Метаморфозы

Появление помятого Айрилом гибрида кеча и стыковочного модуля – да еще и со стороны Предела – вызвало на Максиме переполох. Хендри не сразу поняла, что для орбитальных лоцманов и патрулей они визуально выглядят теперь как крылатый враг. Но потом охрана колонии просканировала кеч и поняла, что это всего лишь раскраска. Два лоцмана направились в сторону Хендри, рассыпая сигналы и вопросы. - А как я скажу, я - кто? – растерялась драконка, но Алан взял переговоры в свои руки. - Капитан «Птенца Айрила» Хендри Тенок и доктор Алан Дэй, - сказал он своим глубоким голосом. – Из-за эпидемии, на помощь. - Причал пять, - немедленно разрешили с лоцмана, и драконка увидела, что возле доков началась возня: там готовились пристыковать их. - Как вы сказали? – переспросила Хендри, радуясь. – «Птенец Айрила»? Ничего, хорошо звучит. - Ну, кто же он еще, - улыбнулся Алан и заторопился собирать свои вещи. - А треники я бы все же сменила на что-то более официальное, - крикнула Хендри вслед Алану. - Это никакие не треники! – донеслось вместе с топотом откуда-то из глубины. Шлюз со снегом открывать они опасались, поэтому вскрыли запасной. Алан уже стоял наготове и мучил в широченных лапах большую дорожную сумку, как, бывает, дамы в театре возятся с косметичками. Он все же послушался Хендри, сменил потертые синие штаны на что-то более приличное и напялил к тому же деловой пиджак, правда – невыносимого лилового цвета. Но поверх все равно был халат, хоть и маловатый, и драконка не стала придираться. Сама она тоже привела себя в порядок. Створки люка шипели, кто-то со станции пришел встретить доктора и пробирался теперь через шлюзовую камеру. Не дожидаясь, когда створка совсем откроется, в отсек протиснулся серый пес в желтой форме колонии и с бейджем, гласившим, что он – оператор медицинской аппаратуры Кернан. Поверх формы у него был напылен медицинский скафандр – такой же, как для открытого космоса, но полегче. Кроме оператора на станции обычно никто и не требовался: умные машины на больших станциях и кораблях давно научились лечить любые болезни. Это для всякой бродяжьей космической мелочи, не способной купить приборы, еще нужны были живые доктора. А теперь вот и на станции, получается, нужны… Едва обменявшись рукопожатием с Аланом, пес отрывисто сказал: - Аппаратуры хватает лишь на то, чтобы поддерживать их жизнедеятельность. У нас десять больных, один тяжелый. Почти все оттуда, - он кивнул в иллюминатор, где вращалась, купаясь в золотистых облаках, Максима. – Чтоб заразиться, достаточно быть рядом с больным – поэтому у нас строгий карантин. Напыляйте медскафандры и пойдем. Хендри собралась идти вместе с Аланом: не сидеть же на кече. К тому же было интересно. К тому же она – капитан как-никак! Официальное лицо… Она напылила скафандр, как просили – убавив его плотность, но поставив увеличенное время действия защиты - а потом еще и заперла кеч на замок, чтоб никто не полез, пока их нет. Кернан, чуть ли не подскакивая, взахлеб рассказывал Алану все, что знал: симптомы, первый случай, попытки диагностики. Он строчил очередями длинных слов, и драконка не понимала ни одного. Она смотрела, как устроена станция, что есть в коридоре – датчики, автоматы с водой, устройства связи, а это что? – должно быть, сигнализация какая-то, - и очень боялась за больных. Нельзя же было, чтобы они умерли, если Алан и она уже тут! Потом они остановились перед какой-то круглой дверью. Кернан сделал еще одну попытку предложить Алану скафандр, но тот уже крутил руль разгерметизации, а через миг, подмигнув Хендри напоследок, исчез внутри. - Ну все, - сказал Кернан. – Теперь у нас одиннадцать больных. Что за ерунда, вы кто вообще?.. Почему он полез? Ах, черт! – он дернул ручку. - Дверь заело, что ли? Что там творится? Оператор отодвинул шторку – в стене был большой иллюминатор. Хендри и пес стали вглядываться в мутное стекло. Драконка разглядела сначала только что-то очень белое, а рядом – ослепительный лилово-красный костер, а потом поняла, что это Алан, и что он нагнулся над капсулой с больным. Миг – изображение как-то смазалось, хотя вроде бы окно было обычным, а не проектор – и потом все стало видно очень ясно. Алан стоял посреди комнаты, покачиваясь с носка на пятку, и вертел головой туда и сюда, как видно, балагуря. Из ближайшей капсулы, как вампир в фильме ужасов, поднялся и сел силуэт. Кернан обернулся на драконку. - Ну, это витамины, - сказала Хендри, хотя вполне понимала ценность такого объяснения. – Витамины доктора Алана. Сейчас, наверное, они все уже здоровы. Думаю, да. Кернан воскликнул: «Что за чушь!», а драконка вспомнила собственное излечение. - Им же нельзя вставать! Они не могут встать!!! - пес заозирался в поисках «тревожной кнопки», чтобы вызвать охрану, но Хендри сказала: - Ой, чего это? – и оператор снова прилип носом к окну. А Алан возился у медаппарата, но почему-то он занимался не больными, а собой. Не то взял у себя кровь, не то вколол себе что-то, потом сунул лапищу в анализатор и, помимо воли, существенно его погнул. - Чего еще он затеял? – спросил Кернан. Еще какие-то манипуляции – и Алан снова припрыгивает на середине изолятора, сотрясая все столики с инструментами. А в капсулах сидели все, озирались по сторонам. Потом Алан порылся в холодильнике, нашел там еду, оглянулся, словно спрашивая у кого-то разрешения, и принялся за найденные вкусности. Кернан не выдержал распиравшей его смеси любопытства и возмущения и заколотил в окно кулаками. Открыл им Алан ровно через минуту. Он жевал яблоко, словно был на ферме в начале осени и звал гостей отведать урожая. - Теперь незаразно, залазьте, - сказал он. Кернан рванулся внутрь, но его остановил высокий человек в больничной одежде, следовавший прямо за Аланом. - Все в порядке, - заверил он. - Вы… вы уже?.. Вы здоровы, капитан? - Да, - человек остановился в проеме. – Доктор Алан говорит, что и сыворотка уже готова. Нужно срочно снаряжать шаттл на Максиму, сделать там им прививки. И здесь тоже, доктор Кернан. - Сейчас же! – оператор и забыл, что нужно возмущаться. – Но сперва позвольте – я все же вас проверю! Капитан посмотрел на Алана и кивнул, и снова скрылся в изоляторе вместе с Кернаном. Алан же беззаботно привалился к стене, выгребая из карманов еще два яблока. - Уф, на, угощайся, - сказал он. – Успели! Порядочек. - А что вы делали… Там, с кровью? - Да сыворотку. Ну, прививки же надо будет делать, да? Чтоб другие не заразились тоже? Ну и вот… - Из себя? - Из меня сыворотка – высший класс, Хендри, - похвастался Алан. – Синтезировать на автоматах – это день надо или два. А так – проще. Заражаешься, антитела выделяешь, ну знаешь, как оно там делается, только побыстрее. - Вы что, вы теперь болеете что ли? – испугалась драконка. - Нет, я вылечился. Просто тоже быстро. Хендри помотала головой. Так не бывает. Но и крыло тоже так не лечат. Но она только что видела все своими глазами! - А как вылечились они? – драконка кивнула на изолятор. Алан поскреб полыхающую гриву. - Здоровьем заразились, - наконец сформулировал он. – Моим здоровьем. Обычно заражают болезнью, а у меня наоборот. Я потому и доктором стал – мне все это просто. Только вот есть потом хочется, жуть! Капитан разрешил, ты не думай… холодильник-то. Это сам капитан был, - Алан запоздало удивился. – Всей станции. Слушай, давай ему расскажем про маскировку, а? А то ведь столько проблем сразу решится, если они как мы подкрасятся и через зону Айрилов летать начнут… - Как здоровьем? – все еще недоумевала драконка, а на предложение Алана просто махнула лапой: - Э… ну да, конечно расскажем, жалко что ли? - Ты не думай, я попрошу, он не выдаст, - заверил Алан, и Хендри вспомнила про свой побег и украденный кеч. – Скажут – никого тут не было, и все. Ни меня, ни тебя. - А вы что, по правде тоже..? Доспросить она не успела, потому что круглая дверь снова открылась и вышел Кернан – на его длинной физиономии уживалось облегчение и удивление, и руку Алана он пожал уже с новым чувством. Остаток станционного дня Хендри потратила на объяснения с инженерами, дизайнером, заведующим складами и помощником капитана. Как выглядит «Птенец Айрила», они видели и так, в обзорные окна, - но попросили эскизы, расчет "краски", время, затраченное на рисование и еще много всякой другой ерунды. Хендри с ними намаялась, а когда настала пора возвращаться на свой кеч, оказалось, что уже вечер. Коридоры стали людными – персонал закончил работу, все шли отдыхать или по своим делам. Раздумывая, куда делся Алан, и не перекусить ли где-нибудь, и где вообще питается народ на этой станции, слегка отупевшая от возни Хендри пошла по длинным коридорам, которые в зоне мостика были выкрашены в голубой, а везде кроме – в салатовый и изумрудный.