Там ветра летят, касаясь звезд - II

не судите строго, ну не поэт я, как получилось, так получилось, если кому-то в голову что-то придет изменить - пишите. В зале воцарилась тишина. Фе укоризненно посмотрел на Мири, чуть прикрыв глаза, мол, предупреждать надо. Потом с достоинством взял хлысты и развернул, отойдя от мужей. - Неужто ты умеешь с хлыстами работать? – насмешливо спросил его Мэгсо. Измененные напряглись. Но Маэ их успокоил, поскольку сразу понял, если б скрад это не умел делать, то хлысты ему и не вручили бы. Фе отдал малый хлыст Мири и сделал неуловимое движение правой рукой, заставляя играть кончик большого хлыста. Отступил вбок и… танец, это был танец-вихрь, иногда скрада было почти не видно от обвивающих его колец, под конец Фе замедлился, и все увидели необычный рисунок, выписываемый хлыстом. Потом скрад им щелкнул и послал хвост в сторону Мири, который не ожидал этого. Рэрди вмиг оказался спеленут и… Фе дернул хлыст, резко перемещая к себе законную добычу… еще мгновение, и Мири уже на руках у старшего мужа, повизгивая от восторга. - Ииии, Зорги!!! Фе крутнул его вокруг себя и осторожно поставил на сцену. Юалли ошеломленно смотрел, не отрывая восхищенных глаз от старшего мужа. - Представление окончено, - улыбнулся Фе, - убирай свое раритетное наследство. Это наследные хлысты Миризе, - объяснил он всем. - Представляю, сколько они стоят, да еще в таком отличном состоянии, - сказал задумчиво Кардэн. - А теперь подарок папе Фе от детей! Встречайте! – объявил Аэмми. На сцену мимо него прошли с трудом узнаваемые четыре артиста – две пары, состоящие из маленьких рэрда и рэрди в странных пестрых юбках, надетых поверх черных спортивных костюмов, головы исинэ были обвязаны шарфиками, на руках куча браслетов. Дети встали лицом к залу и подняли руки ладошками вверх. Зазвучала ритмичная музыка. И только тогда все поняли, что надето на них – разноцветные неодинаковые по длине шарфики, закрепленные на застегивающихся поясах. Они разлетались в разные стороны при каждом энергичном движении юных танцоров. Темп музыки увеличился. - Самба! – хором закричали мальчишки, крутя бедрами и звеня браслетами на руках. Они разделились на пары и взялись за руки, продолжая вертеть попами и притопывая в такт музыке. Естественно, это было мало похоже на самбу, можно сказать, совсем не похоже. Но для зрителей это не имело никакого значения – все смотрели, раскрыв рты. В какой-то момент пары распались, мальчики-рэрды отступили в сторону, а исинэ оказались посреди сцены. Они стали двигаться почти синхронно, чуть поглядывая друг на друга, а потом вдруг их движения стали зеркальными… ох, они и отплясывали, потом на мгновение замерли, вскинув руки вверх с очередным воплем «самба!» и, отставив в сторону ножки на мысочек, быстро завертели попами, периодически касаясь бедрами друг друга… ритм музыки увеличился и неожиданно резко оборвался… исинэ застыли, присев на корточках и изогнув длинные хвостики в форме полусердец. Потом подскочили, как пружинки, и закричали: - Папа Фе, мы тебя лю-лю-любим!!!! Очень-очень! Что тут началось! Рэрды топали и хлопали по бедрам, земы кричали «браво, браво!». А Зорген запрыгнул на сцену и подхватил своих исинюшек на руки, целуя их в мгновенно подставленные ему носики, мальчишкам-рэрдам – это были Рорри и Вайк - благодарно пожал руки, но тоже не удержался и прижал их к себе, ласково поглаживая по спинкам. - Мы еще не закончили, это не все, посторонних просим освободить сцену, - предупредили исинэ зрителей, отстегнули пояса, на которых были закреплены шарфики, и отдали ребятам в руки. Потом отошли в сторону, что-то достали и вернулись обратно. – Сейчас мы будем снова танцевать, а вы отгадывайте, кого мы изобразим. Победитель получит приз! Зазвучала нежная мелодия, исинэ расставили руки в стороны, и только сейчас все сообразили, что у них на плечах накинуты шарфики с закрепленными на запястьях концами. Скай взмахнул руками первым, следом за ним Лин, и маленькие рэрди плавно закружились по сцене, махая руками, так что шарфики за их спинками вздувались подобно крыльям. Потом они разбежались в разные стороны и медленно стали возвращаться обратно, пока не приблизились вплотную друг к другу и обнялись, полностью завернувшись в "крылья". Музыка стихла… Исинэ какое-то время неподвижно стояли, затем развернулись к залу. - Давайте отгадывайте. - Птицы? – озадаченно сказала Катрин. - У них нет птиц, - печально улыбнулся Аарон. Все молчали. - Что, не можете отгадать? – удивились исинэ. - Бабочки! – вдруг одновременно сказали двое – Урри и Степан. - Да! Вам полагаются призы! – засмеялись шкоды и помчались в зал вручать победителям подарки. - И правда, бабочки. Как мы не догадались? – удивился Василий. - А откуда они знают о бабочках? – спросила Катрин. - Да небось ваши мультики смотрели, - улыбнулся проходящий мимо Юалли. - Ну давай покажи, Степан, подарок. Зем достал из кармана плетеный из тростниковых волокон изящный поясок. - Ого, какой симпатичный! - А теперь песня! – объявил Скай. – На сцену приглашается подпевка! И по боковым ступенькам к исинэ запрыгали сийю, чинно усевшись по обе стороны от них. Шкоды подвязали вокруг пояса широкие шарфики, взяли в руки платочки и приготовились. Зазвучала известная мелодия песенки рэрди про подаренный ему незадачливым поклонником увядший цветок. - Мы живем в чудесном доме, много леса и цветов, и для всех хватает места – от котов до свистунов, мы живем в чудесном доме, куча есть забав у нас – луки, стрелы и лопатки, даже трубочки-пулялки – стратегический запас! Лин взмахнул рукой с зажатым пальцами платочком, притопнул ножкой, и сийю, прижав лапки к мордочкам, дружно запели – «Ойёёй! Ойёёй!». - Встретим мы врага любого, видим – вон сосед идет! Подкрадемся тихо-тихо, знайте, он тут не пройдет, вот висит на ветке сетка, дерг ее, и упадет! Сколько крику было, визгу! Всполошился весь наш дом, погнались за нами скопом, обежали все кругом! Тут уже сийю без напоминаний подхватили - «Ойёёй! Ойёёй!». - Бола* в руки мы берем и в кусты скорей ползем, нам помогут в этом деле зоркий глаз и острый нюх, целый день сидим в засаде, и врагов тихонько ждем. - Ойёёй! Ойёёй! - Перед входом на полянку нами выкопана ямка, чуть прикрытая травой. - Ой-ой-ой! - Приходили к папе гости, но до дома не дошли, навернувшихся на ямке, их на граве увезли! - Ий-и-и! - Папы сильно рассердились, против нас все ополчились, как за нами припустились! - Ойёёй! Ойёёй! - Ну а как мы убегали, только хвостики мелькали… слава Згану, не поймали! - Ойёёй! Ойёёй! - На посадочной площадке терпеливо папу ждем, за его спиной широкой в дом тихонько проползём! - Ём-ём-ём! - А зачем нас все ругали, мы совсем не понимали, это зарсы раскопали… - Ойёёй! Ойёёй! Ойёёй! Ойёёй! И исинэ весело закружились по сцене под ручки, размахивая платочками. Музыка закончилась. Шкоды развернулись к залу и поклонились. Выпрямившись, Скай громко сказал: - Мы закончили свое выступление! Это подарок папе Фе от нас. - и уточнил: - Всех. Гости лежали от смеха. Свиус аж всхлипывал, а Кьюсс его пытался успокоить, с трудом сдерживаясь. Варер, нагнувшись, спросил у Сиффа, типа, это шутка? Тот, хрюкая от восторга, закивал головой. Земы были в диком восторге. Катрин уже не могла смеяться, у нее даже живот заболел. Она уткнулась в плечо Василию и тихо всхлипывала. - Я теперь на самбу не смогу спокойно смотреть. - И я! – захихикал Аарон, вытирая слезы. – Надо нашим предложить сделать мультик про исинэ. Интересно, а запись этого безобразия ведется? - Да, - сказал Василий, - камеры по центру и по бокам зала стоят. *** Потом пошли выступления гостей, причем каждый предварял свое выступление фразой, что он, конечно, не настолько талантлив, как исинэ, но тоже хочет поздравить Зоргена Ферехт с его юбилеем. Пока все отвлеклись на очередной танец, активизировались отдохнувшие исинэ. - А мы тебя узнали! - подкравшись к космону, заявили они. Изумленный Грэг даже растерялся, увидев рядом с собой хитрющие мордочки шкод. - Откуда? - Мы фильм смотрели, там на крыльях и стримах летали. Ты Грэг! Пахнешь папой Фе и папой Мири. - Ну, надо же! Вот это у вас нюх! Исинэ залезли ему на колени и доверчиво прижались. - А папа Фе обещал научить нас кататься на стримах. Вот вернемся домой и будем учиться. У нас такой же обрыв есть, как в фильме. А ты к нам в гости приедешь? - К сожалению, не могу. Статус не позволяет. - Ой, да ладно тебе, Грэг! – отмахнулся Рикс, а Соммэр Аирхе кивнул, соглашаясь. – Если ваш папа Фе нас пригласит, мы с удовольствием слетаем к вам в гости денька на два. - Здорово! Мы его сейчас спросим! – и два ураганчика унеслись в поисках своего папы. Они его обнаружили за столиком у Измененных. Не решаясь влезть в разговор взрослых, они стали молча пританцовывать на месте. Смотрелось это весьма потешно – маленькие шкодливые рэрди в строгих нарядных костюмчиках приплясывали. «Папа Фе!» - не выдержал Лин. «Что случилось?» «Там Грэг. Мы с ним познакомились. Можно они прилетят к нам в гости?» «Не думаю, что они все согласятся, а одного Грэга к нам не отпустят». «Они согласны!» «Не может быть! И Рикс согласен?» - Фе послал детям изображение рэрда. «Да, да, он сам сказал». «Да ради всех Богов, пусть прилетают!» «Уррааа! Так мы пойдем им скажем, что ты согласен?» - мысленно исинэ изъяснялись гораздо лучше, чем вслух. Фе кивнул. И повернулся к Гордэну, при этом обращаясь ко всем. «А вы не хотите в гости?» «Ты еще спрашиваешь! Конечно, хотим! Да, рэрды?» - передали мысленно Измененные. - Извини, мы не можем. Нас в святилище ждут, - вздохнул Краэн, а Эртен благодарно на него посмотрел. Исинэ примчались к Грэгу. По одному выражению их мордашек было видно, что их миссия удалась. И мелочь снова залезла к Грэгу на колени... Сифф все же подошел к Ойю и для порядка побубнил. Тот фыркнул и сказал, что никого не заставляет с собой общаться. Сифф сразу понял, что перегнул палку, и залебезил перед мужем, а потом потащил его к вареру и драконидам. Фе извинился перед друзьями с Каэрэ и перешел к скрадам и земам. Они немного поболтали, и Мишаня передал Фе конверт по проекту «Полог», который его просили вручить скраду для ознакомления. - Это отчет о проделанной работе, еще меня просили сказать, что уже проведены предварительные испытания. Более чем удачно. - А мы только прилетели с побережья. Привели дом в порядок, - улыбнулась Катрин. - А куда пропали хитрюшки-исинюшки? - У деКондо на коленях сидят, уши развесив. - Фе, извини меня, - отвлек его Иан, - я хотел бы с тобой о Ройсе поговорить. Что-то с ним последнее время неладное происходит. Ты бы прилетел и посмотрел на него. Зорген встревожился. - Думаю, два-три дня погоды не сделают, - успокоил его Иан. - Ладно, обязательно прилечу, ну, пошел я дальше. И Фе продолжил обходить столики. Он надолго задержался у представителей первого Анклава. Красс и Кэгг взялись его расспрашивать о доме, семье, работе, о необычных гостях, о его детстве в теле маленького скрадика. Но самое главное, Кэгг осмелился спросить, когда он попал в тело мальчика. Фе печально улыбнулся и сказал, что проснулся в чужом теле при открытии криокамеры в транспортнике. А потом немного поделился своими первыми ощущениями в новом теле. Рэрды, потрясенные, молчали, не зная что сказать в ответ. - Если честно, кроме сожалею и соболезную, я ничего тебе не могу сказать, - пробормотал Кэгг, - не хотел бы я очутиться на твоем месте. И никому не желаю этого. Причем, если бы тогда тебя раскусили, то, скорее всего, сразу отправили бы в мир Теней. Так что ты правильно забился в такую глушь. Лучше быть голодным, зато живым. - Да я и не был голодный. В лесу никогда не умрешь с голода. У меня была куча семян, самым трудным временем был первый год, вернее, зима. Она наступила через несколько месяцев после моего прилета на Ойлуру. - Как же ты выжил? Ту первую зиму большинство переселенцев не пережило, а ты один, в глухом лесу... - Ну все ж таки мозги у меня работали. Дров наготовил кучу, на охоту ходил. Корешки всякие выкапывал и складывал в подвале, ягод набрал, а перед тем как из поселка смотаться, хорошо что у меня платформы были, на складах по полной отоварился. Брал все, что давали, - и еду, и вещи всякие, и посуду, и лекарства, и оружие… - Короче, у тебя платформы под завязку были набиты. - Ага. - И как же тебя не растрясли? Любителей поживиться за чужой счет всегда и везде хватало. - У меня оружие было, испугались и не полезли. Потому как если бы они рискнули, то я бы их всех там и положил. Мне слишком хотелось жить, и я был готов защищаться любой ценой. Наверное, они это почуяли. У всех рэрдов великолепное чувство самосохранения. - Ну тебе и досталось, Зорген! Ум взрослого рэрда в детском теле, это не каждая психика выдержит! - Захочешь жить, выживешь. - Согласен, - задумчиво сказал Тень. – Ты когда в гости прилетишь? - Вот закончу с юбилеем, Мири вернется с Зирры, и прилетим. - Давай, мы тебя будем ждать, - улыбнулись Кэгг и Красс, - а уж как Зган обрадуется! Наконец Фе, поболтав с кучей знакомых и друзей, добрался до теплой компании, расположившейся на полу - драконидов, варера, защитника и сеточников. - Посиди отдохни с нами, - сказал драко. – Вся жизнь - суета. Вечно мы куда-то спешим, торопимся, потом оглянешься назад и думаешь, куда я спешил, зачем, кому и что хотел доказать? - Есть такое, хоть кто-то меня понимает. Драко прижал к себе Фе, как маленького, и шепнул: - Мы с тобой звенья одной цепи. - Эх, хорошо с вами, но надо бы мне к синхам и Райюсу подойти. СаттО и Орэвеи встретили его, грозно нахмурившись. - Бросил нас, забыл! Хорошо, соседи веселые попались, а то со скуки бы тут, ожидая тебя, померли! Фе пригляделся к Орэ и улыбнулся. - Поздравляю. - Спасибо. Мы пока никому не говорили. Они поболтали, синхи и кирс рассказали последние новости, а потом скрад наконец добрался до родственников Мири. - А куда Ангр делся? - Не переживай, сейчас прискачет, знаешь, какой он скандал дома устроил, что я его не хотел с собой брать! Вон сидит, с внуком общается. Мне даже стало интересно, о чем он так таинственно ему вещает, - сказал Ирас. Камитран оглянулся и внимательно посмотрел на младшего мужа: - Трудно сказать, о чем. Он болтун и фантазер еще тот, придумывает небылицы прямо на ходу! Пусть говорит, главное, находится у меня на глазах. БО́ЛА (болас) (исп. bola — шар), метательное оружие, веревка длиной 1—1,5 м с привязанными к ее концам одним или несколькими шарами (из камня, позднее из металла).