Firework / Фейерверк

Я помню, что мы все, с большой компанией друзей, сидели в Большом зале, как вдруг Джордж спросил меня: — Какие планы на Рождество, Фи? А в ответ я грустно улыбнулась и сказала: — Никаких, моя сестра будет работать в магазине, а потом поедет в Лондон. Родители уехали во Францию, к тете с дядей. Брат, вероятно, проведет рождество с друзьями. — Вы не отмечаете вместе? — Нет. — я хмыкнула, — у всех нас постоянно какие-то дела и это давно уже не семейный праздник. — Тогда ты проведешь его у нас. — поставил меня перед фактом Фред.

***

Я стояла перед дверью «Норы» и созерцала прекрасный, серебристый, но немного подгоревший Рождественский венок. — Я только до почты и обратно, — прямо за дверью послышался до боли знакомый хитрый голос, — да, мне нужно отправить это срочно! И через секунду передо мной появился слегка ошарашенный, растрепанный Фред Уизли. Его губы тут же растянулись в милейшую счастливую улыбку и он тихо выдохнул попытку пошутить: — Ты тоже тут? — Привет, — ответила я, немного смущаясь и показывая на небольшой сверток у него в руке, — кому это? — Тебе. Я, мы, думали, что ты не приедешь. Я подумала о том, какого получать письма от Фреда Уизли. Думаю, если бы мы продержались до лета, то могли бы переписываться так постоянно. — Чушь, куда бы я делась. — я захихикала и щелкнула Фреда по носу — точно так же, как он сам любил делать. Он мгновенно заключил меня в крепкие объятия и мои ноги оторвались от пола на пол сантиметра. И я ощутила тепло и внутри и вокруг меня. Снег пушистыми редкими хлопьями складывался в кучки на наших головах и мы бы, наверное, так и остались стоять, если бы не Джордж, обнаруживший пропажу брата. — О, мам, наши потерявшиеся гости нашлись! — весело сказал он. — Привет. — Привет, — улыбнулась я. Джордж тут же прошмыгнул обратно в дом, а мы с Фредом переглянулись и я легко поцеловала его в щёку, чем, кажется, уже совсем перестала удивлять. Мы прошли в дом и я погрузилась в эту атмосферу, как в плавящееся сливочное масло. Если до этого мне было тепло, то здесь — по настоящему жарко. Пахло печеными яблоками, елью и шерстью, отовсюду раздавались звуки вроде звона посуды и счастливого непринужденного смеха. Это было мое первое Рождество за много-много лет. В этот миг миссис Уизли, чуть не сбила меня с ног, отталкивая Фреда и заключая меня в еще более крепкие объятия, чем те, что я получила на пороге. — Фиона, милая! — радостно воскликнула женщина. — Ох, как ты подросла, как исхудала… Ну ничего, проходи в дом, скоро будет готов яблочный пирог! Это был тот самый яблочный пирог, вкус которого напоминал мне о детстве. Еще на втором и третьем курсе я, иногда, наведывалась в этот дом вместе с близнецами, и каждый раз нас заставала миссис Уизли, провожая на кухню и угощая именно эти блюдом. Будучи подругой детства для Фреда и Джорджа, я навсегда заслужила место в сердце их матери под видом «отличной скромной девочки, которая терпит ее мальчиков каким-то образом». Наверное, она всегда знала, что я перейду планку дружеских отношений с кем-то из ребят, хотя я сама очень похожа, скорее, на их родную сестру — волосы, отдающие рыжим и глаза, отдающие голубым. А может быть, я переняла это как раз таки у самих близнецов? Фред театрально закатил глаза и мы вдвоем углубились в дом, наполненный различными забавными маггловскими штучками, цветными узорами и запахами. — Ничего себе, какие люди! — из проема высунулась рыжая макушка Рона. Он тут же подошел ко мне и мы обменялись теплыми объятиями. То же самое ожидало меня при встрече с целой кучей старых друзей: — Приветствуем, — следом появились Чарли и Билл с широкими улыбками на лицах. — Присоединяйся, — подмигнула Джинни. — Мы тут пытаемся уговорить папу собрать новую летающую машину. — Это опасно! — послышался взволнованный голос Гермионы, которая уселась вместе с Гарри на диван, обсуждая всю эту идею. — Дайте новоприбывшему гостю передохнуть! — остановил всех мистер Уизли. Никто не отреагировал на его реплику — разговоры и споры продолжились. Фред с Джорджем шутили над Гермионой и ее «правильностью», Гарри и Рон болтали о чем-то, очень оживленно размахивая руками, Джинни и Билл всерьез обсуждали дизайн новой машины, а Чарли вставлял реплики тут и там, успевая параллельно с этим помогать миссис Уизли, которая носилась из зала на кухню. Улыбка не сходила у меня с лица.

***

— Мы же договаривались, что не будем дарить подарки! — взволнованно сказал Фред, когда я раздала всем небольшие коробочки. — Что-то не особо ты огорчен, — весело подмигнул ему Гарри. Фред расплылся в улыбке. — Я просто хотела поблагодарить вас всех и подарить что-то маленькое, но памятное, — тихо сказала я, буквально сияя от счастья. — У меня тоже есть подарок! — Миссис Уизли достала из-под елки и вручила мне фирменный свитер — оранжевый, с голубыми вкраплениями и большой буквой «Ф». Такая же буква была на свитере Фреда. — Миссис Уизли.! — я не сдержалась и обняла женщину, слезы радости наворачивались на глаза и, казалось, что этот вечер нельзя сделать еще лучше. Я неловко напялила свитер прямо поверх платья, пригладила волосы и гордо подняла голову. Тут же оказалось, что почти у всех были припасены друг для друга небольшие подарки, а когда мы все все наконец раздарили, Джордж закричал: — Торжественная часть окончена? Теперь пойдем запускать фейерверки! Кто с нами? — Фу, каждый год эти ваши фейерверки, — сплющился Рон, — мы, лучше на метлах или санях. Верно? — он обратился к Гарри и Гермионе. Они резво закивали. — У нас еще остались те огненные фейерверки и гремящие хлопушки от доктора Фоерверкуса? — спросил Чарли. — Обижаешь! — глаза Джорджа полыхнули. Он подбежал к шкафу возле камина и достал оттуда охапку причудливых штуковин, совершенно мне неизвестных, — все на улицу! — Почему бы всем не остаться в доме? — удивилась миссис Уизли. Вся семья состроила почти одинаковую гримасу и миссис Уизли не смогла им сопротивляться. Уже через минуту все толпились у выхода, второпях надевая куртки, шапки и шарфы. Гермиона посмотрела в окно и как-то совсем по-детски счастливо, с придыханием, сказала: — Там такой снегопад. Нас точно всех заметет, — она улыбнулась и обмотала вокруг шеи шарф. Джинни наблюдала за всем эти зрелищем с опаской — она совсем не хотела выходить на улицу в такой мороз. — Пусть метет — хором прокричали все и дружно засмеялись. Я, слегка замешкавшись, вышла самой последней, вдыхая морозный воздух и улыбаясь звездам. Прикрыла за собой дверь и так и осталась стоять на одном месте, наслаждаясь искрами, взрывами и буйством цвета на фоне почти черного небосклона. — Ты сегодня очень тихая, не как обычно, — прямо над моим ухом неожиданно раздался голос Фреда. Он стоял рядом со мной, издали любуясь на причудливые искрящиеся вертушки, висевшие прямо в воздухе. В ответ на замечание парня я лишь пихнула его в бок. Слишком много мыслей и чувств в моей маленькой рыжей голове. — Это мое лучшее Рождество за последнюю вечность. Спасибо. За приглашение. — Всегда пожалуйста. Ты можешь приезжать каждый год. Если честно, ты бы вообще могла жить у нас. Мама бы точно была не против. От этих слов мои щеки покраснели и я неловко отвернулась от парня, глупо хихикая. Фред, кажется, почувствовал то же самое, потому что некоторое время мы просто молчали и подрагивали от беззвучного смеха. — Тебе не грустно? — через пару мгновений спросил он, — ты не чувствуешь себя одиноко в такие дни? — Нет, — я пожала плечами, — я знаю, что моя семья любит меня, но мы просто… Не привыкли показывать это? Я не знаю. Мы дарим подарки, готовим и убираемся вместе, работаем вместе. Так что нет, мне не грустно. Фред задумался. — Почему ты не учишься в Шармбатоне? Я улыбнулась: — А почему я должна? — Ну, ты знаешь. Сама же хвасталась, что твоя… Тетя? Живет во Франции, и вы все легко могли бы учиться там. — Неужели наша семья так сильно мешает тебе жить, Фред Уизли? — хитро спросила я. — Да, конечно! Я просыпаюсь и думаю: три места на двух факультетах занимают эти мерзкие Балреджи! Как же так, уму непостижимо! — Фред тут же громко рассмеялся, и я вместе с ним. А когда он прекратил, то тихо добавил: — Но я рад, что ты поступила в Хогвартс. Мы переглянулись, одаривая друг друга теплыми улыбками. И на секунду (только на секунду) мне показалось, что я влюблена в этого бестолкового рыжего парня. — Кстати, — вспомнила я, — что было в свертке, когда ты собирался на почту? — Это важно? — так привычно, вопросом на вопрос, ответил он. — Просто… Хотел отправить тебе рождественский подарок. Боялся, что ты так и не почтишь нас всех своим присутствием, — Фред шутливо изобразил реверанс, взял мою ладонь в свою и легко поцеловал ее. Я смотрела на парня удивленно, а он в ответ лишь мило улыбался. В его рыжих волосах запутались снежинки, и теперь на них яркими огнями отражались залпы многочисленных фейерверков. — Ты же возмущался тому, что я дарила подарки? — укоризненно спросила я, чувствуя, как в груди разливается тепло. — Сейчас же Рождество, — ответил Фред протягивая мне маленькую, ничем не примечательную, картонную коробочку. — И что это? — спросила я, вытягивая оттуда совсем маленький кулон на цепочке, — решил купить меня украшениями? — Нет! — он засмеялся, — Это… Ну… На память. — На память? — переспросила я. — Да… Неважно. — Спасибо, — робко прошептала я, через секунду говоря чуть громче: — Спасибо тебе. А мой подарок совсем дурацкий. — я опустила голову, вспоминая небольшие геммы, которые я заколдовала на проекцию движущихся фотографий. Моя сестра Гардения сказала, что это прекрасные подарки, но, смотря на подвеску подаренную Фредом и чувствуя тепло свитера, связанного миссис Уизли, я уже не была так в этом уверенна. Казалось, что я просто откупилась от всех. — С ума сошла? Он замечательный! Напоминает о хорошем. — Фред аккуратно поднял мою голову и заглянул прямо в глаза. — Шутишь? — Нет! Я улыбнулась тому, каким наигранно оскорбленным выглядел парень, счастливо вздохнула и быстро обняла его, еще несколько раз глупо шепча «спасибо». — Если бы мне давали один галлеон каждый раз, когда ты заставляешь меня улыбаться… — Да-да. — Фред закивал головой и мило захихикал, тут же неожиданно серьезно произнося, — хорошо, что ты здесь. Я не сказала ему ничего на это, потому что, мне кажется, Фред все знал и без моих неловких тихих слов. Это было так глупо для меня, ведь мы с ним были знакомы целую вечность, но при этом, я никогда бы не смогла подумать, что он или Джордж могут мне хотя бы понравиться. Когда мы с Фредом гуляли вместе, я даже не думала о том, что из этого может выйти что-то стоящее. Поначалу с ним просто было весело вспоминать прошлое, потом мы говорили о настоящем, о семье, о музыке, об их с Джорджем дурацких розыгрышах, об учебе, даже о политике, хотя мы оба не особо это любили. Они с братом были такими разными внутри, одинаковыми снаружи, злыми, добрыми, веселыми, скучными. Как такое возможно? Ведь сейчас я смотрю на него и понимаю, что действительно испытываю что-то, даже большее, чем симпатия. Наверное, я действительно влюбилась в эту улыбку, веснушки, голос, шутки, резко сменяющиеся серьезностью и миллион разных черт характера, которыми ты либо наслаждаешься, либо терпишь их. Каким бы глупым он ни был. «Вот так и бывает», — подумала я, — «ты делаешь слишком поспешные выводы о людях, а оказывается, что ты ошибался.» Лицо Фреда осветило ярко-фиолетовое пламя очередного фейерверка. Сразу послышалось тонкое, громкое шипение, сопровождающееся новыми взрывами хохота. — Я лучше пойду, холодно. — сказала я, хватаясь за дверную ручку, хотя мне и хотелось побыть с ним еще немного, — кстати, с Рождеством. Я поцеловала Фреда в щеку и он, еще раз широко улыбнувшись мне, побежал в сторону толпы радостных людей, наслаждавшихся снегом, огнем и этим неповторимым ароматом имбирных пряников, перемешанным с едким запахом пороха. В доме было тепло и уютно. Я не спеша подошла к столу и отломила кусочек от пирога, подошла к пышной елке, наслаждаясь ее запахом, после этого направилась к зеркалу, решив примерить подарок от Фреда. Подвеска, казалось, была старая и я даже на секунду подумала, что это чья-то фамильная драгоценность, передающаяся от поколения к поколению. Надеюсь, Фред просто откопал ее где-то, а не купил. Я услышала шаги за спиной и резко повернулась, увидев на лестнице приветливо улыбающуюся Джинни. Она поздоровалась, будто мы не виделись до этого и забавно пошутила по поводу праздника фейерверков, который устроили ребята во дворе. Увидев подвеску у меня на шее она улыбнулась шире и подошла вплотную: — Это Фред подарил тебе, да? — Ага, она очень красивая. — сказала я немного смущенно. Джинни с хитрой улыбкой потянулась к моей шее и аккуратно взяла голубоватый камешек в руку. — Не знала, что Фред может дарить такие вещи. — хихикнула она и так же хитро посмотрела на меня, разворачиваясь, подходя к столу и отламывая от пирога небольшой кусочек так же, как это делала я ранее. — Какие такие? — я неловко посмеялась. — Это же лунный камень! — сказала Джинни удивленно, будто бы это было что-то очевидное. — Символ любви. Она подмигнула мне, будто бы следила за нами с Фредом с той самой ночи на крыше: — Очень сентиментально. — Очень. — немного ошарашенно сказала я, пытаясь придать голосу ту спокойную игривость, которая неожиданно куда-то пропала. В эту секунду входная дверь распахнулась, и в дом забежала целая куча румяных, веселых людей. Они смеялись, переговаривались, снимали куртки и отряхивали с них разноцветные конфетти.