Мальчишник

Запах алкоголя, витавший по однокомнатной квартире, казалось, пропитал даже стены. Пустые пачки из-под чипсов и прочей легкой закуски валялись по всему полу, но отдыхавшим в этом помещении ребятам было уже все равно. Друзья сидели в небольшом зале, расслабленно потягивая спиртное под тихую музыку, игравшую в мерцающем клипами телевизоре, и отдыхали от недавнего развлечения. Правда, такая спокойная, вполне тихая обстановка продлилась недолго. А если быть точнее – ровно до того, как бухому Кейси Джонсу приспичило поговорить «о мужицком вечном»… - Знаете че, парни… - начал мститель, окинув нетрезвым взглядом свою квартиру и раскинув руки в стороны. – А я ведь мог иметь всех этих баб. Всех, каких бы только захотел. - Ага, - с сарказмом ответил ему Рафаэль. – Мечтать не вредно. - Интересно, Эйприл бы одобрила? – тихо хихикнул Леонардо, представляя выражение лица рыжей, если бы она это услышала. - Я серьезно ваще, - протестовал Джонс дико заплетавшимся языком. – НО. Они мне все и нахрен не нужны. У меня есть идеальная женщина. С моей крошкой Эйпи никакая баба даже рядом не стояла! Вот. - Да, Эйприл хорошая, - подтвердил лидер, и Раф согласно кивнул. – Повезло тебе с ней. А вот повезло ли ей с тобой – еще неизвестно. Темперамент, собравшийся было глотнуть алкоголя, подавился и громко засмеялся над багровевшим от слов Лео Джонсом, заранее приготовившись разнимать очередную за вечер драку. - Да что ты… Да я! Да за Эйп! – возбухал мститель. - Сядь уж, герой, - усмехнулся владелец саи, усаживая друга на место. Благо, тот сразу успокоился, и на его губах заиграла легкая улыбка. - Умница, красавица… А что она в постели вытворяет, ух! – продолжал Джонс. - О, я не хочу об этом слушать, - потемнев, сказал Лео, но Кейси было не остановить. - Хорош нудеть, Лео, - недовольно пробасил друг. – Здесь все мужики. Так что слушай, запоминай и учись, как надо! - Господи, за что… _________________________________ Джонса было не заткнуть. Мститель рассказывал о своей сексуальной жизни так красочно, активно при этом жестикулируя руками, что через десять минут из их с Эйприл жизни лидер был похож на вареного рака, а темперамент полностью слился со своей банданой. -... И потом я ее нагнул… Черт возьми, как охуенно она стонала! Конечно, это не сравнится с твоей Матильдой, Раф, она – так вообще… В комнате стало подозрительно тихо. Только скрип зубов Рафаэля, перекрывавший звук телевизора, доказывал то, что в квартире кто-то был. Кейси опасливо посмотрел на друга, который испепелял его злобным взглядом, и понял, что лучше бы он вообще на весь вечер заткнулся. Рафаэль, поменявшись в лице, посмотрел на соседа по дивану. Лео молчал. Темперамент не собирался рассказывать брату о девушке. Вообще, если уж честно, он надеялся, что Лео напьется и уснет. Тогда владелец саи смог бы оставить его на попечение другу, смотаться на удовлетворение своих потребностей, а после – забрать лидера домой. Но план не задался с самого начала. Мало того, что его старший брат довольно стойко переносил алкогольное опьянение, так еще и Джонс нажрался раньше времени, и нянька из него была никакая – за ним бы кто последил. Теперь, в довесок ко всему, Леонардо узнал и о Матильде. Спалились… - Матильда? Раф, ты что... спал с женщиной? - ошалело спросил Лео, уставившись темпераменту в его бесстыжие глаза. - Ну не с мужиком же, - Рафаэль широко ухмыльнулся, стоически выдержав пронзительный взгляд брата. Отступать и отнекиваться было уже поздно. - О, дааа, эта крошка так орала от наслаждения, что уши закладывало, - хмыкнул Джонс и, вскочив с места, начал активно изображать фрикции, ухватившись руками за воздух впереди себя и громко стоная писклявым голосом: - "Да, Рафи, еще, еще!!! Глубже, сильнее!" - Джонс, ты придурок, - сквозь смех произнес владелец саи. -Придурок, говоришь? Я тогда пожалел, что ждать тебя остался! Вы всю, сука, ночь мне спать не давали! - ответил ему Кейси, после чего повернулся к Лео: - Они ТАКОЙ траходром устроили, что никакие наушники не помогали. Я уже начал думать, что если они не проломят мне стену кроватью, то на шум соседи копов вызовут! - Любишь же ты все преувеличить, - демонстративно закатив глаза, ответил темперамент. Но Леонардо их уже не слышал, отстраненно уставившись на почти пустую бутылку Будвайзера. У Рафа есть девушка. С которой он уже не раз «отдыхал», успешно скрывая это от всех… от него. И вроде бы, чего плохого в том, что его брат нашел свое утешение нависшего над ними одиночества? Лео радоваться должен… но не радовался. Отчего-то в груди противно кололо, мешая нормально вздохнуть, и, стараясь отогнать от себя неприятное, зародившееся под сердцем ощущение, лидер в который раз глотнул из бутылки, но пиво чуть не застряло в глотке, растекаясь горечью по языку. «Не говори, что ты не догадывался. Да-да, ты давно это знаешь. Только до сегодняшнего дня отказывался себе в этом признаваться и закрывал на все глаза. Тогда почему тебе сейчас так больно, Лео?» Это случилось около года назад. Именно тогда Леонардо, заметив отсутствие своего брата на тренировке, не лег спать и устроился на диване в гостиной, ожидая, когда темперамент нагуляется и придет домой, после чего объяснит свое поведение. И дождался: Рафаэль заявился под утро. Не пьяный, не побитый, что странно. Но тогда лидер четко почувствовал запах лаванды и еще чего-то, исходивший ни от кого иного, а от его брата. Сначала владелец катан подумал, что, несмотря на отсутствие ссадин, Рафаэль просто спас какую-нибудь девушку, и потому от него так разило явно не мужским парфюмом. Но это повторилось… и еще, и еще, и не заметить этого было сложно. Но поговорить об этом с братом Лео так и не решился. После этого Раф стал в разы чаще сбегать ночами из дома, и каждый раз возвращался только поутру, в очередной раз наполняя убежище ароматом лаванды и нарываясь на скандал со старшим братом. «Ты знал, куда он уходит, и всегда пытался его остановить, но ни разу не сдал отцу. Зачем? Тогда Сплинтер не давал указаний не выпускать Рафа из дома, но ты все равно это делал. Почему тебя это так волновало? Ревность?» - Хей, Бесстрашный, ты завис? Голос брата моментально вывел Леонардо из раздумий, и лидер, чуть не уронив бутылку, рассеянно посмотрел на темперамента, который, присев возле него на корточки, нагло глядел ему прямо в глаза. И от этого взгляда лидеру хотелось провалиться сквозь землю «Ревность. Ты ревнуешь его, оттуда и боль. Но он не должен узнать об этом, верно? Ведь ты давно обещал себе…» - Нет. «… что он никогда не узнает…» - Все нормально, Раф. «…о том, что ты чувствовал когда-то к родному брату. О том, что ты так тщательно от него скрывал, заглушив в себе эту чертову…» - Я просто задумался… Развлекайтесь, - Леонардо выдохнул и прикрыл глаза, обреченно откинувшись на спинку дивана и стараясь успокоить бешеное сердцебиение. Это странное поведение лидера не смогло укрыться от Рафа. Но, зная брата, темперамент был уверен, что о своих мыслях старший ему так просто не расскажет. И мысли эти, судя по выражению лица лидера, были не особо приятными. - Лады, - спокойно ответил Рафаэль, отстраненно уставившись на Кейси, который активно изображал из себя танцора диско и вовсю урывался под доносившийся из телевизора музон. Вновь усевшись на диван рядом с братом, темперамент открыл очередную бутылку пива и, кинув Кейси пару едких подколок о его успехах в танцах, продолжил наслаждаться отдыхом. «Давно обещал…» - пронеслось в затуманенной голове лидера, словно ставя точку в каком-то важном решении. Решении, которое он давно уже принял. Все началось со спарринга. С их первого совместного спарринга, когда сенсей выдал им деревянное оружие и расставил по парам, показывая еще совсем маленьким, шестилетним черепашатам их первый в жизни ката… - Рафаэль!!! – ревет сенсей, и голоса Майки и Донни сливаются в единый вопль, глухо простреливающий голову болью. Деревянные мечи, выданные ему сенсеем, уже не в его руках и небрежно валяются где-то на полу. Горячие слезы брызжут из его глаз, в висках гулко долбит пульсом, а затылок, кажется, трещит от резкого удара о пол. Он испуганно открывает глаза, но все вокруг расплывается, не давая видеть ничего, кроме размытой красной полосы, мерно раскачивающейся над его лицом. Удар, и весь мир теряет свои очертания, растворяясь в красном мареве… - Я же говорил, что он слабак! – картаво кричит Раф, слезая с владельца синей банданы, который тут же закрывает рукой заплывший глаз и, кое-как поднявшись с пола, выбегает из додзе... Он слышит, как кричит на брата сенсей, как испуганные младшие зовут его по имени, но бежит, через боль вытирая с глаз обжигающие слезы и, добравшись до своей комнаты, тихо закрывает за собой дверь и падает на кровать. Он проиграл. Но это было не так обидно, как то, что Раф, не послушав учителя, продолжил драться и сильно ударил его по лицу. И все из-за того, что Леонардо выдали оружие, которое хотел получить его младший брат. - Я не виноват, - уткнувшись в подушку и тихо плача, повторяет маленький Лео. Кто-то негромко стучится и, тихо открыв дверь, заходит. Леонардо быстро утирает заплаканные глаза краем наволочки и, не вставая с кровати, оборачивается: на пороге его комнаты, нерешительно топчась на месте и пряча что-то за панцирем, стоит Рафаэль. - Прости… - уставившись куда-то в пол, бормочет маленький бунтарь. – Я… я не должен был тебя так сильно бить. И обзывать – тоже. И… и я не думаю, что ты слабак. Ты же мой старший брат. Вот… Леонардо поднимается с кровати и удивленно смотрит на протянутые ему деревянные мечи. Так вот, что Раф прятал все это время за спиной. - Это твое, возьми… Ниндзя не должен быть без оружия, - владелец красной банданы осторожно подходит ближе и, не дождавшись, пока старший возьмет мечи, сам сует их в руки Лео и идет в сторону выхода. Рафаэль не видит, как Леонардо счастливо улыбается, но чувствует, как брат крепко обнимает его сзади, не давая выйти. Развернувшись к старшему, темперамент обнимает его в ответ так крепко, как может, и Лео ощущает, как где-то внутри разливается тепло братской любви. - Я никогда тебя не брошу, слышишь? - шепчет Раф, решительно глядя Лео в глаза. – Всегда буду защищать тебя. - И я – тебя, - улыбаясь, отвечает ему черепашонок в синей бандане. – Обещаю… С того момента они почти не дрались из-за игрушек, не спорили по пустякам. Их дружба укрепила свои корни, превратив их из вечно воюющих братьев в лучших друзей. И с каждым днем, неделей, месяцем, Леонардо все больше привязывался к младшему, стараясь как можно чаще проводить с ним время, играя в игры, спаррингуясь или просто болтая о пустяках… Пока не понял, что он, каким бы странным это ни казалось, хочет чего-то большего… Им было по тринадцать, когда Лео почувствовал, что хотел не только проводить с Рафом свободное время. Что хотел дотрагиваться до него не только во время занятий ниндзю-цу, рукопожатий и братских хлопков по плечу. Что, когда Раф по-братски его обнимал, чуть ощутимо прижимая к себе, внутри Лео все переворачивалось, и эмоции бурлили, заливая лицо румянцем. Пытаясь скрывать это волнующее чувство, Леонардо все же не мог отказать себе в желании хоть немного, совсем чуть-чуть сблизиться с братом, то и дело незаметно проводя кончиками пальцев по его твердому панцирю, невесомо касаясь его кожи. Он никогда не позволял себе большего. Он отлично понимал, что такая тяга к брату, такие чувства, выходящие за рамки братских, аморальны и неправильны, но не мог ничего с собой поделать. Мысли о Рафе постепенно затмевали все остальное, и Леонардо перестал нормально спать по ночам, часами мечтая о возможности хотя бы на миг коснуться его губ своими… - Хей, Лео, смотри! – глаза Рафаэля как-то хитро блестят, когда он протягивает Леонардо потрепанный журнал, но владелец деревянных мечей берет его и, рассмотрев, что изображено на его страницах, темнеет от смущения и возвращает обратно. - Угадай, что они делают? – заговорщически шепчет темперамент, и старший темнеет еще больше, отводя взгляд в сторону. - Целуются, - бурчит Лео в ответ, пытаясь не смотреть на картинку целующейся пары, которую темперамент чуть ли не тычет ему в лицо. И он решается… решается задать брату вопрос, который мучает его вот уже полгода. – Раф, как ты думаешь… а мы… а у нас такое будет? Рафаэль откладывает журнал в сторону и задумчиво смотрит ему в глаза, и Лео жадно следит за каждым его движением, сгорая от распирающего его волнения. - Конечно! – спустя пару мгновений отвечает ему младший, и внутри владельца мечей все замирает. – Когда мы будем старше, тоже заведем девушек. И мы будем с ними целоваться, уверен. Улыбка моментально сползает с лица Лео, неприятно кольнув напоследок разочарованием. В горле встает противный ком, и его сердце словно ухает куда-то вниз, оставляя в груди лишь холодную пустоту. «Ты ведь тогда не это имел ввиду, верно?» Через неделю они с Рафом разбились на мотоцикле. А следом пришло и лидерство, резко разрубившее их прочную связь на две отдельные части. В день назначения Лео лидером, они с Рафом поругались так, как не ругались никогда. И, как бы старший ни хотел помириться – Рафаэль его не слушал, с каждым днем выстраивая между ними твердую стену, сначала просто игнорируя его, а после – огрызаясь и ругаясь при каждом удобном случае. И Леонардо искренне не понимал этой реакции брата, ведь на место лидера темперамент никогда не метил… Но на этом все не закончилось. Мучительные мысли о брате продолжали его посещать, изо дня в день разрывая лидера изнутри. Он уже и не помнил, сколько раз хотел отказаться от этого звания, просто бросить все и избавиться от ответственности, то и дело продумывая, как рассказать Рафу о том, что он чувствовал; наконец-то нормально поговорить и не страдать больше. Но так и не решился, оставив все на своих местах и собственноручно причиняя себе еще больше боли. «Ты думал, что он не поймет. Не примет тебя. И думаешь до сих пор. Поэтому ты дал себе обещание держать все в тайне» Судьба решила все за него. Поездка в Южную Америку помогла лидеру взять себя в руки. Там-то Леонардо, усиленно работая над собой, смог все переосмыслить и прийти к правильному решению. Ему удалось забыться; избавиться от этих неправильных чувств, благодаря тренировкам и медитации сократить их до минимума и спрятать куда-то глубоко. Туда, откуда им не удалось бы выбраться. Думал, что ему удалось… до сегодняшней ночи… «Не лги самому себе». Леонардо медленно открыл глаза, вслушиваясь в не совсем связную болтовню Джонса и глухой смех темперамента. Рафаэль все так же сидел возле лидера, расслабленно потягивая пиво, и Лео с тоской посмотрел на него. «Ты любишь Рафаэля…» Отставив пустую бутылку в сторону, владелец катан резко поднялся с места, готовясь направиться на балкон, но его руку грубо перехватили. Лео удивленно обернулся: Рафаэль крепко держал его за запястье. - Кажется, нам нужно поговорить, - обернувшись, произнес владелец саи, и с вызовом посмотрел лидеру в глаза…