Промах с коньячным послевкусием

– Что за мерзкий дождичек, – мужчина небрежно отряхнул от капель чуть промокший пиджак. – Прямо под стать твоему настроению, бриллиант мой. Его спутница недовольно цокнула языком, расстегивая пуговицы темного пальто. Молодой человек мигом оказался возле неё, помогая раздеться. Девушка расправила примятый подол платья и, поморщившись, мелко переступила с ноги на ногу. Протянув верхнюю одежду гардеробщику, мужчина забрал номерок и убрал его в карман брюк. – По правилам приличия номерок должен быть у кавалера, – слегка наклонившись, шёпотом пояснил он спутнице. Та кивнула в ответ и направилась к большим дверям основного зала, откуда доносились звуки музыки и смех. Мужчина немедля последовал за девушкой, опередил и открыл перед ней дверь. – Не спеши так, – усмехнулся парень, пропуская её вперед. – И как только у такой независимой барышни появился поклонник? Словив за свою реплику гневный взгляд из-под густой темной челки, он проглотил очередной смешок и придал лицу спокойное, почти важное выражение. Девушка, хоть и была рассержена, подождала своего спутника, чтобы не обгонять. То, как в помещении накурено, ощущалось, стоило только переступить порог. После светлой гардеробной глаза не сразу привыкли к стоящему в заведении полумраку. Их встретил официант в полосатом жилете: поинтересовался, заказан ли у них столик, и, получив отрицательный ответ, предложил выбрать один из свободных. Таких было мало –глубоким вечером ресторан был полон посетителей. Темные костюмы и бритые головы, золотые часы и дорогие сигары. Представительные снаружи, но провонявшие внутри – люди под стать этому месту. Если можно назвать людьми этот сброд: лидеры группировок, мафиозные шишки, бандиты и их пьяные женщины. Грязных дел каждого не пересчитаешь по пальцам обеих рук, собьешься и сплюнешь на лакированный пол. Девушка поморщила нос, обводя взглядом зал, но удержала слюну за зубами. Приметив сидящих за угловым столом, она прищурилась и снова обратила внимание на официанта. – Пусть леди выбирает столик, – её спутник, казалось, не присматривался к посетителям, но, заметив мимолетную перемену в выражении лица, сразу все понял. – Нас устроит тот у стены, – отозвалась девушка приятным альтом, указав в глубину помещения, – он не заказан? – Нет, он свободен. Присаживайтесь, я принесу вам меню и винную карту. Мужчина плюхнулся на кожаный диван, а его спутница аккуратно присела напротив, отложив сумочку на соседнее кресло. Только пара расположилась за столиком, как вновь подоспел официант с меню в кожаном переплете. – Будете что-то пить? – поспешил поинтересоваться он. – Да, пожалуйста, коньяк, – молодой человек оторвался от заламинированных страниц, – и мартини моей даме. – Весь коньяк в нашем заведении, как минимум, пятилетней выдержки, – пояснил официант. – К этому благородному напитку я могу порекомендовать вам голубой сыр, не желаете? У нас есть горгондзола, рокфор и дорблю, однако я бы посоветовал рокфор или дорблю: островатый вкус горгондзолы всё же лучше подчеркивает сладкие вина. Сидящие за столом в замешательстве переглянулись. Ассортимент баловал, но вдаваться во вкусовые тонкости сортов сыра, затронутых благородной синей плесенью, им до этого момента не приходилось. – Думаю, эм… дорблю вполне подойдет, – молодой человек решил, лучше выбрать тот, чьё название, по крайней мере, слышал. Официант кивнул, сделав пометку в блокноте, и наконец удалился. – Ну и ну, нам денег-то хватит? – парень наконец-то расслабился и отвалился на спинку кресла, расслабляя галстук. – И жарища же тут! – Душновато, – его спутница сдержанно кашлянула в кулак, – даже вентиляции и кондиционер не справляются с этим смрадом. Тошнотворный дым, дышать невозможно. – Даме не пристало так выражаться, – понизив голос до шёпота, произнес мужчина, не сумев подавить смешок. – Еще одна подобная фраза за этот вечер, – девушка раздраженно нахмурилась, – и я точно врежу тебе, Леорио. – Да ладно тебе, Курапика, – улыбка не сходила с губ мужчины. – В этом наряде тебя родная мать не узнает, – он скосил глаза вправо и громче добавил, – Тебе ведь так идет это платье, мой бриллиант! Вновь подошедший официант тоже улыбнулся, снимая бокалы с подноса – видно, был согласен с посетителем. Он поставил на стол графин с темно-янтарной жидкостью и закуску: уже нарезанный сыр на листе салата, украшенный половинками грецкого ореха. – Уже готовы сделать заказ? – Пожалуйста, бифштекс из рубленой говядины и картофельные ньокки, – Леорио ткнул пальцем в одну из строк меню, – и вот этот соус. – Мне салат из яблок и сельдерея, – Курапика мягко захлопнул кожаный переплет, больше не собираясь ничего заказывать за вечер. Салат, и тот был выбран наобум и символически. Официант повторил заказ, получил в ответ кивок, и оставил их наедине с графином коньяка и маленькой коктейльной рюмкой. Курапика смерил взглядом большой стеклянный сосуд – Леорио тут же взялся наполнять стакан отливающим расплавленной медью алкоголем. – Я надеюсь, ты не собираешься выпить все это? – процедил юноша, надавив интонацией на последнюю пару слов. – Не понимаю, как им в голову взбрело принести целый графин вместо одного бокала. – Да ладно тебе, скорее всего, в этом тухлом местечке не так уж внимательны к посетителям, как может показаться на первый взгляд, – Леорио хорошенько отхлебнул, не беспокоясь, что блюдо еще не принесли. Плесневелым сыром, что так нахваливал официант, он тоже не закусил. Курапика гневно поджал губы. Терпение не было бесконечным, и если его подчиненный не прекратит паясничать, оно, как до предела наполненный воздухом надувной шар, с треском лопнет. И все дело, конечно же, покатится к чертям собачьим. Сдержанность никогда не была одной из лучших его черт. Курапика зачастую с большим рвением брался за работу: он мог просиживать за своим столом часами, перебирая вырезки из газет и связывая между собой события нескольких лет давности. Копаясь в документах старых дел, изучая психологические портреты преступников и делая лишь ему понятные пометки в записной книжке... Ответственность Курапики и позволила ему быстро продвинуться по службе и получить должность детектива в отделе местной полиции. Многие, правда, называли его усердие трудоголизмом и советовали завести девушку или пару друзей, что Курапика успешно игнорировал – он прекрасно обходился и без отвлекающих от долга вещей. Легкость же, с которой Леорио относился к службе в полиции, поражала в неприятном смысле этого слова и казалась юному детективу абсолютно непозволительной. Хоть они оба являлись членами следственного отдела, Леорио находился непосредственно в его, Курапики, подчинении, поэтому мало-мальски, но обязан был слушаться. Однако Леорио работал в отделении на пару лет больше него самого и, узнав о смене кадров, а конкретно, что новый старший инспектор и возрастом младше, и практического опыта имеет куда меньше, взбунтовался – в офисе появлялся исключительно с угрюмой миной, обиженно бурча на весь мир или отмалчиваясь. Правда через какое-то время подуспокоился и строить жертву несправедливости перестал. У них с Курапикой образовалось что-то вроде взаимовыгодного союза: расследование зачастую почти полностью брал на себя начальник, а подчиненному выпадала славная роль размахивать кулаками, хватать со страшной рожей за воротники и вытряхивать информацию даже из крепких, на первый взгляд, орешков. Такое положение дел устраивало обоих. Как выяснилось позже, молчать Паладинайт не умел и не любил, а почесать языком, наоборот, был мастак. Для Курапики оставалось загадкой, как он мог дуться несколько недель, когда молчать и заниматься делом в течение десяти минут для него было сродни наказанию. Видимо, упрямство – страшная вещь. Лучше бы тот помалкивал сейчас. Леорио не упускал момента подшутить над его внешним видом, хотя прекрасно знал, что такая маскировка была необходима. Двое мужчин в этом бандитском баре-ресторане могли встречаться в двух случаях: либо они уже были деловыми партнерами, либо только проворачивали сделку. Это всегда привлекает внимание – новые лица в криминальном мире быстро замечаются и еще быстрее исчезают. Лишний конкурент не нужен никому, а вот осторожность лишней не бывает. Курапика крупным телосложением не обладал, поэтому идея переодеться девушкой была более чем хороша. Красивые женщины, соблазнившиеся драгоценными камнями и изысканной едой, сопровождали и самых отпетых непривлекательных негодяев, отвечая на подарки лаской и постелью. Такие особы, продающиеся за роскошь и хорошую жизнь, вызывали у Курапики презрение, но это не мешало нацепить парик с темноволосым каре и подкрасить лицо. Пришлось выбрать платье с длинным рукавом и воротом вместо выреза, чтобы скрыть руки и плечи, а еще – нацепить бюстгальтер, напихав в чашки чистых носков. Чего не сделаешь ради поимки парочки мерзавцев. Юноша вновь бросил взгляд в даль зала. В помещении было дымно, но фигуры мужчин, беседующих за столом в углу, можно было различить и в полумраке. Нужный им человек, Адам Хэйли, был обладателем сверкающей лысины на круглом ровном черепе и был одет в бордовый пиджак – такого сложно перепутать с кем-то еще. – Что, наш «клиент» в порядке? – Леорио прервал молчание, проследив за взглядом Курапики. – Я спиной не вижу, так что полагаюсь на тебя. – Я специально сел так, чтобы самому приглядывать. Не верти головой. – Я похож на дурака, через плечо пялиться на людей? – парень хмыкнул и сделал еще глоток. – С этим стаканом, Леорио, ты больше похож на алкаша, – моментально вспыхнул детектив. – Лучше бы ты попросил унести этот чертов графин. – Ну чего ты такой заведенный? – Леорио явно был в хорошем настроении, поэтому все еще как-то пытался развеять повисшую в воздухе напряженность. – Работа работой, но попытайся расслабиться. Ты же этого никогда не делаешь, верно? Этот Хэйли никуда не убежит, пока не договорится о каждой мелочи. Мы с тобой, увы, хорошо осведомлены о его предусмотрительности. Сколько раз он уже уходил сухим из воды? Только в этот ситуация сыграет на руку нам: контракт с поставщиками незаконного дерьма не ограничится обменом обещаниями – в кармане у нашего старого знакомого наверняка обнаружится бумажка, которая и станет его путевкой за решетку. – Складно говоришь, – Курапика недоверчиво посмотрел на подчиненного. – Я стану спокоен только тогда, когда собственными глазами увижу наручники на его грязных руках. Леорио присвистнул. Неумолимый начальник в образе темноволосой красотки, серьезно сжимающий кулаки и хмурящий брови, выглядел довольно забавно. Паладинайт помнил, что некоторые уже поплатились за свое несерьезное отношение к инспектору. Внешний вид детектива вводил в заблуждение: за смазливым личиком крылся жесткий и в чем-то даже жестокий, как к себе, так и к другим, человек. Внешность вообще обманчива. Да и он, сам Леорио, не лыком шит. Чуть больше, чем за полгода, усилиями их дуэта не одна темная лошадка была выведена на чистую воду. Рука Курапики потянулась к рюмке с одиноко плавающей в ней оливкой. Пальцы неуверенно дрогнули, берясь за ножку бокала – Леорио был прав. Он совсем не умел отдыхать. Может, сейчас действительно стоило немного расслабиться, пусть ему и не нравилось это место. Курапика сделал крохотный глоток, пробуя напиток на вкус. Он практически не пил, поэтому даже не знал, каков окажется коктейль, с ехидством заказанный для него Леорио. Худшие ожидания не оправдались: напиток обладал терпким вкусом, но горечь сочеталась со сладкими нотками. Парень сделал еще глоток, уже смелее. – Ну как, неплохо? – с улыбкой поинтересовался Леорио. – Скажем, не так плохо, как я ожидал, – детектив решил не упрямиться и уступить. – А в чем, собственно, заключался подвох? – Да ни в чем, чтобы испортить вермут с джином, нужно постараться, – коллега подернул плечами, но губы тут же растянула широкая улыбка. – Просто многие ошибочно называют мартини женским напитком. – Ах ты… – Курапика прищурился, не находя, каким бы словечком уколоть подчиненного. – Сам понимаешь, конспирация, – Леорио состроил извиняющуюся гримасу. Детектив устало вздохнул и вновь отхлебнул из рюмки. Разве самому шутка не перестает казаться смешной, когда забавляешься над одним и тем же? По крайней мере, настроение сердиться и упрекать коллегу ушло. Курапика в глубине души понимал, что Леорио делал все для того, чтобы он хоть немного расслабился. Если поразмыслить, Леорио вообще был парнем неплохим – отличался добродушным нравом, мог поддержать приунывших коллег и серьезным становился, когда того требовала ситуация. К сожалению, с Курапикой они чаще всего грызлись: старший инспектор считал подчиненного совершенно неорганизованным и вечно отчитывал за безалаберность; тот, наоборот, сердился на дотошного начальника, при этом фамильярно называя его «строгой мамашей». Короче говоря, из-за взрывного характера обоих спокойствие их офису только снилось. – Точно, насчет маскировки, – Паладинайт заметно повеселел, обнаружив, что ледяным взглядом за последнюю шуточку награжден не был, – как тебе моя щетина? Он почесал небритый подбородок со счастливым видом. Бакенбарды тоже стали заметно гуще, что прибавляло к виду мужчины, как минимум, лет пять. – Две недели отращивал красоту, – продолжил полицейский, явно довольный собой и уверенный в собственной привлекательности. – Может, стоит так и оставить? – Действительно? – Курапика в наигранном удивлении вскинул брови. – Возможно, я бы заметил, брейся ты почаще. Леорио хотел было возмутиться, но сарказм начальника попал прямо в яблочко. Парень лишь рассмеялся, приподнимая наполовину наполненный бокал. Курапика улыбнулся в ответ и легонько коснулся рюмкой стакана коллеги. Бокалы мелодично звенькнули друг о друга. Леорио осушил свой практически залпом. Курапика через несколько глотков тоже поставил пустую рюмку на стол. Атмосфера значительно разрядилась. Главное – не забывать, зачем они сюда пришли. Курапика бросил взгляд за плечо Леорио: мужчины за угловым столом продолжали мирно беседовать и, кажется, вовсю распивали вино, насколько он мог судить по темной бутылке на столе и отблескам багровой жидкости в стеклянной посуде, различимым даже сквозь полумрак. Наконец принесли заказ, и Леорио впился зубами в долгожданное сочное мясо. Курапика указал на коктейльную рюмку, попросив повторить, и принялся ковырять вилкой в салате. Если выпить он все же согласился, то аппетита не было. От сигаретного дыма немного мутило, а голова потяжелела. Детектив смотрел на своего коллегу с некоторой завистью: тот жадно уплетал картофельные клёцки, периодически отрезая от бифштекса смелые куски и тут же отправляя их в рот. – Нет аппетита? – с набитым ртом поинтересовался парень. – Мы вообще-то не есть сюда пришли. – Еще бы, заказал какую-то траву, – проигнорировав замечание, рассуждал вслух Леорио. – Сельдерей – это вообще что? Оно съедобно? – Сельдерей – такой же овощ, как остальные, Леорио. И да, оно не только съедобно, но и полезно. В доказательство своих слов, он всё же приступил к салату. Тот больше походил на десерт: сельдерей контрастировал с кусочками банана и яблока, но, заправленный йогуртом, ничуть не был неприятным на вкус. Рубленая зелень мелиссы придавала свежести, что делало блюдо еще более необычным, однако не портило. – Долго же нам заказ несли, – произнес Леорио, окинув взглядом зал. – Дефицит у них с официантами, парочка носится, а вон тот вообще с барменом… Стоп, что они там делают? Курапика повернул голову к противоположной стене, где находилась барная стойка. В отличие от темного зала, она была оснащена подсветкой, и не составляло труда разглядеть тех, кто находился за ней. – Твою мать… – одними губами выругался детектив. Леорио обернулся к Курапике. Лицо юной брюнетки, за которую тот выдавал себя, исказилось. – Курапика, все в порядке? – тихо спросил Леорио, наклонившись над столом и моментально посерьезнев. – Нет, не в порядке, – сглотнул детектив. – Ты только погляди. Барная стойка была пуста, если не считать двух служащих ресторана за ней. Бармен стоял у стены, прямо у него за головой была расположена мишень для игры в дартс. Официант сидел на высоком стуле, абсолютно позабыв о своих обязанностях. Он лениво вертел в руках крупную вилку с двумя зубцами, после чего, наигравшись, не глядя бросил её по направлению к мишени. Молнией блеснуло серебро. Вилка воткнулась там, где только что было ухо бармена. Тот лишь слегка наклонил голову вбок, избегая импровизированного дротика. Оскалившись, он что-то бросил официанту. Тот никак не среагировал; между пальцами он уже крутил небольшой нож. – Помнишь, как-то я упоминал о неудачном деле, исход которого научил меня, что такое настоящее разочарование? – подавив разом нахлынувшие эмоции, чеканным голосом выдавил Курапика. – Вышибала-бармен у стены – тот самый ублюдок, попавшийся на убийстве и при этом получивший лишь два года условно. Глаза Леорио округлились. Он несколько раз перевел взгляд со светловолосого бармена на Курапику и обратно. – А второй? – Понятия не имею, – парень сжал зубы. – Нашел себе дружка, такого же ненормального, как и он сам. – Успокойся, – Леорио взволнованно всматривался в наливающееся гневом лицо коллеги. – В любом случае, не думаю, что в таком виде ты рискуешь быть узнанным. Лучше расскажи мне, что произошло, – он тут же осекся, опасаясь только подлить масла в огонь. – Если воспоминания не сильно… расковыряют старые болячки. – Не хочу вдаваться в подробности, – прикрыв глаза, Курапика потер переносицу. – Я приглядывал за этим уродом еще до того, как завели дело, поэтому успел хорошенько запомнить его имя – Финкс, – детектив с отвращением выплюнул его и поморщился. – Каким-то чудесным образом ему всегда удавалось уйти безнаказанным. Только если «чудо» считают божественным благословением, то этому парню словно покровительствовал сам Дьявол. События всегда обстояли так, что за его шагами тянулась длинная кровавая дорожка, а подошвы ботинок неизменно оставались чисты. И вот, около года назад, наконец случилось: мы застали ублюдка прямо на месте преступления. Он стоял один посреди горы трупов. Один посреди тускло освещенного склада, окруженный дюжиной тел. Курапика провернул вилку в руке и нервно воткнул в салат. Леорио продолжил слушать рассказчика, предающегося скверным воспоминаниям: – Все были поражены тем, что при задержании тот не сопротивлялся. Эта мразь лишь мрачно ухмыльнулась, сказав, что не произнесет ни слова без своего адвоката. Оружия в руках на момент задержания у него не было. Когда начали восстанавливать картину происшедшего, сразу же нашли Глок с его отпечатками.* И без судмедэксперта было ясно, что в каждом теле найдется пуля, оставленная им. В магазине, кстати, даже осталась пара патронов, несмотря на количество тел. Удивительная точность выстрелов для вышибалы, не находишь? Но еще более странным оказалось другое. В каждом трупе оказалось больше, чем парочка дырок. То, что это была перестрелка, сомнений не вызывало, – Курапика шумно выдохнул через нос, успокаиваясь и подбирая слова. – Шальная пуля не прилетает дважды. Тогда, мать его, почему убитые стреляли друг в друга, а не в него? Я ломал голову, понимая, что не подкрепленные доказательствами мысли высказывать глупо. Я до сих пор уверен, что Финкс их каким-то образом спровоцировал. Черт возьми, и я понятия не имею, каким! – холодный голос инспектора сорвался, резко став выше и громче. Леорио приложил палец к губам, призывая коллегу быть потише. Своими, пусть непроизвольными, действиями тот и правда мог привлечь ненужное внимание. Особенно того, кто послужил причиной злости детектива, и в чьем внимании они с Леорио нуждались меньше всего. – И чем все закончилось? – слова Курапики отчасти удовлетворили любопытство парня; Паладинайт и рад был больше не тревожить начальника, но не терпелось узнать, как все обернулось. – Ничем, – детектив опустил подбородок на ладонь, подперев чугунной от тяжелых мыслей голову. – Суд мог бы показаться даже смешным, настолько он был нелеп, но последователен в своей несуразности. Адвокат Финкса сработал идеально. Выставил дело так, что обвиняемый находился на том складе чуть ли не случайно. Среди участников банды, погрязшей в междоусобицах из-за дележа денег, м-да. По его словам, этому уроду просто повезло, что когда конфликт из-за добычи достиг своего предела, и все подоставали оружие, у подсудимого с собой оказался вполне законный Глок 17, которым он не преминул воспользоваться в целях самозащиты. Печальная ирония, но слова адвоката были настолько логичны, а доводы вытекали один из другого, что противопоставить было мало что. Он плел паутину доказательств с легкой улыбкой, а холодные глаза смотрели на меня взглядом победителя. Финксу дали два года условно за незаконные махинации, а его лживый адвокат продолжал строить добродушное лицо. У меня не укладывается в голове, как после того дела мне через некоторое время вновь дали повышение. Я хотел отказаться, но начальству перечить было не этично, и меня перевели в ваш офис. Как итог, я сейчас сижу здесь с тобой за одним столом. – Значит, не все так плохо, – Леорио подлил в свою коньячную рюмку из почти пустого графина и протянул её Курапике. – На, выпей, тебе не помешает. Губы детектива дрогнули в улыбке. Он принял дружеский подбадривающий жест и сделал крепкий глоток, как взгляд не замедлил зацепиться за тот самый угловой столик. Адам Хэйли, ради которого двумя детективами и была устроена эта «киношная» слежка с переодеваниями, в этот момент гневно кричал в телефонную трубку, вскочив со стула. Горький алкоголь обжег горло; Курапика немо открыл рот, не заходясь кашлем, но глотая воздух. Леорио, осознав, что что-то пошло не так, резко обернулся. Мужчина в конце зала повесил трубку и не с первого раза нервно запихнул её в карман. Размашисто жестикулируя, он коротко объяснил что-то партнеру и схватился за ручку кейса. – Черт, он уходит! – Леорио рефлекторно дернулся на месте, подавив порыв вскочить на ноги. – Сам вижу, без паники, – детектив куснул себя за костяшку пальца, потому что паниковать был готов сам. – Леорио, зовешь официанта, быстро расплачиваешься – и сразу за мной; я постараюсь задержать его. – Понял, – парень кивнул в ответ. Хэйли, ломающий их планы к чертовой матери, широким шагом пронесся через зал, чуть не сбив официанта с рюмкой на подносе. Какая удача! Они совсем забыли, что просили повторить мартини. Официант как раз направлялся к их столику. Курапика, глубоко вдохнув и выдохнув, встал и неспешным шагом направился вслед за уже скрывшимся за высокими дверьми мужчиной. – Мисс, ваша верхняя одежда… – удивленно окликнул работник гардероба. – Я лишь подышать воздухом, – не оборачиваясь, бросил Курапика хриплым от волнения голосом. Мужчина еще не ушел. Хэйли тыкал толстым пальцем по кнопкам телефона и жевал тлеющую сигарету. Мысль пришла практически моментально. – Не найдется ли сигареты и для меня, мистер? – Курапика как можно изящнее кашлянул и самым женственным, каким только мог, голосом продолжил. – Случайно оставила свои на столике. Мужик хмуро посмотрел на красотку, которую юный детектив так старательно отыгрывал. Брюнетка кокетливо улыбалась. – Зачем выходить, если курить можно там? – проворчал мужчина, убирая мобильник и доставая из другого кармана мятую пачку сигарет. Из протянутой серебристой упаковки, словно кривые зубы, торчали белоснежные фильтры. Получилось! Курапика потянул за один и, придерживая сигарету у губ, подождал, пока Хэйли коснется её пламенем зажигалки. Пришлось затянуться ненавистным дымом; инспектор еле сдержался, чтобы не закашляться. На глазах выступили слезы, которые парень тут же смахнул, отвернув голову и делая вид, что поправляет челку. – В зале невыносимо душно, – это было чистой правдой, но Курапика продолжал растягивать губы в очаровательной улыбке. – Разве ночной воздух не намного приятнее затхлого помещения? Мужчина хотел что-то ответить, как противно запиликал телефон. Он поднял трубку и начал ожесточенно ругать человека на другом конце провода. «Ну где же этот болван Леорио?» – Курапика был готов скрежетать зубами. Осознание того, что сумка, в которой был пистолет, осталась лежать на кресле, пришло слишком поздно. Наручников тоже не было. Задержать здоровяка грубой силой никак не удастся. Адам Хэйли, матерясь в телефон, поспешил к своей машине. Водителя в ней не было – мужчина свободной рукой достал ключи из кармана пиджака и пискнул сигнализацией. В этот момент на улицу наконец вылетел Леорио. Хэйли уже садился в машину – приглушенно хлопнула дверь иномарки. Паладинайт замер: взгляд полицейского устремился на мужчину на водительском сиденье. – Что ты стоишь, стреляй по колесам! У меня нет оружия! Крик напарника вывел парня из ступора. Леорио выхватил воткнутый за пояс брюк пистолет, скрывавшийся под пиджаком сзади. Прицелившись с вытянутой руки в колесо выруливающей со стоянки машины, он выстрелил. Искра отскочила от асфальта совсем рядом с задним колесом. За крепким ругательством последовал еще один выстрел. Пуля вновь чиркнула по земле. Автомобиль уже полностью развернулся и, лишь немного сдав назад, начал набирать ход. Курапика готов был броситься под колеса чертовой иномарки. Он сорвался с места, намереваясь успеть выскочить перед капотом. К несчастью, на ногах были не любимые мягкие туфли, а ужасно неудобные женские. Каблук зацепился за трещину в асфальте, и детектив, споткнувшись, с размаху упал на колено. Темная иномарка ускользнула так же стремительно, как ускользнула удача из рук инспектора. Дождь больше не накрапывал. Грязной лужей по улице растекалась тишина, нарушаемая лишь удаляющимся звуком автомобильного двигателя и отголосками музыки из ресторана. Курапика поднялся с земли, отряхивая руки от грязных капель. Колено саднило. Осточертевшие туфли сильно натерли ноги, и на ступнях наверняка красовались мозоли. Детективу казалось, что ему впору надеть колпак с надписью «простофиля». Какой же он жалкий, ни на что не способный неудачник. – Ты нормально? – участливо поинтересовался Леорио, словно не только что ушел из-под носа человек, которого они караулили весь вечер. Ушел из-под носа шанс его разоблачить и раз и навсегда с ним покончить. – Нормально ли я? – гнев клокочущей волной подкатил к горлу детектива и захлестнул последние остатки самообладания. – О нет, я НЕ нормально! Ни капли, твою мать, не нормально! – Курапика, я тоже зол на се… – хмурясь, его напарник начал фразу, но договорить не успел. – Действительно?! – парень грубо оборвал его на полуслове. – Удивительно, будь по-другому! С нескольких метров промазать мимо колеса. Дважды, твою мать! Это же насколько надо нажраться? – обычно хладнокровный детектив кричал, не стесняясь в выражениях. – Я говорил тебе не пить столько? Говорил. А теперь что? Благодаря твоей пьяной роже мы остались ни с чем. Осел, – процедил Курапика, сжимая грязные кулаки. На лице Леорио будто пролегла тень. – Это было уже слишком, – от неприкрытого оскорбления Паладинайт начал закипать, как чайник на сильном огне. – Я бы советовал тебе попридержать язык, Курапика. – Я просто называю вещи своими именами, – его напарник презрительно цыкнул. – Раз ты такой умный, где же был твой пистолет? И если тебя действительно беспокоил графин с коньяком, сам бы попросил его унести! – Леорио сплюнул совсем рядом со своей ногой в лакированной туфле. – Это не было только моей ошибкой. – Ты прав, – Курапика упер руки в боки и кивнул сам себе пару раз, не смотря на своего подчиненного. – Это моя ошибка, что я не пошел один. Верно, хочешь сделать хорошо – сделай это сам! – Ну и пошел ты в таком случае! – взбешенный словами начальника, рявкнул Леорио. – Если ты сам со всем прекрасно справляешься, я не знаю, зачем тебе вообще нужен напарник! Курапика задохнулся в возмущении и, не зная, чем парировать такое заявление, развернулся на сто восемьдесят градусов и, прихрамывая из-за мозолей, зашагал прочь по мокрому асфальту. – Правильно, ну и катись! – бросил ему в спину полицейский, запихнув руки в карманы и нахохлившись как птица. Слова Курапики действительно зацепили его за живое. Леорио прекрасно понимал, что в трезвом состоянии не допустил бы промашки. Но детектив явно перегнул палку, назвав его ослом. Обидно слышать от своего начальника, что ты ни на что не годен, причем от такого рассудительного и справедливого, как Курапика. Парень посмотрел на ковыляющую подальше от него фигуру. Курапика жевал губу, чтобы отвлечься от пронзающей ступни рези, повторяющейся с каждым маленьким шагом. Он бы снял туфли, но шлепать босиком по осенним лужам было не самой лучшей затеей. Пальто осталось висеть в гардеробе, и мурашки пробрали его еще тогда, когда он, разгоряченный, вылетел на улицу в одном платье. Чувство собственного достоинства мешало развернуться и пойти обратно, чтобы взять одежду и, черт возьми, сумку с пистолетом. Все равно заглядывать туда никто не станет, когда её обнаружат, положат в гардероб, так что он сможет вернуться в другой раз. Хоть этот бар и был притоном для далеко не самых честных слоев населения, статус «приличного заведения» там вполне выдерживали. Детективу стыдно было в этом себе признаться, но даже больше мешало обернуться осознание того факта, что он попросту вспылил и вылил накопившееся раздражение и досаду на подчиненного. Собственная неудача болезненно задела гордость Курапики и, хоть он и привык во всем винить себя, подвернувшийся под руку Леорио, который тоже мог бы сработать лучше, незаслуженно резко был отруган. О соблюдении какой субординации может идти речь, если старший инспектор позволяет себе так выражаться… – Ну и куда ты собрался, а? Курапика остановился, но не обернулся. Леорио, разобиженно пыхтя, догонял его. – Ты в курсе, что твой дом на другом конце города? – он остановился в нескольких шагах. – Да, – гнев утек, как вода из ванной, когда вынимаешь затычку, и Курапика чувствовал себя усталым и опустошенным. – Холодно сейчас, – мужчина окинул взглядом напарника, плечи которого поводило дрожью. – И в таком наряде по ночному городу я бы тебе не советовал… – Ладно, – сил спорить не было, да и не сильно хотелось. Курапика развернулся и глядел на носы туфлей, которые он точно выкинет в мусорное ведро, когда будет дома. – Я подвезу тебя, – Леорио почесал лоб, со вздохом посмотрев на ноги детектива. – Сам дойдешь до машины? Курапика кивнул в ответ и начал ковылять обратно. Паладинайт приложил ладонь к лицу – на упрямого начальника было больно смотреть. – А, точно! – он щелкнул пальцами пришедшей вполне элементарной мысли. – Стой тут, я сбегаю за пальто и подъеду. – Сумка… – детектив отвел глаза, объясняя, – я оставил её в кресле, когда пошел за Хэйли. Там пистолет… – Ага, я захвачу, – теперь до парня дошло, где было оружие напарника. Не случись все так быстро… Леорио спохватился, цокнул языком, и, прежде чем уйти, снял с себя пиджак. Он подал его напарнику: в обычном расположении духа тот наверняка бы запротивился, да и Паладинайт вряд ли бы совершил такой жест. Сейчас Курапика покорно набросил пиджак на плечи. Он и правда озяб. Вспомнив, что после выстрелов инстинктивно сунул пистолет за пояс, Леорио тоже отдал его в руки детектива – не стоило возвращаться в бар с пушкой, это тебе не цветок в петлице. Парень поспешил обратно в ресторан, оставив Курапику на тротуаре. Детектив провел тыльной, менее грязной, стороной ладони по корпусу ЗИГ-Зауэра.** Матовую сталь тускло осветили лучи фонаря. Взгляд Курапики скользнул от одной щербинки к другой – любимая модель Леорио не залеживалась в кобуре. Голова после напряженного вечера была совершенно пустой, а ноги казались бы ватными, если бы не боль, напоминающая, что они вполне себе из человеческой плоти. Пиджак был теплым изнутри, и Курапика покрепче закутался в него. Ему казался странным выбор Леорио стать полицейским. Таких людей, отзывчивых и добросердечных, не хватало больше в детских домах или госпиталях. Курапика поднял голову. Старенький Форд с кузовом купе подъезжал к нему. Машина остановилась, и парень, хлопнув дверцей, уселся рядом с Леорио, облокотившимся на руль. – Я в багажник закинул пальто и сумку, – мужчина расстегнул пару верхних пуговиц на рубашке. – Её, кстати, сразу отдали. Я сказал, девушке плохо стало, вот мы и засобирались. В общем, быстро прошло, без лишних проблем. И выстрелов они либо не слышали за игрой музыкантов, либо не сочли нужным обращать внимание – мало ли кто разбирается, лишь бы не в самом баре. – Это хорошо. Надеюсь, больше мы там не покажемся, – Курапика изнеможенно откинулся на спинку кресла. – Я тут только не учел кое-что, – Леорио почесал затылок. – Бензина совсем капля осталась, до тебя не доберемся. Можем доехать до меня, а оттуда уже такси вызовешь, чтобы за километраж аж отсюда не переплачивать. Полицейский взглянул на начальника, ожидая согласия. Голова того опустилась к плечу, глаза были закрыты. Курапика, не выдержав навалившейся усталости, уснул, укутавшись в пиджак напарника. Леорио улыбнулся и покачал головой, думая, что как же хорошо, что они сами и есть полиция, и его не смогут оштрафовать за вождение в нетрезвом состоянии.

***

Курапика распахнул глаза, вырванный из дремы. Леорио мягко потряс его за плечо, прогоняя остатки сна. – Приехали, – произнес он, – просыпайся. Детективу стало неловко, что он так запросто уснул, пока его напарник, будучи под градусом, вел автомобиль. Курапика посмотрел в окно – улица была не его. Парень вопросительно посмотрел на водителя. – Ты уже дремал, когда я объяснял. Бензин кончился, не доберемся до тебя. – А, значит, у тебя переночую, – Курапика зевнул, прикрыв рот ладонью. Он плохо соображал со сна и был рад, что они доехали хоть куда-то. Леорио пожал плечами. Он, конечно, этого не предлагал, но и против вовсе не был. Если диван разгрести от вещей, то на нем вполне можно расположиться. Они поднялись на второй этаж; Курапика шел, держась за поручень. Предлагать начальнику опереться на его локоть Леорио не стал – гордость детектива сегодня и так изрядно потрепалась. Со щелчком в тесной прихожей зажегся свет. Она была совсем маленькая и почти сразу переходила в гостиную. Яркий торшер осветил и её. В квартире царил небольшой беспорядок. Курапика думал, что у Паладинайта наверняка творился сущий бедлам, но он ошибся. Картину чистоты нарушали только сваленные в кучу на диване книги и папки. – Заходи, будь как дома, – гостеприимно пригласил хозяин квартиры и ткнул большим пальцем за поворот стены. – Ванная и туалет там. – Да, спасибо, – Курапика отдал Леорио пиджак и аккуратно снял туфли. Это было сущее наслаждение – наконец-то спастись из тисков этой жуткой обуви! На больших пальцах кровоточили мозоли, что было не удивительно, судя по тому, как жесткая искусственная кожа сдавила его ноги. На остальных пальцах и пятках тоже кое-где красовались ссадины и натертости, а на подошве левой ноги что-то вроде волдыря – потому так больно было ступать. Нужно было хотя бы промыть все это. Леорио посмотрел на ноги напарника с жалостью и ушел в глубь квартиры, по дороге повключав везде свет. Вернувшись из другой комнаты (видимо, спальни) с аптечкой в руках, он сунул её в руки Курапике и сообщил, что там есть целая упаковка пластырей и перекись водорода. Не будь детектив тем человеком, которым являлся, он бы, пожалуй, прослезился от счастья. Но он поскорее удалился в ванную обрабатывать болячки. Из зеркала над раковиной на инспектора посмотрело не его привычное лицо, а унылая брюнетка с осыпавшимся макияжем. Курапика совсем забыл, что до сих пор был одет в этот бестолковый наряд, и первым делом стянул парик и несколько раз плеснул в лицо холодной водой. От туши под глазами растеклись темные круги. Проведя еще несколько минут, оттирая это безобразие, парень вынул линзы и выбросил их в мусорное ведро – они были, к счастью, однодневными. Пряди волос торчали во все стороны после ношения парика, но кроме расчески Леорио, обходящегося гребешком с тесным рядом зубцов, ничего не было. С трудом выдрав гребень, застрявший в светлой густой копне, Курапика счел лучшим решением просто пригладить волосы мокрыми руками. Прилизанный и без макияжа, он смотрелся в платье несуразно и глупо. Детектив отвел взгляд от своего нелепого отражения и занялся ногами. Выйдя из ванной, Курапика застал Леорио разбирающим вещи с софы. Курапика подошел ближе и скользнул взглядом по обложкам книг. Из того, что он смог рассмотреть, многие были учебными пособиями – парень заметил самоучитель по испанскому, пару словарей, книгу по политологии. Детектив оценивающе посмотрел на подчиненного. Он, несомненно, знал, что коллега не был дураком, но стремления штудировать учебную и деловую литературу в нем никогда не отмечал. То, что Паладинайт увлекался языками, и вовсе стало приятной неожиданностью. Тот о своих интересах не слишком распространялся, хоть и любил почесать языком. Курапика подумал, что он на самом деле не так уж много знал о своем подчиненном. – Если нужно, могу тебе постелить, – Леорио кивнул на разложенный диван. – Сейчас принесу одеяло. – Не стоит, так вполне сойдет, – Курапика был благодарен уже и за это – любая ровная поверхность ему сейчас бы показалась царской периной. Парень потянулся руками за спину, чтобы расстегнуть платье. Он дернул за собачку несколько раз – молния не поддавалась. Леорио вернулся с одеялом, положил его на диван и сам плюхнулся следом, развязывая галстук. Голова немного кружилась. После неудавшегося задержания и перепалки с начальником адреналин некоторое время не давал расслабиться. Теперь же, в спокойной домашней обстановке, на родном диване, Леорио чувствовал, что был пьян. Курапика, возившийся перед ним с молнией, чертыхнулся и попытался стянуть платье через голову. Ворот, увы, был слишком узким. Мужчине это почему-то показалось жутко забавным. – Что ты хихикаешь? – Курапика сердито зыркнул на напарника. – Не видишь, молнию заело. Лучше бы помог. – Сейчас-сейчас, – парень фыркнул и подошел сзади. Курапика развел пальцами отросшие на затылке волосы. Не мешало бы постричься – вечно он уходил с головой в работу и забывал о таких мелочах. Леорио, скользнув взглядом по выступающим позвонкам на шее, внимательно всмотрелся в молнию: – Слушай, тут, кажется, волос от парика застрял. Паладинайт попытался вытащить темную ниточку из замка, но та оборвалась. Полицейский подергал за собачку и поводил ею вверх и вниз – молния лишь немного раскрылась, но дальше не шла. – Как-то безуспешно, – парень развел руками. – По ходу, сломалась. – Ох, что за дрянь! – оставаться в это поднадоевшем наряде не хотелось от слова «совсем». – М-м… Ну, у меня есть идея, – в пьяную голову пришла картина из когда-то просмотренного комедийного боевика. – Тебе это платье еще понадобится? – Да я бы его разорвал к чертовой матери, если бы мог, – Курапика с досадой хлопнул по ноге. Ссадина на ладони отозвалась резкой болью. – Тогда отлично, – Паладинайт усмехнулся и полез в карман брюк. Нож-бабочка умело провернулся в руке, раскладываясь, и вспорол воротник рядом с молнией. Схватившись покрепче за ткань второй рукой, Леорио решительно прорезал ткань по направлению вниз. Нитки с треском лопнули – парень разорвал неподатливое платье до самого пояса. – Ты что творишь?! – завопил детектив. – Предупреждай хотя бы! – А-хах, извини, я это в кино видел, – Леорио заливисто захохотал. – Не удержался. Смахнув выступившую слезу, мужчина потянулся к застежке между выпирающих лопаток. Пальцы привычно ухватились рядом с крючком бюстгальтера и расстегнули его. Детектив вздрогнул и резко развернулся. Глаза ошарашено уставились в улыбающееся лицо мужчины. – Ой, я это… по привычке! – Леорио, опомнившись, отпрянул и пытался подобрать слова. – Я подумал, раз с замком не справился, то и лифчик не расстегнешь… То есть, я не думал! Оно на автомате за платьем само пошло… – Я понял, не оправдывайся, – Курапика отвел взгляд, придерживая практически разваливающееся на две части платье; момент был чертовски неловкий. – У тебя найдется, что надеть? – Д-да, – взгляд задержался на детективе, сконфуженно и как-то по-женски сжавшего ладони на плечах. Леорио не стал говорить инспектору, что размер ему вряд ли подойдет. Детектив действительно был относительно миниатюрным… для юноши. Паладинайт потряс головой, прогоняя отчего-то выступивший румянец. Порывшись по полкам с летними вещами и выудив оттуда светлую футболку и шорты с гавайским узором в яркий цветок, он отдал их Курапике, а сам присел на диван. Детектив негодующе подумал, почему тот никак не уйдет в свою комнату. Дальше он тут и сам прекрасно справится. Платье, а точнее то, что от него осталось, скользнуло на пол, вслед упал бюстгальтер. Парень опустился на противоположный край дивана, надевая чужую футболку. Со стороны она на нем, пожалуй, могла бы сойти за ночную сорочку. Словосочетание «ночная сорочка» показалось парню приятным и уютным, а не смешным и унизительным. Разве могло быть глупым что-то, связанное со сном? Сон манящ и прекрасен, он, Курапика, уж точно заслужил его, ведь так мало отдыхал… Леорио подождал несколько минут, убедился, что начальник точно уснул, и аккуратно повернул его, чтобы ноги не свисали с кровати. Одеяло опустилось на мирно сопящего детектива; спящий, он, выглядел умиротворенным: разгладилась складочка меж нахмуренных бровей, а в чертах не было привычной напряженности. Мужчина с облегчением выдохнул и погасил свет. Денек выдался на редкость насыщенным.

***

Курапика перевернулся с боку на бок и блаженно поерзал, потершись щекой о подушку и наслаждаясь пригретым местечком. Давненько он так сладко не высыпался. Солнечный свет пробивался сквозь жалюзи, задевая теплыми лучами его лицо и прогоняя сон. Парень приоткрыл глаза и несколько секунд безмятежно созерцал неторопливый полет пылинок, кажущимися из-за золотистого света похожими на песчинки. Идиллия казалась бы абсолютной, если бы не одно «но». Жалюзи. Их дома у Курапики на окнах не было. Парень подскочил, как ошпаренный, мгновенно вспоминая события прошлого вечера. Повертев головой, он наткнулся взглядом на настенные часы. Короткая стрелка указывала на одиннадцать. – О, Господи… – детектив вцепился руками в волосы. Он катастрофически проспал. На работу идти было уже поздно и стыдно. И не в чем. Курапика опустил взгляд; щеки мигом вспыхнули – белье и футболка, больше похожая на распашонку, были единственной одеждой. Задаваясь вопросом, какого Дьявола этот идиот Леорио не разбудил его, Курапика потопал на кухню. Ноги ныли, напоминая о вчерашнем дне и позорном провале. Светлая кухонька оказалось совсем крохотной – стол с двумя приставленными к нему стульями жался к стене, а холодильник в углу по сравнению с размерами комнаты казался массивным великаном. Ярко-зеленый стикер привлек внимание к дверце. Курапика с трудом разобрал корявый, похожий на врачебный почерк. Записка гласила: «Я поехал на работу. Отдохни до вечера. Можешь посмотреть телик! В холодильнике есть пицца, в морозилке – креветки, но их надо варить. Леорио». Раздражение испарилось, словно его и не было. Курапика налил воды в чайник и поставил его кипятиться. Нужно было пойти умыться и вымыть посуду – взгляд раздражала скопившаяся башенка из тарелок в раковине. «И кто бы в здравом уме стал есть сырых креветок?» – улыбнулся детектив, не заметив, что случайно достал с полки две чашки. Возможно, не таким уж лишним был этот незапланированный выходной. * Глок (Glock GmbH) — австрийская фирма, производитель оружия. В данном контексте имеется в виду пистолет, выпущенный этой фирмой. ** ЗИГ-Зауэр (SIG Sauer GmbH) – немецкая фирма, производитель оружие. Как и в случае с Глоком, имеется в виду пистолет этой компании.