Не осуждайте нас

Вдохновленная тем, что есть все-таки люди, которые меня читают, я написала главу побольше. Хочу сказать, что она очень важна для меня. Я писала ее от самой, что ни на есть души. Надеюсь она вам нравится, ведь сюда вложены очень чистые и непростые чувства. Будет приятно узнать ваше мнение. Приятного чтения. __________________ -Мне кажется, я люблю тебя. – Слова, произнесенные в порыве чувств, горящими стрелами вонзались в тишину, что воцарилась в тот же час. Знаете, в этот момент я предпочла бы увидеть на его лице удивление, недоумение, страх или даже злость, но только не это… Только не это равнодушие. Его глаза будто говорили: «Я уже давно все знаю, не было никакого смысла тебе говорить об этом вслух». Получилось, что страх чувствовала я. Мои пальцы непроизвольно потянулись к губам, которые и были виноваты в том, что чувства случайно выпорхнули наружу. Не было смущения во мне, не краснело мое лицо и не дрожали мои колени. Я просто замерла и перестала чувствовать, что живу в этот момент. Тело холодело и, казалось, будто, оно уже никогда не сможет двигаться. Нет сожаления, нет грусти… Просто хотелось присесть так низко, чтобы сравняться асфальтом, на котором мы стояли… чтобы меня и вовсе не было ему видно. Будто не было Софи, будто никогда она и не жила в этом мире. А потом его лицо резко переменилось. Это выражение, когда человек хочет что-то сказать, но думает, как бы получше выразиться. Надеясь оттянуть момент, он пару секунд смотрит куда-то в сторону, его губы приоткрыты, а взгляд слегка затуманен. -Нет. – начала я. – Погоди… Я пошутила, забудь. Вырвалось. – Я старательно натягивала улыбку на свое лицо. Из груди вырвался нервный смешок. Затем я просто двинулась мимо него, домой. Пройдя мимо и слегка задев плечом Жака, я прочувствовала как что-то резко схватило меня за запястье. Я остановилась не в силах повернуться к нему лицом. К горлу подступали слезы. Он молчал. Я не знаю, сколько продлилась это тишина, сколько его взгляд держался на моей спине. Все это время я смотрела на стоящие через дорогу деревья и думала «Какие на них красивые листья… Вот то постарше, это помладше. Девочка перебежала дорогу. А там машина стоит. По-моему, такая же была у моего отца когда-то». -Софи… - Тихим голосом начал он. -Не надо, я все знаю. – Повернувшись к нему лицом, сказала я. – Знаю все, что ты сейчас скажешь. – голос постепенно срывался и становился все громче. – Знаю. Ты скажешь, что мне следует встречаться с ровесниками, что так будет проще. Мол, мы с тобой друг друга не поймем, и я буду мучаться! Ты скажешь, что мои чувства несерьезны и они пройдут как только, так сразу! А пока они не прошли, ты будешь со мной общаться, но по-другому! Я буду все так же ходить к тебе домой, пить чай из этих гребаных кружек и ждать, пока ты вымолвишь хоть слово! А ты! Ты будешь молчать, Жак! Ты будешь молчать, потому что захочешь, чтобы я поскорее ушла. Я стану приходить все реже, чувствуя себя лишней, чувствуя, что я в чем-то перед тобой провинилась. Мне будет больно, но ведь мои чувства всего лишь детская чушь, так какая разница, твою мать! А потом, через лет пять, я выйду замуж, и случайно увидев тебя на улице, пойму, что это была лишь иллюзия, несмышленая влюбленность. Вот только ты мне всего этого не скажешь, потому что я не стану тебя слушать. К тому моменту, как я закончила, по щекам уже прокладывали мокрые дорожки мои тяжелые слезы. Руки сжимались в кулаки, а колени трясло от злости. Как ни странно, больше всего на свете в тот момент я хотела прижаться к нему и зарыдать, что есть силы. Успокоить свою грусть по нему, в его же объятиях – странно. Я смотрела ему прямо в глаза и неожиданно, почти незаметно, там проскользнуло еще одно чувство. Самое страшное из всех – Жалость. Он медленно провел ладонью по моей щеке, ловя длинными пальцами все новые и новые слезы. -Дело не в этом. – Сказал он. – Софи, я не нужен тебе. -Я тебя не слушаю. – Резко бросила я, отводя взгляд в сторону. -Даже если твои чувства самые, что ни на есть искренние, когда-нибудь они исчезнут. -Глупость. -Не глупость. Посмотри на меня. – Я неохотно перевела взгляд на него, к глазам вновь подступили слезы. –Не плачь, я не сказал ничего обидного. -Я знаю. Я не поэтому плачу. – Мои губы начали подрагивать. -А почему? -Просто посмотрела на тебя и опять вспомнила. – Пытаясь защитить себя, я все-таки отвела глаза в сторону. -Что вспомнила? – Его ладони нежно обхватили мое лицо и отчего то мне захотелось спрятаться, зарыться в них, чтобы не видеть того, что сейчас происходит. -Что ничего у меня не выйдет. Надо было молчать… идиотка. Хочу домой, отпусти. -Сейчас пойдешь, только объясни, почему не выйдет? – Он говорил так обыкновенно, не повышая тона, не выказывая никаких эмоций. -Хочешь дать мне надежду? – Мой голос становился все грубее, будто я хотела высказать все самое наболевшее напоследок так, чтобы он потом и не вспоминал обо мне. Так, чтобы я потом не мучила себя мыслью, что он сожалеет. Он ничего не ответил, просто его руки стали медленно спускаться на мою талию, после чего он крепко-накрепко прижал меня к себе. Я ударилась лицом в его грудь и что-то глубоко внутри меня сломалось. В его объятиях было так тепло, так приятно, но от этого только страшнее. Я прижималась к нему всем своим телом, осознавая, что, возможно, все это в последний раз. Он сейчас отпустит меня и уже никогда-никогда не обнимет меня. Страшно… До боли, до крика, до разбитых кулаков страшно. Но он не отпускал. Жак нежно гладил меня по волосам и все так же крепко прижимал меня к себе. -Чего бы ты хотела сейчас? Что именно я должен сделать, чтобы ты не плакала? – Строго, но в то же время очень нежно прошептал он над моим ухом. В тот момент я могла сухо ответить: «Ничего» и уйти к себе домой, но хотя бы раз, хотя бы один раз, я решила побыть эгоисткой. -Умоляю… Дай мне шанс. – Я слышала свой собственный голос у себя в голове, он был жалостливым, слабым… детским. -Это все? -Да, это все. Он ослабил свои объятия, и я смогла заглянуть в его лицо. -Хорошо. – на его губах появилось слабое напоминание улыбки, и от этого мое сердце только сильнее сжалось. – Давай провожу тебя до дома, у тебя все-таки день рождения. Он отпустил мою талию и достал пачку сигарет. Мы шли вдвоем по улице, он медленно курил и молча смотрел куда-то вдаль, а я лишь только украдкой поглядывала на его профиль. «Прости» - говорила я ему, но только в своих мыслях. В этом и заключалась вся моя любовь. Почему-то признавшись, я чувствовала жалость не к себе, а именно к нему. Будто ему сейчас тяжелее, будто это он раздавлен и разбит одновременно. Остановившись перед дверью в мой подъезд, он еще раз ласково посмотрел на меня. Несмотря на то, что его глаза были печальны, где-то глубоко в них была нежность. Жак коснулся большим пальцем своей руки моего подбородка и улыбнулся, будто вспоминая что-то приятное. -Удачного вечера, принцесса. – Тихо произнес он и, повернувшись, пошел в сторону своего дома. -Спасибо. – Сказала я, и он, не оборачиваясь, помахал мне рукой. Да, Жак, именно за это я тебя и любила. Ты всегда заставлял меня верить в ту сказку, что я придумала. Но где-то глубоко внутри себя, я всегда знала, что это не по-настоящему… Что завтра все это пройдет. Однако, все равно, спасибо тебе.