fiction

Сучжон напрягало повисшее между ними напряжение: Чонин не обращал на неё внимания, будто она - провинившийся ребенок. - Ты вот так и будешь молчать? – не выдержала девушка. - А что не так? Тебе же, вроде, нравится. - Останови, - требует Сучжон, прикрывая от усталости глаза. - Я довезу тебя домой. - Что я сделала не так? Все же поверили! - Только не устраивай здесь истерик, ладно? Всё нормально. Я просто устал и настроение хреновое. Всё. Тебя это не касается. - Идиот, - фыркнула девушка, отворачиваясь от парня. Сучжон не знала, почему и зачем он себя так ведет, но ей не нравились такие перепады настроения Чонина. Ей даже обижаться и дуться было бесполезно, ведь они чужие люди. Они – никто друг для друга. Сами по себе. Когда всё закончится, Сучжон вернется к тому, что было раньше. Насчет своего босса она не бралась судить. Машина остановилась возле дома, а Чонин по-прежнему продолжал игнорировать присутствие девушки рядом. - Спокойной ночи, - пробурчала под нос Сучжон и вышла из машины, хлопнув дверью. Не надо было предлагать ей никаких фиктивных браков, чтобы теперь сидеть, как истукан. Ему ведь что-то не нравилось, но Сучжон он явно не собирался рассказывать что именно. Утренние газеты уже вовсю пестрели вчерашними фото с ужина. На фото они ослепительно улыбались и выглядели вполне счастливо. Сучжон кисло скривилась и отодвинула ненавистную статью. Событие года – Ким Чонин женится! Вчера на званом вечере он сделал предложение Чон Сучжон. Какого же будет удивление общественности, когда они узнают, что она – обычная секретарша этого самого Ким Чонина. В офисе на неё уже бросали не понимающие взгляды все, кому было не лень. Даже уборщицы и те перешептывались за её спиной. Да, только ленивые или немые не говорили о ней. Настроение с утра было испорчено. А когда босс явился в кабинет явно с похмелья, в темных очках и с бутылкой минералки в руке, Сучжон поняла, что он пока что не знает. Вчера у него, по-видимому, была бурная ночь. - Видел уже? - Ни здравствуйте тебе, а сразу вопросом в лоб. Я с утра ещё плохо соображаю. Объяснись. От Чонина всё ещё несло алкоголем и сигаретами, и девушка поморщилась. - Газеты уже написали о вчерашнем. - Ну, этого следовало ожидать. Тебя это очень расстроило? – он притянул Сучжон к себе, крепко прижимая к выглаженной рубашке. - Не очень. Я не привыкла к тому, что моя жизнь становится известной на следующее же утро. Что ты делаешь? Чонин водил ладонями по её спине: опускаясь к пояснице и обратно, к лопаткам, будто изучая её тело на наличие изъянов. - Я же должен знать, какая ты, - скалится Чонин и касается её губ большим пальцем, мягко надавливая на них. – Ненавижу ваш этот чертов блеск. Лучше помада. И желательно ярких оттенков. Красная, к примеру. - Я тебе что проститутка! – Сучжон пытается вырваться из цепких объятий Чонина, наступая ему каблуком на ногу. Чонин ногу убирает, шипит от боли, но не выпускает. - На нас теперь будут постоянно смотреть, так что не вырывайся. - Мне что для тебя придется стать одной из твоих кукол Барби? Чтобы все поверили? – Сучжон злобно смотрит в его глаза и злится ещё больше: в них насмешка, и в данный момент он смеется над ней. - Не обязательно. Но тебе придется реагировать на всё не так остро. А теперь – поцелуй. Пол-офиса уже сбежалось на наш спектакль. Не нужно расстраивать людей, - шепчет он и касается губ Сучжон, вторгаясь в её рот языком. Она пытается протестовать, ставя руки между ними, но все её попытки слабы – Чонин продолжает целовать, а ей приходится смириться и просто отвечать. - Умница, хорошая девочка, - хвалит её босс и выпускает из своих объятий, закрываясь в своём кабинете. Сучжон кажется, что он с ней обращается, как с собачкой. Она где-то слышала, что маленьким тявкающим песикам так часто говорят. Её передергивает от этого и становится невыносимо стыдно. А затем появляется злость – на саму себя. За то, что поддалась его провокации. Чонин умело манипулирует, подчиняет себе незаметно, а Сучжон просто развешивает уши, теряя остатки разума и здравого смысла. А она не должна. Он ведь специально себя вчера так вел. Хотел посмотреть, как же она будет реагировать. И Сучжон оправдала все его ожидания. Действия Чонина недвусмысленные, они просты. Но она не умеет их понимать вовремя. - Сучжон, у нас сегодня ужин. Так что, подготовься. Я заеду за тобой в восемь. Чонин целует в щеку и сразу же принимается за важные бумаги. Как будто Сучжон волнует, что у него на уме, но от такого поведения хочется, как минимум, залепить пощечину, на что она, к сожалению, права не имеет. - Ты ведь испробуешь меня на прочность? Смогу ли я удержаться или же на второй день брошусь к тебе на шею? Босс улыбается и отрывается от документов. - Я знал, что ты догадаешься. Но, как видишь, ты не поддалась. Ты – мужененавистница, или это только со мной так? - Ты думаешь, что все одинаковые. Всем подавай деньги, роскошь и вечеринки. - А разве не так? - перебивает её Чонин и поднимается с кресла. - Ты только таких и встречал, потому что они доступны. Тебе же только на одну ночь. Попользовался и выбросил. А вот после таких, как ты, и становятся стервами. А вы потом жалуетесь, почему же они такие суки. А не надо обходиться, как с собаками. Даже те огрызаются. - Я прекрасно разбираюсь во всём этом. Ты не открыла мне Америку. Вы, девушки, сами позволяете с собой так обходиться, заглядываете в рот, приторно-сладко улыбаетесь и шепчете, что готовы на всё. А потом ещё и обижаетесь. Не надо позволять. Сучжон закипает, такими темпами их отношения закончатся, так и не начавшись. - Как же ты меня бесишь, Ким Чонин! Терпения на тебя не хватает. Она хлопает дверью его кабинета и собирает вещи. Рабочий день уже закончился, и сидеть сверхурочно Сучжон не собирается. Пускай сам доделывает, раз уж такой умный. - Сучжон, мы должны с тобой ладить, а не цапаться, как кот с собакой. В ресторане людно. Кое-кто поглядывает на них, откровенно шепчется. Сучжон спиной чувствует их взгляды, направленные на них. - Мы не цапаемся. - А что тогда было недавно? – не унимается Чонин, сжимая руку девушки. - Просто повздорили. Такое бывает, особенно, у невест. Они ведь нервничают перед свадьбой. И не дави мне так руку. Больно. - Извини. Увлекся. Он ослабляет хватку и улыбается. Сучжон тоже приходится выдавить из себя улыбку, чтобы было совсем правдоподобно. - Свадьба через две недели. Матушка собственноручно занялась подготовкой. Сказала, что даже платье будете выбирать вместе. Сучжон мрачнеет и откладывает приборы в сторону: - Ты же не бросишь меня одну? Поедешь с нами? – глаза, полные скрытой мольбы, смотрят на парня. – Я её боюсь, - добавляет шепотом Сучжон. - Не знаю. У меня сейчас много дел. - Ты хочешь, чтобы она меня съела? Как же так, Ким Чонин? Ты не можешь меня бросить. - Не нервничай. Я постараюсь быть там. - Легко тебе говорить. Несколько часов в обществе с твоей мамой – это будет похлеще американских горок.