В гостях у сестрёнки

- Анечка? Россия вздрогнула всем телом, когда из прихожей послышался голос младшего брата. Тот как всегда вошёл без стука, воспользовавшись своим ключом. Спросите, откуда у него ключ? Очень просто – он уже давно сделал дубликат, чтобы можно было в любое время попасть в дом к сестричке. Сестричка между тем была не так активна, а потому до сих пор так и не сменила замки. Хотя, чёрт его знает, может она просто думала, что Николай и на сей раз сделает дубликат? С него, конечно, станется… А может… Пожалуй, стоит признать, Аня испытывала странное волнение от осознания того, что братик может в любой момент оказаться в её доме. Когда она спит, или когда она в душе. Конечно, была определённая доля страха, но и трепет был невероятный. Хотя мириться с этой мыслью девушка совсем не хотела. Между тем шаги в прихожей были всё отчётливее. Россия не успела придумать, что делать – спрятаться или притвориться мёртвой. Дверь спальни резко отворилась, и девушка застыла перед открытым шкафом. Да уж, прятаться в шкаф собственного дома от своего брата очень по-детски, да и то не успела. Даже стыдно немного. - Коля, это ты? Гениальный вопрос, не правда ли? Арловский еле заметно улыбается. - Ну, да. - А я как раз это…как его… Уходить собиралась. - Куда? - Ну так это… Куда-то… Попытка ретироваться с треском провалилась. Николай неожиданно быстро подходит к ней и хватается руками за дверцы шкафа. Теперь у Ани только один путь к отступлению, но согласитесь, далеко она не убежит. - Может, ты отложишь это? – тихо сказал Арловский, практически дыша в ухо сестре. – Я соскучился. - Мы ведь только вчера виделись. - Ты снова исчезла, едва появившись. Россия опустила взгляд. Ну да, что правда, то правда. Она в последнее время только и делала, что сбегала от младшего брата. - Ну, ладно тогда. Давай чайку попьём? - Давай. Разумеется, Аня понимала, как к ней относится младший брат. Только слепой бы не заметил. И ей было очень стыдно от того, что она не может ответить ему взаимностью. У самой, кстати, рыльце в пушку. Давно уже неровно дышит к другому своему брату, старшему. Но Олег либо не замечает этого, либо не хочет обижать сестру, а потому игнорирует, как и сама Аня Николая. Да уж, сложная ситуация. Узнать бы ещё, что там на сердце у Украины… Оказалось, что у России даже нет ничего к чаю. Стыдоба-то какая! Даже те печеньки, что она прикупила пару дней назад, и те исчезли. Хотя она не помнила, что ела их. Странно, не правда ли? - Коленька, ты посиди пока, я быстренько в магазин сбегаю. - Я с тобой. - Нет-нет, я быстро. Коротко чмокнув братика в щёчку, Аня со всех ног бросилась на улицу. И каково же было её удивление, когда она увидела у ворот своего дома старшего брата. - Олег? - О, привет, Ань. – улыбнулся парень. – А я как раз к тебе. - Не ожидала тебя увидеть. С чего это вдруг? - Да тут такое дело… Черненко отвёл взгляд. Брагинская слишком хорошо его знала, чтобы не догадаться, что случилось. - Опять отсрочка нужна? Денег нет? Олег стыдливо кивнул. - Ну да. Брагинская лишь головой покачала. - Я так и знала… Ладно, ничего страшного. Заплатишь, когда сможешь. - Правда? - Ну, конечно. Никаких проблем, правда. Украина облегчённо выдохнул. - Я так рад это слышать. Ты извини, у меня правда сейчас непростое положение. - Можешь не объяснять, – улыбнулась Аня. – Зайдёшь на чай? Я как раз в магазин собиралась, там ещё Коля пришёл. Появившаяся неожиданно заинтересованность на лице старшего брата посеяла в сердце девушки некую тревогу. - Коля? Он у тебя? - Да. Иди в дом, я скоро вернусь. - Ладно. Олег не пошёл, он буквально полетел к порогу. Россия некоторое время смотрела ему вслед, потихоньку понимая, что что-то не так. Из магазина она вернулась куда быстрее, чем рассчитывала. Пирожные, конфеты, печеньки, ещё какая-то вкуснятина. Всё лучшее для любимых братьев. Не издавая лишнего шума, она сразу направилась на кухню, уверенная в том, что братья наверняка будут в гостиной. Но она ошиблась. - Странно получается, правда? – послышался голос Олега. Россия отчего-то замерла на месте у самого порога. - Даже очень, – отозвался Николай. – Это неправильно. - Нет… неправильно. - Ты знаешь, что я люблю Аню. - Знаю. - Но она любит тебя. - Да. Я давно это понял. - А ты… Это же неправильно. - Я ничего не могу с этим поделать, братик. Я всегда любил только тебя, и это никак не изменить. Аня рассеянно повела головой, не зная, что и думать. - Уже который год… И долго это будет продолжаться? - Не знаю. Коленька, я знаю только одно – если так продолжится и дальше, мы трое обречены на страдания. - Это неправильно… - снова повторил Арловский. - Братик, послушай меня. Послышался шум шагов. Должно быть, Черненко подошёл к Николаю. Потом снова послышался его голос. - Мы связаны самой судьбой. Возможно, если бы ты ответил мне взаимностью, или если бы Аня полюбила тебя, всё было бы разрушено. Там, где есть счастье двоих, третий всегда будет лишним. Нас бы уже не было трое, понимаешь? - Я…кажется, понимаю. Россия вздохнула. У неё больше не было сил подслушивать под дверью. Это казалось ужасным обманом. Решительно расправив плечи, она вошла на кухню. В ту же секунду Олег, стоявший уже слишком близко к младшему брату, приник к его лицу и поцеловал в губы. Совсем невесомо и легко, Николай даже не успел хоть как-то среагировать на это. Для России это было слишком неожиданно. Она выронила из рук пакет и шокировано застыла на месте. - Аня… Арловский оттолкнул Олега и виновато посмотрел на сестру. Но девушка смотрела на старшего брата. Черненко обернулся. Он был очень серьёзен. - Я… - Брагинская растерянно заморгала. – Я пойду… К её величайшему удивлению, Украина улыбнулся. - Куда же ты пойдёшь? - Что? - Извини, сестричка, но без тебя никак. Николай и Аня удивлённо уставились на него. - О чём ты, брат? – спросил Беларусь. - А вы ещё не поняли? Всё ведь очевидно, родные мои. Украина медленно подошёл к сестре. Та вздрогнула, когда он схватил её за руку и притянул к себе. - Мы всегда должны быть едины и неделимы. Вы понимаете это? Никто не может нас разлучить. Даже… - он неожиданно властно поцеловал сестру в губы. Резко оторвавшись, он закончил: - Даже мы сами. Олег снова обернулся к брату. - Иди сюда. Николай был словно в прострации. Он молча подчинился, и вот они стоят вместе втроём, прижавшись друг к другу. Россия поняла, что брат прав. Они всегда должны быть вместе. Только так и никак иначе. Украина чмокнул их обоих в лоб, словно маленьких и несмышленых детей, которыми те себя и чувствовали. - Вы ведь доверяете мне, правда? Аня и Коля синхронно кивнули. - Тогда… - Олег задумчиво огляделся. – Вот как мы поступим, родные мои. Он взял брата и сестру за руки и повёл за собой. Как позже поняла Аня, повёл в её спальню. - Самое главное то, что мы любим друг друга. Черненко заставил Арловского сесть на край кровати, а после прижал к себе Аню. Николай зачарованно смотрел на то, как брат целует сестру, и, к своему удивлению, не испытывал никакой ревности. А ведь раньше он ревновал Аню ко всем на свете. Похоже, слова брата сильно на него повлияли. Оторвавшись от губ России, Украина повернул её к себе спиной так, чтобы Николай мог видеть её лицо. - Я вас обоих люблю, хоть и по-разному, – сказал Черненко. – И вы тоже любите меня. Что нам ещё нужно? Ни Коля, ни Аня ничего не смогли ответить. Словно дар речи совершенно пропал от шока. Ведь то, что сейчас творил старший брат, было слишком странно и слишком неожиданно. Совсем не похоже на Олега. Украина ловко стянул с девушки кофту и подтолкнул к младшему брату. Аня обернулась и увидела глаза Олега, в которых не было даже намёка на неуверенность. А ведь она и правда ему доверяет. И любит… И Николая она тоже любит. Вновь посмотрев на Беларусь, она решила для себя, что если уж доверять своим братьям, то доверять полностью и без остатка. Девушка решительно уселась на колени Николая и позволила ему крепко обнять себя. Его руки заскользили по её спине, нежно очерчивая все изгибы. Аня сама потянулась к его губам, чувствуя на шее тёплое дыхание Олега. Его рука потянулась вперёд и обхватила затылок Арловского. Когда Аня оторвалась от губ брата, за них тут же взялся Олег. Николай горячо ответил ему, не прекращая ласкать сестру. Это должно было быть чем-то противоестественным, но всё казалось таким правильным и уместным, что оставалось удивляться тому, как они раньше без этого жили. Когда Олег успел раздеться, Аня так и не поняла. Просто ощутила обжигающее прикосновение его обнажённой груди к своей спине. Его тёплая ладонь ласкала её груди, в то время как язык Николая расчерчивал на её шее какие-то узоры. Неожиданно Коля схватил Аню в охапку и повалил её на кровать. Девушка даже не стала удивляться его инициативе. Парень с невозможной быстротой стянул с неё брюки, а затем и нижнее бельё, в то время как Олег в таком же темпе раздел его самого. Россия смотрела на братьев с придыханием. Ведь сейчас они оба были просто прекрасны – оба возбуждённые, несколько раскрасневшиеся и практически агрессивно настроенные получить желаемое. Её братья, её мужчины… Вот Олег грубо хватает брата за волосы и толкается пахом в его бёдра, вызывая этим действием сладкий стон младшего. Рука Черненко скользит к основанию возбуждённого члена, и Коля вновь вздрагивает всем телом. - Давай, мой хороший. Сделай это. Украина сам заставляет брата буквально опрокинуться на сестру. Аня широко раздвинула ноги, позволяя ему устроиться между ними, и запрокинула голову, не сдерживая стоны, когда язык Николая нежно заскользил по её соскам. Она видит, как Черненко пошло облизывает свои пальцы, как его рука спускается ниже, к пояснице Коли. Арловский тихонько вскрикнул, когда мокрые пальцы уткнулись в его анус. - Тихо, мой хороший, тихо… - нежно шепнул ему на ухо Олег, опускаясь вниз. Николай зажмурился и уткнулся лицом в шею сестры. Та нежно обняла его и подняла голову, чтобы увидеть, что делает Украина. От вида уткнувшихся меж ягодиц Коли пальцев Олега её дыхание едва не сорвалось. Пройдясь языком по его промежности, Черненко не без труда протиснул в его проход указательный палец. Беларусь до того трогательно сжался, что Аня не удержалась и принялась нежно целовать его. Олег продолжал целовать ягодицы Коли, наслаждаясь тем, что может вот так интимно прикасаться к любимому братику. Их с Россией взгляды снова пересеклись. Украина улыбнулся, и Брагинская невольно подивилась тому, как властно выглядела эта его улыбка. Такого Черненко, она была в этом уверена, никто ещё не видел. Облизнув верхнюю губу, он уткнулся ещё ниже, и на сей раз Аня застонала в унисон с братом, когда язык Олега прошёлся по её клитору. Эта сладкая пытка продолжалась до тех пор, пока Черненко не решил, что младшие уже готовы к самому главному. Он сам ввёл член брата в нутро Ани, после чего навалился на них сверху и ткнулся в растянутое отверстие Николая. На сей раз Беларусь закричал в голос, а Аня и Олег принялись в унисон ласкать его, пытаясь отвлечь от боли. Но вот он сам толкнулся в нутро сестры, и это послужило сигналом к действию. Выйдя из неё, он сам подался назад, насаживаясь сильнее на член брата. Детородный орган Олега задел внутри Коли какое-то весьма чувствительное местечко, от которого по всему телу волнами прошлось невероятное удовольствие. Пара секунд, и он снова толкнулся в тело Ани, наслаждаясь тем, как плотно обхватывают мышцы его член. Он повторил эти движения вновь, в очередной раз вскрикивая от чистейшего удовольствия. Олег практически не двигался, позволяя Арловскому сделать всё самому. Тем более, что Коленька явно вошёл во вкус. Когда Россия обхватила своими хорошенькими ногами его торс, Черненко не без удовольствия вцепился руками в одну ногу и обхватил губами чуть растопыренные пальчики. Кажется, сестрёнке понравилось. Олег удивлял сам себя. Он ловко успевал ласкать и брата, и сестру, и сам при этом получал ни с чем несравнимое удовольствие. Они были едины, как никогда прежде. Одно целое, пусть и в разных телах. Первым не выдержал Николай. Зажатый между двумя телами, он забился словно в лихорадке, когда его настиг самый оглушительный оргазм в его жизни. Черненко аккуратно вышел из тела брата и мягко отодвинул его в сторону. Сразу после этого он стремительно вошёл в сестру и несколькими уверенными движениями довёл её до оргазма. Кончив, он сам свалился без сил по другую сторону от нее, пытаясь выровнять дыхание. Немного придя в себя, уставший, но совершенно удовлетворённый Арловский повернулся на бок, лицом к Ане. Олег сделал то же самое. Россия уснула в тёплых объятиях своих братьев, впервые за долгие годы абсолютно счастливая.