Последнее желание

Наконец мы добрались до Лазурного озера. Красивейшее место в мире. Прозрачная вода в сочетании с голубым чистым небом дает невероятное ощущение покоя и безмятежности. От души покатавшись на катере, мы оставшееся время до вечера гуляли в парке, сидели в беседках и говорили, говорили, а когда слова иссякли, просто молчали и сидели, рядышком, держась за руки. Домой совершенно не хотелось, а хорошая погода как нельзя располагала к прогулкам на свежем воздухе. Уже под вечер мы вышли из парка и направились обратно в отель, сумерки все ближе подбирались к улицам, незаметно зажигая фонари и рекламы. Бродя по переулкам, мы сами не заметили, как ушли с оживленных улиц и, вероятно, зря. Я пребывал в довольно мечтательном состоянии, когда неожиданно за очередным поворотом перед нами вынырнули два парня бандитской наружности. — А ну гоните бабло, голубки! – и раскладной нож раскрылся, блеснув лезвием в свете фонаря. У меня сердце пропустило удар, и холодные лапки страха пробежали по позвоночнику. Симон чуть отодвинул меня, защищая. — Пожалуйста, забирайте. – Он вынул бумажник и кинул его на тротуар. – Только оставьте нас в покое. – В его голосе не было страха, только чуть презрения. — Так, так, зассали. – грабитель нагло ухмыльнулся, наклонился, поднимая бумажник. Порылся, вынул крупные купюры и возмущенно кинул его в Симона, попав тому в грудь. — Что за жалкие гроши! Судя по вашему прикиду, вы гораздо богаче! А ну выворачивай карманы! И они двинулись на нас. Мы хотели отступить, но сзади приблизились еще трое. Я озирался по сторонам, ища путь к бегству, но его не было. Под ложечкой противно заныло, предвещая неприятности. — Сможешь продержаться против двоих? – негромко спросил Симон. – Я возьму на себя оставшихся. — Не проблема. – Тихо ответил я. Я сжал кулаки и чуть расставил ноги для равновесия. Они напали сразу скопом, я блокировал удар и выбил нож из рук нападающего, но пропустил удар второго, из разбитой губы выступила кровь. Поднырнул под руку, ударил под дых кулаком и сбил с ног подножкой. Один готов. Второй заехал мне ногой с разворота по корпусу, но я частично блокировал удар, перехватил конечность и дернул со всей силы. Грабитель рухнул, хотел пнуть меня второй ногой, но я ударил ему в пах кроссовком. Раздался вой, и он скорчился в позе эмбриона, баюкая своё пострадавшее достоинство. Да, удар был подлым, но мы тут, вообще-то, в благородство и не играем, раз уж пятеро на двоих. Обернулся, Симон уже справился с двумя, причем он, кажется, сломал одному руку, а второму нос. Третий его противник, видимо, неплохо дрался, потому что они обменивались ударами, отскакивали и снова нападали друг на друга. Походило на спарринг, но гораздо более жесткий. На скуле Симона виднелась ссадина. Я так засмотрелся на них, что удар по ногам стал для меня неожиданностью, это первый мой противник пнул под коленку и, когда я чуть не поцеловался с горизонтальной поверхностью, хотел добавить по физиономии. Я вовремя перехватываю руку в запястье и выворачиваю в болевом приеме. — Аааа… Сука, отпусти! – орет подлец не своим голосом, и я чуть дожимаю, вывихнув запястье, и отталкиваю. Поворачиваюсь лишь для того, чтоб увидеть, как Симон с размаху бьет своего противника в челюсть, посылая его в нокаут. Визг шин привлекает моё внимание; в десяти шагах от нас останавливаются две одинаковые черные машины, и из них выходят одинаковые люди в серых костюмах и бордовых галстуках. Что-то они не торопились. Люди корпорации быстро приближаются к нам, по их лицам абсолютно ничего нельзя понять. — Господин Ё, с вами все в порядке? – спрашивает тот, что ближе. — Да, ваша помощь слегка запоздала. – Не могу сдержать издевки в голосе. — В таком случае, вас и вашего друга проводят до гостиницы. А мы решим все проблемы с правоохранительными органами. – И он жестом показывает на машину с приоткрытой дверцей. Я подхожу к Симону, беру его под руку и направляюсь к машине. У него все еще неровное дыхание, и растрепанный вид. Садимся на заднее сидение. — Как ты? — спрашиваю, чуть наклоняясь к нему и вдыхая запах его кожи, чуть терпкий и густой. — Нормально. – Оборачивается ко мне, как-то ехидно улыбается и подмигивает. – Испугался? — Не успел. – Ответил я честно. – Славно погуляли. С огоньком! – меня начинает отпускать напряжение, губа разболелась. Симон вдруг откидывает голову на спинку и тихо смеётся. Я смотрю на него и глупо улыбаюсь. Нас ведь могли убить сегодня, будь грабители вооружены не только ножами, а чем-то посерьезней. Но именно сейчас, когда опасность отступила, я чувствую, что жизнь все-таки прекрасная штука, хоть и полна неожиданностей.