Ветер восточный, ветер южный

Coldplay - Trouble

«Чувства, которые мы испытываем, не преображают нас, но подсказывают нам мысль о преображении. Так любовь не избавляет нас от эгоизма, но заставляет нас, его осознать и напоминает нам о далекой родине, где эгоизму нет места». С этой цитаты Камю я сегодня и начну. Когда я была маленькой, бабушка часто называла меня ветром. Я всегда делала то, что хотела. Думала, не как все. Поступала, руководствуясь только своими принципами. Мне никто не мог указывать, что делать. Потому что никто не был мне указом. Только мой разум. Я была ветром, который всегда свободен. Никому не принадлежит. Он движется, как ему хочется, но никогда не знаешь, что же ждать от него. Никогда не знаешь, будет ли это тепло или летний дождь. Он непредсказуем. И именно такой я была и такой оставалась до прошлой ночи. Очень часто окружающие меня люди совсем не понимают меня, не знают, что же ждать от меня. Я ветер, который всегда на все имеет свое мнение. Они считают меня бездушной, бесчувственной, предпочитающей держаться от всего в стороне. Пропускать мимо себя все чувства - одна из моих жизненных позиций. Сантименты ведут к проигрышу. Но я никогда не думала, что они придают сил, заставляют двигаться вперед. Оказалось, внутри меня билось горячее сердце, которое способно сочувствовать, сострадать, любить, переживать. Оказалось, я - не бесчувственная машина, какой я считала себя всегда. Именно сантименты спасли меня в ту ночь на фабрике. Именно они придали мне сил, заставили бороться. Как же я заблуждалась до этого. Теперь все мои прошлые принципы не имеют никакого значения, потому что южный ветер стих, сдался на милость восточному хитрому ветру. Восточный ветер покорил его. У южного ветра не было уже сил менять направление. Южный ветер просто стал другим… Блог Селесты Виллерс. На Бейкер-стрит было тихо, не спали только двое. Джон, посмотрев, что с Селестой все в порядке, ушел к себе, Шерлок же сидел в гостиной, обдумывая произошедшее. Он тихо прошел в спальню. Селеста не спала, она сидела на кровати, подобрав под себя колени, темный шелк волос рассыпался по ногам. Он сел рядом с ней, притягивая к себе. Она была напряженной. Тяжело вздохнув, Селеста почувствовала, как бьется его сердце. Она позволила себе минутную слабость, позволила себе хоть минутку быть другой. - Все прошло, - прошептал он. - Я боялась не умереть или быть изнасилованной или же проданной в бордель, я боялась только одного, - она замолчала, собирая волю в кулак. - Я боялась не увидеть тебя больше, - пылко сказала она. - Я не герой, - заметил Шерлок, - если что, то я не подхожу на эту роль. - Ты спас меня уже дважды, - Селеста закрыла глаза. - Я знала, что ты найдешь меня. - Ты храбрая девушка, - он улыбнулся. - Я рада только, что ты прочел это сообщение и не оставил меня, - Селеста сжала его ладонь, - позволил еще раз увидеть тебя. - Это моя работа. Ты знала его? Знала этого Николаса Дювана? - Да, - еле слышно проронила она. - Расскажи, - попросил он. - Можно потом? Мне тяжело сейчас говорить об этом. Слишком много мне придется сейчас сказать. Они молчали очень долго, пока ее горячий шепот не нарушил эту тишину: - Я люблю тебя, - вдруг четко произнесла она, вздрогнув от собственной смелости. Это было чистой правдой. Она была ошеломлена, как и он. - Это под нажимом эмоций, - ответил Шерлок, - и наркотика. - Это не так, - Селеста замолчала, переводя дыхание. - Я не должна была говорить это тебе. Никогда и нигде. Я пыталась гнать от себя все эти сантименты, я не могу и не должна это чувствовать. Любовь - это миф. Любовь - это сплошное страдание. Любовь - это яд, который отравляет разум. Я поступила неправильно, можешь убить меня презрением. Можешь оставить меня позади, я переживу все. Я переживала многое… - Сэл, успокойся, - Шерлок посмотрел на нее. - Утром ты будешь думать по-другому. - А если нет? – она покачала головой, заглядывая в его глаза стального цвета. - А если нет? Что тогда? Что тогда мне делать? Сделать вид, что ничего не говорила? Забыться? Раствориться в алкоголе и наркотиках? В работе? Я помню, что говорил Джон про Ирэн, которая перестала тебя интересовать из-за того, что поддалась сантиментам. Но я не она… Я не ребус. - Мы с тобой люди одинакового мышления, - Шерлок встал с постели. - Ты молода, еще не научилась до конца контролировать себя, но это придет. А теперь поспи. И он ушел, оставив ее одну в темноте. Эта близость была невыносимой для них двоих, потому что сейчас они оба стояли на границе, боясь переступить черту. Селеста еле дышала, чувствуя, как ей тяжело вздохнуть. Какой позор! Она ударила кулаком в подушку. Какой ужас! Неужели она сказала ему это? Неужели она произнесла это? Дурацкие сантименты! Она злилась сама на себя, презирала себя за это. Что он теперь подумает о ней? Что она сентиментальная дура, которая чуть не предложила ему себя? Идиотка! Трижды дура! Соберись, Селеста. Забудь все. Все забудь. Выкинь все из головы. Кто ты, Селеста? Ты забыла, к чему ведет желание быть как все? Чувствовать как все? Забудь! Все забудь! Шерлок был ошеломлен не меньше Селесты. «Я люблю тебя», - до сих пор звенело в голове. Женщины бежали от него, как только он начинал говорить о них правду, только не Селеста. Она была окружена тайной, он не мог ее понять до сих пор. Чем она руководствуется в своих поступках? Что заставило ее стать такой странной? Почему она сказала ему эти слова? Хотя он давно знал, что Селеста поддалась сантиментам. Он понял это вчера, когда в такси считал ее пульс. Селеста Виллерс состояла из сплошных тайн, которые он просто не мог разгадать. Она не робела перед ним, не заигрывала с ним. Она была такой, какой была для всех. Он всегда полагал, что она так же относится к чувствам, что она никогда не воспримет ни одного мужчину как объект вожделения. «Обаятельный негодяй», - как-то так она его назвала. Ему нравились эти ее "мистер Зануда", "мистер Всезнайка", "мистер Достал меня". Она не кокетничала с ним, она почему-то решила, что она равная ему, и не позволяла ему принижать и умалять свои достоинства. Она, можно сказать, вынудила его считать себя равной ему. Почему он оберегал ее? Почему он так относился к ней, словно она особенный человек в его жизни? Как так случилось, что он позволил ей войти в его жизнь? Когда это произошло? «Я люблю тебя». «Люблю тебя». «Тебя люблю». «Я боялась только одного – не увидеть тебя вновь». «Не увидеть меня… Только одного… Не увидеть меня?» «Любовь – это яд. Не ты ли мне это говорила, Сэл? А что делать мне? Забыть? Сделать вид, что ты ничего не говорила? Занять голову работой? Что же сделать мне, Сэл? Сэл Виллерс, ты пробуждаешь во мне странные чувства. Ты заставила меня чувствовать то, чего я столько лет избегал и презирал. Я впервые не знаю, что делать. Но у меня есть еще возможность отказаться от этих чувств к тебе».

Coldplay - We Never Change

Когда рассвет залил комнату, Селеста бесшумно собралась. Шерлок спал на диване, Селеста оставила краткую записку, покидая Бейкер-стрит. Встретится с ним утром еще хуже, чем то, что она сказала ему сегодня ночью. Спрячь все чувства, Селеста. Спрячь. «Наверное, мы больше никогда не увидимся. Селеста», - написала она. Солнце освещало улицы мягким светом. Она любила этот шумный, вечно суетливый город, эту необъяснимую магию, происходившую на его улицах. Город контрастов. Он всегда был именно таким, но плохую сторону города она узнала совсем недавно, до этого она видела праздную жизнь - дорогие магазины, фешенебельные места, приемы, которые ее просто жутко выводили из себя. Общество людей ее всегда тяготило. Она любила одиночество, всегда его любила. Это ее отличало от других. Но однажды она захотела быть как все и жестоко за это поплатилась. Дома никого не было, Скарлетт уехала в госпиталь, поэтому у нее осталось немного времени, чтобы обдумать все. Она приняла душ, надела узкое трикотажное темно-зеленое платье, шоколадное пальто oversize, которое ее заставила купить мама. Ей просто необходимо выглядеть дорого, соответствовать своему аристократическому статусу. Она решила все рассказать ему, можно сказать, исповедоваться и уйти после этого навсегда. Вызвав такси, Селеста снова поехала на Бейкер-стрит. На улице уже вечерело, а город погрузился в ночную суету, сверкая и торжествуя. Она открыла дверь дома «221Б», миссис Хадсон даже не узнала ее, но этого ей было и не нужно. Она поднялась по лестнице, Джона сегодня не было, и она немного испугалась и в тоже время немного обрадовалась этому. - Проходи, Сэл, - ну, конечно, догадался по ее духам. Он стоял к ней спиной у камина. – Ты вроде написала, что мы никогда не увидимся. - Здравствуйте, мистер Холмс, - официально начала она. - Мы уже на вы? – он обернулся к ней. Увиденное показалось ему несколько непонятным: перед ним стояла женщина, которая выглядела очень дорого и изыскано. В ней улавливались черты прежней Селесты, но это была словно не она. Зачем она это сделала? Для чего? - Сегодня я ваша клиентка, мистер Холмс, - проговорила она. Шерлок сел в кресло. - Ты… Джона нет, - ответил Шерлок. - Садись. Что с тобой стряслось? - Все, - она села на стул, не снимая пальто, - и уже давно, - Селеста перевела дух. - Рассказывай, - спокойно попросил он. - Я никому этого не говорила. Даже мамин психотерапевт не смог вывести меня на беседу, он совсем не догадался, что стоит за моим поведением, - Селеста бросила краткий взгляд на Шерлока. - Это исповедь? – спокойно спросил Шерлок. - Но я не тот, кому нужно выговориться… - Поверь, ты тот, кто мне нужен. Все, что я скажу, связано с твоим прошлым делом, - Селеста сжала руки в кулаки, ощущая, как ногти впиваются в кожу. - Что ж, продолжай. - Я всегда была другой, но в нашей семье я не должна была быть другой. Мои родители очень общительные люди - праздники, вечеринки, гастроли, приемы - но меня всегда тошнило от этого всего. Я младший ребенок в семье. Ссоры родителей, мамины страдания, болезнь отца, вернее, его алкоголизм – все это повлияло на меня, как на личность. Я родилась в мирный этап истории нашей семьи, но лучше мне от этого не было. Я всегда любила одиночество. Становясь взрослее, я понимала, что люди меня сторонятся, окружающие твердили, чтобы я не умничала, но я просто наблюдала за всеми и делала выводы. - Ты решила быть в стороне от всех, - заключил Шерлок. – Почему? - Мне было пятнадцать, когда я решила быть такой же, как все. Я думала, что смогу быть как мои одноклассницы. Ведь они встречались с парнями, лишались невинности, тусовались. Но за все надо платить. Я… - Селеста встала и подошла к окну. - Продолжай, - он странно посмотрел на нее. – Что с тобой произошло? - Меня пригласили на вечеринку за город, и я решила, что справлюсь с этим. Пара-тройка бокалов вина творит чудеса, но мне все равно было невыносимо смотреть на целующиеся парочки, на закрытые двери, слушать пьяный визг и стоны. Мне нужно было уйти. Водителя мне не дали вызвать. Ник Дюван закончил уже лицей, но у него было столько знакомых, что и он там был. Он предложил мне поехать с ним. Я долго отпиралась, но потом сдалась, посчитав, что лучше согласиться, и он отстанет от меня. Он завез меня в какую-то пустошь и там… - Селеста глубоко вздохнула. - Он… Не хочу это говорить. Я все же вернулась домой. Предпочла все это забыть, выкинуть из головы тот день и больше не вспоминать ни о чем. Я задвинула это воспоминание на задворки своего сознания. - Кто-нибудь знал? – Шерлок подошел к ней. - Кто еще знает? - Только я, а теперь и ты, - она обернулась к нему. - Так нельзя, Селеста! Почему его не посадили? – спокойно задал он вопрос. - Я испугалась, вернее, нет, я все забыла. Отчасти поэтому я закрылась от всех окончательно. - Он еще приставал к тебе? – последовал новый вопрос. - Да. Когда мне исполнилось восемнадцать, Ник звал на ужин, на свидание. А потом в день моего последнего дня рожденья. Я так была рада увидеть тебя, что просто не ответила ему, - Селеста затаила дыхание. - Вчера я узнала его по запаху. Говорят, что жертва всегда узнает своего маньяка, как кровь в момент преступления запоминает своего убийцу. Так было и со мной. - Значит, вот какая во всем этом связь, - прошептал Шерлок. - Он следил за тобой. Но он, как и любой преступник, просчитался, выбрав тебя, решив свести с тобой счеты. - Ты заставил меня почувствовать себя живой. Я искала все это, эти опасности, именно их мне и не хватало, но я не заметила, как потерялась. Не знаю, как долго длится это со мной, как долго я болею и как долго эта болезнь, как раковая опухоль, растет во мне. Я ненавижу себя за то, что сказала тебе ночью. Я не должна была говорить тебе это, потому что не могу, не заслуживаю всего этого. Однако это так, в свете дня ничего не изменилось. Я по-прежнему люблю тебя. Что я говорю? Что я делаю, Шерлок? Я та, что твердила всем, что сантименты - это дефект. Я та, что нарушила все свои принципы. Я ненавижу себя за это. Я обещала себе: если ты найдешь меня, то я уйду навсегда и больше никогда не приду на Бейкер-стрит. Она собралась уходить, как Шерлок схватил ее за руку. Она оказалась в его объятиях. Вдохнув его запах, она расслабилась, ощутив, как его пальцы путаются в ее темных волосах, как его губы касаются их. - Ты не виновата в том, что случилось с тобой, - она подняла на него свое лицо. - Виновата, - вымолвила она, - только я виновата. - Нет, Сэл, ответственность за то, что произошло с тобой, несет еще и он, - ее сердце гулко стучало в груди. - Ты была подростком, человеком, не знающим мир. - Я глупая девчонка, - он провел сухой рукой по ее скуле. - Ребенок… Я прячусь за масками… - Нет, ты самая умная женщина, которую я знаю. Твой ум… Вот, что ошеломило меня и поражает до сих пор. Она хотела вырваться из его рук, но он наклонился к ней и поцеловал ее в губы. Она сдалась. Потерялась. Только его губы. Только его руки, обнимающие ее. Только сейчас. Сейчас… Сейчас и больше никогда… - Это признание? – она смотрела ему в глаза, сложив руки у него на груди, и пыталась понять, что у него на уме. - Нет… Он снова поцеловал ее. Она тянулась к нему, ее ноги выскальзывали из туфель на высоком каблуке. Когда она повисла на нем, он сделал шаг назад, туфли остались на полу. Она ступила на носочки, стараясь не потерять равновесие. Он продолжал ее целовать, скользить губами по тонкой шее. Она несмело прикасалась к нему, под ее пальцами была его мягкая теплая кожа. Селеста выдохнула, прошептав что-то бессвязно по-французски. Она плыла. Сходила с ума. Она пропала. Как они дошли до его спальни, она не помнила, лишь ощущала, как они не отрывались друг от друга. Чувствовала через толстую ткань платья его ладони на талии, как его губы скользят по ее открытой шее. Шерлок прижал Селесту к двери, ее пальто скользнуло вниз. Она закрыла глаза, зная, что детали он всегда замечает, а значит, «молния» для него не ребус. Платье тоже оказалось на полу. Кожа горела от его теплого, нежного прикосновения. Она прижалась к нему, как доверчивый ребенок, тихо на вдохе-выдохе шепча его имя. Она осталась в одном белом нижнем белье, он притрагивался к этому кружеву. Медлил. Не спешил. Изучал ее, вспоминая, как его ладони прикасались к ней во сне, когда они вместе спали. - Я боролась, как могла, с этим, - Селеста сжала ладошками его лицо, приникая к его губам. Нежно. Трепетно. Как могла. Как умела. Как получалось. Она блаженно вздохнула, заглушая в себе чувство паники. Нет, нет, Селеста, не смей паниковать. Отдайся своим чувствам. Люби его. Это же так необходимо тебе. Это же так необходимо ему. Она неспешно расстегивала пуговку за пуговкой его белой рубашки, припадая к нему, застенчиво стаскивая рубашку. Шерлок держал ее, словно в тисках, между собой и стеной. Каким же сладким был этот плен. Они раздевали друг друга, наслаждаясь этим мигом. Ласковое касание, оставляющее огненные следы на теле. Волнующие поцелуи, отпечатывающиеся в памяти. Она искала его губы, искала его пальцы. В полумраке она видела его лицо, слышала, как он дышит, как бьется его сердце. Она пробовала на вкус его поцелуи, ощущая всем телом его и свое возбуждение. Он отступил, смотря на нее. Селеста открыла глаза. Ее взор был четким, зеленые глаза загадочно сияли. Она протянула к нему руку, Шерлок поймал ее, направляя к ее сердцу. Оно почти выпрыгивало из груди. Так гулко стучало. - Мы… - начал он. Она прижала палец к его губам. - Сейчас в здравом уме, - пролепетала она, - если хочешь, я уйду, я не обижусь… Тебе не нужно ради моих сантиментов ломать себя. Я могу испытывать чувства на расстоянии, смотреть и ни на что не надеется. Я могу облегчить твои страдания - мы расстанемся навсегда. - Нет, - он увлек ее за собой, толкая на не расправленную кровать. Она села на кровать, скрестив руки на груди, краснея. Она не была девственницей, но, по сути, ей осталась. Что она знала об этом? Ничего. Что она могла ему предложить кроме своего сердца? Ум? Она могла подарить только свою любовь. Он положил голову на ее колени, продолжая чувствовать дрожь ее тела. Он ничего не делал, ждал - ждал, когда она перестанет дрожать. Робкое прикосновение ее рук. Пальцы, играющие с его кудрями. Подняв голову, он увидел ее загоревшиеся глаза. Сияющие. Манящие. Непонятные. Она упала на кровать, волосы шелковым полотном легли на постель. Она пропадала, она давно проиграла в битве с собой. Шерлок ощутил ее жаркое дыхание на своей щеке. Она все сильнее прижимала его к себе, все больше падая в бездну чувств. В это мгновение ничто не имело значение. Были лишь эти минуты, когда они были единым целым. Их дыхание сливалось. Они дышали в унисон. Его пальцы нашли ее влажную ладонь, сжимая, проверяя, остались ли еще силы в ее хрупком теле с таким сильным духом. Их переполняли эмоции, трудно догадаться, что творилось с этими двумя, которые так отчаянно бежали от общества, которые так принципиально считали любовь сущим дефектом, ненужной вещью, созданной природой. Их пальцы сплелись, они не отпускали друг друга, все теснее прижимаясь друг к другу. Они ничего не говорили, словно боясь разрушить ту магию, что произошла между ними. Селеста задыхалась. Может, утром они будут сожалеть об этом, но в эту минуту ими двигали взаимные чувства, взаимное восхищение друг другом. Они признавали силу воли, холодной разум, способности друг друга. Она закрыла глаза, качаясь, словно на волнах. Все это, казалось, было до боли знакомым, словно происходило всегда. Ей казалось, это длилось и длилось целую вечность. Все плыло перед глазами. Щелчок. Вспышка. Яркое сияние. Любовь – костер. Счастье разливалось по телу Селесты, она забылась, растворилась, потерялась в этой сентиментальности. Ничего не осталось, лишь слияние, лишь только один миг. Один миг. Лишь бы эта минута никогда не заканчивалась. Ей было так спокойно с ним. Она словно разогнала всех своих призраков. Она, словно корабль, который после длительного плаванья причалил к берегу. Шерлок сильнее стиснул ее руку, крепче прижимая к себе, не позволяя ей встать с постели. Она припала к нему, стараясь унять свое бешеное сердцебиение. Заглянув в его глаза, она попыталась увидеть в них сомнение. Но она увидела в этих глубоких серых глазах спокойствие. Неужели они оба сегодня обрели покой? Неужели они нужны были друг другу, чтобы стать другими? Может, завтра все будет казаться совсем другим. Может, завтра она будет жутко винить себя за это. Но разве можно корить себя за счастье? Разве можно винить себя за эту минуту? Эти минуты оживили ее и переубедили. Тогда в чем дело? Может, в том, что рядом с ней Шерлок Холмс, и она не может поверить в это? Не может понять, как это с ними случилось? О, нет… Нет, Селеста! Не смей… Не смей бежать… Ну, вот... Я очень жду ваших подробных отзывов.