Шоколадка и кола

Оказывается, что ЧонОп совершенно не умеет целоваться. За этим открытием для ХимЧана ясно и другое – у ЧонОпа никого не было. Совсем невинный. И это так необычно, ведь обычно омеге пристало быть невинным и непогрешимым. К сожалению, о себе он такого не может сказать. За четыре года они с Гуком наверно перепробовали все, но об этом ЧонОпу он никогда и ни за что не скажет. Он учит ЧонОп как правильно целоваться. Не говоря ни слова, прося лишь подмечать то, что сможет. И ЧонОп оказывается на редкость умелым учеником. Спустя каких-то полчаса ХимЧан, забываясь, стонет в поцелуй. Свой собственный голос отрезвляет, но на языке все равно остается привкус недавнего такого волшебного забытья от поцелуя. От взбудораженного взгляда ЧонОпа в животе что-то гулко ухает вниз, заставляя вспомнить, что всего лишь через несколько дней у него течка. -Нет, - ХимЧан останавливает руку ЧонОпа, которая тянется к его ногам, чтобы раздвинуть и устроиться между ними. Чтобы ни было, ХимЧан не может этого позволить. Слишком смущающе! -Нет? – переспрашивает ЧонОп, а ХимЧан впервые чувствует, что ЧонОп действительно альфа. В комнате накаляется воздух, кажется, что злость ЧонОпа можно ощутить на кончиках пальцев. Да уж, где это видано, чтобы омега отказывал своему альфе? – Ты передумал? – и в голосе раскаты грома. -Не передумал, но… - ХимЧану кажется, что он никогда прежде так не боялся. Каждый нерв напряжен, - Давай сзади, - ХимЧану очень хочется, чтобы ЧонОп согласился. -А я хочу спереди, - голос ЧонОпа спокоен и четок, и от этого у ХимЧана внутри все трясется. – Хочу целовать тебя, когда буду входить, - и это все в самые губы, дразняще лизнув уголок губ. -ЧонОп, пожалуйста, - ХимЧан судорожно выдыхает, почти со стоном утыкаясь в ключицу ЧонОпа, -Я сделаю все, что захочешь, только давай сзади, - его альфа хочет его, но даже это не может заставить ХимЧана открыться. Слишком быстро произошло все это сближение, он еще не привык, очень хочет доверять, но пока не доверяет настолько, чтобы позволить ЧонОпу такое. Слишком откровенно! -Даже позволишь поставить на тебе метку? – хмыкает ЧонОп, проходясь зубами по шее, и ХимЧан как будто бьет током. -Ты же обещал… - бессильно тянет он, чувствуя горячие пальцы на своем животе, вдыхая распаленный аромат ЧонОпа. Метка. От одного слова в глазах плывет. – Обещал не делать этого… ах… - пальцы добираются и до возбужденного члена ХимЧана, поглаживают головку. – Ты обещал… - через две недели предстоял конкурс лучшей пары в универе. От пятого курса были представлены он и ЕнГук, пускай парой они теперь и не являлись. ХимЧан хотел победить, а для этого нужно было пахнуть как обычно. Одуряюще сладко и без примеси метки другого альфы. Упускать шанс выиграть конкурс ХимЧан не хотел, это был его последний год. – ЧонОп, пожалуйста… -Прогнись в спине, выпятив… попу, - хрипло выдыхает ЧонОп, и ХимЧану не остается ничего более, как, краснея, подчиниться, ведь обещал сделать все. Но стоит выполнить указание, как в голове проносится осознание, что это ничем не лучше того, когда ты лежишь на спине с разведенными ногами. Но возражать язык не поворачивается. Судорожно выдыхая, ХимЧан буквально сходит с ума от горячих прикосновений по лодыжкам, внутреннему изгибу колена, внутренней стороне бедра. -Ах… - анус влажно облизал горячий язык. ХимЧан обессиленно застонал, утыкаясь в матрас, а затем бесстыдно выпячивая попу выше. Пускай опыта у ЧонОпа и не было, но инстинкты у него были очень сильны. А еще, по его прикосновениям, поцелуям, проникновениям языка, а затем и пальцев, ХимЧан мог думать только о том, что это никакое не занятие сексом, самое что ни на есть занятие любовью. С ЕнГуком они дошли до этого как минимум только через четыре месяца, а тут прям с первого раза… - Умхх… - комната до отказа наполнена одуряющим запахом печенных яблок. Для ХимЧана это самый умопомрачительный запах на земле. Он пронизывает его насквозь и за возможность отдаться еще глубже этому безумству он кажется даже согласен на метку. –Ты течешь, - оповещает его ЧонОп, и ХимЧану просто нечего сказать. Щеки нещадно пылают, а в голове лишь вопрос: отчего это так смущающе, так пошло? Цепочка горячих поцелуев потянулась выше ягодиц, по пути оставляя засосы. Быстро преодолев поясницу, губы находят плечи, на которых затем остаются горячие полу-укусы, полу-поцелуи. А перед тем как горячий язык добирает и до мочки уха, головка разбухшего члена входит в анус. -Умхх… - стоит почувствовать проникновение, как ХимЧана уже ведет. Он с силой кусает губы, и старается не так очевидно поддаваться ягодицами назад, к члену ЧонОпа, но все без толку стоит ЧонОпу одним рывком проникнуть первый раз до упора. Все тело пронизывает вспышка удовольствия, опаляя разум, срывая всякие преграды перед удовольствием. ХимЧан не замечает, как стонет в голос. Единственное, что он осознает, это секунды, что уходят на то, чтобы ЧонОп вышел из него, а затем резко вошел, удерживая за бедра. И с каждым разом этих секунд все меньше между последующими толчками. Это прекрасно! Собственный член ХимЧана при каждом таком толчке ударяется о живот, иногда проходясь по простыне, что кажется сейчас до жути шершавой. От этого контакта головка члена чувственно реагирует, посылая дополнительные маленькие искры по всему телу, присоединяясь к основному потоку удовольствия, приносимого от соития в самом мокром и горячем месте. Пальцы ЧонОпа терзают соски, и ХимЧану хочется выть. Кажется, что тело сковывают звенящей цепью, что щиплют не только соски, но и где-то внутри. Стенки ануса ХимЧана сами собой непроизвольно крепче сжимаются, принося удовольствие им обоим. ХимЧан словно через толщу воды слышит стон ЧонОпа, и да, он сейчас жалеет, что его сейчас не имеют спереди. Он тоже хочет целовать ЧонОпа во время процесса. Безумное соитие продолжается уже несколько минут. ХимЧан только и может, что отрывисто стонать, пока его буквально натягивают на член снова и снова, каждый раз стараясь войти все глубже и глубже. Весь зад буквально горит, плечи усыпаны красными засосами, по лопаткам скатывается пот. Финальной нотой для ХимЧана становится момент, когда по шее проходятся губами, оставляя неглубокий красный след, а в следующее мгновение кусают в основание шеи. «Метка!» - будоражаще проносится в голове ХимЧана, и его накрывает самой большой пеленой удовольствия. Такого большого, каким его еще никогда не накрывало. Это удовольствие вмиг течет и по рукам, и по ногам, отдается белыми вспышками перед глазами и умопомрачительно пахнет печеными яблоками, запахом ЧонОпа. Воздуха не хватает, ХимЧан судорожно втягивает прохладный воздух вместо выдыхаемого самим им горячего. Он до сих пор в объятиях жара, который с каждым глубоким вдохом отступает из груди, но никак не из нутра, где растеклось горячее семя ЧонОпа. Да так, что ХимЧан чувствует себя наполненным им. Спустя пару секунд ЧонОп выходит из него, бережно придерживая разъезжающиеся ноги. ХимЧан хочет возмутиться, но вовремя приходит осознание, что это правильно, иначе узел. А противозачаточные ХимЧан не пил, да и нет их у него. Он чувствует, как из его ануса вытекает сперма, горячими двумя дорожками стекая по бедрам. Из-за вновь накатившего смущения ХимЧан хочет поскорее перекатиться на спину, но мешается ЧонОп. А еще в процессе манипуляций, видимо из-за разогнутой спины, в анусе хлюпает и по бедрам уже более быстрым потоком из дырочки стекает новая порция спермы. ХимЧану хочется провалиться под землю. Он не любит, когда его так пристально рассматривают, а пожирающий взгляд ЧонОпа он чувствует даже спиной. Знакомые пальцы проводят по стекающим струйкам спермы снизу вверх, затем достигая и дырочки, что судорожно сжималась и разжималась. У ХимЧана волосы встают на дыбы, когда ЧонОп начинает ненавязчиво потрахивать его пальчиками. ХимЧан напрягается, оттого, что в вечно сомневающуюся голову прилетает мысль, что с ним просто играются, но следующие слова и действия заставляют усмирить свое напрасное беспокойство: -У меня самый лучший омега, - томно шепчет ЧонОп на ухо, крепко прижимая ХимЧана к своей груди и целуя за ухом, пока рука проходится по члену, делая его хозяину приятно. ХимЧан буквально тает от нашептанных слов, понимая, что они западают в душу. Тихо стонет, поддаваясь приятным ласкам умелых рук на своем члене. Узел возбуждения снова завязывается ниже живота, посылая своему хозяину сигналы отдаться своей природной паре. Ох, эта ночь только начиналась... ))) PS: Да простят меня ХимОпы за то, что я пишу про них такой разврат. Аминь. XD