Ичиро, Харухи и Зеро тройняшки семьи Кирию.

Я ушла от Зеро поздно вечером. Было темно. Я шла к общежитию, сжимая в руках «Кровавую розу». Слова брата все еще крутились в моей голове. Забыть их невозможно. Я тяжело вздохнула. - Харухи! – послышался голос Ичиро. Я подняла голову и спрятала оружие за спину. - Ты где была? – строго спросил он, подойдя ко мне. - Не беспокойся, Ичиро, - улыбнулась я. - Ты ходила к Зеро? - Нет. Я даже не знаю где он, - говорила я, пытаясь спрятать «Кровавую розу» под сарафаном. Ичиро взял меня за подбородок и повернул мою голову. «Только не это, - взмолилась я, жмуря глаза, - только бы ты не заметил след от клыков Зеро». - Ты обманула меня, Харухи, - произнес он печальным голосом и сжал руки в кулаки. Но вместо того чтобы ударить, он прижал меня к себе. – Я очень волнуюсь за тебя, сестричка. Я не хочу потерять тебя. Он обнимал меня так же сильно, как Зеро. Я выронила «Кровавую розу» и положила руки на спину брата. Из моих глаз вновь потекли слезы. - Хару, - произнес Ичиро, смотря мне в глаза. - Я такая плакса, - пробормотала я, вытирая слезы. Ичиро поцеловал меня в лоб и сказал: - Бери «Кровавую розу» и иди в свою комнату, отдыхай. Брат развернулся и пошел в общежитие. Я подняла оружие и пошла за ним. Мы разошлись на лестнице. Я, по привычке, отправилась в комнату к Зеро. Зайдя в пустое помещение, я подошла к тумбочке и убрала туда «Кровавую розу». После я легла в кровать. Как же сильно колотилось мое сердце. Мне казалось, что я вот-вот потеряю обоих братьев. Смогу ли я это пережить? Не знаю. Я лишь лежала, а по щекам из закрытых глаз катились кристаллики слез. - Хару-тян, - моего носа коснулась маленькая, влажная лапка. Я открыла глаза и увидела перед собой лисенка Ёджи. Он коснулся своим холодным носом моего лба и произнес: - Не плач, Хару-тян. Все изменится к лучшему. Вот увидишь. Я смахнула слезинку с глаз и шмыгнула носом. Лисенок лег рядом. *** Как хорошо, когда на дворе каникулы. Есть возможность выспаться, да и не слышны крики девчонок. Я стала и оделась во вчерашний сарафан. Сегодня было прохладно, и я накинула на плечи кофточку. Собрав волосы в хвосты, я вышла из комнаты - Куда собралась? – послышался позади меня голос Ёджи. Я повернулась к мальчику и сказала: - Никуда. Просто гуляю. - Опять пойдешь к Зеро? – Ёджи смотрел на меня, хмурясь. Он медленно подошел ко мне и, взяв мою руку, сказал, - Не ходи к нему. - Но почему? Мальчик уперся головой мне в живот и еле слышно пробормотал: - Просто не ходи. Зеро приносит тебе боль. Еще и Айдо к тебе приклеился… Да и Канаме крутится рядом… - Ну, с Канаме ты махнул. Он же чистокровный вампир, а я охотница на вампиров Кирию. Он мне не ровня, да и не нравится. Что не говори, а в глубине души, я все так же ненавижу чистокровных. Я тяжело вздохнула и провела рукой по его лисьему уху. Он поднял на меня свои лиловые глаза. Я улыбнулась и сказала: - Пойдем, прогуляемся. Я пошла в сторону лестницы. Ёджи медленно побрел за мной. Но тут на нашем пути показались Кросс и Ягари. Они о чем-то говорили. Тут ректор заметил меня и сказал, все так же улыбаясь: - Доброе утро, Хару-тян. - Доброе, Кросс-сан. - Как ты? - Все нормально, правда. Не стоит беспокоиться. - Ну, смотри, - ректор потрепал мои волосы, и они пошли дальше. Я посмотрела им в след и побежала по лестнице. - Харухи! – послышался снизу голос Ичиро, - Не бегай по лестнице! Упадешь. - Да все нормально! – только сказала я, как подвернула ногу и полетела вниз. Если бы меня не подхватил Ичиро, я бы точно себе что-нибудь разбила или сломала. - Я же говорил,- пробормотал брат и, взяв меня на руки, посадил на диван. Сняв с моей ноги гольф, Ичиро ощупал немного опухшую щиколотку и сказал: - Вывих не сильный. К вечеру пройдет, но хромать будешь долго. - Какая же я неуклюжая, - проговорила я, опустив голову. - Есть такое, - проговорил брат, посмотрев мне в глаза. Вдруг я заметила на его шее бинт. Коснувшись его, я спросила: - Что это, Ичи-кун? - Ничего, - брат резко поднялся и спросил, - Будешь завтракать? - Конечно, - проговорила я. Брат поднял меня на руки и отнес на кухню. Он усадил меня за стол, а сам принялся готовить завтрак. Я сидела и смотрела на задумчивое лицо брата. Заканчивая, наконец, готовить подал мне тарелку, а сам сел напротив но я все так же продолжала рассматривать повязку на его шее. Брат, заметив мой пристальный взгляд, спросил: - Что такое, Хару? - Почему же у тебя бинт на шее? – спросила я. - Оцарапался, - резко ответил брат и отвернулся. - Когда? Где? - Это что, допрос? Я опустила голову и еле слышно проговорила: - Я просто волнуюсь за тебя. - Не стоит, Хару, - поставив чашку, брат ушел. Вздохнув, я обхватила чашку двумя руками и посмотрела на свое отражение на глади зеленого чая. Такое странное, тревожное чувство на душе. Сердце сильно колит. Тяжко. Я словно не на своем месте. Я встала и, немного прихрамывая, пошла на улицу. Я села на край фонтана. Не прошло и десяти минут, как ко мне подошел Канаме. - Кирию-чан, - сказал он, заметив меня, - почему такая грустная? Да еще и в одиночестве? Вампир сел рядом со мной. Я нахмурилась и отвернулась. - Зеро вчера пил твою кровь? Я молчала. Вспоминая вчерашний вечер, я вспоминала слова брата. Его просьбу. Кровь застывала в венах, когда в голове так четко слышались его слова. Я медленно повернула голову в сторону вампира. Он смотрел в бесконечную даль неба и вдруг произнес: - Лето скоро закончится. И ведь правда, осталось около двух недель и лету придет конец. Я посмотрела на деревья. Листва еще зеленая, хотя, кое-где, уже начала желтеть. Долго мы так просидели с Канаме. Молча. Никто из нас более не проронил ни слова. Так незаметно и приблизился вечер. Наконец, Куран ушел, да и я вскоре отправилась в общежитие. Взяв учебник японской литературы, я села в зале и стала его читать. Вдруг ко мне вбежал Ёджи. По нему было видно, что он чем-то обеспокоен. - Что случилось, Ёджи? - Беда, Хару-тян, Ичиро нигде нет! - Ну, он взрослый, не потеряется. - Ты меня не так поняла! Он может пойти к Зеро, чтобы… - Чтобы убить его… - перебила я мальчика и, вскочив, как ошпаренная, помчалась в комнату, не обращая внимания на ноющую боль в ноге. Открыв ящик тумбочки, я не обнаружила там «Кровавой розы». Я поняла, ее взял Ичиро. Я со всех ног помчалась к Зеро. Но на полпути я наткнулась на ректора Кросса. - Куда так спешишь? – спросил он. - Некогда объяснять, Ичиро… Зеро… Каен все понял, и мы вместе помчались в подвал к брату. И тут меня встретила не очень приятная, пугающая картина. На полу сидел Зеро, напротив стоял Ичиро, а неподалеку от них была Куренай. Она скрестила руки на груди и ехидно улыбалась. - Ичиро! Зеро! – выкрикнула я, и вдруг увидела, как Ичиро направляет на Зеро «Кровавую розу». Тот молчал и сидел, опустив голову. На лице Ичиро же сияло безразличие. Раздался оглушительный выстрел. Земля вздрогнула. Время застыло. Я остановилась, а из моих глаз потекли ручьи слез. На стене замерло бордовое пятно крови. Тишина накрыла все вокруг, но ее мгновенно разорвал смех Куренай. Мои ноги онемели, и я упала на колени. Из рук Ичиро выпала «Кровавая роза». - Вот видишь, Ичиро, - проговорила Куренай, проходя мимо брата, - тут ничего сложно. Она пнула «Кровавую розу» мне и, присев передо мной, произнесла: - Больно? А как ты думаешь, Харухи, ты потеряла одного брата или двух? Она говорила это с иронией, смеясь. Поправив волосы, она ушла. Я подняла глаза на Ичиро, прячущего взгляд. Такое неприятное чувство. Чувствуется привкус боли и предательства, предательства любимого человека, родного брата. Молча, он отвернулся и ушел. - Зеро! – выкрикнула я и уже хотела подойти к истекающему кровью брату, но меня схватил за руку Кросс и сказал: - Не надо, Харухи. Я посмотрела на Кросса. Но почему мне так больно и так неприятно смотреть на него? Мне не хочется видеть ни его, ни Ичиро, ни учителя Ягари, ни Юки. Никого. Не хочу! Оттолкнув его, я убежала. Черная пелена ночи окутала все вокруг, но я ничего не замечала. Я просто бежала, бежала, а куда, не знала. Мне просто хотелось сбежать, просто сбежать от всей этой жестокой реальности, хотя я еще сама не до конца осознавала, что моего брата больше нет. А может быть Мария права? Я потеряла не одного брата, а двух? Да, я потеряла обоих. И Зеро, и Ичиро. И что же теперь? Вдруг я обо что-то ударилась. Подняв голову, я увидела Канаме. Ничего не говоря, я просто обняла его и продолжила реветь, уткнувшись в его черную рубашку.