Сакура и Дуб

И вновь против врага мы выйдем, Блеснет в руке родная сталь! Пускай уж солнца не увидим! Пускай, мне ничего не жаль! ©

Восседая на высоком стуле, так напоминающий трон, Эрика с грустью и некой отрешенностью слушала наскучившие речи. Айзен внимательно выслушивал доклады своих подчинённых, скривив губы в привычной ухмылке. Взгляд был жесткий и требовательный, а все выражение лица говорило о самоуверенности и неподдельном интересе. Благодаря своей прошлой жизни в чайном доме, Эрика очень хорошо чувствовала фальшь в человеке. Но с этим мужчиной было трудно играть в одностороннюю игру. Он был хитер и умен. Подавленная силой бывшего капитана, Сабанна отметила: «Все пошло на разлад с первого дня!» Теперь предыдущая цель ушла на задний план, а нынешняя – выжить! Что бы изображать из себя марионетку, которую можно дернуть за ниточки, Эрика решила углубиться в воспоминания. Девушка усиливала негативную сторону своего прошлого, чтобы взгляд не выдавал. Выслушивала шепот дьявола, который так смело, обжигал нежную кожу и губы. Айзен Сосукэ был еще тем демоном! Его шелковистый баритон целенаправленно вводил в зависимость, а глаза гипнотизировали. Стоило бывшему капитану третьего отряда открыть рот и заглянуть карим омутом в лицо гейши - она не смела двинуться. Изрядно противясь этой не понятной магической силе, Эрика все равно вынуждена была подаваться… Вскоре Сабанна просто перестала понимать: зачем она тут?! Все казалось таким бесполезным, пустым. Больше не смеялась и не радовалась, но и не унывала и не грустила. Находясь между двумя эмоциональными точками, где-то посередине, Эрика стала терять себя. И без того бледная кожа без солнечного света и тепла совсем потеряла краски, но вобрала некое сияние. Ледяная маска стало ей лицом. Молчание – речью. Без надобности шинигами не спешила отвечать, словно игнорирую собеседника. Это распространялось на всех, даже на Айзена-саму. На что мужчина не спешил сердиться, лишь удовлетворено улыбался. Радовался перемене, как победе над строптивой амазонкой. Англичанка слишком часто бродила гордом одиночестве, не замечая арранкаров. Все сущее в этом ночном царстве было пропитано болью и ненавистью, алчностью и желания силы. Для арранкаров были чужды мирские законы, тем более чувства. Это было необычно… и враждебно. Ручные рабы боготворили Айзена Сосукэ и завидовали трем шинигами короля. Она стала его тенью! Если роль правой руки была отведена Ичимаро Гину, то левой - Тосэн Канамэ, она же стояла за спиной, успешно выполняя свою роль тени. Она менялась. Эрика чувствовала, что что-то ломает её. Так виртуозно, что обратила на это внимание, когда вспомнила о Одри. Зампакто молчала. Её верная подруга, лучший учитель и просто родная душа – не откликалась на голос хозяйки. С того самого момента, когда он поцеловал её… Сила Хогуоку была неоспорима. В ближайшие дни своего прибытия, Эрика убедилась в этом. Ей было мерзко и страшно наблюдать за тем, как Айзен экспериментирует на пустых и арранкарах. Как изучал, увеличивал свою силу и своих приближенных. Сабанна не избежала той же участи. Пользуясь силой – ощущала себя монстром… Сила камня не навредила гейше, а помогло расширить возможности. Тогда Эрика видела счастливое лицо Айзена искривлённое долькой безумия, словно он нашел не достающий элемент. Да, по сути, так оно и было! Именно её сила была идентичной с возможностями Хогуоку. Вот почему, она не чувствовала реацу остальных, пока сама этого не захочет; вот из-за чего никто не чувствует её, даже пульс не прослушивался… Все это пугало: пронизанная страхом от происходящего; страхом за свою сущность; непонимание себя; постоянные противоречия и путаница в эмоциях; не объяснимые всплески страсти и обожания к королю Лас Ночас. Человеческая ли она душа теперь? И сохранилась ли сама душа у нежити, у монстра? Тем, кем она стала, как и все приспешники Айзена… Айзен возвышал девушку, самолично помогал развивать способности и ставил важнее многих. А чтобы ценная рабыня не сбежала околдовывал разум и чувства. Она знала, что это иллюзию, но снова и снова ныряла в океан страсти и желания. Сабанна не могла устоять, когда этот суккуб желал её подчинения. Не хватало воли, сил, реацу... Как-то раз она слышала разговор короля с приближенным. Слова Сосукэ запомнились: «Ария Сабанна – сосуд силы Хогуоку в человеческом обличии!» - она нужная и все. Мужчина привязывал гейшу ближе к себе, к этому месту. Негласная королева стала сильнее, одно прикосновение могло причинить боль. Сабанну боялись, уважали, ненавидели и сторонились… Девушка не излучала потоков реацу, но одним взглядом, могла лишить соперника силы -блокируя. Душевная сила – это жизненный двигатель, но и оружие. В каком-то смысле Эрика научилась жить со страхом и упивалась своей значимостью. Именно эти факты заставили девушку стать более замкнутой и нелюдимой. Что так подходило для того что бы обмануть не только наблюдателей, но и себя. Продолжая задумчиво смотреть вдаль, Эрика обдумывала своё нынешнее положение. В таких собраниях, она большей частью была наблюдательницей. Ей позволяли быть в курсе всех дел, Айзен будто говорил: «Я тебе доверяю!» - но понимаешь, что это ложь, как только замечаешь наблюдение. Интересно, до какой степени он продолжит одурманивать её? Хорошо, что она смогла понять, что все ложь! Легче от этого не стало… - Ария-чан?! Голос «хозяина» выдернул гейшу из задумчивости. Эрика отметила: взгляды всех присутствующих нацелены на неё. Не понимая, чем вызвано излишнее внимание, девушка вопросительно приподняла бровь. - Ария-чан, вы слышали наш разговор? – решил пояснить ситуацию Айзен, настойчиво вглядываясь в вишенные глаза. Мужчина будто требовал, чтобы она не смела его игнорировать и дала ответ. Что ж не будем его мучить… - От части, - отрезала англичанка, излучая холод. - Хорошо, я повторюсь! – усмехнулся бывший капитан, прикусив нижнюю губу. Он делал так всегда, когда старался сдержать смех. Почему-то Эрика частенько забавляла повелителя… – Я хочу, что бы ты отправилась в общество душ на разведку, а после в мир живых. – Закончил приказ кареглазый тяжелым баритоном. В начале, Эрика не поняла смысл сказанного и машинально кивнула в знак согласия, снова устремив свой взор сквозь присутствующих. - Отлично, тогда на этом мы можем закончить. Ария-чан задачу я объясню позже, – поднимаясь со своего стула-трона Айзен, бросил в сторону девушки последнюю фразу. По обе стороны поднялись его верные генералы: Гин и Канамэ. Ей тоже стоило подняться и быть готовой последовать за своим владыкой, но гейша не повела и бровью. Повернувшись спиной к десятке лучших арранкар, Айзен зашагал прочь. Он не ждал, просто углублялся в темень забирая вместе с собой двух мужчин. В пустынном зале зазвучали голоса обсуждения, все будто позабыли о девушке, пока та не протянула изящную кисть к стакану с водой. Лениво Эрика поднесла спасительную влагу к пересохшим губам, не обращая внимания, что за её действами следят десять пар глаз. Один из членов Эспады, хамовато обратился к шинигами: - Вам наверно будет приятно вернуться домой к паршивым шинигами, а еще и встреча с людишками. Жалко мне вас, Ария-сама! – Эрика поняла скрытый подтекст в этом предложении и не скрытый тоже, но даже не удостоила собеседника взглядом. Оторвав на мгновение стакан, девушка снова поднесла тот к раскрасневшимся губам. Жадно осушив, Сабанна с легким стуком поставила ношу, поведя плечами. Ей не о чем говаривать с марионетками. Пусть они сильнейшие арранкары «Эспада», но она выше. Они не смеют так говорить. Если этот рыжеволосый бугай, который часто не следит за своими словами, не заткнется, придется проучить его. - Дом… - задумчиво протянула бывшая гейша, поднимаясь со своего стула-трона, говорила больше себе, чем отвечая мужчине, - чушь. От арранкар исходили флюиды злости. Эрике не понравилось, что рыжеволосая обезьяна настойчиво стала приближаться. Следуя мыслям и желанию своей госпожи кровь забурлила, пробуждая дремлющую силу красавицы. Странно, что опасность, исходившую от гейши, никто и не замечал, лишь интуиция позволяла самым чувствительным инстинктивно отпрянуть назад. Но видимо у этой груды мышц, самосохранение отсутствовало. Не удивительно у него такая мелкая головешка для такой туши… В шелковистых прядях каштановых волос мелькнули желтые молнии (такое бывало, как только сила выходила наружу), лишь на мгновение они сверкнули и погасли, так что их можно было принять за игру света. В следующую секунду одарив мужчину вишневым взором, предупреждая об опасности. Но тот и не собирался останавливаться, а его рожа искривилась в злобной гримасе. - Чтоб тебя, подстилка… Эрика услышала достаточно и резко обрубила речь этого бугая. Полное лишение сил, онемение во всех конечностях настигло рыжеволосого арранкара. Мужчина замер, ноги тряслись, не в силах держать вес тела, но он держался, чтобы не пасть перед девушкой ниц. – Чертова… шинигами, - прорычал бугай, тяжело растягивая слова. - Ямми Лларго?! – уточнила его имя Эрика. Он был десятым арранкаром в Эспаде. Символизирующий ярость. Мускулистый гигант богатырского телосложения. Остатки маски пустого находились на подбородке и выглядели, как челюстная кость. Но был у него один козырь, во время освобождения своей силы, его номер менялся на ноль, что делало его сильнейшим. Может поэтому он так любил зарываться? – Похоже, пора напомнить тебе о подобающих манерах. – Эрика не собиралась его жалеть, и намерено усилила свое влияние на арранкара. Ямми упал на колени, издавая рык зверя. Причиной тому стала молниеносная распространяющаяся боль по всем нервным окончаниям, блокируя все движения и давящая на все тело и внутренние органы. Все присутствующее замерли в ожидании продолжения, но никто даже не пытался заступиться за своего товарища. Хотя какие они товарищи, скорее вечные соперники, готовые в любую минуту ударить тебе в спину, что бы заслужить одобрение Айзена Сосукэ. - Эй, - не сдержал своего пыла Гриммджо. От чего Эрика кинула на парня настороженный взгляд, оценивая ситуацию. По видимому он не спешил защищать «друга», но был явно недоволен подобной расстановкой. Смотри и всех решит подмять! Симпатичная внешность парня не могла сгладить его характера символизирующего разрушение. При превращении в арранкара первоначально получил номер «12». Зол, нагл и кровожаден. Выражение лица за секунду меняется от нейтрально-меланхоличного до сумасшедшие-жесткого. До превращения в арранкара был адьюкасом, похожим на пантеру с костяной шкурой. Теперь 6 номер среди Эспады. «Да, еще тот фрукт!» - Гриммджо, – коротко бросил другой член Эспады. – Не нарывайся, Ямми сам виноват. Сабанна даже не нужно было угадывать кто это. Такой же замкнутый и серьезный, с меланхоличной миной. Зеленая краска на лице напоминала слезы, отражая внутренние состояние брюнета, когда слезы уже закончились. - Ария-сама, прошу простить Ямми и Гриммджо, - миролюбиво извинился за младших по званию Улькиорра. Улькиорра Сифер четвертый в Эспаде - символизирует безразличие. Всегда спокоен, холоден, рассудителен, никогда не говорит ничего лишнего и не совершает необдуманных поступков. Идеально контролирует свои эмоции, и не склонен к их внешнему проявлению. Внимателен ко всему, чётко соразмеряет свои и чужие возможности, всегда знает, когда надо отступить, а когда нанести удар, умён и анализирует противника во время боя. Хладнокровен в сражениях, при необходимости убьёт любого без малейших колебаний, но просто разбрасываться силой никогда не станет. Любой, кто не представляет для Улькиорры интереса, является «мусором». Кого-то он напоминал, но Эрика не могла вспомнить кого. Может из-за этого странного чувства, они и ладили… - Эй, а меня-то за что? – недовольно рыкнула белая пантера Эспады. Возмущено нахмурив серебристо-голубые брови. Лицо парня так и сквозило раздражением. Четвертый безразлично взглянул своими ярко зелеными глазами на шестого. Эрика устало опустила взгляд, в то же мгновение десятый номер грохнулся всей тушей на пол. Видимо он еще старался сопротивляться, рассчитывая на грубую силу. Но даже через сто лет он не поймет насколько выглядел глупо. Ямми было снова дернулся, но запутался в собственных ногах. Англичанка даже не смогла улыбнуться. Угасло тут её улыбка, как постепенно умертвлялась и душа. Отвернувшись от всех членов Эспады, девушка медленной поступью пошла к выходу. Шелковая ткань кимоно зашуршала в складках. Сейчас англичанку можно было сравнить с нимфой, которая затерялась в стенах проклятого замка. Эрика направлялась в свои покои. Вылазка в мир живых и в общество душ – это говорит о доверии Айзэна и о последней проверке. За спиной были слышны громкие голоса споривших, но Сабанне было уже не интересно… Зайдя в белоснежную комнату, гейша закрыла расписную дверь. Воздух казался тяжелее, чем обычно. Кто-то упорно наблюдал. Благодаря этим слежкам у Эрики обострилась интуиция. И пусть она по воле способностей с рождения не ощущает реацу, зато приобрела во вражеском логове своеобразный опыт. Взглянула в зеркало, доходящее от пола до высокого потолка, девушка прикоснулась к своему лицу. Здесь она поменяла свой образ. Длинные каштановые локоны больше небыли скованны японской заколкой куносаси и свободно струились по спине. За пять лет они успели подрасти, а Эрика никогда не думала обрезать волосы, только кончики, чтобы не секлись. Слегка прикрывали соблазнительные бедра. Прямая челка закрывала лоб. Черная подводка аккуратно выделяла европейскую форму глаз, а гранатовые тени делали вишневые глаза ярче и выразительней. Алые губы на бледном лице, казались красного цвета. Три капли по убыванию были нарисованы под левым глазом, что напоминало застывшую кровь. В отражении уже давно была не та испуганная девочка, а роковая женщина! Пробежав взглядом по своей одежде, девушка провела по газовому шелку рукой. Как сияние звезды, которое не мозолило глаза. Странно, а думала, что будет ненавидеть белый цвет в таком избытке… Легкий ветерок и Эрика уже была в крепком кольце объятия. Он подошел со спины. Отражение в зеркале показало самодовольное выражение. - Ты красавица! – игриво выпалил Айзен Сосукэ. - А это вы, Айзен-сама. Я слушаю свое поручения. Вы же это пришли сообщить? - Ты кого-то еще ждала? – съязвил кареглазый, крепче сжимая в объятьях девушку. - Можно сказать и так – тишину и покоя! - Ты стала такой нелюдимой… Но сейчас мы одни. - Мне скучно, - перебила господина та. - Я вижу, поэтому я решил дать тебе задание. – Обхватив лебединую шею девушки своими длинными пальцами, Айзен внимательно следил за доверчивой реакцией. Вытянув шею, Ария прикрыла глаза, а из полуоткрытых губ вырвался приглушенный стон. – Ария, моя дорогая Ария-чан, - хриплый голос мужчины выдавал желание. Бывший капитан прильнул к шее гейши медленно и нежно, оставляя влажную дорожку. Как только цель была достигнута, он прикусил мочко ухо, в знак благодарности и некого наслаждения Эрика снова выдала стон. Дыхание участилось, как с её стороны, так и короля. Медленно приподняв руку, Сабанна по-хозяйски дотронулась до щеки любовника. Только сейчас она позволила себе приоткрыть глаза. Сердце бешено колотилось о ребра, многократно сжимаясь, то ли от ощущения опасной близости, то ли от необъяснимого влечения. В недрах карих глазах горело пламя такой силы, что даже через зеркало Эрика ощущала давление. Она не сможет выдержать эту игру «гляделки», и так же долго удерживать расстояние, между уже заведёнными телами. Как прискорбно! Разум осознавал и отвергал Айзена, а тело, убаюканное лаской, требовало продолжение. Сколько сил нужно было, что бы глушить грешную страсть? Знала только англичанка… - Ты же не прогонишь меня? – промурлыкал Айзен как дикий кот, который ходит сам по себе. - Мне надо собираться… по твоему приказу, - шумно выдыхая воздух, дрожа как лист на ветру Эрика боялась, что без поддержки любовника просто упадёт. Ноги стали ватными и не желали слушаться. Который раз он пугает её и в то же время манит как магнит. - Ты все еще боишься оставаться со мной наедине? – самодовольно вынес мужчина, дразня слух гейши легким шепотом. Айзен без стеснения положил свою свободную руку на налитые груди девушки. Благо, что природную наготу скрывала одежда, и отдаляла их тела друг от друга. Но все равно было неловко. Стыдливый румянец залил щеки красавицы… - Так ты мне нравишься еще больше. С шумом выдохнув, Эрика медленно подалась вперед, развернувшись к своему повелителю. К лицу вернулось скучающие выражение, но дрожащие губы выдавали её напряжение. - Айзен-сама… - Ария, сколько раз я говорил называть меня по имени, когда мы одни?! – властно напомнил бывший капитан третьего отряда. - Айзен, - исправилась Эрика, - сейчас ни время подаваться желанию… и я боюсь не тебя, а то на что ты меня толкаешь. Лишь одна близость сводит с ума, не искушай меня... – В недрах карих глаз заплясали бесенята, они словно кружили вокруг костра, празднуя триумфальную победу над слабой женщиной. Мужчинам приятно это слышать. Проведя тонким пальчиком по мускулистой груди, Эрика продолжала: - Я хочу тебя так же сильно, как и ты меня, но мне доверили задание. Пойми подвести тебя все равно, что предать. Я не могу этого сделать, понимаешь, любимый?! Для Эрики прошла вечность, перед тем как Айзен ласково улыбнулся. Приближаясь к губам девушки, он прошептал: - Да, моя королева. Едва уловимое касание, заставило губы пылать. К лицу прилила кровь, сражаясь с чувством стыда и желания, Сабанна хотела продолжить поцелуй, уже готовая к ласке. Но Мужчина будто дразня быстро отодвинулся, отходя на пару шагов назад, тем самым увеличивая дистанцию. «Спасена!» - предательски зазвучал голос разума в голове, от чего увеличило чувство призрение к самой себе, за то, что где-то внутри она желала продолжения. - Эм, - в недоумении протянула англичанка, удивленно глядя в смеющиеся глаза любовника. - Ты права, Ария-чан, сейчас главное миссия… – За следующие тридцать минут бывший капитан рассказал, что требовалось от нее в обществе душ. Эрика должна была стать шпионом, которого не обнаружат и узнать как много больше новостей. Если подробнее контролировать все шаги нынешних врагов. В мире живых – влиться в жизнь смертного. Не имея догадок для чего это нужно. Эрика лишь коротко кивнула. - Я буду ждать твоего возвращения, – напомнил гейше перед уходом любовник, спокойно выйдя из покоев. Что ж этот раунд она выиграла. Но насколько времени ей еще хватит сил отдалять неизбежную близость с Айзеном?! А самое главное бороться с необъяснимой тягой к этому красивому предателю? Воспоминания об Обществе душ стали такими далекими и туманными, словно на никогда и не жила там. Лица друзей были размыты и забывались… Что же с ней происходит? А тот человек, которому было отдано сердце, кто же он? Только сейчас Эрика осознала, что забыла так много из того, что поклялась помнить. Это место меняет её и слишком стремительно! Испугавшись до глубины души Сабанна хотела выпустить жуткий крик, который засел в горле, но открыв пересохшие губы - ничего не последовало. Внутри все протестовало и кричало, а наружи была только агония на прекрасном лице. Кто же ты? Кого еще слабо помнит сердце? Как тебя зовут? Она должна немедленно отправиться в Общество душ или окончательно потеряет себя!