Я ловил блики солнца на слегка дрожащих ресницах Джинни.
Смотрел на этот теплый комок позитива, раскинувшийся на моей кровати, и улыбался.
А потом чуть не слетел с кровати, когда чудо в перьях открыло глазенки и в упор глянуло на меня.
- П... Проснулся, салага! - Пытаясь скрыть смущение и нервный тик, выдавил я.
- Угу. - Коротко ответил он, хлопая ресницами. - Хен, а что вчера было? -
А что было? Хотел бы я сам знать.
- Ну ты тут, короче, спаивал несчастного хена. Вроде как... -
Чундже задумчиво почесал затылок, но видимо решил не заморачиваться и снова распластался на нашем скромном ложе.
Я последовал примеру, пялясь в белоснежный потолок. Может зеркало подвесить? Говорят прикольно.
Пальцы Джинни на ощупь нашли мои, я лишь дрогнул, когда он взял меня за руку.
Эта теплая ладонь согревает меня изнутри, ведь моя ладонь заледенела вместе с сердцем.
Я не знаю сколько минут прошло за время, что мы так лежали, но хотел чтобы это длилось вечность.
- Согрей меня. - Вырвалось у меня из груди. - Я по прежнему мерзну, Джинни. -
Без слов, он знает, когда слова не нужны. Без слов он прижимается ко мне всем телом.
Горячим поцелуем опаляет мои пальцы. Горячим дыханием сжигает, растапливает все мое естество.
Я подаюсь к нему навстречу и ловлю его губы своими.
Тепло бурлящей лавой растекается по моему телу.
***
***
Я сошел с ума, наверное.
Я уже не знаю, что правильно, а что нет.
Что сон, а что явь.
Но даже если он полностью растопит меня, и я превращусь в морскую пену, пускай.