Маленькое счастье

Едва открыв дверь квартиры, я улыбнулся - приятно пахло моей любимой шарлоткой. Когда мы с моим лучшим другом с детства и, по совместительству, адвокатом, разувались, в прихожую, вытирая руки полотенцем, вышла моя девушка. Моя маленькая драгоценность. - Ты сегодня раньше. - Негромко и мирно заметила она, подставляя губки для мимолетного поцелуя. - Привет, Дим. - Привет. - Усмехнулся мой друг. - Вы ужинать или работать? - Моя любимая футболка на ней, чуть приталенная, с надписью "Мы верим в свою свободу". - А и то, и другое нельзя? - Улыбнулся я, стаскивая с шеи галстук-удавку и расстегивая воротник. - Можно, конечно! - Всплеснула руками красавица. - Мы поработаем часик, а потом ужинать, ладно? - Притянув стройное тело к себе, я нежно и неторопливо поцеловал теплые губы, хозяйничая языком в податливом ротике обнявшей меня за шею девушки. - Ром, мы работать собирались. - Ехидно окликнул уже из кабинета Димка. Чмокнув напоследок Алену в кончик носика, я отпустил ее от себя, сразу принявшись закатывать рукава. Усевшись за письменный стол, я открыл извлеченный из портфеля ноутбук. - Слушай, ну это не может продолжаться вечно. - Негромко завел старую шарманку блондин. - Ей же всего восемнадцать, ты не можешь отнять у нее молодость. - Я ее не держу. - Пожал плечами я. - У нее есть квартира, которую она получила при выпуске из детдома. Универ я ей оплатил до последнего курса, специализация у нее редкая... - Я тебе не говорю про ее возможность уйти. - Мотнул головой друг. - Она же на тебя щенячьим взглядом смотрит, ты для нее - весь мир. А что для тебя она? - Счастье. - Просто ответил я. - Да что я, не знаю, что ли, - резко понизил голос до шепота Дима, - что ты свою секретаршу регулярно, раз в неделю натягиваешь? - Я это делаю только потому, - яростно зашептал я, - что у меня рядом с ней, - я кивнул на закрытую дверь, - крышу сносит! А она еще совсем ребенок, она боится! - Ты... - Глаза Дмитрия расширились. - Ты с ней не спишь? - Вот именно, - усмехнулся я, - что только сплю. Сном младенца, ёпт. Все, - я повысил голос с шепота на нормальную громкость, - давай о деле. Через сорок минут активного обсуждения нового договора мы сошлись во мнении, что пару пунктов надо изменить, но, в целом, договор не смертелен. Я работаю управляющим крупной сети ресторанов, занимаюсь именно расположенными в Москве филиалами. Переговариваясь на нейтральные темы, мы с другом устроились за столом. Он уже был уставлен блюдами и салатницами. - Мне кажется, - задумчиво начал я, рассматривая сразу встревожившуюся Аленку, - или я и в самом деле живу с волшебницей? Облегченно усмехнувшись, она взъерошила мои короткие волосы. - Ты, кстати, не видел мою тетрадь? - У меня на столе. - Поцеловав ладошку с тонкими пальчиками, я с улыбкой проследил за испарением девушки из кухни. Любит же рисовать... Любит и умеет. Даже поступила в Академию Искусств на реставратора на бюджет. Хорошо, что она не знает, что в Академии вообще бюджетные места не предусмотрены... Вечером, приняв душ, я с довольным вздохом опустился на постель рядом с сидящей по-турецки девочкой. Пятнадцать лет разницы, это ж надо... Даже не пытаясь заглянуть в толстую тетрадь, лежащую на правом бедре красавицы, я легко скользнул кончиками пальцев вдоль сгорбленной спинки. Вздрогнув, она устремила чуть отрешенный взгляд на меня - как всегда, когда она рисует. - Ты спать собираешься? - Да, сейчас, пять минут... - Пробормотала Алена, склоняя голову. Карандаш тихо и уверенно черкал по клетчатой бумаге, изливая душу и воображение девушки. Потом, когда она завершит рисунок, я его увижу. Знаю, что моя малышка не любит, когда видят ее незаконченные работы. Вдруг всплыла в памяти наша первая встреча - Аленка бросилась под мою машину, чтобы спасти просто незамеченного мной котенка. Моя ярость тогда в считанные мгновения улеглась - до того трогательно и невинно беззащитная шестнадцатилетняя девчонка прижимала к груди мурлычащий комочек... Я тогда и влюбился. Сразу вспомнился момент, когда мы гуляли в парке. Захлебывающаяся всхлипами девушка сбивчиво рассказывала, что мальчишки выбросили ее котенка из окна пятого этажа. Детдомовская. Я гладил мягкие русые волосы, позволяя ей орошать слезами мое плечо и дорогую рубашку. Я понимал тогда, что ей больно, но... Меня умиляла ее детская непосредственность, привязанность, чувствительность... Погас свет и тут же теплая щека прижалась к моей груди. Поцеловав пахнущую цветами макушку, я усмехнулся - тихая, скромная, ласковая... Когда она сказала мне, куда хочет поступать, я изворачивался как мог, лишь бы моя красавица не узнала, что ее "бюджет" на самом деле оплачен мной. Я тогда собирался менять машину, но предпочел оплатить ее обучение. Никому не ведомо, как же мне приятно тратить на нее деньги! Я обожаю это делать. А она фыркает, обижается и говорит, что это все ей не нужно. Маленькая глупышка моя. Утром меня разбудил тихий шорох одежды - на пары собирается. А мне только через полчаса вставать... Приоткрыв один глаз, я прикусил губу, чтобы не выдать себя улыбкой - она одевается... Свободную (мою) футболку Аленка уже сняла, обнажив плоский животик и упругую высокую грудь размера эдак второго, теперь стягивала бриджи. Сглотнув, я завороженно следил за оголением аппетитной попки и стройных подтянутых бедер. При мне моя малышка никогда не переодевается. Ну, натягивание одежды уже не так интересно. Дождавшись, когда девушка приведет себя в приличный вид, я нарочито завозился, садясь и широко зевая (натурально, кстати). - Я тебя разбудила? - Пальчики зарылись в мои взлохмаченные волосы. - Прости. - Прощение еще надо заслужить... - Выдохнул я, вытягивая шею. Улыбнувшись, она наклонила голову, позволяя коснуться своих губ. Нежно-нежно целуя ее, я все сильнее возбуждался. Надо будет сегодня Марину нагнуть. На работе я вызвал секретаршу в свой кабинет, вспоминая изгибы идеально-прекрасного тела моей девочки. Как обычно, весьма раздетая крашеная блондинка попыталась усесться мне на колени, обдав сладкой приторной вонью духов. Резко встав, я заставил ее лечь грудью на стол, задирая ее и без того короткую юбку. Удовольствие во время такого секса мне доставляли только воспоминания о моем маленьком счастье. Кончив в кулак, я сел в свое кресло, вытирая руку влажной салфеткой. Ну что ж, хоть какая-то разрядка. Не успел я выровнять дыхание, как зазвонил сотовый. Тот, номер которого знают друзья, семья и Аленка. - Да, моя маленькая. - Довольно зажмурившись, я откинулся на спинку кресла. - Купишь по пути молока? - Как-то робко попросила моя девушка. - Конечно, что-то еще? - Я улыбнулся - всегда стесняется меня о чем-то просить. - Мне больше ничего не нужно. - По голосу слышу, что тоже улыбнулась. - Я люблю тебя. - И я тебя. - Пролепетала явно не ожидавшая признания малышка. Я не так часто, как хотелось бы, говорю ей это. Положив в холодильник пакет молока, я обнял со спины колдующую что-то у плиты красавицу. Она даже не улыбнулась, лишь нахмурила бровки. - Что случилось, малыш? - Мурлыкнул я ей в ушко. - Ничего. - Буркнула Алена. Никогда такого тона от нее не слышал... - Малыш? - Не спрашивай. Пожалуйста. Не хочу я об этом с тобой говорить. - Стряхнув мои ладони со своей талии, девушка стремительно вышла из кухни. Так горько стало в груди... Опустившись на стул, я закрыл лицо ладонями. Она не могла узнать об Академии. В чем тогда дело? Что я сделал не так? Или не я? И даже в этом она идеальна - не закатила истерику с битьем посуды, а сама пытается справиться. Ночью меня разбудил холод - Аленка перестала прижиматься ко мне. Приподнявшись на локтях, я непонимающе посмотрел на стоящую в одном белье перед ростовым зеркалом девушку. - Маленькая?.. - Чем я хуже? - Тихо и печально вопросила она, глядя в темные глаза своего отражения. - Ты же говорил, что я красивая. Так чем же я хуже той, чьими духами от тебя сегодня пахло? Слезы скопились в уголках глаз и скользнули по мягким изгибам скул на щеки. Встав за спиной тихо плачущей малышки, я положил ладони на тут же покрывшиеся мурашками хрупкие плечики. - Ты лучше всех. - Так же негромко начал я. - Но ты боишься меня, моего желания. А мне нужно его куда-то девать. Ты боишься и не хочешь. Ты ребенок еще. - Она прикрыла глаза. - И мне нравятся наши отношения, мне нравится твоя невинность. Мне нравится целовать тебя. Я не хочу тебя ни к чему принуждать. Медленно развернувшись, Алена легонько толкнула меня в грудь. И еще раз. И еще. Сделав очередной шаг назад, я упал спиной на постель. Завороженно глядя во влажно поблескивающие глаза нависшей надо мной на четвереньках девушки, я несмело скользнул ладонями от колен выше, по стройным бедрам. Осторожно коснувшись губами моей шеи, она судорожно вздохнула, когда я нежно сжал упругие ягодицы. Невыносимо хотелось подмять ее под себя и как следует отлюбить, компенсируя почти два года безвыходного желания. Но нет. Девочка явно пыталась расслабиться, но боязливая дрожь пробегала по ее телу каждый раз, как я касался интимных мест. Ладно, тяжелая артиллерия - в бой... Запустив пальцы в трусики все еще нависающей надо мной малышки, я осторожно погладил заветную точку. Бледная трясущаяся Аленка жалобно всхлипнула, напрягаясь всем телом. Ой, не нравится мне это... Резко введя средний палец, я утвердился в своей догадке. - Глупая малышка... - Зашептал я, укладывая девочку рядом и прижимая к груди. - Теперь понятно, почему ты боишься. Что ж ты мне сразу не сказала? - Я... - Голос красавицы сорвался. - Я думала, ты... - Я тебя никогда не брошу. - Перебил я, приподнимая заплаканное личико и касаясь трясущихся губ. - И изнасилование - не повод для расставания. Зажмурившись, девушка крепко обняла меня за талию, пряча лицо у меня на груди. Маленькое глупенькое солнышко мое... Утром я проснулся один. На кухне тихонько звенела посуда и шкворчал на сковородке мой любимый омлет с колбасой, горошком и сыром - я его запах и из постели учуял. - Хозяюшка моя... - Шепнул я, касаясь тонкой шейки губами и прижимаясь к теплой спинке обнаженной грудью. - Доброе утро. - Бледно улыбнулась Аленка, не отрываясь от нарезания колбасы. Стянув кусочек прямо из-под ножа, я уселся за уже накрытый стол, отхлебнув чаю. Буквально через минуту на тарелке передо мной уже исходил ароматом омлет, соблазняли золотистыми формами гренки и намазывался для меня кусочек хлеба плавленым сыром - все, как я люблю. И девушка напротив, которую я люблю. И не надо мне секса.