Жестокая реальность

Под утро меня стали мучить давние кошмары, связанные с Харпером. Мне снилось, что я прикован к ложу, а старый извращенец подходит ко мне, и от него нет спасения. Его противные руки гладят мои лицо, плечи, пластрон. Я пытаюсь вырваться, но путы не пускают меня. Я обречен выносить его мерзкие прикосновения! Из последних сил я закричал: - Убери от меня руки, старый извращенец! Это не помогло. Неужели, я проиграл? Внезапно я ощутил, что кто-то трясет меня за плечо. - Донателло, просыпайся! – это был голос моей детки. Я открыл глаза, тяжело дыша и дрожа от пережитого кошмара. Уже в тысячный раз мне снится этот сон. Почему я вырос? Не могу, как раньше пореветь в объятиях мастера, который, гладя когтями по голове, шепчет, что снов не стоит бояться. - Тебе приснился сон? – я увидел обеспокоенное лицо детки, которая склонилась надо мной. - Детка… - прошептал я, все еще дрожа от страха. Эвелин что-то выкинула в сторону, присела рядом и крепко меня обняла. Почти так, как делал мой мастер, когда я был малышом. - Как ты? Тебе все еще плохо? – тихо спросила она. Я боялся, что она исчезнет, оставляя меня наедине с моими страхами. - Побудь немного рядом. – попросил я, прижимаясь к ней всем телом. - Ты чего- то боишься? Тебе снилось, что тебя пытает Харпер? – стала она выпытывать у меня. Я едва открыл рот и собирался ответить, но чьи-то шаги заставили меня отказаться от моего намерения. Приближалась охрана. За кем? За мной? А, может, за Эвелин? Я не позволю ее никуда увести! Детка вздрогнула и вцепилась в мою руку, ища защиты. Милая моя, прости, что втянул тебя в это! Мне следовало немедленно отправить тебя домой! - Мне страшно! Я боюсь! – смотря мне в глаза, выдала Эвелин. Я прижал ее к себе. Никому я тебя не отдам! Дверные засовы оповестили скрипом о том, что у нас гости. Детка буквально вжалась в меня. Когда охранники открыли дверь, она испуганно вздрогнула. - На выход! Оба! – скомандовал один из охранников. Детка обреченно поднялась на ноги, и помогла мне подняться. Я прижал ее к себе за талию, чтобы ни на минуту не терять ее из виду. Как же она дорога мне! Охрана повела нас к Харперу. Мы шли молча. Эвелин сильно дрожала, ей было очень страшно. Я не боялся за себя, скорее, за нее. Нас ввели в узкий и длинный коридор. Я думал, что нас поведут в допросную, но нет. Вероятно, мы направляемся в другую комнату. Один из охранников распахнул одну из дверей и толкнул меня в спину. Я пошатнулся, и едва не упал. Эвелин успела меня поддержать. Я удержался на ногах. - Приветствую вас, мои милые! – посередине комнаты стоял Харпер и слащаво улыбался. – Как прошла ночь? - Прекрасно! – грубо ответила Эвелин. - Как твое здоровье, мой мальчик? – поинтересовался извращенец. – Ты очень напугал меня вчера! - Иди ты! – поприветствовал его я. - Какие мы грубые! Отпусти девчонку! Я вижу, ты плохо на ногах держишься? Прекрасно! – поаплодировал он мне. Сукин ты сын! Чтоб тебя! - Отберите у него девку! – скомандовал Харпер охране. - Нет! Донателло! – Эвелин обняла меня обеими руками. – Я не хочу! Пожалуйста! - Она никуда не пойдет! Ты меня понял? – заявил я. - Я обещал отдать ее своим охранникам за верную службу! Девушки тут водятся редко, ты знаешь. Девчонка скоро умрет от частых визитов моих парней. – рассмеялся мне в лицо извращенец. Эвелин забилась в истерике, услышав про свою дальнейшую судьбу. Я не собирался отдавать ее, но проклятая охрана, которая стояла сзади, оглушила меня, предположительно, дубинкой. Когда я пришел в себя, то обнаружил, что мои руки распяты, запястья были обвязаны веревками, которые тянулись к потолку, на котором были железные кольца. В обычном состоянии, я легко порвал бы эти веревки, но теперь даже они крепко держали меня. Я прислушался. До меня доносились женские крики и сдавленный плач. - Отпустите меня! Пожалуйста! Я умоляю! Не надо! – каждый крик отзывался болью в моем сердце. – Донателло, спаси меня! Донателло! Не трогайте меня! Я дернулся, пробуя веревки на прочность. Несомненно, это кричала моя детка. И на этот раз я не знал, смогу ли я ей помочь…