За маленькой дверью...

      Сабрину одолевала злоба. И страх. И делали они это одновременно, что еще сильнее портило ситуацию. Она вроде бы и боялась всего этого: угрозы убийства, ведьмы, факта того, что родной дом стал ее логовом, но злилась так, что могла самолично кому-то что-то сломать одним лишь взглядом       «Странная тетка, странное дело, все свалили, а наш дом стал пристанищем для злой ведьмы! ЗА-МЕ-ЧА-ТЕЛЬ-НО!» — гневалась Брина.       От злобы, шагая по плохоосвещенной дороге, она швыряла маленькие камни ботинком. Ее сердце начало отстегивать нехилые удары, когда она в очередной раз пнула камушек, а в ответ ей раздалось кошачье мяуканье и противный, до боли знакомый, голос:             

— Эй, кидаться камнями в тех, кто хочет помочь, не есть хорошо, дура! Это между прочим больно! — возмущался голос из тени.             — Кто-бы ты ни был, я пну еще один камень в тебя, если ты не представишься и не выйдешь из тени! — угрожала Брина, от страха сжав увесистый камушек так, как утопающий держится за соломинку.             — Был бы я ведьмой, Гримми, убил бы тебя сразу же. Ты такая тупица, что даже слов нет!       Вряд ли насильник или какой-то обычный преступник стал бы называть ее тупицей и вообще заикаться насчет ведьмы. Озарение пришло сразу же.             — Паак? — протянула Бри дрожащим от волнения и, чего греха таить, страха голосом.             — Вау, Гримм, ты, оказывается, неплохо соображаешь! Какая неожиданность! — гневался паренек.       Сабрину немного отпустило и она выдохнула:             — Ладно, Пак, выходи.       Какого же было удивление Сабрины, когда вместо ее знакомого мальчика-сорванца из тени вышел черный пушистый кот со сверкающими зелеными глазами.             — Да-да, я кот, Гримми. А теперь подними свою челюсть с пола, нам нужно спешить. Ты серьезно вляпалась, Сабрина, — уже серьезно добавил КотоПак.       Брина даже не знала, что именно ее шокировало больше: Пак в обличии кота или то, что он назвал ее по имени. Этого факта вполне достаточно, чтобы спросить куда он дел настоящего Пака, но Бри решила не искушать судьбу, а послушно последовать за этим сварливым котом.             — Не мне тебе говорить, что твои дела плохи, и что тебе мало что поможет. Ты и так это прекрасно знаешь, — констатировал факт КотоПак, — Даже я с таким прежде не сталкивался…             — Погоди. В смысле «с таким»?! Что вообще меня преследует?! Почему ты в обличии кота?! Почему ты так странно вел себя на кухне сегодня днем?! — уже не на шутку истерила Сабрина.             — В смысле «странно вел себя на кухне сегодня днем»? — вдруг перебил ее Пак, насторожившись.             — В прямом! — уже кричала Сабрина, — Был излишне галантен и даже флиртовал!             — Я?             — Да, ты!             — Дела все плохи и плохи, но теперь уже у нас двоих, — растерянно пробормотал Пак.             — Я не понимаю, Пак.             — Мне придется тебе кое-что рассказать, — начал он, — Только давай остановимся и присядем. Я видел как вчера ты ночью ходила в эту маленькую дверь. И еще я видел там что-то недоброе. Хотя даже не видел, а чувствовал. А чувствую я намного лучше, чем вижу, Гримми.       Сабрина хмыкнула, а Пак бросил на нее презрительный взгляд.             — Так вот. Я проследил за тобой. И даже выбрался оттуда к утру. Но потом, когда проснулся, снова обнаружил себя в том месте. К чему я это все говорю. Меня не было сегодня днем дома вообще. То есть да, я был, но не в том доме, который мы вообще считаем домом. Тот, кто был на кухне, это не я…             — Я поняла уже это. Но почему ты в обличии кота? И где ты сейчас, если в доме по идее сидит «другой» Пак?             — Вечно ты перебиваешь меня, Гримм. Я нахожусь сейчас как раз-таки в том другом доме. И твоя бабушка с Канисом тоже. Это ловушка, Гримм. А тот, кто тебя сейчас ждет дома, обладает моими способностями, но не моими намерениями.             — А какие твои намерения?             — Не важно, Гримм. В обличии кота я потому, что только так мне удалось выскользнуть через портал, который создала ведьма, когда шла за тобой.       Сабрину передернуло.             — Сабрина, слушай. Тебе крайне важно добраться до той двери и снова прыгнуть. Прямо у входа ты найдешь меня. И дальше мы придумаем что делать, — сказал Пак, кладя свою кошачью лапу на ее руку.       Сабрине хотелось в это верить.             — Ладно, Гримми. Нам пора идти, — Пак не на шутку боялся всего этого, — В этом обличии здесь, разговаривая с тобой, я крайне беззащитен там. А это плохо.             — Пошли, — тихо пробормотала Сабрина, следуя за котом.

***

      Весь оставшийся путь они шли молча. Каждый думал о своем. Подходя к дому, Сабрина обнаружила, что в доме не горел свет вообще. От него больше не веяло этим домашним уютом, что, казалось бы, вечно генерировала ее семья. Сабрине хотелось плакать. Паку хотелось выть. От дома веяло лишь страхом, безумием и ужасом.             — Не попадайся ему на глаза, Сабрина. Старайся быть тихой и незаметной. Не зря же тебя прозвали Королевой Побега.             — И правда… — она глубоко вздохнула.             — Будь храброй, Сабрина Гримм. Я не смогу с тобой пойти. Ты знаешь. Помни, что жизнь твоих родных зависит только от тебя сейчас. И моя жизнь тоже, — тихо добавил Пак.             — Хорошо, Пак. Только пообещай не бросать меня, — она смотрела на него, и в ее глазах читался неподдельный страх.             — Я клянусь, Гримми, — серьезно произнес Пак, — Встретимся на другой стороне, — сказал он и растворился в воздухе.       Собрав все мужество в себе, она отворила дверь и вошла в до ужаса жуткий дом.