Obsession

Антон лениво облокотился на парту и огляделся вокруг: все те же унылые лица неинтересных людей, пустые глаза, стук от подкидывания ключей от новеньких лексусов и рэйнджей. Ничего не изменилось за лето: поток богатых придурков ничуть не поумнел. Хотя нельзя сказать, что Антон надеялся, что за два месяца что-то в его окружении изменится: слишком малы шансы и слишком велик возраст – это ведь не школа, как никак, когда, перейдя из седьмого в восьмой класс, ты не узнаешь своих «вымахавших» за лето друзей. А здесь? Что меняется, когда тебе было 19, а стало 20, а третий курс в зачетке плавно перешел в четвертый? Правильно, ничего. Парень закатил глаза и резко откинулся на спинку стула. «Когда он наконец притащит свою задницу в универ?». Не успел Антон подумать, как в дверях аудитории показалась обширная фигура Кости. Костя неторопливо прошагал до парты, где сидел Антон, сбивая по пути все лежащие на краях парт вещи: в основном это были косметички, смартфоны, иногда даже чистые тетрадки, предназначенные для конспектов, но как это всегда бывает, превращающиеся затем после двух лекций в пространство для бессмысленных переписок и каракуль. Никто не жаловался на царапины, появившиеся в результате падения айфонов на задней панели или на экране, казалось, этим студентам было действительно безразлично все происходящее вокруг. Большинство судя по внешнему виду, вообще пришли в университет прямиком из клуба или бара, где гуляли всю ночь, выложив только за напитки не меньше 10 тысяч рублей. Новый телефон стоит тридцать. Для них это не деньги. Для Кости тоже. Если бы кто-то даже возмутился и попросил оплатить ремонт, что маловероятно, ведь ходить с отремонтированным телефоном очень стыдно; то Костя бы без проблем нашел пятитысячную купюру в кошельке. А то и не одну. Их вуз считался лучшим в городе. Но только не по уровню образования. Скорее, по престижности. Это был бренд, произнося который, ты автоматически причислял себя к элите. Туда мог поступить либо кто-то очень умный, либо кто-то очень богатый. В основном, это были богатые, а для умных оставалось мало «незанятых» бюджетных мест, в результате чего принимали лишь самых-самых. На факультете Антона и Кости на четвертом курсе учились сто человек. Два потока, 60 и 40 человек. Первый поток – богатые, второй, умные. Антон, разумеется, был в первом. С его финансовым положением и со связями его семьи, Антон просто не мог попасть во второй поток, приемная комиссия не оставила ему ни единого шанса, даже не спросив результатов ЕГЭ, которые у Антона были не самыми заурядными. Он вполне мог конкурировать за бюджетные места с «умными» и не сомневался, что прошел бы вступительный тест по математике, но фамилия отца сделала свое дело. Среди золотой молодежи первого потока трудно было завести друзей. Но не потому, что не было желающих вместе «потусить». Напротив. Антон первые четыре месяца на первом курсе только и делал, что «тусил». Лучшие клубы и бары города, Moët & Chandon рекой, доступные девочки и ни малейшего развития. Простое прожигание жизни. Антон постепенно выбыл из компании тусовщиков и гламурных девочек, потому что ему надоела такая жизнь. Хотелось нормальных бесед, а не только пустого бреда зажравшихся мальчиков и девочек, бесцельно болтающихся в университете и плывущих по течению денег их родителей. К четвертому курсу эта молодежь превратилась в весьма потрепанную серо-золотую массу: серую потому, что никто ничем не выделялся из толпы таких же, а золотую в цвет их телефонов, украшений и «брюликов». Антон никогда не сожалел о том, что прекратил общаться с этими людьми. Он со страхом думал о том, что бы стало с ним, если бы он продолжил. Однако без друзей парень не остался. В потоке с ним учились лишь два адекватных человека. А во втором потоке все 40 были адекватными. Несложно догадаться, с кем парень проводил большую часть времени. С Костей из своего потока он сошелся не сразу. Необъятных размеров парень поначалу предпочитал ни с кем не общаться, а потом как-то на семинаре сел к Антону, сказав, что увидел какую-то мыслительную деятельность в глазах одногруппника. Так и завязалась беседа, в результате которой Костя понял, что был прав, а Антон разуверился в своем мнении относительно безнадежности его потока, ведь если есть хотя бы один стоящий человек, это может скрасить серые будни среди серой массы. Вторым человеком стала Алина. Девушка без предрассудков и с выдающимися мыслительными способностями. Они вскоре стали парой с Костей, несмотря на его «необъятность», потому что девушка ценила в людях их качества, не заморачиваясь по поводу внешнего вида. А Костя был отличным парнем и к девушке своей относился, как к принцессе. Но сегодня ее не было. И присутствия ее не предвещалось весь семестр, потому что девушка уехала по студенческому обмену в Страсбург. «Ну хотя бы там она узнает, как должны преподавать в университете», - думал Антон. Разумеется, преподаватели для двух потоков преподавали по-разному. Да и сами преподаватели обычно были разные. От первого потока никто не ждал ни выполнения заданий, ни подготовки к экзаменам. Это была сплошная профанация, длившаяся все 3 года. Преподаватели делали вид, что учили, а студенты – что учились, приходя на лекции. На самом же деле, преподаватели лишь зачитывали вслух учебник, а студенты смотрели лишь на экраны своих смартфонов… Антон пытался учиться, тянулся к знаниям, но вскоре бросил эту затею, когда его в третий раз развернули в обратную сторону при просьбе проверить его курсовую. Во втором потоке постоянно проходили конференции, научные семинары, преподаватели знали своих студентов по именам. Антон пытался перевестись во второй поток, но деканат не разрешил. Приходилось тайком ходить на их лекции, но иногда преподаватели замечали и выгоняли. К первому потому у всех было предвзятое отношение. Да и не зря. Новый семестр обещал стать такой же профанацией, как и все остальные. На часах было ровно 10 часов 50 минут, когда открылась дверь аудитории, и туда гордой походкой зашел незнакомый парень. Серая масса оживилась. «Ошибся аудиторией?» «Новенький??» «Красавчик». Никто не ожидал, что «красавчик» сначала подойдет к доске и напишет там какое-то имя, включит проектор, к нему подключит свой новенький MacBook Retina, а потом и вовсе окажется у кафедры и громким уверенным голосом скажет: - Краснов Петр Гельцевич. Не делайте ошибки в моем отчестве, если не хотите завалить экзамен. А теперь начнем. Тема первая. Финансовый менеджмент: понятие и основные этапы развития науки. Оторвались все от своих телефонов и смотрим на слайд!». Антон от удивления потерял дар речи. «Кажется, этот семестр все-таки не будет настолько безнадежным».