Этому. Нет. Конца.

      Система ограничивает всё человеческое, что есть в наших сердцах, запирает это глубоко в подсознании и направляет к выбору дверей, каждая из которых в конечном итоге приводит на плаху. Кто-то сдаётся наркотикам, колется, глотает... не важно, они упиваются расширителями видения, сходят с ума от экстаза и, в конечном счете, сдаются законам общества. Или навсегда освобождаются от них в губительной передозировке.       Ещё есть экземпляры, топящие себя в алкоголе... неплохой вариант сбросить напряжение, вот только и здесь судьба-злодейка постаралась всё изгадить. Хочешь – пей, но не огорчайся потом отобранным правам, разложившейся прямо внутри печени, похмелью. Словом, от системы уйти можно, но способы эти чаще всего неприятны и потому мне не подходят. Моим личным способом будет он.       Простой автомеханик в белой, заляпанной маслом майке, откровенно бомжеватой внешности. Знал бы он, как часто я, проходя мимо, останавливаюсь, чтобы просто посмотреть на дырявые кеды, торчащие из-под капота. Приглядываюсь, прислушиваюсь, никак не могу решиться подойти и просто попросить мне улыбнуться. Ненавижу общественные рамки, а самостоятельно раздвинуть их не могу. Дилемма...       Моя Джомолунгма наступает ничем не примечательным днём. Мешок мусора в его наряжённых мускулистых руках угрожающе раскачивается над залитым непонятной жидкостью асфальтом, а потом летит в контейнер. Рывок, от которого слегка закружилась голова – и узкая спина оказывается прижатой к холодной кирпичной стене. Солёные губы я запечатываю поцелуем, не обращая внимания на стиснувшую футболку ладонь.       Чёрт бы его побрал... его и его сумасшедшее тело! Прижимается так невинно, как будто давно догадывался о моих намерениях и заранее настроился на ответ. Система медленно покрывается трещинами вокруг и рассыпается проломленным зеркалом, развёртывая реальность целым миром ощущений и звуков... Жар, за который я готов воевать впрыскивает в кровь свободу, принуждая сминать мягкость снова и снова. Дьявол, борьба за него была бесконечна.