Чистая фантастика - 2

Машина неслась по пустынной улице все быстрее и быстрее. Как ни старался Джин справиться с управлением автомобиля, у него ничего не получалось. Тормоза отказали, руль заклинило. Стрелка на спидометре медленно, но верно пересекла отметку 200, а когда она замерла на 500, липкий страх сковал сердце парня. Судорожно дыша, схватившись за руль так, что пальцы побелели, он всматривался в темноту через лобовое стекло, пытаясь хоть как-то привести чувства в норму и найти рациональный выход из ситуации. Рывок - и, оторвавшись от земли, машина стала подниматься все выше и выше. А когда перед ним, словно насмехаясь, заплясали ясные, до звона, звезды, он закричал, и услышал за спиной голос, который был смутно знаком. — Ты знал о своем призвании Джин? Глаза широко распахнулись, Джин уставился в темноту. Сквозь пелену не отпускающего страха, стали проникать звуки дома: мерное тиканье часов, шуршание шин за окном и тихое дыхание любимой. Джин облегченно вздохнул — всего лишь ужасный сон. Один из кошмаров, что снились ему время от времени. Стерев со лба пот, он стал приходить в себя, осознавая, что находится дома, в своей постели и тут нет ничего страшного и необычного. Чтобы не разбудить любимую, Аканиши аккуратно встал, запахнул на себе халат и, не надевая тапок, пошел на кухню. Там, глотнув воды, он уселся на подоконник и закурил, всматриваясь в ночной город. Когда почти выкуренная сигарета обожгла пальцы, чем окончательно привела в чувство, Джин задумался, почему так остро реагирует на ЭТОТ сон. Обычно сон снился ему перед серьезными переменами в жизни, но это ведь не повод чувствовать себя таким испуганным и разбитым. К тому же изменения в жизни, о которых предупреждал сон, никогда не были плохими. Наоборот, все, что происходило с ним в последнее время, можно назвать позитивным. Если задуматься, Джина можно было назвать счастливым человеком. У него была очень красивая девушка, которая переехала к нему спустя несколько месяцев после того, как они стали встречаться. Она, помимо яркой внешности и самых очаровательных глаз в мире, имела баснословно богатого отца, готового на все ради дочери. Девушка могла выбрать самого крутого парня в мире, но выбрала почему-то его — простого парня, не обладающего выдающимися качествами, имеющего небогатых родителей, да и учившегося довольно средне. Конечно, у него была квартира и машина, но тут нечем было гордиться, потому что все это было чуть выше среднего. Джин всего раз побывал в доме Сатсуки. Похожий на дворец, он мог вместить запросто несколько десятков таких квартир как у него. Вот тогда он и понял, что не пара для неё. Так что для него осталось загадкой, почему Сатсуки осталась с ним. Но как бы там ни было, Джин был бы полным кретином, если бы отказался от такой красавицы только из-за того, что она слишком самостоятельна, привлекательна и знает, чего хочет от жизни. В результате вот уже три месяца они вместе, и ничего менять Аканиши не хотел. К тому же совсем недавно состоялось замечательное событие — они закончили учебу и получили дипломы. Сатсуки ещё не решила, чем будет заниматься, а Джину диплом давал возможность повышения на работе и, соответственно, увеличение зарплаты. Теперь он мог с чистой совестью сделать ей предложение, и таким образом, перевести их отношения на новый уровень. Как все нормальные люди, Джин хотел иметь семью и детей, вот только что-то останавливало его от этого шага. Мешало странное неясное чувство, что вместе с женитьбой он безвозвратно упустит что-то очень важное в своей жизни. Джин посмотрел на часы — времени до начала работы оставалось около двух часов. Нужно было хоть немного поспать. Вздохнув, потому что так и не понял, что ему нужно от жизни, зевая, он пошел досыпать. Звонко прозвенел будильник, заставляя резко подняться. Не сразу сообразив, сколько сейчас времени, Джин взглянул на девушку и улыбнулся: она была такой милой и так сладко спала, что захотелось поцеловать, но он удержался от ненужного порыва. Чтобы не разбудить Сатсуки, Джин нажал на будильник и тихонько вышел из спальни. Затем собрался и, не заходя на кухню, мягко ступая, вышел из квартиры, спускаясь на лифте в гараж. Настроение поднялось, как только Джин сел за руль. Езда на машине всегда приводила его в хорошее настроение. Солнце светило, отражаясь в ещё спящих окнах домов, город просыпался, настраиваясь на новый рабочий день. Все было замечательно. Джин потряс головой, отгоняя воспоминание о зыбком сне и напевая незатейливую песенку, направился к своему любимому кафе, где обычно завтракал крепким кофе и булочками. У кафе уже стояли машины, отражаясь в натертых до блеска стеклах здания. Джин улыбнулся, наблюдая как девушка-бармен, увидев его в окно, выставляет на прилавок то, из чего состоял его обычный завтрак. И тут где-то рядом раздался скрип тормозов. От неожиданности Аканиши тоже машинально нажал на тормоз. Машина дернулась и встала, но все же, проехав по энерции, успела глухо удариться во что-то спереди. Послышался звон разбитого стекла и — тишина. Джин ошалело посмотрел вперед, на машину, к которой приложился. Перед ним стоял шикарный "Майбах". Выбежав из машины, Джин уставился на вдребезги разбитую габаритку этого чуда автомобилестроения. Затем он посмотрел на свою малышку. Чужой автомобиль отделался разбитыми фарами, зато у его машины изрядно помялся капот. Рассеянно разглядывая осколки, Аканиши прикидывал во сколько ему выльется ремонт машин и не заметил, как к нему подошел элегантный мужчина. Обдав парня ароматом свежескошенного луга, иностранец подошел совсем близко, так что Джин ощутил мятный запах его дыхания. Волнуясь, Аканиши поднял глаза. Мужчина оказался таким же, как и его машина — дорогой и безумно красивый. Не выходя из состояния шока, Джин завис, уставившись в его глаза. Он никогда не встречал людей с такими изумрудно-синими, как море в солнечный день, глазами. Пока Джин пялился, мужчина осмотрел его с ног до головы, оценил ущерб, нанесенный машинам, и, участливо наклонившись к нему, спросил: — С вами все в порядке? Эта фраза, выудив его из глубин синевы, вернула Джина в реальность, и он осознал, что натворил. Виновато опустив ресницы, он заговорил, пытаясь вложить в слова всю степень своего раскаяния: — Извините, я так виноват... Засмотрелся на витрину... Готов оплатить ремонт. Во время этого он судорожно оценивал размер происшествия в цифрах. Оценка сковала его сердце ужасом, ведь он никогда не занимался такими вещами, а значит, придется рассказать все Рё — спецу по автомобилям, и выслушать массу насмешек, а главное расстаться со своими сбережениями. Пока Джин в красках представлял себе, как будет веселиться Нишикидо, незнакомец коснулся его плеча, видимо, понимая его состояние, и заявил: — Ничего страшного, моя страховка все покроет. Ещё есть знакомый владелец автомастерской. Хотите, я помогу вам с ремонтом вашей машины. Джин уставился в глаза иностранцу, не зная как реагировать на эти слова. — Эээ... думаю... я справлюсь сам. Ему хотелось, чтобы фраза прозвучала уверенно, но получилось как-то не очень. Видимо, иностранец понял всю глубину расстройства Аканиши, потому что спросил: — Молодой человек, вы знаете, сколько стоит "Майбах"? Глаза у мужчины были такие, что ему хотелось доверять. — Смутно... я такую машину видел только на картинках в инете. Мужчина насмешливо улыбнулся и назвал цифру. Джину показалось, что у него зашевелились волосы на голове. Похоже, вид у него был еще тот, потому как иностранец засмеялся, переходя на «ты»: — Не переживай. Я все организую. Ремонт своей машины, разумеется, оплатишь ты. А со своей я разберусь сам. Но... с тебя ужин — там, где я захочу. Джин сглотнул. Он не был уверен, что ужин выйдет дешевле. Мужчина рассмеялся: — Вам не говорили, что на вашем лице отражаются все эмоции? Нахмурившись от того, что эта фраза ему что-то напоминала, Джин попытался сделать лицо непроницаемым, и этим вызвал новый приступ смеха собеседника. — У вас ведь есть девушка? Аканиши кивнул. — Так вот, — иностранец протянул Джину визитку, — поговорите с ней и позвоните мне вечером. Мы договоримся о времени и месте встречи. А сейчас прошу меня извинить, я спешу. Сочувственно посмотрев на машину Джина, незнакомец вернулся к своей и плавно тронулся с места. Пока Джин переваривал услышанное, иностранец вместе с шикарной тачкой скрылся из виду, и Аканиши ничего не оставалось, как выкупить свой завтрак и отправиться на работу. И лишь в дороге ему пришло в голову, что он был так невежлив, даже не спросил имени у мужика. Он ещё больше расстроился. В результате когда Джин подъехал к своей работе, то морально уже был готов к походу в ресторан. Стоило Аканиши въехать в подземную парковку, как его настроение снова улучшилось. Так было всегда, когда он приезжал на работу. Джин гордился, что работает в самой крутой компании Токио. Здесь производились лучшие в мире гаджеты и игры, делались невероятные разработки, влияющие на развитие Земли, и он был немного ко всему этому причастен. Всякий раз, как только он входил в холл, у него появлялось ощущение, что попал в будущее. Непосвященному это было не видно, но даже служебный лифт тут работал как в крутой фантастике: считывал данные, сканировал пассажира и определял нужный ему этаж. Вообще, все здание было нашпиговано техникой под завязку, но служащие знали только то, что непосредственно касалось их этажа. Выйдя из лифта, Джин посмотрел на часы, у него оставалось ещё немного времени, чтобы успеть позавтракать. Удобно устроившись у себя на этаже в кресле, укрывшимся в небольшой нише коридора, он принялся жевать круассан, прокручивая в уме события сегодняшнего утра. Спустя немного времени из-за двери кабинета босса послышались голоса. Казалось, кто-то, вышагивая по кабинету, остановился совсем рядом с дверью. — Не понимаю, почему он явился? И эта проверка... Зачем снова проверять парня? Ведь давно доказано, что он ничего не помнит. Этот возмущенный монолог принадлежал напарнику Джина Нишикидо Рё. Аканиши считал парня своим другом, а вот, что думал по этому поводу сам Нишикидо, было трудно понять. Хоть парень и был семпаем Джина, курировал его работу, но отношения у них были не совсем рабочие, хотя и дружбой это назвать было сложно. Рё подшучивал над ним, ходил с ним в караоке-бары, и до тех пор, пока у Джина не появилась постоянная девушка, всячески опекал его. Это общение почти ровесников, наверно, можно было бы назвать приятельскими. Но... Джин сам не знал, почему ему так казалось, только в отношении Рё к нему все время чувствовалась какая-то недосказанность и настороженность. Это заставляло Джина быть с ним не до конца откровенным, осторожно выражать свои мысли, считая Нишикидо при этом хорошим парнем и другом. Между тем, пока Аканиши пил кофе, разговор в кабинете продолжался, только понять о чем говорят было трудно, ибо говорившие не стояли на месте. Зато Джин понял, что собеседник Ре — Дэн. Он не был японцем, что, впрочем, никогда не смущало Аканиши, так как их компания была международной, и здесь работали люди разных национальностей. Вот с Деном у Джина не было заморочек. Они были приятелями. Яркий коммуникабельный молодой человек восхищал Аканиши. Джину было легко общаться с парнем, и он надеялся, что когда-нибудь может стать таким же контактным, как этот человек. Поэтому, услышав голос Дена, Джин вскочил, собираясь войти в офис с приветствиями, как услышал то, что произнес приятель. — Не напрягайся, Томохиса не допустит, чтобы с ним что-то случилось. — Что Ямашита может сделать? Его вообще нет в компании на данный момент, а у меня такое впечатление, что вся эта проверка неспроста. Это только предлог, чтобы увезти с собой дурачка. Мне кажется, в этом есть личная заинтересованность. — Да ладно тебе, Рё, ты как папаша за сына переживаешь. Ты помнишь, что наш иностранный друг и Томохисой был заинтересован. Но ненадолго. Они вообще на чувства не способны. Ден возразил: — С Томо было все по-другому, там был вроде эксперимент, недаром родители Ямашиты контакторы. Думаю, в его случае просто искали наличие чужеродных реакций. А здесь все иначе. Мне кажется — он запал на парня. А как наиграется — бросит. И все наши достижения окажутся напрасными. Нет, я не позволю ему этого! Кабинет сотрясся от мощного рока, исходящего из мобильника Дена. Эту музыку, поставленную на самую большую громкость, кажется, знали даже мухи в офисе. Во всяком случае, они как слышали её,так пытались поскорее убраться куда подальше. — И не только ты! Я получил сообщение — Томо возвращается. Джин ничего не понял из разговора, кроме того, что его непосредственный начальник возвращается из Бразилии, где участвовал в совместном проекте. Новость о его возвращении обрадовала. Теперь возможность повышения по службе была более, чем очевидна. Конечно, ему хотелось узнать, о чем говорили за дверью, но Джин не мог спросить у парней напрямую, ведь это означало бы, что он подслушивал. Парень решил сделать вид, что ничего не слышал и подождать, когда ему все расскажут, или он сам во всем разберется. Выбросив стаканчик, Джин поднялся, чтобы войти в свой кабинет, но тут заговорил Стив: — Да перестаньте вы переживать, как родители за малых детей. Ну, подумаешь — проверка! Томо все уладит. Вы же понимаете, он вернулся, чтобы уберечь парня, ведь он так и не смог ничего забыть. — А кто из нас смог? Ты вот тоже бегаешь за ним, как наседка, — это уже посмеивался Рё. Дальше подслушивать Джину стало совсем неудобно и, резко толкнув дверь, он влетел в офис. — Утро всем! Ну что у нас нового? Парни как-то натянуто ответили на приветствие. Чтобы загладить так раздражающую его неловкость, Джин, плюхнувшись в кресло, стал рассказывать про утреннюю аварию. Народ стразу оживился и каждый стал предлагать свою помощь. Нишикидо был категоричнее всех: — Так, машину мы твою отремонтируем, даже не думай отдавать её куда-то в ремонт, кроме нашего центра. У Джина сложилось впечатление, что парень сам готов был заплатить за все, только бы Аканиши не вздумал воспользоваться услугами чужого предприятия. Джин пожал плечами, ему было все равно, кто будет ремонтировать его четырехколесного друга, лишь бы быстрее и с меньшими затратами. — Ладно, потом скажешь, куда мне обратиться. Тут появилась секретарь — Рё замещал Томохису в его отсутствие — и принесла документы. Рабочий день закрутился, и все пошло своим чередом. Джин, как обычно, забыл обо всем, что не касается работы, в том числе и о времени, погружаясь в совершенно иной мир. Он не заметил, как Стив принес ему еду, а Нишикидо, попрощавшись, ушел. Когда по одному из офиса удалились все, Джин не обратил внимания — так было всегда. Работая на таком предприятии, он знал о существовании трех степеней секретности. Каждый работник имел допуск к определенной информации, и лишь верхушка знала все. Его напарники работали здесь давно и обладали всеми кодами доступа. Поэтому Джин, не зная, куда время от времени исчезают сотрудники, не задавал вопросов, на которые ему все равно бы не ответили, а продолжал усердно работать, в надежде со временем получить такой же статус. Закончив программу, он оторвал глаза от монитора и посмотрел на окно. Уже давно стемнело, и луна выглядывала из-за облаков. Опомнившись, Джин сорвался с места и стал быстро одеваться. Собираясь, он в голове проговаривал извинения и придумывал оправдания перед Сатсуки за позднее возвращение с работы. Выключив свет и отключив приборы, он вылетел в коридор и стал нетерпеливо хлопать по панели вызова лифта. Раздался звук подъехавшего лифта и двери открылись, выпуская из недр парня в идеальном костюме. "Какой же он красивый... и вроде даже помолодел", — это была первая мысль, когда в кабине лифта он увидел перед собой босса. Джин замер, как под гипнозом, все глубже погружаясь в омут глаз Ямашиты. Аканишиши не мог сказать, почему решил, что Томохиса сейчас выглядит моложе, ведь он видел начальника за все время своей работы в компании всего несколько раз. Просто было такое чувство, что Томохиса стал ещё притягательнее. Ямашита кашлянул, и Джин понял, что бестактно разглядывает главного человека компании. Смутившись, он скороговоркой проговорил традиционное приветствие: — Добрый вечер, Ямашита-сан. И посторонился, давая возможность начальству выйти из лифта. Чуть кивнув, Ямашита прошел к двери своего кабинета. Потеряв зрительный контакт, Джин вспомнил, что ему надо домой и, не дав лифту закрыться, влетел в него. Только когда двери лифта закрылись, он услышал. — Вечер, Джин. Уже спускаясь в гараж, Аканиши расслабился, но вдруг почувствовал, как ухнуло его сердце, падая куда-то вниз. Его поразило, что равнодушный ко всем и всегда такой занятой шеф помнит его имя.