Услышь мой голос

Я прошла в комнату с кружкой душистого чая и села на диван. Взяв в руки недавно вышедший журнал, стала пролистывать статьи. В гостиную зашла Хиро. - О, ты чай пьешь. Сделай и мне! – попросила она. - На кухню сходи и сделай – ответила я рассеяно. - Ну, Мики, ну милая, сделай пожалуйста – заканючила девушка. – У тебя такой вкусный всегда получается. Я глянула на подругу и вздохнула. Отставив чашку на столик я встала и направилась на кухню. Через минуту я вышла оттуда с чашкой для Хиро. Я снова села на диван и взялась за журнал. Пригубив чашку я продолжала читать. - Чего не пьешь? – спросила я, заметив, что подруга не прикоснулась к чаю, а только наблюдает за мной. – Что-то не так? - Да, не так – хмуро сказала она. – Все не так. И в первую очередь ты! - О чем ты гово… - мой голос оборвался на полуслове. В горле запершило. Я схватила чашку, чтобы запить горящее огнем горло. Но от этого стало только хуже. - А подействовало таки – отметила Хиро. Я непонимающе смотрела на нее и держалась рукой за горло. - Что такое, милая, больно? – издевательски протянула подруга. – А дальше будет еще хуже. Это особый порошок, который я добавила тебе в чай. Его кристаллики не растворяются полностью в воде, и именно из-за них у тебя сейчас дерет горло. Хиро встала и прошлась по комнате. - Знала бы ты как мне надоела – со злостью сказала она. – Все признают тебя, все тобой довольны, все хвалят твои таланты…А я стою в твоей тени и никто меня не замечает. Ну конечно! Ведь ты у нас талант! Пишешь стихи, складываешь музыку, обладаешь прекрасным голосом, играешь на музыкальных инструментах… Девушка подошла к пианино, схватила ноты, лежащие сверху, и начала их рвать. - Вот где теперь твои ноты и стихи! Вот где теперь твое творчество! – швыряя бумажное конфетти под потолок. Я наблюдала за ней с испугом. А горло тем временем все больше болело и я не могла сказать ни слова. - И самое приятное для меня и ужасное для тебя – повернулась ко мне Хиро. – Ты, та которая так любила петь, та которая так хотела дарить свое пение другим людям, лишишься своего голоса и больше никогда не будешь петь! И я в этом тебе помогу! Хиро подошла ко мне и схватила мое лицо, сжав пальцами подбородок и заставив тем самым приоткрыть рот. Насильно вливая остатки моего чая мне в рот, она улыбалась. А я ничего не могла поделать, от боли и осознания предательства слезы застилали глаза… Наконец Хиро отпустила меня и я сползла на пол. - Прощай, подружка, - подхватив свою сумку сказала она и направилась к выходу. – Надеюсь на сцене ты больше никогда не появишься. Теперь сцена и признание принадлежат только мне. Но я на это уже не обратила внимание… Мне становилось только хуже, слезы текли по щекам, горло горело так, что хотелось рвать его ногтями, лишь бы утихомирить боль… Я попыталась успокоиться и вдохнуть поглубже, но только раскашлялась. Отняв руку от губ я увидела кровь, у меня закружилась голова, а перед глазами поплыли темные круги. Я сумела дотянуться до столика и схватила телефон. Перед тем как упасть в обморок я успела отправить сообщение Джину с единственным словом: «Помоги!»…

***

Я проснулась в холодном поту и схватилась за горло. Кошмар, который снился мне долгие месяцы, пока я лежала в больницах, в очередной раз напомнил о предательстве бывшей подруги. Я много раз прокручивала наш с ней разговор, но я все равно не понимала, чего же она пыталась добиться. Ведь голос у нее не такой хороший и не вытягивала она некоторый ноты, ленилась всегда заниматься хореографией и не хотела тренировать голос. А чтобы удержаться на сцене надо работать над собой… Никому не рассказав, что же тогда случилось между нами, и ничего не объяснив, я ушла из группы и решила начать новую жизнь. Прогнозы врачей в любой больнице были неутешительными, сколько бы операций мне не сделали. Голос обещали вернуть, но вот петь я больше не смогу. Отняв руки от горла я посмотрела на часы и решительно встала с кровати. Ведь сегодня мы выступаем с нашим спектаклем. И мне надо сегодня помочь девочкам с последними штрихами: макияжем, прическами, платьями. Я вышла на кухню и поняла, что делать мне здесь нечего. После такого сна ни есть ни пить не хочется… Хотя… Я плюнула на все и достала из одного шкафчика бутылку рома, которую мы как-то начали с девочками. Сделав несколько глотков, я почувствовала себя лучше, но смутное беспокойство после сна осталось. В бутылке еще немного оставалось и я решила взять остачу с собой. Быстро собравшись я выбежала из дома. Возле школы я встретилась с Темари. - Ну как, великая актриса, готова к сцене? – спросила я. - А чего бояться? – улыбнулась девушка. – Мы на репетициях и огонь, и воду, и медные трубы прошли. - Главное, чтобы не волновались – улыбнулась я. Мы зашли в подготовительные комнаты. Там уже были Хината, Тен-Тен и парни. Ребята уже были переодетые, а вот девочкам только предстояло это. Я быстро помогла одеться Тен и Темари, затянула им корсеты, поправила юбки. Темари отправила помогать Хинате, а сама села красить Тен. Через час все были готовы, упакованы в одежду и ходили теперь из угла в угол. Кто волновался, кто повторял текст, кто вспоминал движения. В комнату зашел Шика. - Так, ребята, - обратился он к нам – Декорации уже установлены, все готово. Начинаем через 5 минут. Все по местам. Амая, рядом со мной. Все сразу загомонили, начали бегать, половина вышли из комнаты. Ко мне подошла Тен-Тен. - Амая, у нас проблема – тихо сказала она. - Что-то случилось? – удивленно спросила я. - Не что, а кто – вздохнула подруга. – Хината. Она разволновалась и теперь отказывается идти на сцену. Такое мне не понравилось и мы пошли к Хинате. - Хината, что с тобой? - Амая, я не могу – умоляюще посмотрела она на меня. – Я боюсь! Я не смогу сыграть! - Тихо, не психуй! – осадила я ее. – Не волнуйся. А теперь смотри: ты играешь главную героиню в паре с парнем, которого ты любишь. Неужели ты теперь откажешься? Неужели ты подставишь всех нас? Я смотрела на подругу и понимала, что давить на жалость такого честного человека как Хината нехорошо, но придумать что-то другое в рекордно короткое время не могла. - Я постараюсь не подвести – пробормотала девушка. Сейчас она выглядела как идущая на казнь. Я вздохнула и достала из сумки бутылку с ромом. Вот как знала, что может пригодиться! Открыв бутылку я протянула ее Хинате. - Выдохнула и сделала большой глоток – приказала я. - А что это? - Ты не спрашивай, а делай. Хината зажмурилась, выдохнула и сделала приличный глоток. После этого, она немного успокоилась. - Значит так, подруга – продолжала я автотренинг для Хинаты. – А теперь ты пойдешь на сцену и сыграешь просто блестяще! Сыграешь так, чтобы твой любимый человек, после спектакля пришел тебе признаваться в любви. - Вот именно! – подхватила мою идею Тен. – Завоюй его своей игрой! Хината уже расслабилась и прикрыв глаза слушала нас. Я толкнула Тен локтем в бок. - Хватай ее - и на сцену! – прошептала я. А сама убежала к Шикамару. Спектакль подходил к концу, через 10 минут должна будет состояться последняя песня главных героев. Я устало зашла в переодевалку и заметила Сакуру и Ино возле столика с напитками. Они что-то усердно сыпали в бутылку с водой и вспоминали Хинату. - И что вы делаете? – спросила я громко. Они резко повернулись и смерили меня неприязненными взглядами. - А тебе какое дело? – ответила Ино. – Таскала декорации, вот и дальше иди таскай. - Уже натаскалась – ответила я. – Так что там у вас. - Лечебные таблетки – улыбнулась мне Сакура. В комнату зашли девочки и Канкуро с Шикой. - Ну как спектакль? – спросила Ино у них. - Скоро будет последняя песня – улыбнулась им Хината. - Тяжело тебе наверно пришлось. Вот возьми, попей. Прежде чем я успела остановить Хинату, она открыла бутылку и сделала несколько глотков. И ту же начала кашлять. Я кинулась к ней. - Что вы насыпали в воду? – спросила я. - Да ничего такого – мерзко улыбнулась Сакура. - Всего лишь несколько таблеток-шипучек, которые лишат до конца дня нашу главную героиню голоса – в том же тоне сказала Ино. - Вы хоть понимаете, что срываете спектакль?! – разозлилась Тен-Тен. - А нечего рядом с Саске-куном увиваться, как шл**а – ответили они и вышли из комнаты. - Что будем делать? – спросил Канкуро в тишине. - Темари, веди Хинату в ванную, пусть прополоскает горло – сказала я. – Шика, как будем выкручиваться? - Вот и я об этом думаю… - Но спектакль надо закончить! – запаниковала Тен-Тен. - Мы все это понимаем! – оборвал ее панику Канкуро. На минуту в комнате повисло молчание… - Амая, это ведь ты тренировалась с Хинатой, когда та учила песни? – спросил неожиданно Шика. - Да, я ей помогала с темпом музыки и песен. Она не всегда попадала. - Шика, у тебя появилась идея? – посмотрел на него Канкуро. Шика не успел ответить. В комнату зашли Хината и Темари. - Ну как? – спросила я. - Голос окончательно не пропал, но таким хрипом уже ничего не споешь – покачала головой Темари. - Простите, ребята, я подвела вас – хрипло прошептала Хината. - Ребята, через 3 минуты последняя песня, а вы тут сидите – заглянул в комнату Киба. – Давайте выходите. - Уже идем – сказал Шика. – Значит так, Хината, ты идешь на сцену и играешь роль главной героини до конца. То есть танцуешь и открываешь рот, как будто поешь. Все остальное оставь нам. За кулисами я дернула за рукав Шику. - И что теперь дальше? - А дальше вся надежда на тебя – серьезно сказал парень. – Я понимаю, что ты только недавно вернула себе голос и просить о таком неправильно. Но, пожалуйста, спой вместо Хинаты. Я ошеломленно стояла и смотрела на него. Я понимала, что только я сейчас могу помочь, да и ноты в песне невысокие, могу вроде вытянуть… Но я боялась сейчас петь… Я боялась голоса, который услышу в колонках… И я опять вспомнила сегодняшний кошмар и слова Хиро, что она тогда сказала… Я обхватила себя руками и снова посмотрела на Шику. Он внимательно смотрел на меня и протягивал микрофон. - Если откажешься – я пойму. - Лучше сходи за водой – вымучено улыбнулась я и нерешительно взяла микрофон. Словно ныряя в холодную воду, я подошла к кулисам и стала так, чтобы мне было видно сцену и наших актеров. Заиграла музыка, Хината и Саске начали танцевать, а я запела впервые за последний год… Глядя на себя в зеркало времён В отражение, глаз твоих ловя, Безразличный вид - Это лишь вуаль, серых масок, странная игра. Тёмный огонь врывается вглубь, Словно печать на линии губ. Выдох, вдох. И пламя страстей Меж нами только сильней! Закончив песню, я выключила микрофон и быстро отошла от сцены. Упав на колени, я закашлялась. Что ни говори, но такое напряжение голосовых связок мне пока противопоказано. Ко мне подбежал Шика и подал бутылку с водой. Я жадно начала пить. Он подхватил меня под локоть и повел в комнату. - Как ты? – спросил он, посадив меня в кресло. - Вроде нормально – прохрипела я. – Только не проси петь на бис. - Не буду – улыбнулся он. – Спасибо, Амая, ты нас всех выручила. - Будешь должен – сказала я, и добавила – Кружку чая и булочку с шоколадом. - Договорились – он поднялся. – Пойду других встречу. Шика вышел из комнаты, а я откинулась на спинку кресла. Горло нещадно саднило от кашля и я опять потянулась к бутылке с водой. Позади хлопнула дверь и я подумала, что зашел кто-то из наших. Но тут раздались одинокие, как будто издевательские, аплодисменты, а знакомый голос прошипел над ухом: - Браво, Мики, ты просто молодец!