Тёплым дыханием любви

Тёплым дыханием любви В полный холода вечер... Сам я согрею тебя - можешь задуть эти свечи...

Василиса судорожно вдохнула воздух, а после с силой дёрнула за ручку двери, набравшись смелости. Нет, уж точно нельзя больше тянуть, ведь Елена всего в нескольких метрах от неё – вот-вот покажется из-за угла, уже слышно её достаточно громкие шаги, - из-за туфель, наверное, - которые эхом раздаются по всему коридору. Комната оказалась открытой. Но там Огневу ждал не менее неприятный сюрприз – немного кривовато ухмыляясь, у наглухо закрытого окна, ещё и завешанного шторами, стоял никто иной, как Маркус Ляхтич, после Астрагора и Елены главный её враг. Чёрт, вот надо же было вот так попасть, чтобы оказаться прямо в комнате у Ляхтича! И за что ей это всё сдалось-то, а? Всегда, всю жизнь упорно не везёт, прямо с ума сойти можно, и не меняется ничего, совершенно ничего! Ляхтич как-то уж слишком коварно усмехался, что Василисе окончательно стало не по себе, и она хотела было вновь выскользнуть из комнаты, как вдруг в комнату кто-то постучал. - Марк! – это был голос Мортиновой – Василиса ни за что бы не перепутала. Боги, вот почему всегда всё так? Ей уже почти девятнадцать, а она всё ещё вынуждена гонять по замку, пытаясь сбежать от Елены, да ещё и попадая в логово своего злейшего врага! С ума сойти можно... Василиса и сходила, отчаянно цепляясь за возможность сбежать от Елены, пускай ради этого даже придётся остаться здесь, с Ляхтичем. Впрочем, скорее всего, он её выдаст. Девушка спряталась за дверью, которая как раз открылась – Мортинова зашла в комнату и оглянулась в поисках кого-то. Марк молчал, не спеша тыкать пальцем в Василису, укрывшуюся столь глупо, что стоило только Елене прикрыть дверь, как она моментально будет замечена. Нет, это уж точно что-то ненормальное! - Сюда эта дрянная девчонка не забегала? – важно, даже слишком надменно поинтересовалась Елена, внимательно окинув взглядом Марка. - Нет, госпожа Мортинова, - тот был предельно холоден и льстив, как и обычно, вот великая часовщица и вовсе ничего не заметила, словно парень совершенно не врал ей. - Увидишь – скажешь. Давно пора было с этим покончить, - вздохнула Мортинова, а после, оставшись довольной своим ответом, благодушно улыбнулась и вышла, закрыв за собой дверь. Марк, скривившись, провернул часовую стрелу, оставляя на двери мощный защитный эфер, который был достаточно стандартным для Черновода – здесь никогда не жили слабые часовщики, поэтому подобная защита никого не могла насторожить. Даже Мортинову. - Что ты натворила, Огнева? – усмехнувшись, поинтересовался Ляхтич, а после, приблизившись к Василисе, схватил её за руку и прошептал на ухо. – Будешь кричать, вырываться или пытаться куда-то сбежать, я тут же окликну Елену. Будь уверена, она прибудет в кратчайшие сроки. Огнева кивнула – выбора у неё всё равно никакого не было, оставалось лишь стоять, закусив губу, и ожидать того момента, когда Марк огласит окончательный приговор. - Я с нею немного... поссорилась, - выдержав короткую паузу, наконец-то промолвила Василиса, а после, решившись, выдохнула. – Назвала её лживой стервой, которая пытается соблазнить моего отца, да ещё и бокалом запустила. Наверное, этого не стоило говорить – сей факт запоздало осознала Огнева, но время повернуть обратно пока что не было совершенно никакой возможности. Марк усмехнулся, но почему-то всё ещё не собирался звать Елену, словно эта возможность его временно не интересовала. - Знаешь, а ты мне нравишься, - вдруг хмыкнул парень, рывком притягивая Василису к себе. – Пожалуй, даже слишком... Огнева целовалась несколько раз с Фэшем, но сейчас всё равно не ожидала подобной бури эмоций, которая налетела на неё – хотелось падать и падать вниз, уцепиться за Ляхтича и никуда его не отпускать. Василиса уже и выбросила из головы тот факт, что сейчас прижимается к своему злейшему врагу, что где-то совсем рядом бродит Елена и что у неё может быть немало проблем от столь... неправильного поступка. В общем, ей сейчас и вовсе на всё было всё равно. Язык Ляхтича властно проник в рот Василисы, и девушка лишь легонько дёрнулась, привыкая к новым, непонятным ощущениям. Хотелось сказать что-то колкое, вот только возникало небольшое осложнение – у Огневой и вовсе не было возможности разговаривать. Только подчиняться горячим рукам. - Если ты попытаешься сопротивляться, - оторвавшись наконец-то от её губ, прошептал на ухо девушке Марк, - то ничем хорошим для тебя это не закончится. Постарайся быть послушной, а? Василиса, пытаясь отдышаться, смогла лишь слабо кивнуть – ей казалось, словно весь мир ушёл из-под ног, и больше пути назад никогда не будет. Ляхтич вновь властно приник к губам своей случайной пленницы, которая могла лишь упираться руками ему в грудь, да и то как-то слишком неуверенно, словно порываясь его обнять. Руки Марка скользнули под тонкий свитер, под которым, к его удовольствию, оказался только бюстгальтер – никаких больше десяти слоёв одежды, которую порой так маниакально натягивают на себя некоторые девушки. - Не надо, - тихо прошептала Василиса, но Марк даже и не думал её слушать – девушка и сама уже была совсем не против, разве что только временно не понимала своих тайных желаний. Огневой было страшно, но в тот же момент интересно, что же именно будет происходить дальше. Да и вообще, сегодняшний вечер показался попросту невероятной загадкой, которая с головой поглотила девушку и не позволяла спокойно дышать, не говоря уже о чём-то другом. - Ты уже была со своим Драгоцием? – вместо того, чтобы прислушаться к тихой просьбе девушки, поинтересовался Ляхтич, а после довольно хмыкнул, дождавшись того момента, когда Василиса отрицательно покачала головой. На сей раз Марк больше не целовал её в губы, нет, Огнева ощутила его горячее дыхание на шее, от неожиданности закусив губу и едва сдержав сладостный и, как ей казалось, совсем уж нынче неуместный стон. Сама не понимая, что творит, Василиса прильнула к светловолосому, путаясь в пуговицах его тёмной рубашки и пытаясь остановить себя, но не имея уже такой возможности. Возникало впечатление, словно она что-то не то съела или выпила, но, может, дело в чём-то совершенно ином? Свитер Огневой полетел на пол следом за рубашкой Марка, и девушка лишь судорожно вдохнула, чувствуя, как Ляхтич скользит ладонями по её спине. Странно – у него ещё несколько минут назад были тёплые руки, а сейчас девушке показалось, словно к ней прикасаются льдом. - Спасибо за идею, - хрипло прошептал Ляхтич. – Но льдом мы будем пользоваться немного позже. Василиса даже не поняла, когда именно её юбка отправилась к возраставшей горке вещей, более того, даже почти не испугалась в тот момент, когда осознала, что и Марк остался в одном нижнем белье, причём по её, Огневой, вине. Вообще-то было уже пора начинать смущаться, но рыжеволосая окончательно потеряла голову. Марк легонько толкнул Василису, и девушка покорно присела на ковёр, глядя на него едва ли не полным обожания взглядом. Да, это, пожалуй, было уже слишком, но что делать, если она совершенно не может заставить себя сопротивляться? Ляхтич же словно решил поиздеваться. Он осторожно прикоснулся губами к животу Василисы, то спускаясь немного ниже, но вновь поднимаясь к груди, а девушка уже даже пошевельнуться не могла, только запустила пальцы в спутавшиеся волосы Марка. Продлевая сладостную пытку,Златоключник расстегнул совсем уж простую застёжку бюстгальтера, а после на мгновение отстранился, рассматривая практически обнажённую Василису, у которой сейчас не хватало сознания даже на то, чтобы попытаться прикрыться. Огневу же не смутил даже тот факт, что она валялась на каком-то ковре, весьма приятном и пушистом, но всё же... Совсем уже с ума сошла? Но через несколько секунд все мысли отошли на задний план – Марк умело ласкал её грудь, покусывая и посасывая соски, покрывая нежную кожу поцелуями и массируя её груди руками. Девушка тяжело дышала, но отчаянно закусывала губы, сдерживая каждый стон, лишь бы окончательно не сдаться на милость победителю. - Скажи это, - Ляхтич как-то уж слишком точно угадал тот момент, когда у Василисы вновь приятно тянуло внизу живота. – Ну? Василиса, пожалуй, в обычной ситуации ни за что не поняла, что именно от неё требуют, но сегодня слова слетали с уст сами собой. - Я хочу тебя, - простонала девушка, ощущая, как тонкая шелковистая ткань её нижнего белья скользит по ногам, а после, не сдержавшись, выдохнула. – Скорее! Марк лишь отрицательно покачал головой и вновь отстранился, рассматривая Василису. Ему невероятно нравилось её тело, но всё равно хотелось немного помучить своего недоврага, заставить её умолять, забыть о гордости и отчаянно молить о продолжении, чтобы она хотела этого так же сильно, как и он уже достаточно долгое время. Причём не только сегодня. Василиса же себя не помнила от страсти, волной накатившейся на неё. Она даже почти не боялась той боли, которая предстояла ей, не переживала о том, что именно будет дальше – она просто отчаянно хотела его, так сильно, что аж сводило внизу живота, и больше в голове не было ни единой мысли о том, чтобы сопротивляться. Забыв и Фэша, и всех остальных, с кем она когда-либо дружила, к кому ощущала хотя бы малейшую симпатию, не думая о том, что после подобного многие могут попросту отвернуться от неё, Василиса ногами стянула с Марка его нижнее белье, надеясь на то, что он наконец-то сделает с ней то, что собирался вот уже, наверное, около получаса. Но Марк сейчас вдруг набрался терпения и не собирался вот так просто сдаваться. Огнева уже почувствовала прикосновение его члена к своей плоти, как вдруг Ляхтич вновь отпрянул и положил руки на её грудь. - Умоляй, - скривился он, массируя грудь Василисы. – Умоляй меня, чтобы я это с тобой сделал... Умоляй! Это было уже приказом, но Огнева даже приблизительно не понимала собственного унижения, словно ничего плохого не могло произойти. - Пожалуйста, Марк, - словно обезумев, без конца шептала она. – Пожалуйста, возьми меня! Прошу! Одна рука Ляхтича скользнула Василисе между ног, и девушка почувствовала его сначала мимолётные, а после уже и более уверенные прикосновения к клитору. Девушка заметалась под ним, чувствуя, как Марк целует её грудь, как теребит клитор, едва ли не проскальзывая пальцами вовнутрь. - Прошу! – отчаянно воскликнула она, не думая о том, что их могут услышать. – Возьми меня! Марк, смилуйся, пожалуйста, сделай это... Я очень тебя прошу... - Уговорила, - фыркнул Ляхтич, вдруг сжимая руками бёдра Василисы. – Сама просила, дорогая. Больше не собираясь ждать, Марк вошёл в неё, не позволяя Огневой даже дёрнуться, чтобы хоть немного отпрянуть от него. Рыжеволосая слишком уж давно занимала его мысли, чтобы сейчас Марк мог вот так вот просто забыть о ней. Нет, больше ничего подобного не повторится, никогда... Девушка даже не ожидала, что ей будет настолько больно, но не смогла заставить себя дёрнуться в сторону. Она всё так и лежала на ковре с раздвинутыми ногами, чувствуя поцелуи Марка на своих губах, шее, ключицах, понимая, что завтра вся кожа будет в засосах... Чувствуя его внутри себя. Боль постепенно унималась, и Василиса вновь ощутила то самое приятное ощущение внизу живота, только уже немного другое. Сейчас, зная, что вряд ли уже можно будет что-то изменить, она была и вправду готова отдаться Марку. Боль ни капельки не освежила её разум. Марк довольно усмехнулся, а после, приникнув к её губам, начал двигаться в девушке. Та сначала ощущала лишь сильный дискомфорт, но спустя несколько минут болевые ощущения окончательно прошли – или, может, Василиса просто прекратила обращать на них внимание. Стало просто-таки невероятно приятно. Ляхтич продолжал свою странную игру. Пускай он сейчас уж слишком сильно хотел Василису, возможность пытать её была просто-таки потрясающая. Дождавшись того момента, когда Огнева почти что достигла оргазма, он вдруг остановился, разве что не вышел из неё, всматриваясь в помутневшие синие глаза. - Не останавливайся, - отрицательно замотала головой Василиса. – Нет, прошу тебя, не смей останавливаться, нет! Боги, на что же она была похожа? Словно какая-то дешёвка, лежала на полу с раздвинутыми ногами и умоляла продолжать двигаться в ней, словно это не она была минут пятнадцать назад девственницей! Марк, впрочем, послушался и, с удовольствием внимая громким и даже с какой-то стороны пошлым просьбам, вновь начал двигаться в ней. Это было невероятное ощущение удовольствия, и Василиса попросту металась под ним на ковре, прижималась, кричала и стонала, понимая, что ни за что не перенесет, если он вдруг остановится. - А-а-а! – громко закричала девушка, наконец-то достигнув оргазма, а после, потеряв голову, выдохнула. – Я люблю тебя... - Я тоже тебя люблю, - кивнул Ляхтич, изливаясь в неё и прижимая Василису к себе. Марк опустился на ковёр, а после полушепотом поинтересовался. – Продолжим? - Да... – выдохнула Василиса, тяжело дыша. Ей никогда в жизни ещё не было так хорошо – пожалуй, это и вправду была совсем даже не ошибка. Ляхтич тихо рассмеялся, а после, вспомнив о предложенной ранее самой Василисой сладкой пытке, провернул часовую стрелу, и прямо возле них появилось небольшое ведёрко со льдом. Огнева могла лишь тихо стонать, чувствуя, как кусочки льда скользят по её коже, охлаждая её, а после Марк сразу целует её там, заставляя встрепенуться от жара. Девушка дрожала, когда он проводил подобные экзекуции с её грудью, но когда Марк принялся за промежность... Василиса лишь покорно в который раз раздвинула ноги, тихо шепча просьбы, чтобы он не останавливался, чтобы он вновь взял её, но у Марка были совсем иные планы на тело девушки. Он теребил длинными тонкими пальцами клитор, а после, сжав в них средний по размеру кусочек льда, вдруг ввёл его в Василису, наблюдая за тем, как девушка выгнулась дугой от неожиданности. Вскоре парень всё же извлёк большой кусок из Огневой, но, взяв маленькие, совсем уж крохотные кусочки льда, но всё такие же холодные, просунул их в Василису и вошёл сам. Сейчас он двигался куда быстрее, а девушка могла лишь отрывисто дышать и громко стонать, моля о том, чтобы это длилось вечно. - О, Марк... – шептала она. – Как же мне хорошо! - Мне тоже, дорогая, - в ответ улыбнулся Ляхтич, уже во второй раз за этот весьма приятный вечер кончая в неё, но так и оставшись в Василисе, не выходя из неё ни на мгновение – так оказалось куда удобнее. Огнева и сама дрожала от вновь пережитого сейчас оргазма, поэтому могла лишь шумно дышать и пытаться не сказать её какую-то глупость, чтобы Марк не считал её полной дурой. - Это не последний раз, - вдруг первым заговорил Ляхтич. – Мы ведь ещё много-много раз повторим всё это, верно, дорогая? - Да, - кивнула Василиса, а после, не сдержавшись, прошептала. – С радостью... - Вот и умница, - хмыкнул Марк, чувствуя, как Огнева пытается поудобнее устроиться – ей явно нравилось это воссоединение и ощущение наполненности. – А сейчас спи. Завтра продолжим. Ты ведь не против? - Не против, - отрицательно покачала головой Василиса. – Совсем не против. Боги, как же ей было хорошо!