Не осуждайте нас

Нет ничего несправедливей, чем скучать по кому-то без взаимности. Я. Вишневский, "Одиночество в сети" ______________________________________ Еще около часа мы сидели с Максом на той самой скамье. По прошествии этого времени я начала чувствовать, как ноет плечо от тяжелый головы учителя, и всеми силами попыталась разбудить его. Несмотря на все мои старания, больше, чем какого-то странного мычания и непонятных слов, наполненных алкоголем, услышать мне от него не довелось. Стало совершенно ясно, что он не в себе, и определенно не проснется просто так. Я кое-как достала сотовый телефон из своей сумки и задумалась над тем, кто будет человеком, спасающим мои нелегкие будни. Родители определенно не были вариантом, Лина по-прежнему сидела дома, несмотря на лучшее, чем прежде, состояние, остался только один человек. И сомневаться не стоило, что он поможет. Уже через полчаса надо мной и спящим Максом нависал смеющийся Вадим. Молодому человеку, одетому, как и всегда, необычно мрачно, такая ситуация казалось смешной. Он с минуту не мог успокоиться, сгибаясь от звонких смешков и высказываний в нашу сторону. Отдышавшись, он все-таки помог взвалить Макса на свое плечо и кое-как довести его до дверей моей квартиры. - Твои родители не удивятся такой компании? – придерживая Макса, спросил Вадим. - Их, к счастью, сейчас нет дома, - ответила я, открывая дверь железным ключом. Мы втащили Макса в прихожую и положили его на ближайшую ко входу кровать – в мою комнату. Он все так же мирно спал, пока Вадим пытался отдышаться от тяжелой ноши. - Сколько этому парню лет? – прерывисто спросил он. - Двадцать три. - Двадцать три?! Ты хочешь сказать, что этот милый блондин на четыре года старше меня? – Вадим удивленно раскрыл рот, глядя то на меня, то на моего бессознательного репетитора. - Да, хотя, после сегодняшнего я уже так не думаю, - я закатила глаза и укрыла Макса мягким красным пледом, лежащим прежде на спинке стула. - Да ты о нем заботишься, - Вадим толкнул меня локтем в бок, и на его лице показалась хитрая ухмылка, - нравится? - Нет. - Совсем? - Совсем. - А я-то думал, что это и есть причина твоих постоянных вздохов и томных взглядов. - Моя грустная история? – я улыбнулась, вспоминая давние слова Вадима. - Да, твоя грустная история. Так это не он? - Нет, это не он… - я поджала губы и опустила глаза в пол, в который раз пытаясь проглотить это ужасное чувство в горле. - Знаешь, я хочу тебе рассказать о том парне. - Софи, это необязательно, - Вадим заботливо коснулся рукой моего плеча. - Нет, ты выручил меня, я действительно хочу тебе рассказать, - я улыбнулась и посмотрела на своего друга. - Ты можешь пока пройти на кухню прямо по коридору, а я переоденусь. Сниму эту дурацкую школьную форму и сожгу, меня все равно выгнали из школы, - посмотрев на себя с усмешкой, сказала я. - Выгнали?! - Долгая история, иди. Вадим недоуменно выгнул бровь и вышел из моей комнаты. Я бросила взгляд на спящего Макса. Он напоминал ребенка. Светлые короткие пряди спадали на лицо с мягкими чертами. Под веками, покрытыми густыми ресницами, прятались голубые глаза. Он свернулся в комок и лежал лицом к стенке. «Я так же спала в детстве». - Подумала я, доставая из шкафа свою домашнюю одежду. Он был таким милым, что я не сдержалась и подошла к нему чуть ближе. Держа одежду в одной руке, другой я прикоснулась к его лицу. Мягкая кожа заскользила под моими пальцами, и я не сдержала улыбку. Неожиданно Макс открыл глаза и посмотрел на меня. Я не успела и подумать, прежде чем он резко схватил меня за запястья и повалил на кровать, нависая надо мной всем телом. Одежда, что была у меня в руках, тут же рассыпалась по всему полу. Я едва заметно дернула руками, но они не поддались. - Макс? – мой голос казался напуганным. Он не слышал, у него в глазах был будто серый туман. Его лицо приблизилось к моей шее, и я почувствовала, как он касается губами моей кожи. «Отвратительно». - Макс, пусти! Что ты творишь, придурок?! Я начала дергаться под ним, стараясь вырвать сжатые руки, но это не помогало. Он давил на меня всем телом, так, что я не могла и пошевелиться. Становилось действительно страшно. И это был не тот страх, что я испытывала когда-то от прикосновений Жака. Нет, это чувство было совсем иным, оно было черным, грязным, мерзким… Тело становилось каменным, а руки бессильными. Я еле-еле могла говорить. Его поцелуи медленно начали спускаться на мои ключицы и ниже, я всеми силами пыталась скинуть его с себя. Но оказалось, что этот хрупкий парень был не таким уж слабым. От его губ доносился запах алкоголя, и горячее дыхание морозило мою кожу, словно лед. - Пусти! – кричала я, продолжая биться ногами о кровать. - Вадим! Вадим, помоги! Из другого конца квартиры послышался шумный топот, и через секунду Вадим уже показался на пороге моей комнаты. Он подбежал к кровати и с силой сбросил с меня Макса. Обезумевший репетитор отпустил меня и теперь совершал слабые попытки подняться с пола. - Ты идиот? – помогая мне приподняться, обратился к Максу Вадим. - Ты понимаешь, что делаешь? Ты ее напугал. Макс смотрел на нас округленными глазами и, тяжело вздохнув, уронил голову на подогнутые колени. - Софи, как ты? – спросил Вадим, смотря в мои потерявшиеся глаза и ласково водя рукой по следам на запястье. - что-то болит? - Нет… - отдышавшись сказала я. - Все хорошо. Макс медленно привстал с пола, держась одной рукой за голову. Я видела его выражение лица. На мягком мальчишеском лице, полном усталости, появилось тяжелое чувство. «Я не хотел» - едва слышно проронил он, боясь подойти ближе к нам. - Я же сказала, все хорошо, Макс. Я видела по глазам, что он не слышит меня. Он был по-прежнему убит. - Что с ним делать? – спросил Вадим. - Он едва на ногах держится… Вадим, пожалуйста, помоги ему лечь на кровать, ему просто нужно отоспаться. - Ты серьезно? - Да, - твердо сказала я, обращаясь к другу. Вадим отпустил мою руку и направился к Максу, стоящему в центре комнаты и говорящему что-то невнятное самому себе. Я, недолго думая, подскочила с кровати, уступая место своему учителю. Вадим помог Максу лечь и тот вновь погрузился в сон, тяжело сопя. - Пойдем на кухню, - Вадим приобнял меня за плечи и помог дойти до стола. Ноги казались ватными. «Страшно». Я села на деревянный стул и уставилась на миску с леденцами, стоящую в центре стола. Глаза не дергались, а смотрели прямо перед собой. По коже бегали холодные мурашки, и я невольно обхватила себя руками. - Вадим, нажми, пожалуйста, на чайник, - хриплым голосом попросила я. Вадим кивнул и, наполнив чайник водой из крана, поставил его нагреваться. Он провел по моей светлой голове тяжелой рукой и сел рядом. Мы молчали, я по-прежнему не смотрела ни на что больше кроме этой дурацкой миски, а Вадим смотрел на меня. Будто я должна была что-то сказать. - Этот парень, что лежит на кровати – Макс, он мой репетитор. Недавно он признался мне в симпатии, и вот теперь… - Я так и подумал, - тихо сказал Вадим. - Я испугалась. Действительно испугалась, - сказала я, смотря на Вадима, сидящего рядом. - Не злись на него слишком сильно. Человек становится отчаянным, когда его любовь безответна. Мы все такие, разве нет? – Вадим улыбнулся вслед своим словам и посмотрел в окно. На город спешно опускался вечер. - Да, ты прав. Просто я не ожидала. - Ты его видела? Он и сам не ожидал такого. Это действительно больно, когда ты говоришь с человеком, и его сердце, в отличии от твоего, не бьется двести раз в секунду. Вот ты смотришь на нее, у тебя воздуха внутри не хватает, чтобы говорить, а она спокойна. Словно я спросил у нее, как пройти до метро. - Ты об Асе? – я посмотрела на Вадима, на его губах застыла печальная улыбка. - Да, я о ней. Кнопка чайника щелкнула, и послышалось тихое журчание кипятка. Я встала со своего места, и, достав две чашки, налила себе и другу крепкий чай из пакетиков. - Я знаю то чувство, о котором ты говоришь. – Я поставила красную фарфоровую чашку перед Вадимом. - Так твоя история о безответной любви? - Да, раньше я думала, что наша беда в другом, но, вероятно, все намного проще и обыденнее, - я не смогла сдержать ироничной ухмылки на своих губах. - Как его звали? – спросил Вадим, делая глоток чая. - Жак. Его зовут Жак. Он на девять лет старше меня. - Влюблена в него? - До безумия, - Мой глаз едва заметно дрогнул от внезапных воспоминаний. Я так старательно не думала о нем, что этот разговор был похож на сдирание швов с незаживших ран. Все по-новому, все опять. - Не сошлись? - В первое время сошлись… Я ему нравилась, мы встречались, часто бывала у него дома. Это Жак привил мне любовь к фотографии, он был моим самым первым учителем. - Вот как, он оставил такой след? - Да, поэтому так просто его не забудешь, - сказала я, пальцами цепляя края своей кофты. - А что было дальше? - А дальше он уехал, оставил номер телефона на экстренный случай, обещал вернуться через две недели. Но прошел месяц, а телефон оказался недоступным. Вот такая вот история, - я слегка запнулась, пытаясь проглотить этот комок. Мой голос под конец был дрожащим, но глубоким. Каким обычно бывает голос, когда люди говорят о нечто важном, чего уже нет. - У тебя даже не было возможности нормально попрощаться с ним? – грустно спросил Вадим, неотрывно смотря мне в глаза. - Да. Я прощалась с ним, думая, что успею обнять еще через две недели, и через месяц тоже, и, быть может, даже через год. А оказалось, что для этого у меня и пяти секунд не осталось. Вадим молчал. Он еще раз провел по моей голове своей рукой и продолжил пить чай. В его прикосновении было нечто приятное. Оно, как и он сам, говорило: «Все будет хорошо». В этом был весь Вадим. Глядя на его лицо, непременно найдешь там надежду. - Знаешь, Софи. Ты только не пытайся забыть. Это глупо. Это все равно, как закатить крошки под диван. Ты просто спрячешь чувства, но не избавишься от них. Я бы на твоем месте продолжил жить с ними. И, когда придет время, они непременно уйдут сами. А до этого дай им поболеть. Моя взгляд замер на лице друга. Какими правильными казались его слова. Правильными, но тяжелыми. «Неужели я не могу просто избавить от всего этого?» Вадим сделал последний глоток и встал со своего места. - Куда ты? – спросила я. - Дай адрес этого парня. Отвезу его туда на такси, не хочется оставлять его тут с тобой. Я отыскала название улицы и нужного мне дома в заметках телефона и продиктовала их Вадиму. Уже через пятнадцать минут, выгрузив Макса на свое плечо, он попрощался со мной и вышел из квартиры. «Асе очень повезло». - сказала я, когда они заходили в лифт. В ответ Вадим только улыбнулся и исчез за темными задвижными дверями. Когда я вернулась на кухню, в ней было уже темно. «День проходит так быстро». - Подумала я, включая свет на потолке. Удивительно в моей жизни продолжали происходить самые разные и странные события, в то время как внутри меня что-то медленно таяло, гнило и томилось, невыносимо скрипя и мучаясь от боли. И словами не передать, как тяжело держать некоторые виды чувств в себе.