The Big Problem

The Big Problem Затыкая уши от очередных воплей, Мердок раздраженно занавесил шторы иллюминатора. Он резко поднялся, слезая с кровати и на ходу подхватывая свои ботинки. 2D так и остался рыдать на постели, закрывая мокрое и покрасневшее от слез лицо руками, все еще надрывно всхлипывая. Никкалса все достало. - М-мердок, - еле проговорил зареванный Стю-Пот, рукой хватая воздух в направлении, в котором уходил сатанист. - Катись ты к черту, гребанный коматозник, сколько чертовых раз ты обламывал мне весь кайф! Нахуй ты мне тут нужен, раз я каждый раз остаюсь наедине со своей рукой? – Никкалс поднял с пола белье вместе с джинсами и, напоследок оскалившись на вокалиста, закрыл за собой тяжелую дверь. 2D отвернулся к стене, снова всхлипывая и с головой кутаясь в одеяло. *** На следующее утро, когда Мердок уже шарился в кухне в поисках чего-то спиртного, Стюарт постарался как можно тише пробраться за стаканом воды. Однако, учитывая сатаниста с похмелья, ему это не удалось. - Иди-ка сюда, - позвал он, тут же делая глоток из первой попавшийся бутылки. 2D, шаг за шагом, приблизился к Никкалсу и зажмурился в ожидании удара. Предусмотрительно с его стороны. - Это тебе за вчерашнее, - басист замахнулся и привычным движением ударил Тасспота в скулу, от чего тот отшатнулся и схватился за больное место. Конечно, этого следовало ожидать, если вчера 2D визжал не от вида огромного члена Мердока, а от вида огромного кита. Судя по всему, размеры второго впечатлили его куда больше, и нихрена басисту не перепало, кроме неудовлетворенных потребностей. И, вообще-то, Тасспот легко отделался, но, в силу головной боли, Никкалс пока не мог как следует его отпинать. Достав из кармана припрятанные пилюли, 2D, наконец, налил в стакан воды и начал пить таблетки, одну за одной. Мердок пил спиртное. Глоток за глотком. - Эй, - позвал он, вытирая губы рукой, - у меня есть мысли насчет новой песни. - У меня тоже. Я записал совсем немного, мелодию из головы… - вокалист опустил взгляд в пустой стакан. Никкалс же издал довольный смешок: - Отлично, дорогуша! Все-таки, не зря я притащил тебя в эту дыру. Раздался смачный шлепок по заднице и хриплый смех сатаниста. *** Поскольку Стюарт практически игнорировал огромную студию в их особняке, спускаться пришлось именно к нему в комнату. Мердока это изрядно злило, потому что он, мать его, король мира, отгрохал эту сраную студию только для них двоих (еще и с чертовой кучей синтезаторов в ней), но 2D предпочитал ей свою темную нору, в которой и развернуться-то негде. Ну, хотя бы музыку пишет, и на том спасибо. Тасспот как раз закончил наигрывать то, что придумал накануне, и Мердок громко протянул: - Детка, продолжай. Сейчас, этого мало. - Но это все… - Я же сказал: сейчас. Где все твои чертовы мозги? Сочиняй на ходу, у тебя раньше отлично выходило, если я просил. - Значит, тебе нравится? - Я должен поработать над этим. Но если я сказал продолжать – продолжай, сечешь, дорогуша? И вот, - сатанист достал из кармана смятую бумажку и протянул 2D, - хочу послушать твой голосок. Эта фраза обычно означала, что Тасспот тут же должен был начать подбирать сотни вариантов мотива, на который можно было бы положить эти слова. В таких случаях, как этот, складывается ощущение, что Мердок только и делает, что пьет, однако, когда он действительно все позволял сочинять Стюарту, это означало, что ему правда нравилось. Только 2D начал играть и подпевать себе самому, как за стенами послышался шум. Ну конечно - когда, как не сейчас. Тасспот остановился. - Мердок? Что это? - В душе не ебу. Какого черта ты остановился? Шум усилился, как будто бы став ближе, и вокалист сильнее сжал в руках бумажку с текстом. - Но Мердок… - Да что ты все «Мердок», да «Мердок»! Я, блять, знаю, как меня зовут! – вряд ли это бы помогло отвлечь от следующего удара о стену, но попытаться стоило. 2D тут же обернулся на шум, но, слава Господу, шторы были закрыты, хотя это тоже не спасало. Истерика только усиливалась, подбираясь, как огромная волна цунами. Сейчас сметет все к чертям. - Мердок, это опять он, - по щекам Тасспота скатывались слезы, и было понятно, что он вот-вот завопит, если услышит очередной удар. Что и произошло в следующую же секунду. Вокалист схватился за голову и сполз с кровати, пряча лицо в коленях. Он тяжело дышал и сквозь слезы все повторял что-то похожее на «он пришел за мной». Да, ситуация та еще. Мердок в очередной раз послал все к хуям и хотел было уйти, но, все-таки, в его гениальной голове созрела мысль о том, что пора это как-то прекращать. Иначе он лишится уже не только секса, но и следующего альбома. - Ну-ка вставай, придурок, - Никкалс грубо схватил 2D за плечо и резко поднял на ноги, сразу же потащив за собой, - сделаю тебе подарок на День Рождения. *** Субмарина у пирса мирно покачивалась на прибрежных волнах, когда Мердок буквально на себе тащил орущего Стю-Пота. Пришлось потрудиться, чтобы выпихнуть его хотя бы на улицу, но тот крепко вцепился в железные перила, продолжая вопить. Побив вокалиста по рукам, Никкалс водрузил его себе на плечо, как мешок с картошкой, хотя тот бы не пинал его руками и ногами. И не визжал бы. Делать нечего, сатанист со спокойным видом (у него дергался разве что левый глаз) спустился к субмарине. Ключи всегда при нем. Вообще-то, 2D думал, что Мердок наконец решил скормить его киту, поэтому так орал. Когда он устал делать и это, весь в слезах и соплях, он не придумал ничего лучше, как сказать «Мердок, я хорошо делаю минет!» Тот даже на секунду остановился, вскинув бровь, затем ответил: - Да. Я знаю, - и запихнул его в заведомо открытый люк. *** Внутри была куча барахла, которое когда-то считалось утерянным, но сейчас, увы, было не до него. Никкалс уселся за руль, и тут же сам опроверг фразу «блять, как ей пользоваться?» Как оказалось, это он прекрасно помнил, и субмарина погрузилась под воду. 2D забился куда подальше, в самый хвост. Он все еще не знал, что именно хочет сделать Мердок. Спустя всего где-то 5 минут он самодовольно воскликнул: - Вот ты где, красавчик! Из тебя выйдет куча отменного барбекю! После машина резко развернулась вправо, отчего Тасспот, вместе со всем мусором, укатился к ее правому борту. Зато, вроде бы, начал понимать, что происходит. - Эй, придурок! Иди сюда, твоя голубая башка должна его привлечь! – после этого субмарину сильно тряхнуло, а через переднее стекло стало видно удаляющуюся пару торпед. Прямо по курсу маячил и огромный кит. 2D тут же закричал снова и закрыл глаза руками. Кит был не настолько неповоротливым, насколько думал Мердок, так что попала в него всего одна торпеда, куда-то под огромный плавник, которым с легкостью можно было превратить в лепешку всю эту субмарину. Никкалс выругался, а сквозь толщу воды послышался протяжный рев, похожий на скрежет огромного механизма. Этим механизмом был кит, которому, очевидно, не понравилась торпеда. По неведомым причинам, 2D выбрался из хвостового отсека, чтобы понаблюдать за тем, как его мучитель страдает сам. Что за садистские наклонности?.. - Живучая же тварь! Но у меня для тебя достаточно зарядов, дорогуша! – Мердок то и дело выпускал торпеды, пара за парой. Тасспоту правда было непонятно, откуда их столько взялось в маленькой субмарине. И откуда они в субмарине вообще… Он наблюдал, как все они разбиваются о толстую кожу кита, оставляя на ней шрамы, и когда судно снова развернулось на 180 градусов, прямо перед стеклом мелькнул большой рыбий глаз. До тех пор, пока он был в поле зрения, 2D казалось, что он смотрит в свои собственные глаза. Измученные, разбитые, покрытые мутной пеленой почерневшие круги, в которых не отражалось абсолютно ничего, кроме вездесущего пластика. Блеск уже давно не живой, и на что бы этот взгляд не был устремлен, он вечно смотрит в пустоту перед собой. И, насколько это вообще было возможно, 2D увидел в рыбьих глазах слезы. - Мердок, остановись… До того не сразу дошли слова вокалиста, однако, выпустив еще пару торпед, Никкалс в очередной раз вскинул брови: - Мать твою, ты что, окончательно мозги свои просрал где-то? Это то существо, которое жить спокойно не дает ни тебе, ни, тем более, мне, и ты говоришь «остановись»??? - Мердок, пожалуйста… Ты не видишь? - Что я, блять, видеть должен? Я вижу цель: огромный жирный кит. И я, блять, намерен его убить прямо сейчас! – сатанист дал полный вперед, намереваясь исполнить то, о чем он сказал. - Но он всего лишь рыба! - Кит – это гребанное млекопитающее, тупое ты бревно! В следующий момент почувствовался удар, и субмарину снова тряхнуло. На этот раз гораздо сильнее, так что 2D, который ни за что не держался, отлетел в хвост и после удара головой – отключился. *** Ощутив жуткую боль в голове и во всем теле в целом, Тасспот очнулся, обнаружив себя (не сразу) в своей же комнате. Шторы были закрыты, а вот дверь к лифту – нет. Видимо, Мердок посчитал, что достаточно постарался, вытаскивая тушу 2D из помятой субмарины и доставляя до комнаты. Удивительно, что он вообще не оставил его в той самой куче барахла. Первый вопрос в голове Стюарта был даже не о том, где он оставил свои таблетки, а о том, что произошло с китом. Потрясающая самоотверженность! Кое-как поднявшись с кровати, Тасспот схватился за все на своем пути, смахнув со стола пару стаканов и сбив стул. Все-таки, где-то глубоко в его сознании еще мелькала мысль о том, что таблетки – лучшее начало, чем поход к Мердоку, но эта мысль, видимо, была слишком глубоко. Лифт так и не доехал до верхнего этажа, остановившись у студии. Двери раскрылись, а за ними как раз был сатанист, при том еще даже не в стельку пьяный. - Какие люди! Нихуево ты головой приложился, дорогуша. Как ты вообще смог сам на лифте до меня доехать? – Никкалс ухмыльнулся и вытянул 2D из кабины, пока двери не закрылись. - Мердок, - Стю-Пот поморщился и потер лицо рукой, - где кит? - Кит в море, дубина. - Ты его не убил? - Не вышло. Субмарину вспороло о подводный риф, как треску. Да и кит уплыл сам. И, думаю, что он уже не вернется после такой трепки. Мердок уселся в кресло, доставая из кармана джинсов помятые Lucky Strike. - Иди сюда, детка? Я избавил тебя от твоей проблемы, теперь помоги разобраться с моей. 2D не знал точно, рад ли он подобной новости. Там, в субмарине, прямо рядом с китом, он не чувствовал страха перед ним. Даже наоборот. Сейчас, правда, это вообще кажется ему сном. Таким, которые помнят только частями. И из всего этого сна он помнил, пожалуй, только глаза рыбины. Точнее, млекопитающего. Мердок чикнул зажигалкой, затягиваясь, и снова позвал: - Детка? – он демонстративно похлопал свободной рукой по колену. Тасспот взглянул на большое окно в гостиной, будто что-то за ним ища. Будто бы сию секунду там мог появиться кит. Но этого не происходило. 2D опустился на колени сатаниста, уводя взгляд. - Эй, - тот повернул его голову за подбородок к себе, чуть царапая ногтем, - что-то не так, а? – Мердок посмотрел на Тасспота исподлобья и выпустил дым от сигареты в его лицо. 2D закашлялся и только положил голову на плечо басиста, носом упираясь куда-то в шею. Никкалс довольно ухмыльнулся, погладив вокалиста по бедру. У 2D ужасно болела голова. *** Ночью Мердок, конечно же, решил оторваться по полной. Нет, ну а как же еще? Он спас чертову принцессу от огромного злого кита. Ему полагается охуенный секс. После двух заходов Никкалс во всю сопел, раскинув по кровати конечности, а Тасспот, после тщетных попыток уснуть, решил, все-таки, найти свои таблетки. С момента, как уснул Мердок, прошло часа 2 с половиной, и все это время 2D думал. О разном. Голова болела, но ему не хотелось вставать самому, а уж тем более будить этим Никкалса. Стюарт пытался и додумывать песню, оставленную вчера, выдумывал и новые, а потом мысли добирались и до кита. Никак это существо не выходило из головы, и, наверное, вокалист хотел бы увидеть его еще раз. Он ведь на протяжении столь долгого времени приплывал к его комнате, а Стю-Пот только сейчас начал задумываться, зачем именно он это делал. Ведь, может, кит совсем не хотел его жестоко убивать или что-то подобное. От всего этого мигрень только усилилась, поэтому 2D был вынужден пойти за таблетками. Только он шевельнулся, чтобы опустить одну ногу на пол, как кровать предательски заскрипела, а вместе с ней и сам Мердок. Он повернулся лицом к затылку Тасспота и, с полуулыбкой на губах, запустил длинные пальцы в синюю копну смятых волос. Надавив, он наклонил его голову вперед, затем приблизился еще и провел по выступающему позвонку языком, поднимаясь выше. 2D чуть вздрогнул, после застыв на месте. - Дорогуша, - хриплый голос оказался совсем близко, - почему ты не спишь? – сатанист шумно втянул в себя запах волос, - ммм… мятный шампунь и безумный секс. Никкалс спустился чуть ниже, проводя языком от уха до самой ключицы, но остановился у бледного укуса на шее, оставленного им самим. Да, на обложке второго альбома он был гораздо краше. Издав пару утробных звуков, Мердок вонзил острые зубы точно в те же места, в которые вонзал много раз до этого. Точно такой же привычный жест, как и удар в скулу. Две эти алые отметки всегда будут красоваться на бледной коже. Не считая, конечно же, черных глаз и выбитых передних зубов. Если бы в мире проводился конкурс «Лучший собственник», Мердок взял бы 10 первых мест. Наконец, 2D подал голос, чуть прошипев от боли: - Мигрень… Басист слизнул с губ кровь и приподнялся на локте: - Позволь мне помочь тебе от нее избавиться. Вообще-то, Никкалс никогда не целовал. Он делал это разве что в порыве дикого возбуждения, когда вместе с поцелуем он оставлял на губах 2D с дюжину укусов. Всем весом навалившись на него, Мердок хищно улыбнулся, произнося: - Hello, sunshine, - проводя языком по губам вокалиста, он проскользнул в его рот, по еще одной привычке касаясь десны на месте выбитых зубов. Тасспот прикрыл глаза, думая, что, может, секс среди ночи действительно ему поможет (а Мердоку давно пора становиться врачом), но с закрытыми глазами боль пульсировала еще больше, отдаваясь по всей голове, и от этого подступала и тошнота. Он поморщился и недовольно промычал, отчего Никкалс поднялся над ним и вздохнул: - Чтоб тебя, дерьма кусок. Пиздуй за своими таблетками. Он перевернулся на спину, освобождая 2D, и тот сел на кровати, собираясь вставать, как вдруг спросил: - Мердок, я хорошо целуюсь? - Во имя сатаны, катись отсюда на хуй, пока я тебе не врезал! – для верности сатанист пнул Стю-Пота ногой в поясницу, и тот слетел с кровати, а затем все-таки встал и ушел. Потому что Никкалс уж слишком раздобревший, после двух-то раз. У него самого, кстати, крутился в голове вопрос 2D. Какого хрена? Почему он вообще об этом спросил? Никак, сперма в голову ударила. Только не похоже, что она Мердока. Но, если уж отвечать, то скорее да. Но все равно гораздо хуже, чем это делает он сам. Ухмыльнувшись, басист отвернулся спиной к двери. Перед этим откинув на свободной стороне одеяло. *** Тасспот не стал возвращаться к Мердоку, заботясь о своем здоровье, и проснулся на удивление рано. Голова не болела из-за принятых ночью таблеток, но 2D все равно машинально закинул в себя разноцветные пилюли, запивая все разом. Вообще, говорят, что это не безопасно, но ему, кажется, уже ничего не грозило. Стюарт собирался вставать с постели, но за стенами послышались знакомые звуки. Притворяться, что он не понимает, откуда они исходят, было не перед кем, так что вокалист как ошпаренный вскочил с кровати. Натянув на ноги кеды, что первыми попались на пути, он вылетел за дверь и начал нервно нажимать на кнопку вызова лифта. Мердок бы побил его по рукам и наорал, потому что от этого лифт не приедет быстрее. Наконец, выбравшись из особняка, 2D чуть ли не скатился по лестнице, буквально упав с нее на колени. Он забежал на пирс рядом с покореженной субмариной и по пояс свесился с него вниз, вглядываясь в воду. Вокруг острова не было отмели, а сразу же огромная глубина, так что Стюарт только молился, чтобы каким-то образом кит его увидел и всплыл на поверхность. И это произошло так неожиданно, что 2D отскочил чуть ли не к самой лестнице. Волна от кита омыла половину острова, и вокалиста в том числе, так что, мокрый до нитки, он только сидел на пирсе, смотря вверх на фонтан, который пускает кит. Пожалуй, самое зрелищное представление, что он видел. Рыба упиралась носом прямо в пирс. Стю-Пот снова подполз чуть ближе, все еще борясь с небольшим страхом, и даже не знал, стоит ли что-то говорить. Он ведь не знал китовьего языка. Подобравшись еще ближе, он снова свесился с пирса и сглотнул, затем проговорив: - Привет… В ответ морской гость издал странный и громкий звук, но звучал он довольно приветливо, так что Тасспот улыбнулся. Кит взмахнул огромным хвостом, и половину острова снова залило водой. 2D не знал, что еще можно сказать, учитывая и то, что последние месяцы он не говорит ни с кем, кроме Мердока. Он, кстати, уже мог проснуться от такого шума. Кит чуть качнулся на воде, приподнявшись и став ближе к Стюарту, но тот наоборот отодвинулся, все еще пугаясь огромной рыбины. Он заметил, что на его плавниках и спине остались шрамы от торпед, и 2D протянул руку к носу кита, касаясь его и говоря: - Прости… Ты знаешь, мы думали, что ты хотел меня съесть. А Мердок, он вообще вспыльчивый, так что лучше лишний раз ему не попадаться… - вокалист все тараторил, а кит снова сказал ему что-то на своем языке, как будто уверяя Тасспота, что все в порядке. Стюарт погладил его по мокрому носу, снова улыбаясь, как вдруг сзади послышался скрежет железной двери. 2D засуетился: - Это Мердок! Лучше, чтобы он тебя не видел!.. Кит тут же ушел под воду, от чего поднялись волны, а 2D, насколько это возможно, постарался выглядеть непринужденно. Как Никкалс матерится, было слышно через весь остров. На скользком от воды пластике он чуть было не упал и стал материться еще больше, на испанском. - Какого хуя здесь произошло, чертов ты коматозник безмозглый! - Н-ничего, Мердок… - Ты, блять, весь мокрый, как твоя задница при встрече со мной! – сатанист взял Стю-Пота за ворот футболки, притягивая ближе к себе и скалясь. - Я… Я упал. В воду. - Тупая твоя башка, а какого хуя весь остров мокрый? - Дождь был… Никкалс отпустил Тасспота, тут же ударив по лицу, и он снова упал на пирс. - Придурок. Хоть бы врать научился. Конечно, Мердок уже давным-давно увидел, что здесь произошло. Но надо же было посмотреть, как Тасспот станет выкручиваться. Басист ни разу не был рад новому другу 2D, так что злой, как сам сатана, ушел к себе в секретную комнату. Обычно это не предвещало ничего хорошего. Вокалист только тяжело вздохнул, оглянувшись на океан. Все было спокойно, и он подумал, что кит уплыл. У него ведь, наверное, тоже есть свой дом. *** Спустя несколько часов Мердок так и не вышел из своей комнаты, а 2D за это время успел кое-что насочинять. Он играл на мелодике, причем на этот раз даже в студии, чтобы, может, хоть как-то смягчить дальнейшие побои сатаниста. Когда Тасспот уже начал было засыпать, позади послышался звук открывающихся дверей лифта. Вокалист мгновенно напрягся. Не оборачиваясь, он старался создать видимость какой-либо деятельности. - Вот ты где, дорогуша! – звучал Мердок довольно приветливо, даже как-то излишне воодушевленно. Но порадоваться этому Тасспот не успел: затылка коснулся холодный металл дула винтовки. 2D сглотнул. - Нудл, что ты! Его пока можно оставить, - сатанист похлопал Стюарта по плечу, - Дорогуша, не дрожи. Это всего лишь наша отремонтированная подружка. Тот обернулся и поднял глаза: из-под фиолетовой челки на него смотрела пара стеклянных глаз. Этот искусственный взгляд так и говорил: «я прикончу тебя, дай только повод». Точнее, Никкалс все равно должен был отдать приказ. А он этого не сделает. Потому что 2D хорошо делает минет. - Нудл, ты можешь идти, - Мердок присел рядом с вокалистом. Киборг отдал честь отточенным механическим движением, развернулся и направился в сторону лифта. Басист протянул руку к Тасспоту, длинным ногтем проводя по его щеке: - Ну так, - он взял рукой его подбородок и поднял голову к себе, - чем мы здесь занимаемся? - Я записал кое-что. - Прекрасно. Не покажешь мне? Весь оставшийся вечер они работали над альбомом. Неплохо, кстати, получалось, даже очень, однако, что 2D, что Мердок – оба чувствовали, что на самом деле существует еще одна проблема. И если первый хотел ее решить, то второй – устранить. Уничтожить. И еще у Никкалса больше шансов на победу. *** 2D по ночам не спал. Каждый раз оправдываясь головной болью, он уходил к себе и пялился в иллюминатор, в ожидании своего гостя. Мердок, конечно, знал. Но пока позволял Тасспоту считать себя доминирующим в этой ситуации, хотя коматозник и испытывал его терпение. Спустя неделю они все еще занимались записью, и, слава Богу или Сатане, на нее никак не влияли напряженные отношения. В очередной раз, когда 2D вышел на берег, Мердок и сам не спал. Виноват в этом, между прочим, именно Тасспот. - Понимаешь, - говорил он, по-турецки сидя на пирсе перед китом, - это.. это сложно. Я не могу просто так уйти. Я, наверное, и не ушел бы… Что я буду делать? С ним я пишу музыку, и вообще, это он сделал меня таким, какой я сейчас есть, и он покупает мне таблетки, и ириски тоже, что бы я делал без него?? Может, в каком-то смысле, я даже…- тут вокалист вздохнул, остановившись и помотав головой, - нет, постой. Я постоянно говорю о себе, давай лучше о тебе поговорим. Слушай, у тебя есть друзья? Ты всегда один… В ответ кит издал жалобный стон, и вдруг 2D даже подскочил на месте: - Подожди, я ведь даже не знаю, мальчик ты или девочка!.. – он схватился за голову и стыдливо вжал ее в плечи, - я всегда думал, что ты мальчик… - кит выпустил фонтан, который окатил Тасспота с ног до головы. Это дало ему понять, что он не прав. - Так ты девчонка?? Кит снова что-то сказал на своем языке, но звучало это как: «да что ты говоришь!» 2D покраснел. Да, пожалуй, это было неловко. - Прости меня. Мердок называет меня придурком, наверное, так оно и есть. Только я все равно не знаю твоего имени… И даже не могу его узнать. Тасспот поднял голову и осмотрел небо над островом. Звезд было много, а прямо перед ним – луна, проложила дорожку до самого пирса. - Можно называть тебя Рэйчел? Кит качнулся на воде, будто кивая. - Знаешь, Рэйчел, я бы хотел хоть на 5 минут оказаться подальше от острова. Так, чтобы я видел его, но он бы был крошечным настолько, будто бы я смог спрятать его в своих ладонях. Кит промычал что-то и затем резко поднялся вверх, задев ноги 2D, свешанные с пирса. Тот неуверенно посмотрел на нее. Потом в который раз вздохнул и спрыгнул прямо киту на нос, отползая подальше. - Только недолго, - прошептал Тасспот, и Рейчел тут же «отчалила» от пирса, разворачиваясь к луне. Она плыла прямо по серебряной дорожке на воде. Вообще-то, даже самому Стю-Поту все это казалось странным. Он уже забыл, что боялся этого самого кита-девочку до истерики, хотя она всего лишь хотела подружиться. Потому что рядом с островом из подводных жителей были только они двое. Никому не нравилась гора пластика. А из этических соображений 2D не спрашивал о том, почему Рэйчел была здесь одна. Но в чем-то они с ней были похожи. Их обоих не переносит Мердок, например. Тасспот настолько привык к рутине на этом острове, что уже забыл себя прежнего. Вообще прежнюю жизнь всей группы. Он думал, что и сам Никкалс, каким бы уверенным в себе он не был, скучает по былым временам. Бугимен отказался помогать ему с мексиканцами, пока тот не отдаст ему душу. И хотя 2D казалось, что ее у сатаниста давно нет, это доказывало обратное. Так вот, и прогулки на китах, наверное, не удивляли бы их так годика 2 назад, как и огромные лоси посреди дороги. Но сейчас это целая авантюра, в которую ввязался Тасспот. Он совсем не боялся. Чертов тридцатилетний придурок, катающийся среди ночи на ките-девочке. Пусть Мердок его снова побьет. Ведь он не дружит с китами вовсе. *** Когда 2D вернулся на остров, дело шло к утру. Старая чайка похрапывала на периллах. Тасспот ехал в лифте и был в полной уверенности, что Мердок уже спит. Но тот встретил его, не успел вокалист войти в свою комнату. - Так-так-так, - медленно прохрипел Никкалс, - кто это к нам пришел? Он сидел на полу, оперевшись о кровать 2D, и рядом, конечно, стояла бутылка спиртного. Стюарт начал нервно нажимать на самый верхний этаж, надеясь, что лифт уедет быстрее, но Мердок опередил железные двери, при этом даже совсем не спеша. Как только он оказался в кабине, двери закрылись, и лифт тронулся. Сатанист усмехнулся, подойдя к Стю-Поту вплотную: - Ну, давай еще разок, прямо здесь, а? Это было горячо, Тасспот, - он шептал 2D прямо на ухо, и тот сильнее вжимался в стенку лифта. Сопротивление было обязательным условием, хотя вокалист знал: чем быстрее он дастся, тем больше его шансы на выживание. Он подался чуть вперед, обхватывая одной рукой шею Мердока, и тот ухмыльнулся. Запустив руку в джинсы 2D, Никкалс провел языком по укусу на шее, затем шумно вдыхая. От Тасспота пахло морской водой, что еще больше разозлило басиста. Сильнее прижавшись к 2D, Мердок снова прошептал: - Ты даешь мне, чтобы я переломал тебе на пару костей меньше, да? – вокалист застыл, и Никкалс издал хриплый смешок, - я сделаю эту ночь незабываемой, дорогуша. Через секунду двери лифта открылись, и сатанист вытолкнул из него 2D. Тот больно приземлился на пол, и почти сразу понял, что они в комнате Мердока. Да, план Тасспота провалился. Никкалс вошел следом и встал над ним, допивая что-то из найденной бутылки и сразу же выбрасывая в сторону: - Неужели ты думал, что я не узнаю? Или тебе, в самом деле, жить надоело? – он пнул 2D ногой, отчего тот скрючился на полу, - меня заебало это. Я тебя, блять, содержу здесь. Чего, мать твою, тебе не хватает? – Мердок присел рядом с вокалистом, поворачивая его голову к себе. - Ты ничтожество. Жалкий выродок, прожигающий кислород. Ты нихуя не заслужил из того, что здесь есть. - Ты тоже, - пожалуй, 2D не сразу подумал о том, следовало бы это говорить. Повисла короткая пауза. - Что? – Мердок сильнее сжал подбородок вокалиста. Тот зажмурился, приготовившись к удару. Никкалс притянул Тасспота ближе к себе и ухмыльнулся у самых его губ: - Nice try, - и с силой приложил 2D об пол. Он болезненно замычал, схватившись за затылок, а басист продолжил: - Что ж, - он шмыгнул носом, выпрямившись, при этом все еще стоя на коленях, - если ты считаешь, что мы оба здесь на равных, - расстегнул пряжку ремня и спустил джинсы вместе с бельем, - то даже не думай, что это как-то помешает мне выебать тебя, - с легкостью перевернул 2D на живот, рывком стягивая с него штаны, - еще этак несколько сотен раз. Стю-Пот уже не думал сопротивляться в этот момент, так что, спрятав лицо в изгибе локтя, он только шумно дышал, думая, сколько времени понадобится Мердоку сегодня. Басист смачно плюнул себе на ладонь, проводя ей по своему члену. Затем он ввел пару пальцев в 2D, делая несколько растягивающих движений. Да он о себе, вообще-то, заботился. Этого ведь все равно было мало. Он грубо раздвинул ноги вокалиста, устраиваясь сверху и рукой надавливая ему на шею. Никто не обещал, что сегодня будет, как и всегда… - Enjoy, sunshine, - Никкалс рывком вошел в Тасспота. Тот закричал и хотел было приподняться, но Мердок не давал этого сделать, надавливая сильнее. Он почти сразу же набрал нужный ему самому темп и каждый раз, как 2D снова кричал, он только смеялся, проговаривая какие-то ругательства. Стюарт давился собственными криками и слезами, до крови кусая нижнюю губу, пока пытался сдерживаться. Это, правда, получалось очень плохо, так как каждый раз, когда 2D старался не кричать, Мердок долбился в него с новой силой, при этом почти душа. В итоге Тасспот не мог даже сделать вдох, а глаза было сложно открыть из-за слез. Паркет под животом был влажным. Мердок делал настолько сильные толчки, что из-за ударов ныли и те места, о которые бились бедра Никкалса. А у 2D достаточно костлявая задница. - Тебе уже хорошо, детка? – задыхаясь, проговорил сатанист. Тасспот проглотил очередной стон. Даже если у него и был шанс получить удовольствие от этого, боль все равно была много сильнее, а ко всему прочему ужасно ныло все тело. Пошевелиться было почти невозможно, да и вообще не желательно – это было еще болезненней. А тут, кажется, подступила и мигрень… Мердок был почти на пределе, когда всем телом опустился на 2D, за волосы потянув к себе: - Почему же ты не стонешь мое имя, а? – голос был хриплым, а дыхание сбитое. - Мне больно. Никкалс провел языком от ключицы до уха Тасспота, затем прошипев: - Срать я хотел на то, что ты чувствуешь, придурок, - он с силой толкнулся в него и кончил, проматерившись. *** Мердок не проронил ни единого слова, когда встал с пола и рухнул на близстоящую кровать. Он тут же повернулся спиной к 2D, и тому ничего не оставалось, как подняться и удалиться в свою комнату. Получилось это гораздо медленнее, чем обычно. В конце концов, Тасспот с полчаса просидел под холодным душем, прижав к себе колени. Тело все еще ныло. Закинувшись вечерней порцией таблеток, вскоре он крепко уснул. Потому что принял на пару таблеток снотворного больше. Проснулся 2D даже не к полудню, а после обеда. Приняв утреннюю дозу таблеток, он сразу же направился наверх, и через кухонное окно заметил, что в кое-том веке паруса корабля были расправлены. Все время до этого он только занимал место у пирса, качаясь на волнах. Трап тоже был спущен. И с него как раз спускалась кибер-Нудл, перезаряжая автомат. Дело плохо. Тасспот направился к Мердоку. Нашел он его на веранде. Ночью, скорее всего, был дождь, так что вся она была в лужах, и с пластиковых листьев все еще стекали редкие капли воды. Мердок сидел в кресле у самых перил, и в руке, свешенной с подлокотника, тлела сигарета. Пепла уже было больше, чем чистого табака. - Мердок? – 2D не дал ему даже ответить, продолжая, - Мердок, почему паруса расправлены? Ты, ты куда-то плавал на нем? – он взглянул на корабль, заметив, как кто-то нес несколько гарпунов в трюм, - Мердок… ты убил ее? Убил Рэйчел? – Тасспот сверлил ошалевшим взглядом затылок сатаниста, сжимая и разжимая кулаки. В ответ следовало только молчание. Никкалс стряхнул с сигареты пепел, сделал последнюю затяжку и выбросил окурок за ограду. - Ты убил ее! Ты все-таки ее убил! Мердок, почему?.. Это всего лишь кит, она была совсем одна и приплывала сюда, только потому, что вокруг ни одной живой души кроме нас с тобой! У Стюарта все продолжалась истерика. Он уже упал на колени, ползая в слезах рядом с Никкалсом, вцепившись в его руку. Кричал, может, почти так же, как ночью. Так же громко. Все спрашивал, чем ему мешал кит. Это ведь всего лишь большая рыба… А для океана она ведь совсем крошечная. Мердок молчал. - …Лучше бы ты убил меня! – наконец, выпалил 2D. Басист покачал головой, зажимая губами еще одну сигарету, и процедил сквозь зубы: - Заткнись, придурок. Коленки у Стю-Пота промокли насквозь, а он все лил слезы в своей истерике, шепелявя что-то о том, что он обязательно сбежит с этого острова, чего бы ему это не стоило, и никогда больше не вернется к Мердоку; никогда больше не напишет ни единой строчки для группы, ничего не споет… Никкалс думал, что у 2D совершенно нет фантазии, раз он назвал кита Рэйчел. И что катание на нем было самым безумным, что он делал за последний год. The End