Сакура и Дуб

***

Мне не надо блаженства ценой унижений. Мне не надо любви! Я грущу - не о ней. Дай мне душу, Спаситель, отдать - только тени В тихом царстве любимых теней. Автор: Марина Цветаева – Ещё молитва

      Ночная госпожа распростерла объятия, желая захватить в свое царство сна всю обитель. Прекрасный лик луны оттеснил тучи, игриво одарив сиянием.       Ночь видела всех. Кто-то открыто зевал, другие – провалились в грезы и кошмары сновидений. Были и те, кто теребил старые раны, кто надеялся на лучшее и те, кто ждал своего часа.       - Вот скажи, мой друг, что нужно мужчинам?       Звонкий голосок эхом прокатился по помещению. Пламя свечей всколыхнулось. Бумага не позволяла свету рассеиваться. Фитиль щёлкнул и продолжил уверенно плавить воск.       Сабанна профессионально разливала саке по опустевшим чашечкам. Стан девушки был изящен и безупречен. Она и сама не заметила коварность привычки, что проснулась, как только квартет сел за импровизированный стол.       - Хорошенькая женщина, - сразу же выдал Кёраку.       Рассмеявшись, Сабанна стрельнула глазами, оценив ответ друга.       - Ну, в этом я не сомневалась. А если серьезно?       Продолжая улыбаться, Эрика посмотрела в карий мир. Алый взор хранил серьезность, существуя отдельно от общей мимики. Кёраку расслабленно покрутил в руках чашечку, но во взгляде ушли лучики веселья, пусть и ненадолго.       - Все индивидуально! – серьезно заключил шатен, одним махом выпивая содержимое.       Эрика охотно подалась вперед, наполняя опустевшую чашечку. Только после этого она вернулась к разговору. Порой инстинкты, вбитые с детства, действовали быстрее, чем она успевала подумать. В этом случаи память тела – неприятная вещь…       - Если я узнаю имя этого счастливца… - Лукаво протянул капитан. Щеки Эрики невольно заалели, так же быстро краска схлынула, уступая место бледности. Она испугалась. Даже своему другу она была не готова признаться, кого выбрало её сердце. Это казалось слишком личным и сокровенным. Чувства, для которых реплики были излишни, вот только слова могли поведать о них… - Молчишь? – настаивал друг. Усмехаясь, Кёраку изучая бывшую гейшу. Романтичная душа капитана нарисовала розовый фон вокруг двух хрупких женский силуэтов. Именно для целостности картины, капитан настоял, что бы Нанао-чан села рядом с гостей. Они оби были прекрасны. Каждая сияла особенной красотой. Кёраку который раз убеждался, что нет ни красивых женщин. Есть обделенные мужским вниманием или умом. Посмеиваясь со своего остроумия мужчина.       Нанао-чан старалась сидеть ровно, но излучать привычную строгость уже не получалось. Щеки лейтенанта разрумянились – сказался выпитый алкоголь. Очки чуть сползли по ровному носику, а взгляд был абстрагированный. Черные волосы почти потеряли заколку…       Замечательная ночь! Кёраку был доволен. Ария (мысленно укорил себя за привычное имя), нет уже Эрика – была желанным гостем. Они с самого первого дня играли словами, флиртовали, подкалывали друг друга. Редкое единодушие и спокойная уверенность в оппоненте, именно такая дружба зародилась у этих необычных личностей. Капитан мог сравнить такую дружбу только с капитаном Укитаке с различием, что Сабанна была женщиной. Из-за репутации женщина-любца, Киёраку не раз принимали желанным гостем в чайных домах, где Эрика автоматически стала считаться его любимицей. Женскому царству невдомек, что в очаровательной гейше мужчина заметил прозорливый ум и близкое родство душ. С Сабанной было легко говорить, сидеть и даже молчать, а тело вовсе иначе реагировало на эту смазливую малышку. Романтику хотелось уберечь и защитить женщину, которая воспринималась как младшая сестра.       Жизнь гейши когда-нибудь ломало женщину. Шатен был искренне рад, что смог помочь подруге вырваться из порочного круга, пока не стало слишком поздно. По закону искусница не имела права на собственное счастье. А если гейша переходила черту в блудницы, то вырваться из чайного дома, становилось невозможным…       Сейчас малышка расцвела особой красотой, когда в сердце женщины горит пламя любви. Конечно, до него дошли определенные слухи, но негоже верить домыслам злых языков. Если не расскажет, её право – бережет возникшее чувство. А может и сама еще не разобралась. Ох, и темно в чужой душе, как у женщины, так и у мужчины.       - Это… Извини, - виновато улыбнулась Эрика, убрав несуществующий локон за ухо.       - Все правильно. – Поддержал подругу тайчо, приподняв чашечку. – За Вас!       Сабанна покраснела до кончиков волос, смущённо потупила взгляд. Англичанке показалось, что она горит до самых пят. Стыдно как-то, неловко и безумно радостно от одной только мысли. Подняв руку, шатенка приложила ту к сердцу. Именно этот свет любви, грел её и защищал долгие месяцы. Любовь дарила энергию и надежду, позволяла летать. С другой стороны любовь – прожигала и уничтожала, змеем искусителем уговаривая все бросить. Только воля останавливала рывки красавицы, только разум менял реальные ласки на воображаемые. Это не оправдывало женщину, зато она не чувствовала себя осквернённой. Сложней внушить себе, что черное это белое, а белое – черное, если изначально знаешь правду. Она смогла…       - Да, - поддакнув капиталу, бывшая гейша подняла свою чашечку. Чокнувшись с другом, Эрика дернулась перехватить шатающие руки лейтенанта, но опоздала. Нанао уронила чашку, а все содержимое впилось в одежду гостьи. Чуть сморщив носик от запаха алкоголя, Эрика аккуратно отмахнулась от извинений черноволосой особы. Отводя настойчивые руки полу вменяемой брюнетки, Сабанна старалась не заострять внимание на сырость.       - Нанао-чан, все в порядке. Прекратите! Все само высохнет.       - Я виновата, Сабанна-сан…       Эрика удивлялась тому, как наклюкалась шинигами. Брюнетка лепетала извинения, все уверенней склоняя голову к полу спрессованного бамбука. Испугавшись, что лейтенант сейчас ударится головой, англичанка быстро уложила голову девушку на свои колени. Нанао несла какую-то несвязную цепочку, после чего тихонько засопела. Участливо посмотрев на Киёраку, шатенка слабо улыбнулась.       - Вот теперь, мы можем поговорить серьезно. – Подобрался мужчина, чуть хрустнув могучими плечами.       Усмехнувшись Эрика лукаво заметила:       - Какие мы серьезные. До этого была разминка?       - Уверен, ты хотела не только выпить со своим старшим братиком. Кстати, а ну как повтори: «Братик!»       - Бра… - Попыталась произнести слово Эрика, но запнулась. Смотря на этого старшего мужчину, одного из сильнейших капитанов Общества Душ, язык не поворачивался так к нему обратиться.       - Давай-давай, - чертята так и плясали в карем омуте тайчо.       - Киёраку-аники*, - нашлась красавица.       - Уже не плохо. Давай: бра-тик, - разделил по слогам длинноволосый провокатор.       Цыкнув, бывшая гейша стрельнула алым взором. Спрятав голову в плечи от смущения и неправильности произнесла:       - Бра-тик. Братик!       - Вот видишь это не сложно, - протянул огромную руку через стол романтик и потрепал названую сестру по щеке.       Щека резко получила новую порцию крови. Эрика постаралась скрыть красноту рукой. Она и так чувствовала себя свёклой, а Шунсуй умилялся.       - Так давай серьезнее…       - А я серьезен как всегда. Ты очень милая.       - Братик. – С укором посмотрела женщина на друга. Внутренне подобравшись, она, наконец, спросила: - Меня считают опасной? Очередной чаше не суждено было быть опрокинутой. Капитан смерил гостью проникновенным взглядом. Эрике показалось, что друг как будто решался: сказать правду или схитрить. По его реакции красавица интуитивно знала уже ответ. Женская интуиция часто помогала ей читать между строк, но порой её перебивал разум.       - Да. В какой-то мере. – Англичанка растянула пухлые губки в благодарной улыбке – он не соврал.       - Спасибо… Это все из-за возросшей силы?       - Видишь, ты, умница, все знаешь. Зачем мне подтверждать очевидное? – лукаво подмигнул шатен.       - Была надежда, что я неправа. – Спокойно парировала Сабанна. - Неправильная ты, женщина, Сабанна. Не правильная… - покачал головой тайчо теней.       - Не поняла, - опешила бывшая гейша.       - Какая женщина признает неправоту? – видно вопрос был риторический. Иначе истолковать этот мечтающий взгляд друга было нельзя. Сабанна из вредности решила спустить приятеля на твердую поверхность.       - А я и не признаю! Ишь что послышалось ему. - Задрав вздернутый носик, Эрика потянулась к своей чашечке и с готовностью отпила горьковатый алкоголь. Стукнув намерено громко, опустевшую чашечку, англичанка решила идти ва-банк: - Расскажи подробности. Как мне надо себя вести, чтобы не обратиться во врага Общества душ?       - Вопрос немного не верный, но суть правильная. Не знаю, заметила ты или нет, но тебе никто не препятствует возрождению клана Сабанна. Более того, даже способствовали.       - Ничего удивительного.       Непроизвольно пожав плечами, бывшая гейша чуть прикусила язык. Она чуть не взболтнула лишнего. Про подробности соглашения с главнокомандующим старцем ни кто не должен был знать. Заметив, как заплясали лучики веселья в шоколадных глазах капитна, Эрика нервно сглотнула. Похоже её молчание красноречивее слов. Удивительно, сколько говорит взгляд родного человека...       - Верно. А весьма стремительная передача главенства? Думаешь, это нормально, когда имеется старший представитель? Насколько я знаю их два, одна из них даже чистокровный потомок клана. Ты же, не связана кровью. Ты – солдат. Хочу заметить, весьма одарённый. Если разбираться то сначала.       Повисла гнетущая тишина. Сердцебиение красавице участилось, так что пришлось мысленно успокаивать себя. В словах друга прослеживалась логическая цепочка событий. Эрика начала рассуждать вслух.       - Допустим. Я солдат. Единственный в «неправильном» клане, а значит вполне понятно, почему стала главой. Если следовать твоим словам, то Саюри-сама проворачивала дела за моей спиной.       - Зная Саюри, можно многое предположить. – Обыденно выдал тайчо. Встретившись с тревожным алым взором, Киёраку усмехнулся. – Наивность великолепная черта. Рад, что тебе еще присуще.       - Не может…       - Может! Я знаю Саюри не одно столетие. Сабанна Саюри редкостная женщина. Её дух всегда был силен. Зная её, я уверен, что Саюри просто так не отступает. В твоем случае она отступала не единожды.       - Расскажешь, - Эрика запнулась, поймав изменение во взгляде друга, - братик…       Эрика потянулась к опустевшему чайничку. Обреченно посмотрев на Нанао-чан, женщина не нашла в себе силы убрать голову спящей. До бочки был шаг. Эрика неопределенно глянула на друга, Киёраку взял ситуацию под свой контроль. Зачерпнул с бочки питье, романтик наполнил чайничек и вернулся к гостье. Только после этого женщина перехватила ношу, наполняя чашечки.       - Теперь точно расскажу. С какого места? – добродушно хмыкнул капитан.       - С начала.       Не так давно клан Сабанна процветал и имел свое наследие. Род был не велик, но плотно пустил корни в Обществе душ. Ничего не предвещало беды, но последний глава клана навлек на себя гнев Совета 46. Уже и не вспомнишь, в чем его обвинили, потому что вся информация была уничтожена. Клан ждала та же участь – полное истребление… Каким-то образом младшая наследница уцелела. На самом деле ей помогли верные сторонники отца, как дань памяти старому другу.       Саюри к сожалению была лишена кланового таланта и не обладала реацу. Должна отметить, что тогда она была еще дитя, но весьма своевольное. И это дитя в свои тринадцать лет приняла решение стать гейшей. Но не простой, а самой лучшей, что бы в итоге унаследовать чайный дом и стать хозяйкой своего мира. Она выполнила повеление отца – выжила! Но чем больше она жила, тем больше её точила обида и желание восстановить честь и величие клана, как и доброе имя. Именно тогда она упорно стала искать преемницу и больше не срывала свою принадлежность к забытому клану.       - Ты была не единственная у кого пробивалась реацу. – Отметил тайчо, набивая рукой о стол ему известный ритм.       - Выходи, все это была проверка, проверка моей воли. Насколько сильно я хотела измениться… - Киёраку отпил саке, неотрывно следя за мимикой подруги. Волна различных эмоция породили буквальное шевеление мимических мышц. Эрика неосознанно сопровождала каждую мысль новой приглушенной вспышкой. Мужчина напрягся и не мог оценить положительные или отрицательные они были – это немного беспокоило. Алый взор оставался спокоен.       - Пожар… Этого Саюри-сама, точно не могла предусмотреть. – Нашлась шинигами, прикрыв веки.       - В этом ты права, - весело причмокнул длинноволосый тайчо. – Когда сгорел Чайный дом, малышка Саюри отчаялась, но в тебе проснулось благородство, - расплылся в неприлично широкую улыбку это прохвост, чинно салютовав чашечкой.       Прищурив рубиновые глаза, Сабанна вызвала у знакомого ассоциацию с дикой кошкой – вроде спокойно, а друг вцепится своими коготками.       - Вот смотрю на тебя, братик, и поражаюсь, как можно быть довольнее кота, которому перепало сырое мясо? – у романтика округлились глаза. – Я говорю: ты-то чего такой довольный?       - Так все же хорошо закончилось, - задумчиво погладив щетину, выдал этот кадр.       Вот скажите как так можно одной фразой, взорвать нервную систему хорошего человека? Сабанна моментально перекрутил пленку памяти. Если бы она приняла противоположное решение? Чайный дом превратился бы в пепел, поглоти заодно и контракт на её душу. Она уже была свободна! У нее не было бы людей, к которым хотела бы вернуться, о которых следовало заботиться. Если бы она приняла решение перейти на сторону Айзена? У нее была привилегия, благодарность к стимулированному развитию способностей, статус, любовь… Если бы Эрика не почувствовала в один момент, что ей внушают чувства для их скорейшего возникновения, то в сердце был бы Соуске Айзен. Даже сбросив наваждение, Сабанна могла честно ответить себе, что не ненавидела предателя 13 Готея. Она уважала его, за смелость, за силу, за выдающийся ум, за умение оставаться мечтателем. Но так же и призирала, за упоение своей силой, за безнаказанность, за ненужные жертвы и распоряжение чужими жизнями. Айзен – мечтательный ученый, который своим талантом не уступал Урахара Киске, а может и превосходил его.       Эрика отдавала должное гениальности. Пусть он и зарвался на самого Короля душ… Понять, простить и принять - люди все равно это сделают, пусть и через века. Отдавая дань гениальности. Она не злилась, просто было жаль, что все обернулось именно так…       Если бы она умерла? Не от раны нанесенной Кучики, так от слияния с Хоугиоку! Внутри дернулось фиолетовое пламя…Слишком много «если»! Закончилось хорошо, а значит, следом должна прийти черная полоса новых проблем…       Встряхнув успевшую остыть голову, Эрика с удивлением отметила, что комната немного поплыла. Вот и долгожданное саке ударило в голову. Но это ненадолго… Плюсы или минусы высокого уровня реацу в том, что она исправно испаряет алкоголь. Вот поэтому Киёраку имеет Великие запасы. Напиться капитану, во-первых затратно, во-вторых сложно.       - Не особо, - буркнула бывшая гейша. – Кстати, занятные у тебя кадры, - не эстетично указала пальцем бывшая гейша на давно отрубившегося паренька у стеночки.       - … Кента? Забавный малый.       - И занятные таланты, - лукаво приподняла уголок губ красавица.       - Есть такое, вот только лень его погубит. – Печально покачал головой шатен опираясь на правую руку.       - Он заметил меня. Похоже у нас схожие способности, только противоположные…       - А, серьезно? – удивленно оквадратились глаза тайчо. Так же быстро Киёраку взял себя в руки. – Ха-ха-ха, вот жук!       - Так ты знал это, - не поверила быстрой смены настроения Эрика. – Ладно, это даже к лучшему. Мне пора!       - Ты вроде пряталась. – Заметил романтик, сверкнув карим омутом.       - А мне надоело! – предвкушающее улыбнулась бывшая гейша. Стукнула ей в голову одна мысль, надо исполнить пока храбрости хватает.