Поющие в шиповнике.

Потом он еще что-то спрашивал, я отвечал, изредка перебиваемый Фло, неизменно краснел и был рад окончанию обеда, едва не бегом убежав на следующую пару, не дожидаясь, пока Флоренс договорит с Дэмьеном. А после окончания занятий и вовсе хотел незаметно улизнуть на работу, но у шкафчиков снова был пойман Кроссом. - Могу я тебя проводить? Да что за привычка такая, подкрадываться сзади?! Его дыхание обожгло мне ухо, и, чтобы не просесть на мигом ослабевших ногах, я вцепился в дверцу. - Да я не маленький. Захлопнув ячейку, я обернулся, встречаясь с ним взглядом. Он был выше на полторы головы, и мне приходилось задирать лицо, чтобы не терять визуального контакта. Дэмьен почти прижал меня к стенке. - Не маленький. Но вдруг украдут. - Кому это надо? – тихо фыркнул я, не выдерживая и отводя глаза, - Не неси чушь, - я вильнул в сторону и, поправив на плече рюкзак, зашагал к выходу. Против моих ожиданий, Кросс не отстал. - Это не чушь, - обиженно пробормотал он, держась позади. От школы до кондитерской было всего три автобусных остановки. Мне до дома дольше добираться, если честно. Дэмьен продолжал все тащиться следом, изредка предлагая понести мой рюкзак. Словно мы в младшей школе! Где-то к середине дороге мне это надоело и я резко обернулся посреди тротуара, зло смотря на альфу. - Вот какого черта тебе от меня надо, а? Кросс растерялся и ошалело хлопал глазами. Я же пылал от праведного гнева, буравя его взглядом. И если бы у меня была суперсила, я бы прожег его взглядом-лазером. - А когда ты злишься, то еще красивее. - Чего? - Того, - буркнул он, - Красивый ты. Справедливости ради, надо сказать, что свои почти семнадцать я как-то не замечал в себе ничего красивого. Ну, кожа может у меня неплохая, чистая, даже мелких прыщичков не было, а в остальном… Светлые волосы, такие же ресницы и брови, глаза какие-то бесцветные, серые… Очки эти… Ко всему прочему худой как палка: ни задницы, ни хоть какого-нибудь мясца, за которое любят щипать молоденьких омег другие альфы. Издевается надо мной, что ли? Я недоуменно рассматривал Дэмьена, а потом вздохнул и отвернулся, снова зашагав по улице. - Ты, наверное, плохо рассмотрел меня. Или говоришь о ком-то другом, - тихо проговорил я, не ожидая, что он услышит. Дэмьен в один прыжок нагнал меня и хватил за руку. От неожиданности я влетел в него, а Кросс уже сжимал меня в кольце рук, заглядывая в глаза. Его запах щекотал мне ноздри и казался таким родным, что хотелось всю жизнь им дышать. - Просто, я, когда тебя увидел, сразу решил, что ты будешь моим, - он наклонился и хотел поцеловать меня, но я уперся руками в его грудь, тихо жалобно прошептав: - Я на работу опоздаю. Он разочарованно вздохнул, но все же отпустил. *** - Так кто этот красавчик, Конни? Как я ни старался, а избежать разговоров о Дэмьене не удалось. Он проводил меня до самой кондитерской и еще долго мялся внутри, посматривая как я, переодевшись, бегу принимать заказы. Несколько дней подряд он таскался за мной хвостом, провожая на работу. Ждал, но почти всегда уходил, ловя мой раздраженный взгляд. С его появлением в кондитерской мне совсем житья не стало: мало того, что работники постоянно расплывались в многозначительных улыбках и пытались у меня выпытать, кем приходится мне Кросс. Не удалось избежать и шепотков, к тому же, с его появлением в кафе начался небывалый наплыв клиентов – многие омеги приходили, чтобы просто поглазеть на Дэмьена. - Мой одноклассник, - я оторвался от чашки чая, просверлив взглядом Стэнли, нашего кондитера. Не хотелось тратить свой короткий перерыв на доказательства того, что у меня с Кроссом ничего нет. До того я наслаждался очень вкусным пирожным, но едва Стэнли завел разговор про Дэмьена, кусок отказался лезть в горло. Теперь я лишь мрачно прихлебывал чай, не понимая, какое ему может быть дело до того, кто за мной увивается. - И только? Он так на тебя смотрит, будто уже пометил, - кондитер саркастично выгнул бровь, и я, не удержавшись, показал ему средний палец. - И только. Он тут без году неделя. И нечего на меня вешать непонятно что! – вспылив, я вскочил с места и вылетел с кухни в зал, чем вызвал недоуменный взгляд мистера Вильямса, хозяина заведения. - С тобой все в порядке, Конни? – омега подошел ко мне, когда я тщетно пытался успокоиться, составляя на поднос чашки с недавно освободившегося столика, - Опять Стэн цепляется? Я вздрогнул и едва не уронил одну, обреченно вздохнув. - Вот и чего ему надо, - почти шепотом произношу, тяжело вздохнув. - Мне кажется, он просто ревнует, - я чувствую в улыбке омеги сочувственную улыбку, а потом он возвращается за прилавок, оставляя меня наедине со своими мыслями. *** Домой я возвращаюсь поздно, бредя в темноте по не самому благополучному району, в котором нам доводилось жить. Дома горят окна, несмотря на поздний час, а когда подхожу к двери, слышу оглушающий рев музыки и десятка пьяных голосов. «Только не это…» - никакого желания входить внутрь у меня нет. Но дверь распахивается перед моим носом, и на пороге с удивленной миной вырастает Джонас. - А ты где был? - он сощурился и насмешливо улыбнулся, словно узнал, что после школы я подрабатываю на панели. - Не твое дело, - огрызаюсь и толкаю его плечом, протискиваясь в квартиру, - Ты мне никто. - Эй, повежливее с ним! – тут же выскакивает Райан. Папаша уже пьян, щеголяет с голым торсом и бутылкой наперевес. Господи, и вот на это должен смотреть Ленни? - Иди ты! Ведешь себя как обожратая шлюха, водишь в дом кого ни попадя…. Какой пример ты подаешь своим детям? – вспылил я, выхватывая из его рук бутылку и швыряя в стену. Оба взрослых уставились на меня. Пораженный Джонас и разъяренный Райан, последний, впрочем, хорошенько размахнулся и залепил мне по лицу. Щека сразу занемела, пульсируя тупой болью. Я с ненавистью глянул на родителя, предчувствуя новые побои, но его перехватил и уволок к гостям альфа. Ну, хоть какая-то от него польза. - Ненавижу! – проорал я, силясь перекрыть рев музыки, и кинулся наверх, едва не споткнувшись на последней ступени. Возле двери в мою комнату сиротливо жался Ленни. Даже в темноте было видно как влажно блестят его глаза. Братишка был напуган, шмыгая носом, он бросился ко мне. Ох, когда же это все закончится… Я подхватил малыша на руки, он сразу обвил меня руками и ногами, как маленькая обезьянка и тихо заплакал, вздрагивая. Быстро заношу его в свою комнату и падаю вместе с братишкой на кровать, зарываясь носом в его волосы. Они пахнут чем-то сладко-карамельным, чистым, детским. Он пахнет успокаивающе. Проревевшись, Ленни, наконец, поднимает голову и гладит маленькой ладошкой мою щеку. - Больно? - Нет, все в порядке, - целую покрасневший носик, не желая говорить, что лицо до сих пор ощущается как после заморозки у дантиста, - Ты чего не спишь еще? - Тебя ждал. Мне было страшно, - жалуется маленький альфа и устраивает голову у меня на груди, - Можно я сегодня с тобой посплю? Я только кивнул, укладываясь вместе с маленьким альфой на бок. Кое-как вытащил из под нас одеяло и накрыл его, перебирая мягкие соломенные прядки. Ленс успокоено прикрыл глаза, посапывая. Вырубался он всегда очень быстро, да и время было позднее – ему давно было пора спать. Я смотрел на младшего брата и желание вырваться из этого безумия, забрать его с собой только крепло и усиливалось. Но для этого мне придется потерпеть, придется вкалывать как проклятому, чтобы суметь обеспечить нас двоих. Мне придется быть сильным, если я хочу вырваться отсюда и забрать брата, и никаких оправданий не принимается. Я закусил губу и тяжело вздохнул, с грустью смотря на брата. Он, словно потревоженный моим взглядом, открыл глаза и серьезно уставился на меня, пальчиками трогая уголки глаз. - Не плачь, - серьезно заявил он. - Я не плачу, - Да чушь! Вот-вот разревусь! - И не плачь, - мелкий поджимает губы, - Я не дам тебя обижать. Он обхватывает ручонками меня поперек груди и тихо, забавно так сопит мне в футболку. - Я вырасту и женюсь на тебе. Я удивленно посмотрел на него, а потом улыбнулся, целуя братца в макушку. - Спи, глупыш. Я люблю тебя.