Мелодия любви

На следующее утро… Нет, даже на день (часы на стене показывали три часа дня) я проснулась с легкой головной болью, и первое, что бросилось мне в глаза, была вчерашняя грамота, на которой было написано: «Команде «LIE – Life Is Enjoying» за первое место в танцевальном конкурсе». Да, мы были первыми, и, я думаю, это заслужено! В комнате было светло и на удивление тихо: ни громких разговоров, ни звуков телевизора, что так свойственно этой квартире. Хорошо, что сегодня выходной. Я медленно сползла с кровати и вышла в гостиную. Она была пуста. Я увидела лишь небольшую записку на столе. «Даночка! Мы с папой уехали на дачу, приедем поздно вечером, не теряй нас. Если Карины нет дома, значит, она гуляет. Позавтракай и не забудь сделать уроки. Целую, мама». Я не хотела есть, поэтому, умывшись, сразу же засела за уроки, чтобы закончить к концу дня. …Это был понедельник, и мне снова пришлось идти домой одной. Мы уже были не так близки с Аленой, и вместо длинных разговоров только кивали друг другу при встрече. И, заметьте, не я была тому виной. Я включила плеер, чтобы дорога не была такой скучно и вышла из школы, решив сократить путь и пройти по заднему двору. Это место было местной «курилкой», из-за чего я не очень любила здесь ходить. Но желание оказаться дома было сильнее этой неприязни, поэтому я выбрала короткий путь. Удивительно, но сейчас здесь не было никого. Наверное, они испугались внезапно наступивших холодов. Хотя, разве они могут чего-либо бояться?... Вдруг навстречу мне пронеслись два-три мальчика. Я сняла наушники и прислушалась. Тишину разрушал громкий плач вперемешку с кашлем и всхлипываниями. Я поспешила вперед. Что же там произошло? Картину моему взору предстала весьма удивительная: какая-то девочка сидела на земле и плакала, а над ней склонился парень, закрывая своей курточкой почти весь обзор. - Что случилось? – крикнула я и побежала к ним. Но когда я оказалась на таком расстоянии, что могла разглядеть лицо, я обомлела и застыла на месте. – Карина?! Девочка встала и прижалась ко мне, продолжая рыдать. - Что здесь произошло? – повторила вопрос я. - Дру-друзья… Риты…мальчики…они… - Так! – я присела на корточки и погладила сестру по голове. – Успокойся и объясни все нормально. - Рита подговорила своих друзей, чтобы они заманили меня сюда и избили, - Карина утерла слезы. - Что они тебе сделали? - Они ударили меня по лицу, толкнули на землю и хотели испинать, но не успели. Пришел он, - она кивнула в сторону старшеклассника. – И спас меня. - А сейчас что-нибудь болит? - Ну, я пойду, - сказал парень и стал потихоньку двигаться в ту сторону, откуда пришла я, но мне было совершенно не до него. - Ты знаешь тех мальчиков? - Это из шестого В. - Что-нибудь болит? – мой предыдущий вопрос остался неотвеченным. - Нет, я просто сильно перепугалась, - Карина стала отряхивать налипшие на брюки сухие листья. - Мама сегодня же напишет заявление в полицию. И вообще, что у вас такое произошло, что она натравила их на тебя? - мы поссорились. Она приревновала меня к однокласснице, разгорелся скандал, ну она и это… А может лучше не надо? В полицию-то? - Еще как надо! А если бы они что-то тебе сделали? Ты же могла калекой остаться! Ой, наверное тот парень шапку забыл… - да, это его шапка. Он скинул ее, когда оттаскивал пацанов от меня. - Нужно вернуть, - я побежала, чтобы успеть догнать его, пока он не ушел слишком далеко. Мне повезло. Он продолжал спокойно идти, то и дело поглядывая в телефон. Я одернула парня. - Спасибо за… - слова застряли у меня в горле, и я лишь молча протянула ему оставленную шапку. Свысока на меня немного удивленным взглядом смотрел Фестер. Этот взор будоражил меня, и по телу пробежала мелкая дрожь. Испугалась ли я? Да, я испугалась. Мне было ужасно стыдно, наверное я просто обозналась. Но нет, я не могла обознаться! За школой кроме нас с Кариной был только он. Та же куртка, та же прическа, такой же высокий… Нет, этого не может быть! - Спасибо, - заворожено пробормотал он, продолжая смотреть на меня, затем натянул шапку на голову и сделал несколько неуверенных шагов. А я продолжала стоять, словно прикованная к земле. - Пойдем домой, - подошла ко мне Карина. - Ага… - Эй, что с тобой? - Да нет, ничего, - словно пробудилась я. Мама позвонила тогда, когда мы уже были дома. - Алло… - Привет. Что-то случилось? - Мам, у нас тут неприятности, - и я поведала ей все, что произошло на заднем дворе. - Ничего себе… Я отпрошусь с работы, мы едем в полицию! - Наверное, не надо было говорить маме… - задумчиво протянула сестра. - Все будет хорошо, они получат свое. На следующий день первым у нас был английский. Когда я подходила к школе, было уже восемь-тридцать пять. Проспала. Ничего, на то у меня была уважительная причина: допоздна мы давали показания в полиции, потом еще уроки. Так что легла я только в четыре утра. Да, лучше никогда не имейте дел с полицией! - Извините за опоздание, я… - начала я. - Я знаю, проходи, - кивнула учительница. Я зашла в растерянности, куда бы сесть. Класс был забит. За моей партой сидели Алена и Оля. - Садись за последнюю парту, там есть свободное место. Я прошла в конец кабинета, и только тогда заметила, что свободное место было рядом…с Фестером. Черт, снова он! Он отодвинулся к окну, чтобы мне было удобнее, и я неуверенно присела. Деваться все равно было некуда… - Привет, - вдруг сказал он. - Привет… - Ребята, продолжаем урок. Сдаем пересказ. - Та девочка, это была твоя сестра? - Да, моя младшая сестра Карина. - Как она? - Это ты спас ее? - Ну да, - недоуменно произнес он. - Просто я думала, что что-то перепутала. Я не ожидала увидеть тебя. Спасибо, если бы не ты… - Так поступил бы каждый… - Но ведь там оказался именно ты. - Последняя парта, разговоры! – крикнула наша англичанка. - Меня сегодня зовут в полицию для дачи показаний, - он перешел на шепот, и я поймала на себе полный ненависти взгляд Алены. - И тебя сюда втянули… - Да ничего, все хорошо будет. Я же единственный свидетель, только я могу доказать их вину. - А Алена знает? - Да, и мама тоже. - и что она говорит? - Ничего, - твердо ответил парень, но я знала, что это неправда. - Ты знаешь, что мы друзья, и не хочешь расстраивать меня? Фестер вертел ручку и молчал. - Она… Почему-то недолюбливает тебя. - Я знаю, - спокойно ответила я. – И знаю, почему. - Почему? - Да так… - вздохнула я. Я бы не стала выдавать тайну подруги. - Фролова! Пересказ! Черт, я даже не успела повторить. - The eldest books… - начала я. - Were written, - раздалось с нашей парты. С горем пополам я рассказала полтекста. Меня остановил звонок. - Ладно, пять. Все свободны. Я вышла вместе с потоком людей, но стоило мне покинуть границы кабинета, меня резко одернули за руку - Зачем ты села с ним? – это была Алена. - А куда мне было садиться? На потолок? - Ты же моя подруга, - прошипела она. – О чем вы болтали с ним весь урок? - Алена, мне теперь что, вообще не жить? Классно! Алена влюбилась в немца, Дана прекращает свое существование! - Предательница, - она ударила меня по щеке и, развернувшись, заглушая тишину каблуками, ушла. Следующим уроком была история, на которой, в общем-то, ничего интересного не было. Но каково было мое удивление, когда я увидела стоящего в дверях Фестера. Пройдя мимо него, Алена широко улыбнулась, но он ответил лишь холодным равнодушием. - Сходишь со мной в библиотеку? – прозвучало над моим ухом. Рядом с ним я чувствовала себя малюсенькой мышкой. - Эм… а Микеланджело или Симон? Или Алена? - Симон уехал на конкурс, а с Микеланджело мы не очень-то ладим… Ну пойдем, пожалуйста! - Ну… Ну хорошо, пошли, - сказала я. – А что тебе там нужно? - Я должен взять книгу, мне наша учительница русского сказала. - А почему вы с Микеланджело не ладите? - Странный он, - поморщился Фестер. Когда мы зашли в библиотеку, иностранец уже сидел там. Теперь я могла как следует его разглядеть. В его лице не было приятных черт, а все эти железки придавали еще более омерзительный вид. Он улыбнулся мне. На носу, под лучами солнца, сверкнула сережка. От этого мне стало не по себе, и я подошла к Фестеру, будто он был моей стеной. - Посмотри, - он показал мне какую-то политическую книжку. - ты увлекаешься политикой? - если вникнуть, то это очень интересно, - он улыбнулся, и от этой улыбки мне тоже захотелось улыбаться. Его глаза сужались, и это выглядело настолько мило… Да уж, Алену можно понять.