Call me daddy

Пять дней быстро прошли, и к счастью, Гарри не упомянул моё последнее сообщение, но и опять, он не говорил со мной вообще. Была суббота, и я ужасно устала сидеть в своей комнате, я приготовилась для посиделок с детьми в его доме. Мне хотелось выглядеть симпатично, но это не значит, что я намеренно пыталась выглядеть хорошо для него. После всего, мне не кажется, что мы собираемся чем-нибудь заниматься. Он был занят поеданием свадебного торта с его женой. Я посмотрела на прикроватные часы; было 2:57 вечера. Дерьмо, блять, Господи. Мне нужно быть там в три часа. Я так сильно опаздываю. – Мам! Нам нужно уходить, сейчас! Я бросилась спускаться на низ, забирая свой телефон с кошельком со стола в холле, и засунула в карман моего пиджака. Моя мать ворвалась в гостиную, рассматривая меня сверху вниз с замешательством на её губах, а также веселой ухмылкой на лице. – Почему ты так оделась? Я тотчас почувствовала тревогу, и для меня не заняло долгого времени, чтобы на моём лице появился обеспокоенный хмурый взгляд. – Как оделась? – Ты выглядишь красиво, милая, – она напомнила мне. – Но тебе не нужно носить каблуки и столько макияжа. – Мам! – я запаниковала, сбрасывая каблуки. Они не были такими высокими, но если их было так заметно, тогда я не хотела одевать их. Я быстро направилась за своими коричневыми ботинками на порог, и вытащила свой телефон, чтобы посмотреть на количество макияжа на своём лице. Я знала, что пыталась слишком сильно, я просто знала это. После того, как я надела ботинки, мы сразу направились к её белому Вольво, наспех садясь туда, потому что мы уже опаздывали. Я не могла дождаться, когда получу машину, я бы могла добираться туда сама. – Так или иначе, на кого ты пытаешься произвести впечатление? – она спросила с подозрительным взглядом на её лице, когда она выехала на дорогу. Я сразу же съёжилась, но решила игнорировать её, когда я начала выглядывать из окна машины. – Надеюсь, это всё не для мистера Стайлса…– она начала, и мои глаза расширились. – Он случайно не на двадцать лет старше тебя? В замешательстве, я нахмурила брови. Почему она так быстро делает выводы? Это было так легко сказать, что я пыталась, чтобы он заметил мою одежду, которая делала меня чуть взрослее, чем на свой возраст? Или это был её инстинкт? – Семнадцать лет, – я исправила. – Ему тридцать четыре. – Так он нравится тебе? – она промямлила, ловля мой взгляд, и я отвернула голову. – Потому что ты не отрицаешь это, так? – Господи, нет, – я тут же соврала, дрожа от чувства страха и вины. – Это похабно. А так же похабно называть его папочкой, но я в основном не выглядела жалующейся на это. Господи, я должна остановиться с этими мыслями. – Я рада, что ты так думаешь, – она пробормотала. – Если я узнаю, что вы вдвоём занимаетесь перепихоном – я отрежу его пенис. – Занимаемся перепихоном? – я повторила, пытаясь выбросить из головы отрезание члена Гарри. – Ну, знаешь, занимаетесь чем-то грязным, – она уведомила меня, заставляя меня съежиться ещё больше. – Мам, даже у тебя намного больше шансов заняться с ним чем-то грязным, чем у меня, – я соврала, и чувствовала ухмылку от этой мысли. Никто не знал, чем мы занимались за спиной всех людей, и что делало это ещё более захватывающим. Минуты спустя, мы удачно припарковались у огромного дома, или я должна сказать особняк? Я по быстрому поблагодарила маму, перед тем как споткнуться на сидении машины, и упала прям перед его входной дверью. Я сделала три громких стука, надеясь, что Гарри ответит и не упомянёт, насколько я опоздала. – Ты опоздала, – вскоре дверь открылась, и у неё стоял Гарри, одетый в строгий костюм и в галстуке. Как всегда. – Извини, я потеряла счёт времени, – я пробормотала, показывая небольшую нахмуренность на моём напудренном и накрашенном лице. Он только кивнул, и прикусил свою губу, перед тем как хорошенько оглядеть меня. Его глаза бродили по мне, и я не могла остановиться чувствовать себя очень неудобно. Я знала, что он собирался что-то сказать. – Мило, – он размышлял, и на его лице была ухмылка. – Пытаешься произвести впечатление? Я открыла рот от потрясения, пялясь на него недоумённым взглядом, когда я попыталась думать, что ответить. Всё-таки, я решила ответить довольно кокетливо. – И на кого бы я пыталась произвести впечатление? Он сделал паузу, до того как на его лице появилась игривая ухмылка. – Не знаю… меня, например. Перед тем, как у меня появилось время среагировать, меня прервал крик и кучка ругательств, находящихся внутри. – Гарри, где, блять, моя обувь? Он нахмурился, вздыхая про себя, перед тем как со злостью отвернуть голову от меня и столкнуться с ней лицом к лицу. – Ты проверяла наверху? – он надоедливо спросил, перед тем как нахмурить глаза в разочаровании. – И ещё другая пара в ёбаной коробке! Какая ирония, он тоже любил ругаться. Особенно когда он трахал меня. – Входи, – вскоре потребовал он, и я с радостью подчинилась. – Дети в гостиной, тебя ждут. Догадываюсь, это последний раз, когда я вижу его лицо в ближайшие пару часов. Я спокойно вошла в комнату, надеясь, что меня не поприветствуют выдёргиванием волос и укусом руки. Я заглянула внутрь, где сидела пара близняшек, сосредоточенных на телевизоре впереди них. – Привет, ребята.. – Аманда! – они восторженно вскрикнули, вставая с их мягко-сделанного дивана, и побежали ко мне с широкими улыбками. Я наклонила в ответ, чтобы достичь их роста, открывая руки с огромной ухмылкой. – Я не видела вас две недели! – я громко произнесла, обнимая шестилетних деток, когда они не даже не засмущались цепляться за мою руку. – Мы так долго ждали тебя, а папочка знает, что ты здесь? – спросила маленькая девочка, имя которой Сидни. – Конечно! Папочка открыл дверь, – я сказала, выпуская смешок от того, что я назвала его «папочкой». – Так, чем вы хотите заняться сегодня? Оскар, маленький мальчик, прикусил губу в замешательстве, смотря на меня в недоумении. Он практически начал говорить, но его сестра перебила его. – Я хочу пить шоколадно-молочный коктейль целый день!.. – Этого не будет, – я услышала, как кто-то проворчал сзади меня, и этот тупой, обшарпанный и холодный акцент заставил меня нахмуриться. Я встала с колен, поворачиваясь, чтобы увидеть худощавую женщину рядом со мной. Я лишь должна была вести себя, как будто рада видеть её. – Мне не тяжело сделать им молочный коктейль.. – Мне всё равно, – она грубо сказала. – Я просто не хочу, чтобы моя дочь пила что-то жирное вроде этого. Лишь воду. И на этом моменте, Гарри, нахмурившись, вошёл в гостиную, бросаюсь к своему пиджаку. Дерьмо, я думаю, он услышал это. Он бросил своей жене раздражённый взгляд, перед тем как подойди ближе к своей дочери, Сидни. – Пей, что хочешь, ладно? Я услышала раздражающий вздох его жены. – Почему все в этой семье игнорируют меня? – она крикнула плаксивым голосом, надувая свои губы на Гарри, как будто она просила сочувствия. – Я игнорирую тебя лишь тогда, когда ты дерьмо говоришь, и что бывает часто, Сандра, – он прошептал ей, уверяясь в том, что Оскар и Сидни не могли слышать его грубого тона. Она приоткрыла свои губы от удивления, и она была готова начать ругаться. А я лишь неудобно стояла возле Оскара, в то время как он держался за мою ногу, а Сидни обняла ногу Гарри. – Малыш, я знаю, что ты зла, но, пожалуйста, оставь это до того, как мы сядем в машину, – он успокоил её, и я пялилась в стену, пытаясь выбросить это предложение из моей головы. Он назвал её малышкой, тоже. Могу поспорить, она, тем не менее, не называет его папочкой. Она стремительно вынеслась из дома, в спешке покидая нас, и я догадываюсь, она собиралась в BMW Гарри. Он, после, вздохнул, поворачивая голову ко мне, перед тем как слабо посмеяться. – Она такая заноза в заднице. – Что это значит, папочка? – спросила Сидни, желая присоединиться к разговору, когда она отпрянула назад. Гарри пожал плечами, смущаясь от своих слов. И как он собирается объяснить это? – Я сказал, что мамочка – боль в попе, – он прикрыл ругательство, прямо вздыхая после этого, и присел, чтобы быть ростом с неё. – Теперь папочке нужно уходить, дорогая. – Когда ты вернёшься? – поинтересовался Оскар, надувая свои мягкие губы, в то время как он подполз к своему отцу. Гарри на минуту потерялся в своих мыслях, перед тем как наконец-то ответить. Господи, он был таким невероятным, когда так смущался. – Позже, – он выдохнул. – Давай, поцелуй папочку перед уходом. Он сморщил губы для дочери, заставив её засмеяться, перед тем как он поставил ей милый поцелуй в губы. Он сделал то же самое Оскару, и он вытер его, потому что он был уже «взрослым мальчиком». Гарри поднялся на ноги, медленно взмахнув рукой в воздухе. – Папочка увидит вас позже. И когда он практически ушёл, Сидни быстро позвала его обратно. Он повернул свою голову ещё раз, глядя на неё, перед тем как она, наконец, заговорила. – А ты не будешь на прощанье целовать Аманду? Мои глаза расширились, оставаясь неподвижными, когда я лишь интересовалась о реакции Гарри. Он быстро посмотрел на меня, и на его лице была тревога. – Я.. эм… папочка только целует членов семьи, маленькая. Не правда. – Но Аманда наша вторая мамочка! – Оскар прощебетал, заставив меня задохнуться собственным воздухом. – Помнишь, как ты это сказал нам? – Ты сказал что? – я спросила, открыв губы и глаза, когда он нервно пожал плечами. – Я сказал, что она как будто ваша вторая мамочка, – он пояснил. – Она не может быть вашей мамочкой, потому что одна у вас уже есть. Это было странно. Я даже не хотела знать, почему Гарри сказал им, что я была как будто их вторая мамочка. Это было лишь потому, что я нянчу их с шестнадцати лет? – Папочка, пожалуйста, поцелуй Аманду, перед тем как уйти, – Сидни вежливо сказала, после чего начала хихикать. Гарри лишь вздохнул, его взгляд скользнул на меня, когда я невинно наблюдала за ним. Он лишь пожал плечами, и наклонился ко мне. Когда я думала, что он поцелует меня в губы, он приблизился к моему лбу. Я не была разочарована, это лишь облегчило меня. Представьте, если бы он поцеловал меня перед своими детьми? Он отступил после короткого поцелуя, подмигивая своим детям, перед тем как направиться в сторону двери. Вскоре он ушёл, и я, наконец, выдохнула воздух, что держала в себе. – Итак, кто хочет шоколадно-молочный коктейль?

***

Я думала, что после пары часов дети заснут. Но эти молочные коктейли, которые я делала им – лишь сделали Оскара более оживлённым. Сидни удачно уснула на моих руках, но Оскар был сверхактивен и готов задавать мне вопросы. – Когда папочка вернётся домой? – он спросил без интереса, не так, как я знала. Я была сейчас уставшей, тоже. Пока что, мы посмотрели два фильма и выпили по три коктейля. Естественно, жена взбесится, но я легко могу соврать и сказать ей, что мы выпили лишь по одному. – Я не знаю, – я обессилено ответила, сон звучал неплохо для меня. – Вероятно, скоро. – Надеюсь, он оставит мамочку там. – Оскар простонал, и я с трудом попыталась не хихикнуть. Господи, они, наверное, действительно ненавидят её. – Ты должен любить мамочку, – я игриво усмехнулась в ответ. И в это была причина, она не была «мамочкой» для них, лишь матерью. – Но она не берёт нас в места, куда берёт нас папочка, – он зевнул, перед тем как растянуться на весь диван. Должна признаться, я была в полном замешательстве от этого замечания. Разве она не брала их к своей бабушке на прошлых выходных? – Не будь глупым, – я осторожно сказала, нахмуривая брови. – Твоя мама взяла тебя к бабушке. Он густо нахмурил брови в любопытстве, заставив себя смущённо приоткрыть рот. – Она оставила нас там, чтобы она могла провести время с нашим вторым папочкой. Мой рот открылся из-за шока, перед тем как я выпустила глубокий наклонный вздох. Дерьмо, я не должна была знать этого. Этого не может быть, чёрт. – О чём ты? Его нижняя губа дрогнула от чувства вины, и его в слезах глаза осведомили меня, что всё это определённо не было в порядке. – Я люблю папочку, я не хочу себе нового. – Малыш, всё хорошо, – я объявила ему. Я аккуратно выбралась из объятий Сидни, бережно убирая её с меня, когда Оскар потянулся к моей руке. Я положила маленькую девочку на рядом лежащую подушку, уступая место Оскару, чтобы утешить его. – Папочка никуда не денется. Он обвил свои слабые, хрупкие руки вокруг меня, когда я обняла его за талию. Бедный мальчик, не могу поверить, что всё это дерьмо в действительности происходило. – Мамочка сказала мне не говорить ничего папочке, или у нас не будет больше денег. – Не беспокой… Я прервала предложение, когда услышала скрип, сделанной из красного дерева, входной двери. Блять, это всё было так испоганено, я не была выдержать этого. Я не могла смотреть на Гарри, не думая о том, как его шлюха-жена изменяла ему с кем-то другим. Он будет таким пораненным, если узнает, что она была каким-то золотоискателем, даже если она не так сильно нравилась ему – я бы плакала, если бы такое случилось со мной, это было бы так унизительно. Но ирония была в том, что я сочувствовала Гарри, даже учитывая то, что мы с ним делали точно так же по отношению к его жене. – Мы дома! – Гарри в коридоре объявил, но Оскар до сих пор держал своё лицо , прижимаясь носом к моей коже, тихо плача. – Не плачь, Оски, – я прошептала. – Папочка дома. Вскоре, он и его жена зашли в гостиную с широкими улыбками, но как только он увидел, что его маленький мальчик плакал мне в плечо, он быстро спросил у него. – Что случилось, малыш? Он быстро кинулся ко мне, когда я обнимала Оскара, и медленно встала, чтобы передать его к своему отцу. Он сжато построил зрительный контакт между нами, и пожал плечами в замешательстве, перед тем как заговорить. – Что случилось? – Он просто скучает по тебе, – Я ужасно соврала, наблюдая, как его лицо превратилось в расслабленное, перед тем как он дал мягкий поцелуй в голову Оскара. – Папочка скучает по тебе больше, – он проворковал, слегка посмеиваясь, в то время, как он убаюкивал маленького мальчика в своих руках. – Не плачь. Оскар приподнял свою голову, тихо сопя, и поставил влажный поцелуй в щеку Гарри. – Я не плакал, большие мальчики не плачут. Гарри засмеялся с неправильных слов мальчика, и слабо покачал головой. – Конечно ты не плакал. Давай, я думаю, пришло время ложиться тебе и твоей сестре в кровать. Он повернул голову в сторону, смотря на меня с внезапной ухмылкой. Чёрт. – Что ж, кажется, Сидни уже уснула! – Гарри пустил смешок вместе с неодобрение от неверного огорчения. Я посмотрела позади себя, и поняла, что она лежала лицом в подушку. Ох, тогда от ухмылялся не мне. Он наклонился, и так же взял её себе на руки. – Никуда не уходи, Аманда. Я сейчас вернусь вместе с твоими деньгами. Он ушёл прочь в спальные комнаты, оставив меня неудобно стоять здесь вместе с его женой, которая была слишком занята её телефоном. Бьюсь об заклад, она переписывалась с «папочкой №2». – Итак… – я нарушила тишину, заставив её нахмуриться, и она убрала телефон в сторону, когда я начала говорить. – Как прошла проба торта? Она в подозрении приподнял бровь, скрещивая свои руки, когда она вопиюще нахмурилась. – Откуда ты знаешь, что мы пробовали наш торт? – Папочка…н-нет, Гарри.. блять, то есть мистер Стайлс сказал мне в последний раз, когда я была здесь, – я быстро запнулась, втайне убивая себя за свой ужасный ответ. Я только что назвала его папочкой при ней, пристрелите меня, блять. Она до сих пор не перестала смотреть на меня, и я знала, что облажалась. Вы не можете просто так назвать кого-то папочкой без причины. – Но мы заказали встречу всего лишь неделю назад, – она прямо заявила, продолжая хмурить свои брови, в то время как я нервно продолжала стоять. – О-ох, я… эм… Её телефон перебил меня, когда на нём начал звонить стоящий рингтон. Вау, догадываюсь, вы можете сказать, что меня, в прямом смысле слова, сохранил звонок. – Придержи эту мысль, – Она сказала, и подняла телефон к своему уху. – Алло? Нет, я не занята! Если она не могла бы быть ещё более грубой, она выскочила из гостиной, чтобы дать себе больше приватности, когда она бездумно оставила меня наедине с собой. И вскоре, Гарри вернулся обратно в комнату со смущённый взглядом, перед тем как приподнять брови. – Куда она пошла? – Телефонный звонок, – я устало вздохнула, закатывая глаза, когда он сделал то же самое. Он потянулся к своему заднему карману и достал от туда свой толстый кошелёк. Неудивительно, почему его жена не хотела, чтобы он узнал о «папочке №2». Он достал триста двадцать фунтовых купюр, и я про себя закричала от возбуждения, когда он преподнёс их мне. – Э-это в два раза больше, чем ты обычно платишь мне, – я тихо пробормотала, он лишь пожал плечами. – Ну… ты была … особенно хорошей нянечкой недавно. – Он усмехнулся, и с этим он вытянул руки вперёд, чтобы показать мне дверь. Эх, я думала, он спросит меня о чём-то. Я посмотрела в сторону, где, рядом со мной, была расположена кухня. Чёрт, я забыла убрать мусор, после того как я делала коктейли ранее. Сейчас я или могла убрать всё это, или уйти домой и оставить всё этому ему. Но я не была настолько жестока. – Я навела беспорядок на кухне, – Я прошептала. Он не ответил, и лишь повернул голову в сторону на стойку рядом с ним. Как он мог не заметить всю грязь, как только вошёл в дверь? У него были эти тупые гостинно-кухонные разделки, что ты мог видеть всё. – Не волнуйся об этом, – он объявил, но я не могла оставить это, зная, что я оставила кухню вот так. Я чувствовала себя ужасно. – Позволь лишь мне убрать, – я поспорила, проходя мимо него, когда я направилась обратно на современно обустроенную кухню. Я тотчас же начала протирать стол, и должна признать, что это было круто, что я могла смотреть телевизор в гостиной напротив меня. Гарри вошёл незадолго спустя, скрещивая руки в любопытстве, когда я практически заканчивала уборку. – Я говорил тебе, что сам уберу. – Это не твоя забота, – я поспорила, наконец вытерев шоколадную присыпку с тумбы, открывая шкафчик надо мной. Я поднялась на цыпочки, пытаясь добраться до полки, как только могла. Я услышала глубокий смешок, идущий позади меня, заставляющий меня засмущаться. – Позволь мне, – Он тихо пробормотал, и я почувствовала, как температура начала нарастать, когда он встал сзади меня, потянувшись, чтобы схватить держащую в моей руке шоколадную присыпку. Он интенсивно дышал, заставляя меня практически простонать, когда я услышала, каким тяжелым его дыхание было. Его твёрдая выпуклость прижалась ко мне сзади без предупреждения. Я тут же поддалась вперёд, заставив мою промежность соприкоснуться со стойкой, и это вызвало у меня неожиданный стон. – Люблю, когда ты стонешь, малышка, – он промурлыкал с глубоким вздохом. – Но мне нужно, чтобы ты была тихой. Я желанно кивнула, сдерживая себя, когда я положила обе руки на прохладную поверхность. Он начал сильно тереться о мою заднюю часть, заставляя меня вздыхать от удовольствия, когда я почувствовала небольшую пульсацию внизу. Я нуждалась в его прикосновениях. Его огромные руки аккуратно обхватили мои бёдра, и прижал меня к столу, когда он толкал себя в меня в быстром темпе. Я не могла поверить, как он мог оставаться таким тихим через всё это. Я была рада, что я вообще получила шанс стать свидетелем того, как он иссякал, лишь толкаясь в меня, как сейчас – он был невероятно сексуален. – Дерьмо, – он тихо простонал. Его руки внезапно покинули мои бёдра и схватились за мои джинсы, нежно спуская их вниз, но оставляя на мне мои нижнее белье. – Милые панталоны, милая, – он глубоко засмеялся, при этом стона. Дерьмо, я забыла о них. Они были тёмного-розового цвета вместе с точками. Я услышала, как он быстро расстегнул свои брюки, вещица упала на пол быстрее всего, прежде чем он начал толкаться практически в мой обнажённый зад. Он был лишь прикрыт своими боксёрами, когда он вкатывал свои бёдра в мои со вздохом. – Ты такая хорошая девочка, – он тихо шепнул, приставляя свои губы к моему уху. – Позволяешь папочке тереть своим членом об себя, блять, ты моя. Его пошлые разговоры лишь сделали его твердее, заставив громкий стон вырваться из моего рта. Я тут же вздохнула, вспомнив, что я должна быть тихой. Гарри выпустил разочарованный вздох, и прижал свою руку у моего рта. – Ты сдашь нас, глупышка, – он надул губы у моего уха, прежде чем нежно прикусить его. – Гарри! – кто-то позвал, и это была его жена в соседней комнате. Я начала паниковать, отталкиваясь назад, что только сделало меня прижатой к нему ещё сильнее. Он утихомиривал меня несчётное количество раз, нежно приложив палец к моим губам. – Залезай под стойку, малыш, я избавлюсь от неё. Я повиновалась его приказу, надеясь, что он лишь скажет ей уйти обратно в её комнату. Я опустилась на колени, мои лицо было рядом с эрекцией Гарри. Я прикусила губу от этого зрелища, желая сделать всё возможное для него. Я застыла, когда услышала шаги, идущие из гостиной комнаты, зная, что это была его жена, когда её пронзительный стук каблуков был слышан по полу. Неожиданно, руки Гарри запутались в моих волосах – приближая меня к его выпуклости. – Пососи его, дорогая, – он тихо сказал, и я посмотрела вверх на него с расширенными глазами, непреклонно покачав головой. – Соси мой член, – Он проворчал, в спешке спуская свои боксёры. Я посмотрела на его стоящий член, практически пуская слюни от увиденного. – Я не собираюсь кончать, просто пососи мне. – Вау, ты делаешь ещё что-то помимо выпивки вина в своё свободное время, – Я услышала, как кто-то насмехался, это должно быть шло со стороны гостиной. Не думаю, что она могла видеть меня от сюда. – Я, в общем-то, собирался налить стакан. Хочешь? – он ответил с раздражением. Я тратила больше времени, слушая их разговор, нежели сосав его член. Я лизнула его набухшую головку, восхищаясь вкусом его смазки, прежде чем спуститься вниз губами по его стволу. Я не могла пройти слишком глубоко, из-за того что я давилась и устраивала сцену. – Где Аманда? – она спросила, заставив меня слушать осторожней, во время того, как я продолжала сосать его член. – Она под барной стойкой, сосёт мой член. Я замерла, его член до сих пор был в моём рту, когда я остановилась двигаться. Моё сердце остановилось. Секунду спустя, я услышала его глубокую насмешку. – Она ушла домой раньше. – Ты отвратительная свинья! – она крикнула. – Никогда не шути о таком! Я мысленно облегченно вздохнула, и начала скользить своими губами по нему снова. Он был слишком рискован иногда, это пугало меня до усрачки. – Ты бы видела своё лицо, – он усмехнулся. – Я единственная, кто считает Аманду раздражающей? – она случайно заявила, заставив меня нахмурить свои брови, прежде чем спокойно проворчать. Это было, в буквальном смысле слова, ужасно. Это не было как будто я не могла защитить себя. – Дети любят её, – он лишь сказал. – Она хорошая девочка. – Она выглядит, как фригидная, – она посмеялась, немного с иронией. – Она никогда не получит такого парня. Не знаю почему, но это разозлило меня до бесконечности. Я не была фригидной, и я уверена, что могла доказать это просто поднявшись прямо сейчас. Но для блага Гарри, я не буду этого делать. Я лишь должна помнить, что на данный момент я получала его член намного чаще, чем она. Так что, может быть, я должна взять преимущество из этого. Я взяла его в мой рот ещё глубже, набирая темп, когда я втянула свои щёки вокруг него. Его рука покинула стойку, и он приложил её к моей голове, пытаясь быть неуловимым, когда он попытался сказать мне быть медленнее. Я лишь сделала вид, что не уловила его намёк. – Я бы не недооценивал её, – Он проворчал, от чего мне захотелось хихикнуть, когда он запустил свои пальцы мне в волосы. Я чувствовала его судорогу в моём рту, оповещающую меня о том, что он был близок. – И что это должно значить? Но перед тем как он мог ответить, он выплеснул свой груз мне в рот. – О-о-о. – Он громко застонал, заставив мои глаза расшириться в страхе. Я знала, что заставила его кончить раньше времени, чёрт. – Гарри?.. – М-мы на середине пути, – он крикнул, в стиле какой-то мелодии. – О-о-о, ж-живём молитвами. – Ты, блять, что, поёшь? – она крикнула из-за злости. Если бы мой рот не был полон спермы, я бы сейчас истерически плакала от смеха. – Да! – он пропыхтел, облокотившись на барную стойку в изнеможении. – Придёшь и найдёшь меня, когда решишь перестать быть таким незрелым придурком! Я услышала, как её шаги блекнули, когда она покинула гостиную, наконец дав мне время проглотить его «груз», не будучи напуганной издать звук. – Что за херня только что случилась? Я выпустила вой от смеха, приложив голову на его ногу, чтобы подержаться. Я была слаба, я не могла даже поверить, что это только что случилось. Гарри начал петь, пытаясь оградить свои стоны, твою мать. Я, наконец, начала подниматься к его росту, смотря, как он отдыхал на поверхности, когда он издавал несчетное количество одышек, чтобы наладить дыхание. В конце концов, он отпрянул назад, глядя на меня с какой-то ухмылкой на его лице. – Думаю, пора отвезти тебя домой.