Can you see the signs?

Понедельник, 5 Сентября POV Луи — Нет, тебе есть, что признавать. Ты хочешь меня, прямо сейчас, так же сильно, как и я тебя. – сказал он, — И ты отлично это понимаешь. – сказал он, приближаясь ко мне. Адреналин и кровь, стучащая в ушах, забрали остатки самоконтроля, и без согласия моего мозга я сказал слова, которые никогда бы не хотел произнести: — Тогда, блять, сделай это, Гарри! Поцелуй меня, если это то, чего ты так отчаянно желаешь! Поцелуй меня прямо сейчас! Слова едва вылетели из моего рта, как он уменьшил все расстояние между нами, толкнул меня назад, схватил за запястья и прижал их к стене над моей головой. Все произошло так быстро, что я был застигнут врасплох и испустил вздох, когда спина столкнулась со стеной. Его губы зависли над моими, в то время как наши дрожащие вздохи становились все горячее и быстрее. Я закрыл глаза, так что не мог сказать, смотрит он на меня или нет, или если его глаза по-прежнему смотрели на меня, могу быть уверен, что в них пылал огонь. Еще две горячие, невыносимые секунды, и я, наконец, — наконец — почувствовал, что его губы коснулись моих. На долю секунды я не чувствовал ничего, кроме шока, когда его губы лихорадочно двигались, почти грубо, против меня, но потом что-то щелкнуло в моей голове, и я начал двигать губами синхронно с его. Как я должен был ожидать, Гарри очень хорошо знал, как пользоваться своими губами, и это не заняло много времени, прежде чем покалывание и возбуждение начали распространяться по всему телу. Я решил это показать, вдавив себя как можно ближе к нему настолько, насколько это физически возможно. Мой поступок вызвал небольшой контакт наших промежностей, и я был вознагражден низким стоном от Гарри, который сделал замечательное, почти электрическое, ощущение, которое метко попало мой член. Я отчаянно хотел запутаться пальцами в его волосах, заставить его придвинуться ближе ко мне, но он по-прежнему держал мои запястья, прижав их к стене, и я был не в состоянии подвинуть их ни на дюйм. Очевидно, руки Гарри были просто так заняты, как и у меня, но это не мешало ему тереться бедрами о мои и заставлять меня отчаянно хныкать ему в рот. Он воспользовался возможностью и просунул язык мимо моих губ и начал изучать меня, и, если я думал, что он хорошо управлялся со своими губами, это было ничто по сравнению с тем, как он пользовался языком. — Отпусти мои руки, — Я задыхался, мой голос чуть-чуть дрожал. К моему удивлению, он не стал терять времени и сразу же сделал так, как я сказал. Я посмотрел ему прямо в глаза, и там увидел все те же эмоции, что я держал в себе: гнев, похоть и отчаяние. В считанные секунды мои губы были возращены на его, и руки тянули на себя его волосы, что он оценил как знак, чтобы прижаться еще ближе ко мне — если бы это было возможно — и вдавить меня в кирпичную стену. — Христос, — Я услышал бормотание Гарри. Ничего взамен не сказав, я просто выпустил несколько неровных вздохов, прежде чем еще раз прижался губами к его и впустил свой язык в его рот, прежде чем он оторвался от меня. Мне не пришлось беспокоиться об этом; он искренне вернул поцелуй, и в течение нескольких минут наши языки боролись за господство, и я не слышал ничего, кроме крови, которая неслась через все мое тело и звук тершихся джинсов. Гарри поместил обе руки на мои бедра и даже при том, что они не были в непосредственном контакте с моей кожей, каждое его движение заставляло меня выпускать стоны. Все, что я правда знал, что благодаря каждому поцелую я чувствовал себя удивительно; его горячие губы сплетённые с моим, руки были на груди и руках, заставляя всю кожу чувствовать себя как будто в огне и в то же время во льду. Это было очень реально. Реально. Это было единственное слово, которое могло описать то, что я чувствовал. Становилось все горячее и горячее, поскольку несколько минут прошло, и мне нужен был дополнительный контакт. Как будто он прочитал мои мысли и поставил одну ногу между моих и тут же убрал ее от моей затвердевшей плоти. Мне захотелось кричать от отчаянного желания плоть-к-плоти контакта. Я потянул сильнее его за волосы и вложил столько настойчивости и страсти в поцелуе, сколько мог. Я не мог держать сдерживать свои чувства; он делал все это настолько страстно, что я никак не мог скрыть свое возбуждение. Мне не посчастливилось это сделать. Внезапно, он оттащил меня от стены в угол, и наши промежности столкнулись таким образом, что у меня закружилась голова, и я ничего не хотел больше, чем двинуться немного вперед... просто немного, так, чтобы я мог столкнуться с ним еще раз и кончить. Подождите, что? Кончить? В коридоре государственной школы? Меня осенило, когда я открыл глаза, и моргнул один, два, три раза. Осознание того, что я делал, дошло до меня не так быстро, когда я мог видеть свое окружение. Задыхаясь, я прервал поцелуй и оттолкнул его одним сильным толчком. "О, Боже", сказал я себе, тяжело дыша, когда посмотрел вокруг. "О Боже, о Боже. Нет, нет, нет ". Я сжал челюсти, чтобы не выпустить громкий крик отчаяния и разочарования. Что за херня? Независимо от того, что произошло в дальнейшем, я не забуду, что это случилось. И что это вообще произошло? Самая большая проблема в том, что Гарри знает это, а я нет. Супер. — Луи, — начал Гарри, и я открыл глаза, чтобы посмотреть на него. — Стой, — я прервал, подняв руку, чтобы проиллюстрировать свою точку зрения. Он издал звуковой вздох и сделал маленький шаг вперед. — Пожалуйста, не делай этого, — тогда сказал он. — Просто ничего не говори, ладно? — Я сказал и взял сумку с земли. — Почему нет? Ты не можешь сказать, что... — Я не собираюсь снова спорить, Гарри. Я должен уходить, у меня есть планы. Пожалуйста, давай просто ... забудем об этом. Если честно, я хотел удариться о стену, когда сказал последнее предложение. Я не хочу забывать, и я не хочу, чтобы он тоже. Не то, чтобы я думал, что он забудет это. Он будет помнить, но не так, как я хотел бы. Не то, чтобы я хотел, чтобы он помнил это вообще, но если бы он помнил это, я бы скорее помнил его немного иначе. Он посмотрел на меня равнодушно, холодно, возможно, на несколько мгновений, прежде чем кивнул. — Ладно. Я прикусил щеку, чувствуя, что я должен сказать что-то еще, извиниться. Я ничего не ответил, просто кивнул и ушел. Я почувствовал, что его взгляд прожигал мой затылок. Вместо того чтобы идти домой, как я изначально планировал, я направился к дому Лиама. Несмотря на то, что он не был еще дома, я мог бы по крайней мере сидеть возле его дома и ждать. Лиам жил на несколько километров дальше от школы, чем я, и, чтобы дойти до него, мне потребовалось полчаса. Когда я шел, старался не думать о том, что случилось за последние полчаса, но, конечно, легче сказать, чем сделать. Мне удалось направить свои мысли на другие, менее нежелательные, но мысль о Гарри, и как он выглядел, чувствовал, его запах — в основном все о нем — продолжало возвращаться. Это странно. Когда я, наконец, прибыл, увидел небольшой сюрприз — автомобиль Карен на дороге. Я думал, что она будет на работе. Я остановился у забора, который окружал их двор и вздрогнул. Может быть, я должен просто вернуться домой в конце концов; никто не будет дома в течение нескольких часов, поэтому я бы побыл бы один. Независимо от того, насколько я любил Карен, я не хотел отвечать на ее вопросы. Тем более, я не знаю, что ответить ей на то, что я приперся в середине учебного дня. Я просто решил пойти домой, когда мой план был немедленно провален женским голосом, позвав меня. Это была Карен. Я вздохнул, а затем посмотрел вверх и увидел, что она стоит прямо у входной двери. — Разве ты не должен быть в школе? — Спросила она. Я подошел к ней и заставил себя улыбнуться. — Нас отпустили раньше, мы с Лиамом должны были встретиться после школы, поэтому я здесь, — сказал я, немного удивлен о том, как легко ложь соскользнула с губ. Она не ответила на это, а посмотрел на меня с несколько заинтересованным выражением лица. Мне потребовалась секунда, чтобы понять, что она смотрит на мои губы. Как будто она слышала мои мысли, она отвела взгляд назад, чтобы взглянуть мне в глаза. — Милый, что с твоими губами? Я инстинктивно поднял руку и коснулся ею своих губ. Они в порядке, хэй. — А что с ними? — Спросил я. — Они почти синие. Тебя кто-то обидел? Мои глаза немного расширились, потому что они, конечно, были синие. Еще тридцать минут назад они подверглись не хилому нападению. — О, нет, это бывает, они синеют время от времени. — Ты уверен? Если кто-то обижает тебя, тебе нужно поговорить с кем-то, — сказала она, все еще ясно обеспокоенно. Я заставил себя улыбнуться. — Все хорошо, клянусь. — Хорошо, если ты в этом уверен, — неуверенно сказала она, — я должна уехать, но дверь открыта, так что просто идти в комнату Лиама и жди его там. Он будет дома через полчаса или около того. — Да, спасибо. Она снова улыбнулась, прежде чем открыла дверцу машины, села, завела двигатель и уехала. Я повернулся на пятках, когда задняя часть автомобиля была вне поля зрения, и направился в дом. Тишина была красивой и невероятно неудобной в то же время, но это было лучше, чем быть в классе, где я должен был сейчас. Я разулся, положил мою сумку рядом с обувью и быстро пошел вверх по лестнице. Мне пришло в голову, что это первый раз, когда я был в комнате Лиама в полном одиночестве, или, по крайней мере, когда не было никого в доме. Он чувствовал себя немного странно. Я лег на спину на кровати и закрыл глаза. Молчание напрягало и наводило на разные мысли, поэтому у меня ничего не оставалось, кроме как думать о Гарри. Я даже не удивлен. Я не совсем понимал, что должен чувствовать в этой ситуации. С одной стороны, я был немного напуган, потому что теперь не было пути назад. Мы поцеловались, и я не могу повернуть время вспять, как бы этого не хотел. Но все — таки, что за херня произошла? Как я мог настолько потерять рассудок, что попросил его поцеловать меня? Как простой поцелуй мог перерасти в такой страстный, горячий и возбуждающий? Как я позволил себе утонуть в этом, как? Я знал, отлично знал ответ на последний вопрос. Я позволил себе увлечься, потому что хотел этого. Когда его губы накрыли мои, его руки поглаживали мою спину, и нога, которая прижималась ко мне в самых правильных местах, я так чертовски сильно хотел этого. Я не собирался отрицать этого, все было слишком очевидно. Однако это не отменяет того факта, что я ужасно злился на себя за то, что не смог отказать ему. Меня очень смутило то, что он так легко заставил меня стонать, хотеть, полностью разрушил, и мне хотелось плакать, когда я думал о том, к чему все это могло привести. Не было никакого способа избежать встречи с ним сейчас, да даже если бы и был, я бы не стал этого делать. Я не хочу быть трусом, как назвал меня Гарри этим утром. Я вздохнул и провел рукой по лицу. Думать об этом дерьме было слишком утомительно. Может, если я немного вздремну, станет лучше. Неплохая идея. С этими мыслями я опустил руки и позволил телу расслабиться. Пока я лежал, пытаясь – и определенно проваливая попытки – держать свои мысли кристально чистыми, лицо Гарри постоянно мелькало перед глазами. Его кудри, чистые зеленые глаза, улыбка, идеальная грудь. Все вообще-то. Прежде, чем я смог что-либо понять, мой мозг снова начал прокручивать события прошедшего дня, и я выпустил очередной вздох, но, на этот раз, удовольствия. Я мог практически почувствовать, как его нога давит на мою промежность, как его губы небрежно, но в тоже время мягко, и легко скользят по моей шее, и его возбуждение, упирающееся прямо в мое собственное. Кажется, моя рука зажила собственной жизнью, потому что без моего ведома и каких-либо предупреждений проделала путь вниз к моему на половину стоящему члену и чуть сжала его. Я выпустил тяжелый вздох, наслаждаясь трением, в котором так нуждался последние полчаса. Я повторял движения снова и снова, и снова, пока полостью не возбудился – все еще с мыслями о теле Гарри – после расстегнул ширинку и спустил штаны. Между моей рукой и членом был всего лишь один слой одежды, трение заметно увеличивалось, и я не мог удержать в себе отчаянного стона. Эта была словно вечность, я лежал, поглаживая себя через боксеры, представляя, что это рука Гарри, что это он заставляет меня чувствовать себя так, так, так хорошо. Я начал захлебываться вздохами, когда стало совсем невыносимо, быстро спустил трусы, чтобы освободить уже полностью возбужденный член. Низкий стон сорвался с моих губ, когда чуть прохладный воздух окружил меня, но ощущение холода быстро исчезло, как только я начал поглаживать себя в медленном, устойчивом ритме. Все это время образ Гарри отказывался покидать мои мысли, но на тот момент я был слишком возбужден, слишком близко к оргазму, чтобы думать об этом. "О, Господи" — я захныкал, когда волна удовольствия захлестнула меня, заставляя все тело покрыться мелкой дрожью. Я повел бедрами для большего трения, выпуская еще один приглушенный стон. Лежа там, я желал чтобы все эти вещи делал со мной Гарри. Что бы он был здесь, рядом со мной, целовал каждую часть моего тела; губы, челюсть, грудь, спускаясь все ниже, к поясу штанов. Своими идеальными руками он бы беспрепятственно трогал меня, играл с сосками, поглаживал мой член, заставляя извиваться на кровати, поддаваться на встречу его ласкам. Рваное "Гарри" слетело с губ, когда я задвигал рукой быстрее, и это имя окончательно свело меня с ума, я приоткрыл рот, готовый расцарапать в кровь собственную грудь от чувства безысходности. Это было почти смешно, как скоро я готов кончить, даже неловко, но никак не мешало тому факту, что знакомый узел внизу живота начал постепенно затягиваться. — Лу, ты здесь? Мама звонила, сказала, что ты.. Ох ты ж, ебаный ты в рот! Я толком ничего понять-то не успел, чисто инстинктивно натянув боксеры со штанами. Я немного вздрогнул, когда почувствовал, как мой, колом стоящий член, стискивает ткань узких брюк. Затем, переведя взгляд на дверь, я увидел стоящего в проходе Лиама, который смотрел на меня с выражением полнейшего шока и возмущения. Я нервно сглотнул. — Я был просто.. я не хотел... ничего делать, просто так получилось, я ждал тебя, но ты так долго, и я скучал, и я хотел немного вздремнуть, но потом это просто произошло и я.. — Лу! Я подался назад и облизал губы. — Прости. — Ты..Я-Я... Просто подожду пока ты не.. нет-нет-нет. — Заикался он, потом покачал головой и сжал переносицу, — Я сейчас иду вниз, ты можешь пойти в ванную и завершить начатое, или последовать за мной. Но не смей больше делать такое на моей кровати. Конечно, с одной стороны, было заманчиво пойти в ванную, но, судя по недовольному выражению лица Лиама, он уже достаточно насмущался. Поэтому, я вздохнул и, бросив быстрый взгляд на свой полустоящий член, спрыгнул с кровати и направился в след за Лиамом. Когда я дошел до гостиной, он уже был там. И без предисловий перешел сразу к самой интересной части разговора. — Серьзно, Луи? На моей кровати? В моей комнате? — Воскликнул он, вскинув руки вверх. Он сидел на диване, вытянув ноги, а на лицо его красовалось полное недоверие. Я почувствовал, как лицо стало розоветь, но, все таки присел на диван рядом с ним. Его взгляд был прикован ко мне, и я как-то выдавил из себя улыбку. — Я не думал, что это случится. — Ты не мог, в конце концов, добраться до ванной, если уж так отчаянно хотел? — спросил он с укором, — Обязательно было делать это на моей кровати? — и уже, скорее для себя, добавил, — Надо сменить простыни. — Я не думал, что это случится. К тому же я все равно не кончил, так что можешь их не менять. Он поморщился. — Не важно, меня все равно напрягает то, что кто-то дрочил в моей постели. — Почему это? Я бы не возражал, если бы ты делал это на моей кровати. — Бывают такие моменты, когда мне хотелось, чтобы рот и мозг сотрудничали друг с другом, потому что эти слова определенно было бы лучше вообще никогда не произносить. — Да, да, но ты по парням, так что это не одно и тоже. — ответил он. Мои брови взлетели вверх. — То есть ты хочешь сказать, что если я и по парням и по девушкам, то не против людей, дрочащих в моей постели? — Но ты сам только что сказал, что не возражал бы, если я дрочил бы в твоей постели. — Да, я бы не возражал, если бы это был ты, но это не значит, что я потерплю кого— то другого! На мгновенье воцарилась полная тишина. Лиам поднял руку и почесал затылок, прежде чем окинул меня странным взглядом. Еще раз: мое мозго-ротовое сотрудничество могло бы реально приносить пользу. Я только что признался в своих чувствах Лиаму? В добавок ко всему, что случилось, я, блять, реально это сказал? Все знают, что понедельник самый хуевый день недели, но этот понедельник самый хуевый из всех хуевых понедельников, которые только были в истории. — Ничего не хочешь мне рассказать? — спросил он после неловкой тишины. — Нет, ничего. — ответил я слишком поспешно. — Уверен? — Да. Нет. — Отлично. Значит нет ничего, что ты мог бы мне рассказать, и что имело бы отношение ко мне и тебе. — Нет, с чего ты взял? Он застонал и поднял руки. — Лу, ты поцеловал меня на прошлой неделе, ради всего святого! — Громко сказал он. — Ты поцеловал меня, а люди не целуют друг друга, если на то нет причины! Что ж, вот и рухнули мои надежды на то, что он не станет обсуждать эту тему. Но конечно, с моим везением, фортуна снова повернулась ко мне жопой, так что этого и следовало ожидать. — На тот момент я ничего не соображал, и понятия не имею, зачем это сделал, ясно? — ответил я, запинаясь. — Нет, не ясно! — воскликнул он. — Ты не целуешь кого -то, потому что не соображаешь. Это звучит банально, но поцелуй всегда что-то значит, и тот поцелуй, он определенно что значил, — он поджал губы, — он что-то значил для тебя. Я опустил взгляд и посмотрел на свои руки, сглотнул, гадая, что же должен сейчас чувствовать. Страх? Унижение? Облегчение? Я испытывал все это. Страх из-за того, к чему это все может привести, унижение, потому что так легко выдал себя и облегчение, ведь он не кричал на меня. Пока что. Он только что узнал, что его лучший друг влюблен в него, и конечно, реакция должна быть более бурной, чем просто заставить меня признать, что это правда. Не нужно быть гением, чтобы понять, что отрицать его обвинения— плохая идея. Мучительно осознавать, что он и так все знал, просто ждал, пока я сам не признаюсь, поэтому я ответил дрожащим голосом: — Да, это что-то значит для меня. Я слышал, как он вздохнул, но ничего не сказал. Гостиная погрузилась в тишину, а напряжение между нами возросло до такой степени, что казалось, его можно разрезать ножом. Мог ли я одной фразой разрушить шестилетнюю дружбу? Из всего дерьма, которое сейчас происходит в моей жизни, единственное, что я не мог себе позволить, так это потерять Лиама. Я уже исчерпал свой лимит на то, сколько происшествий могу выдержать за раз. — Посмотри на меня, Лу? — Наконец сказал Лиам после молчания, которое длилось вечность. Его голос был спокоен, и я осмелился немного поднять глаза, чтобы встретиться с ним взглядом. Лицо его было почти пустым, лишенное всяких эмоций, и я не понимал, как на это реагировать. — Прости, — умоляюще протянул я, — Я никогда не хотел, что бы это случилось, оно как-то само. И пожалуйста, ты только, только не сердись на меня, я просто не вынесу этого сейчас. К моему удивлению, он не стал кричать, или говорить, чтобы я разобрался с дерьмом в моей голове. Все, что он сделал, так это протянул мне руку. Немного помедлив, я сел должным образом, наполовину придвинувшись к нему и положив голову на его грудь. Когда я сидел — или точнее сказать, почти лежал — Лиам обнял меня, и я почувствовал его подбородок на своем затылке, он снова вздохнул. — Я не сержусь на тебя, — сказал он, — Но не могу оправдать твои чувства ко мне. Не потому что ты парень, нет, определенно не из-за этого, а потому что ты мой лучший друг, и даже если бы я был геем, я никогда бы не поставил под угрозу нашу дружбу. Все мысли о Гарри тут же улетучились из головы, заставляя сконцентрироваться на только что сказанных Лиамом словах. То, что он сказал, мне было давно известно, но все еще трудно, даже больно, слышать это из его уст. Хоть я и понимал, что не хочу отношений с ним, я все же мог иногда пофантазировать о нем в романтическом или сексуальном смысле. Но теперь, когда он сказал мне, прямо, что между нами ничего не может быть, я почувствовал, как потерял часть своих фантазий с ним. Я сглотнул, игнорируя подступающий комок в горле. Глаза наполнились слезами, которые так и норовили скатиться по щекам, но я, глубоко вздохнув пару раз, все таки смог совладать с собой. — Прости, — прошептал я,— Я просто, это реально дерьмово, знаешь? — Да, знаю. — промямлил он. — Я даже не знаю, что это, мои чувства я тебе, — начал я, немного истерично смеясь, — Мне не нужны отношения с тобой, но я люблю с тобой гулять, ты заставляешь чувствовать себя уютно, а тот поцелуй? Я так давно хотел сделать это, Лиам, ты даже представить себе не можешь. И я чувствую себя в безопасности рядом с тобой, счастливым, я чувствую.. — Пожалуйста, Луи, не усложняй все еще больше. — прервал он меня, оставив легкий, словно перышко, поцелуй на затылке. — Прости, — пробубнил я, глубже зарываясь в его рубашку, — Прости меня. — Все в порядке, прекрати извиняться. — Было в его голосе что-то, можно было понять, что он хотел сказать намного больше. — Мне неловко спрашивать, но как долго ты уже? Я немного привстал, чтобы видеть его лицо, наши взгляды встретились и я проговорил: — Несколько месяцев, я думаю, тогда, когда Элеанор ушла, так что я не был уверен ну, ты знаешь. — То что, ты почувствовал было просто реакцией на уход Элеанор? Я кивнул. — Но это не так? — Нет, это что-то большее. Его лицо вытянулось немного, а во взгляде было сострадание. — Мне жаль.. прости меня.. я, это..Прости. Я нахмурился, чувствуя, что немного запутался; почему он извиняется? — За что? — За то, что не могу ответить тебе взаимностью. Я улыбнулся. Он чувствовал себя измученным и бесчувственным, но все еще был рядом. — Все нормально, это не твоя вина. Он посмотрел на меня с теплой, но грустной улыбкой, тогда, немного помедлив, я сказал: — Эй, Лиам? — Да? — Ты можешь позволить мне сделать кое-что? Он выглядел несколько настороженно. — Кое-что — это что? — Я просто хочу..Можно мне поцеловать тебя? — Я не совсем понимал, насколько странно это звучало, пока слова не слетели с губ, и было уже слишком поздно. Я продолжал смотреть ему в глаза, в ожидании ответа и надеясь, что он не станет кричать и выгонять меня. Технически я знал, что Лиам бы никогда такого не сделал, но ведь, надо быть готовым ко всему. В конце концов, сколько дерьма может сделать парень за один день? — Какой от этого толк? Я нерешительно пожал плечами. — Не знаю, просто хочу сделать это. — Разве ты уже не поцеловал меня? — Да, но ты не ответил. — Но не будет ли это.. — Если эта мысль настолько для тебя отвратительна, то все в порядке, ты не должен. Я просто хотел попробовать. — Прервал я его, чувствуя как щеки начали краснеть. — Хей, — проговорил он своим мягким голосом и приподнял мой подбородок, — это не так. Я просто обеспокоен. -С о мной все будет хорошо, Лиам. Пожалуйста, позволь мне поцеловать тебя хоть раз. Всего один раз. Прошу. Он уставился на меня, прежде чем кивнуть. — Хорошо, но пообещай, что все не станет еще хуже, чем есть сейчас. — Обещаю. — Прошептал я, садясь напротив него так, чтобы оказаться с ним на одном уровне, расположив одну руку на его щеке, а другую чуть ниже груди. Этот поцелуй совсем отличался от того раза, когда я целовал его. Прежде всего, потому что Лиам на этот раз по настоящему отвечал на мой поцелуй. Во-вторых, теперь я по настоящему чувствовал его сильные руки, обвившиеся вокруг моей талии. Ну и в-третьих, потому что теперь я знал, что я и Лиам, мы никогда не будем вместе. Это было так хорошо, поцелуй. Я не был уверен, как далеко смогу зайти, но уже через несколько мгновений я медленно приоткрыл рот, и был безумно рад, когда почувствовал, что Лиам сделал тоже самое. Его губы медленно двигались поверх моих, и я рвано вздохнул. Поцелуй с Лиамом был полной противоположностью поцелуя с Гарри; теплый, уютный, нежный и успокаивающий, в отличии от спонтанного, дикого и непонятного. Через пару минут мягкого поцелуя я осмелился слегка провести кончиком языка по нижней губе Лиама. Какое то мгновение он колебался, но затем его язык встретился с моим. Хоть я и знал, что он делает это ради меня, я не мог не притвориться, что крепкая хватка его рук на моей талии все же знак того, что ему нравится. Я невольно захныкал, когда его грудь соприкоснулась с моей, и, кажется, этот звук привел Лиама в чувства и он оторвался от меня. -Это был не просто поцелуй. — Он не улыбался, но, казалось, немного смущен. Так что для меня это была маленькая победа. Я слегка улыбнулся. -Конечно был, — пауза,— Но спасибо. Он коротко улыбнулся и снова притянул меня к себе, укладывая мою голову на грудь. -Без проблем. Я вздохнул и закрыл глаза, желая поскорее уснуть. Но воспоминания о предыдущих событиях снова накрыли меня с головой. В тот день я действительно накосячил. Во-первых, поцелуй с Гарри, потом признание Лиаму в своих чувствах и поцелуй с ним тоже. Плюс я даже не сказал ему о том, что произошло между мной и Гарри. Я глубже зарылся в рубашку Лиама. Решить эти проблемы я могу и завтра. Сейчас все, что мне было нужно, это хороший сон, может, все станет немного лучше, когда проснусь.