервые слышу от тебя извинения. «Больше и не услышишь,» - пообещал себе Хисао, принимая смиренный вид. - Я понял, что совершил ошибку, но я вернулся и мне нужны деньги. Ты же сам понимаешь, что со мной сможешь заработать больше, чем с теми новичками. - Хисао, Хисао… - протянул Като и вздохнул. – Ты прекрасно знаешь, что всегда был моим любимчиком, но доверие уже подорвано, поэтому максимум, что я могу тебе предложить, это какой-нибудь разовый контракт. А там посмотрим, как долго ты будешь играть из себя смиренного и послушного мальчика. - Разовый контракт – это лучше, чем ничего, - согласился Хисао. - Кажется, твои дела совсем плохи, - сказал мужчина наигранно сочувствующим тоном. – Но ты же не глуп, чтобы думать, что даже заключить разовый контракт ничего не стоит. Хисао слегка прищурился и напрягся: а вот и черед мести. Менеджер выразительно взглянул на молодого человека и стал расстегивать ремень брюк. - У тебя есть десять минут. После этого у меня важная встреча. Надеюсь, ты не забыл, как доставлять удовольствие? Хисао смотрел, как мужчина опустил молнию на брюках и ждал, пока тот подойдет ближе. Неприятное чувство унижения скрутилось внутри. Почему-то раньше, когда Като предлагал ему что-то подобное, Хисао даже и в голову не приходили мысли о нравственности. - Осталось уже девять минут. Я, конечно, не преуменьшаю твои способности, но тебе лучше поторопиться, - менеджер откинулся спиной на диван. У Хисао было только два выхода: нагрубить, уйти, хлопнув дверью, и потом искать какие-то средства для существования, снова менять что-то в своей жизни, ломать ее. Либо остаться, принять это унижение как наказание за непослушание и жить дальше, вернувшись в свое прошлое, забыть два последних месяца, запрятать их на самое дно сердца. Хисао сглотнул образовавшийся в горле ком. Поднявшись с дивана, он подошел к Като, опустился перед ним на колени и положил руки на его бедра. - Мне будет достаточно и пяти минут, - холодно ответил молодой человек. По губам мужчины скользнула ухмылка, а ладонь легла на затылок Хисао и притянула его ближе к паху. - Я узнаю прежнего Хисао. Докажи мне это. Уже через пару минут Като нетерпеливо подавался бедрами на встречу, сильнее вцепляясь пальцами в затылок молодого человека. У Хисао щипало губы, но он не обращал на это внимания, возможно, потому что отчаянно старался заглушить в себе совершенно другое. Он пытался перестать сравнивать в памяти ощущения, которые испытывал сейчас и раньше, с Кевином, и тогда к горлу подкатывала тошнота. С Кевином никогда не было такого безэмоционального и техничного секса. С Кевином ему казалось, что они плывут на волнах, сливаются воедино, и это был не секс ради секса, а удовольствие, которое хотелось дарить друг другу, которым хотелось упиваться, словно наркотиком, ловить тающие поцелуи, вдыхать запах тел. «Прекрати думать о нем. Прекрати!» Хисао стал быстрее скользить губами, пытаясь сконцентрироваться на технике, а не на собственных мыслях и воспоминаниях. - Да, навыки есть навыки, - тяжело дыша, сказал мужчина, когда Хисао поднялся и вытер тыльной стороной губы. – А теперь иди. Мне надо привести себя в порядок. Я позвоню тебе, когда будут новости. - Счастливо, - Хисао направился к двери и уже хотел было покинуть кабинет, но голос Като задержал его. - И еще… - окликнул мужчина. – Сними эти дурацкие очки и надень линзы. Этот темный цвет глаз слишком банален. Хисао ничего не ответил, только тихо кивнул и вышел за дверь. Свернув к туалетной комнате, он закрылся с обратной стороны и оперся руками на раковину, глядя на себя в зеркало. Губы слегка распухли и порозовели, волосы растрепались на затылке, где Като хватался за русые пряди. Карие глаза блестели за стеклами очков в черной оправе. Хисао стоял в полном одиночестве один на один со своим отражением, и ему хотелось расплакаться, но, все же, взяв себя в руки, он включил воду и, наполнив ладонь, прополоскал рот. «Ты говорил мне, что этот цвет глаз тебе нравится. Обманывал?» - мысленно обратился Хисао к человеку, который сейчас находился на другом континенте, а потом выругался на себя за то, что снова о нем вспомнил. Больше всего на свете сейчас он желал забыть Кевина, вычеркнуть два месяца из своей жизни, словно их и не было. Так было гораздо проще: не думать, не вспоминать, не мучиться, простить самого себя, приказать сердцу не ныть так сильно каждый раз, стоило снова произнести в мыслях его имя. Хисао хотел смыть с себя все невидимые следы его поцелуев, которые все еще помнила кожа, избавиться от воспоминаний о прикосновениях, стереть свою память начисто. Вода капала из крана, и капли, ударяясь о керамическую поверхность раковины, разбивались на крошечные брызги. Ее стук чем-то напоминал высокий звук клавиш рояля, надрывный, тонкий, звенящий, и Хисао прикрыл глаза, вслушиваясь в эти монотонные звуки – такие же монотонные, как и биение его сердца. «Немного задерживаюсь. Иди пока в кафе, я подойду минут через десять». Этсуми прочитал смс-сообщение от Линдена, быстро набрал ему ответ «Буду ждать» и убрал телефон. Через два дома виднелась красно-черная вывеска их любимого кафе, находившегося на той же улице, что и фотостудия Линдена. Этсуми направился прямиком туда, плотнее застегивая молнию на черной тканевой куртке: день выдался по-настоящему осенним, прохладным и ветреным. Он как раз миновал дом, где на стеклах первого этажа была вывешена табличка «Сдается», когда входная дверь помещения открылась, и кто-то толкнул его в плечо, очевидно, не заметив. - Извините, - послышался рядом мужской голос, когда Этсуми сделал шаг в сторону. Юноша поднял глаза и узнал в стоящем на пороге молодом человеке того самого фотографа, с которым разговаривал как-то в супермаркете. За ним стоял еще один мужчина, старше его, с папкой бумаг под мышкой и в тонких очках на переносице. Кажется, фотограф тоже его узнал, потому что серые глаза сначала округлились, потом прищурились, а по губам скользнула едва уловимая ухмылка. - Наши пути снова пересеклись? – он встал посреди тротуара, не сводя с Этсуми изучающего взгляда. На нем был черный кожаный пиджак, светлая трикотажная водолазка и черные стильные брюки. Темные волосы слегка трепал ветер. - В прямом смысле этого слова, - ворчливо ответил Этсуми, потирая ушибленное плечо. - Извини, ни в коем случае не хотел тебя ударить, - молодой человек примирительно улыбнулся, а потом обернулся на стоящего позади мужчину. – Итак, я свяжусь с вами, как приму окончательное решение или если возникнут вопросы. Мне нужно подумать, можно ли сделать из этого помещения дорогую и качественную фотостудию. Мужчина кивнул и пожал ему руку. - Всего доброго. Надеюсь, вы примете правильное решение. Звоните в любое время. Мужчина пошел вдоль дороги, поправляя на переносице очки, а Этсуми стоял, открыв рот, и смотрел на фотографа. - Что? Фотостудию? Тот пожал плечами. - Ищу помещение для нее. И вот теперь думаю, не судьба ли это, что встретил здесь тебя? Может, это знак? - Какой? – настороженно переспросил юноша. - Что стоит арендовать именно это помещение. - Не думаю, что это хорошая идея, и что, тем более, то, что я проходил мимо, являлось каким-то знаком свыше, - Этсуми слегка нахмурился. - И почему же? - Потому что... Потому что здесь уже есть студия, - Этсуми пространно махнул рукой в сторону противоположного конца улицы. - И что? – беззаботно переспросил молодой человек. - Как что? Зачем вам конкуренты? - У меня не может быть конкурентов. Ни в чем, - в его голосе послышалась жесткая уверенность, и Этсуми даже немного опешил. - Обращайся ко мне на «ты». Ты ведь помнишь, как меня зовут? Роберт. Фотограф улыбнулся. - Какая мне разница, - фыркнул Этсуми. – Хотите здесь открывать студию – открывайте. Только вряд ли вы сможете конкурировать. - Почему же ты так считаешь? - Потому что там работает профессиональный фотограф, - юноша горделиво вскинул голову. – А вот ваших фотографий даже в журналах нигде нет. Молодой человек прищурился и внимательно смотрел на Этсуми. - Хочешь проверить, насколько я профессионален? Мое предложение фотосессии с твоим участием все еще в силе. - Меня это не интересует. - Зато меня интересует. Я могу заключить контракт на одну из самых дорогостоящих фотосессий в Дании, если ты согласишься. - Слушайте, зачем вам это? – не выдержал Этсуми. – Что вы ко мне пристали? Мало ли что ли моделей вокруг? - Меня привлекают необычные люди. А ты неординарный. Хочешь пообедать вместе? - Не хочу, - Этсуми поправил на плече сумку и направился в сторону кафе. - Этсуми! – окликнули его сзади. - Достал! – выругался себе под нос юноша и толкнул дверь кафе. «Быстрее бы уже пришел Линден,» - Этсу кинул сумку на пустой стул, сел на соседний и подпер рукой голову. Почему-то захотелось курить, и он полез в карман сумки за старой пачкой сигарет, достал одну, зажал губами и стал рыться в поисках зажигалки, когда перед лицом вдруг ярко вспыхнуло оранжевое пламя. Это было так внезапно, что Этсуми даже дернулся назад. Неужели этот придурок пошел за ним следом? - Эй, ты чего? Этсуми обернулся на голос, с облегчением узнавая Линдена. - Ах, это ты… - выдохнул он. - А ты еще кого-то ждешь? – Линден приподнял бровь. - Нет, просто ты меня напугал. - Прости, - Линден улыбнулся и присел рядом. – С чего это ты снова закурил? - Не знаю. Просто захотелось. - У тебя все нормально? Этсуми кивнул и попытался принять расслабленный вид. - У меня все хорошо. Как работа? - Поздравь меня. - С чем? – Этсуми заметно приободрился, глядя на хитрое выражение лица друга. - Новый проект с «Trinity Media» у нас в кармане. - С тем крутым агентством?! – Этсуми округлил глаза. - Именно! - Линден подмигнул ему и, выхватив сигарету из пальцев юноши, затянулся сизым дымом. – Как вернемся из Праги, договорились созвониться и обговорить все детали. - Прага… - мечтательно протянул Этсуми, вспомнив про их предстоящие выходные в другой стране – подарок Кевина на день рождения Линдена. – Побыстрее бы уже. - Сначала отыграй концерт в четверг, - усмехнулся Линден, – а потом уже на отдых. - Мне кажется, там так романтично, - казалось, юноша уже уплыл в далекие мечты. - А мне кажется, что кому-то пора вернуться на землю и плотно пообедать, - засмеялся Линден и потрепал Этсуми по макушке. – Что будешь? Линден взял с края стола меню и открыл его ровно посередине, а Этсуми задумался над тем, что бы заказать, когда заметил краем глаза нового посетителя, который сел за столик у противоположной стены и, плавно подняв руку, подозвал официанта. «Черт! Снова он!» - Этсуми тут же отвернулся, не желая встречаться взглядами с фотографом, с которым разговаривал еще десять минут назад. «Никогда не поверю, что это снова случайность». Юноша встряхнул головой, чтобы пряди волос закрыли пол-лица, хотя это мало помогало в целях остаться незамеченным, потому что уже через пару секунд он чувствовал, что за ним наблюдают. - Ты определился? – спросил Линден и положил меню на стол. - Слушай, может, сходим в пиццерию? – предложил Этсуми, не желая сидеть под пристальным контролем все это время. - Зачем? – удивился его друг. – Если хочешь пиццу, здесь она есть. Давай я закажу тебе твою любимую. Линден уже было собрался подзывать официанта, но Этсуми положил ладонь ему на запястье и тихо шепнул: - Я не хочу пиццу. Просто тут сидеть не хочу. Линден слегка нахмурился. - Что такое? - Ничего. - Этсу! Юноша жалобно простонал и сдался. - Там этот фотограф, про которого я тебе говорил. Я его снова сегодня встретил, а теперь он оказался тут. - Фотограф? – переспросил Линден, вспоминая, о ком шла речь. – Тот самый, из супермаркета? - Угу, и не смотри на него так. Он поймет, что мы о нем говорим. Пошли отсюда. Этсуми собрался уже было подняться со стула, но Линден задержал его за плечо. - Мы никуда не пойдем. Почему это мы должны уходить? Упрямое выражение лица Линдена говорило само за себя – спорить было бесполезно, но Этсуми все же решил попробовать. - Мне некомфортно рядом. Я хочу спокойно посидеть вдвоем и пообедать. - Тогда сядь, успокойся и пообедай со мной. Я не собираюсь убегать из-за кого-то, кто узнал тебя в магазине. Это глупо, Этсу. Юноша тяжело вздохнул и подпер рукой голову. - Каким же вредным ты бываешь. - Я не вредный. Просто не понимаю причин, по которым нужно избегать чужих, незнакомых людей, - Линден снова взял меню и повторил свой вопрос. – Так, что ты будешь есть? - Греческий салат. - Тогда я тоже. Для начала. Тоби сдал вчера свой экзамен по скейтбордингу? Этсуми подождал, пока Линден делал заказ официанту, а потом ответил: - Сдал. Только коленку себе разбил так, что теперь хромает. - Зато Дженнифер будет им гордиться, - улыбнулся молодой человек. – Кстати, он не хочет позвать ее на концерт в четверг? - Не знаю, я, если честно, не спрашивал. - Этсу, расслабься ты уже, - замечая напряженность друга, сказал Линден. – Или у тебя опять что-то с ним произошло? Он перевел взгляд с юноши на молодого человека за другим столиком, который спокойно пил кофе и курил. - Он хочет арендовать здесь помещение под фотостудию. - Где здесь? – не понял Линден. - В конце улицы. Помнишь, сдается нижний этаж дома? Раньше там был салон красоты. - Ну, хочет арендовать, пусть арендует. Чего ты так переживаешь? - Потому что нечего ему рядом с твоей вторую студию открывать, - проворчал юноша. – Я ему так и сказал: мол, все равно не выиграет конкуренции. Линден откинулся на спинку стула и тихо засмеялся. - Так ты бдишь мою честь? - Лин, это не смешно, - насупился Этсуми. – И он снова мне предлагал фотосессию. Лицо Линдена тут же стало серьезным. - Опять? Он вновь посмотрел на молодого человека за столиком, и их взгляды пересеклись. Линдену показалось, что этот взгляд был далеко не дружелюбным, но он не стал себя еще больше накручивать. - А вот это уже гораздо важнее, и мне это не нравится. Я сейчас поговорю с ним и расставлю все точки над «i». - Нет, ты чего! – Этсуми удержал уже порывающегося встать Линдена на месте. – Прекрати, Лин. Не нужно. - Что значит не нужно? Ты обещал мне, что тебя больше никто не будет фотографировать. - Вот именно. Я и не соглашался. Ну, Лин, - Этсуми накрыл руку Линдена своей ладонью и погладил его пальцы, – опять начинаешь? Казалось, этот жест заметно успокоил молодого человека, потому что Линден несколько секунд смотрел на руку юноши, а потом сказал: - Надеюсь, это был последний раз, когда он тебе предлагал сниматься. - Знаешь что, лучше поснимай меня сам, например, в Праге, когда мы будем гулять по улочкам. Хочу красивых фотографий, - Этсуми улыбнулся и чуть склонил голову набок, когда к ним подошел официант. – О, а вот и салат. Юноша взял нож и вилку, но, прежде чем начать обедать, посмотрел на Линдена. - Можно я до репетиции посижу в студии и позанимаюсь? Нет смысла идти домой на полтора часа. - Конечно, - Линден отправил себе в рот маслину. – Можешь сесть за рабочий стол, я все равно буду настраивать технику к завтрашней сессии. - Кстати, ты не ответил, - напомнил Этсу. – Ты поснимаешь меня в Праге? - А как ты думаешь? – Линден усмехнулся, и Этсуми понял, что настроение друга вернулось в свою колею. – Во всех ракурсах. - Ловлю на слове, - юноша подмигнул ему и принялся за аппетитно выглядящий салат. Тоби сидел на одеяле на лужайке неподалеку от парковой аллеи, прислонившись спиной к широкому стволу дерева и вытянув ноги. Сгибать их в колени были чертовски больно. Багровые ссадины затянулись твердой корочкой, но из-за движений и ходьбы в паре мест все еще слегка кровоточили. Поэтому сегодня катание отменялось, собственно, как и вчера, в понедельник. Тоби даже не был уверен, сможет ли поехать кататься в ближайшие дни, хоть и очень хотелось. Он даже не уловил момент, когда успел пристраститься к этому хобби, но то, что мышцы больше не ныли от усталости, было теперь странно и непривычно. Рядом с ним сидела Дженнифер. Именно она позаботилась и взяла с собой одеяло, чтобы постелить на начинающую желтеть траву. Между ними стояли два пластиковых стакана с недопитыми молочными коктейлями. Девушка накручивала на палец длинную каштановую прядь волос и смотрела на крону дерева над головой. С него изредка слетали бронзовые листья, планировали в воздухе и спускались прямо на одеяло. - Ты знаешь, а я даже немножко рада, что ты хотя бы пару дней не будешь пропадать по вечерам с Дейном, - призналась Дженнифер после некоторого молчания. Тоби слегка улыбнулся и, подняв свой стакан с коктейлем, сделал пару глотков из соломинки. - Я скучаю по скейту. - Только не говори, что ты теперь станешь таким же фанатиком скейтбординга, как Дейн. - Таким вряд ли. Да ты и сама говорила, что мне никогда не кататься так, как Дейн. Я и сам это теперь понимаю. - У него ушло много времени на то, чтобы научиться. У тебя еще все впереди и потом, может, и не нужно кататься так, как он, - она подобрала упавший лист с одеяла и покрутила его в руке. – Ты мне, например, нравишься таким, какой ты есть, и мой брат тут совершенно не является идеалом. Тоби почувствовал, как его щеки загорелись. Дженнифер сейчас открыто призналась в том, что он ей нравится, и юноша даже не знал, что на это ответить. - Спасибо, - все, что он нашелся сказать. – Хотя, наверно, Дейн действительно мог бы быть идеалом для любой девушки. Признаться, поначалу я к нему посредственно относился, но сейчас, кажется, мы подружились. Конечно, я не претендую на роль его друга, как те парни, с которыми он катается и ходит по клубам, но мы стали вполне нормально общаться. - Я рада, - Дженнифер опустила глаза, глядя на листок в своей руке. – Тоби, пойдем завтра на вечеринку к нашей однокурснице? У нее уезжают родители, и она хотела пригласить домой своих знакомых. Я не очень хотела идти, но с тобой, думаю, мне было бы вполне комфортно. Тоби слегка улыбнулся. - Боюсь, я не самый лучший спутник на подобных мероприятиях. - Не думай, что это будет какая-то глупая тусовка, где все напьются. Думаю, все пройдет вполне прилично. - Может, лучше позовешь Дейна? Ты со мной со скуки умрешь. - Не говори ерунды, - засмеялась девушка. – Кто мне десять минут назад рассказывал анекдоты, после которых у меня от смеха до сих пор болит живот? - Ты, правда, хочешь пойти со мной? – робко спросил Тоби. - Хочу, - кокетливо ответила Дженнифер и положила руку на запястье юноши. Тонкие пальцы обхватили рукав куртки, и Тоби перевел взгляд с подруги на них. - Тогда пойдем, - согласился он, все еще глядя на руку девушки. Наверно, нужно было сделать сейчас что-то: взять ее пальцы в свои самому или сказать что-нибудь. Но Тоби молчал и не двигался. Он вспомнил, как эти самые пальцы бережно перевязывали его разбитый локоть, и касания к пораненной кожи были такими же, как и у ее брата, аккуратными и уверенными. Почему-то это сравнение показалось Тоби странным, и он слегка встряхнул головой, поднимая глаза на Дженнифер. - Я тоже хочу пригласить тебя. В четверг у Этсуми дебют: он впервые будет выступать на сцене в составе группы «Fall & Fly». У меня есть два билета. Хочешь пойти? - Четверг… - протянула Дженнифер печально. – У меня никак не получится. Извини, но у папы будет день рождения. Я обещала быть с ними этим вечером. Но ведь это не последний раз, когда он выступает, правда? В следующий раз я с удовольствием схожу и послушаю – только скажи. - Ладно, - Тоби кивнул и улыбнулся. – В следующий раз обязательно сходим вместе. Он допил молочный коктейль и поставил стакан на землю. Небо над головой начинало потихоньку темнеть, и на горизонте за деревьями виднелась ярко-оранжевая полоса заката. Она была красива, но не настолько, как закат рядом с заброшенной рампой, где они катались с Дейном. Тоби вспомнил, как маневрировал на доске на прошлой неделе, а солнце ярким огненным диском садилось за горизонт на фоне труб близлежащего завода, из которых медленно утекал на восток сиреневый дым, и решетки, огораживающей его территорию. В этом было какое-то особое очарование, и, несмотря на приятную компанию Дженнифер, Тоби искренне жалел, что сейчас не может снова им насладиться.